Дело № 2-567/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июня 2018 года г. Ачинск Красноярского края

Ачинский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Парфеня Т.В., 

при секретаре Шороховой С.Е.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 17.11.2017 года, 

представителя ответчика ГП КК «Ачинское ДРСУ» ФИО3, действующей на основании доверенности от 17.01.2018 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному предприятию Красноярского края «Ачинское дорожное ремонтно-строительное управление» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГП КК «Ачинское ДРСУ» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, мотивируя требования тем, что 21.09.2017 года в 15-00 часов водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № ФИО1, двигаясь на 6 км автодороги Ачинск-Ужур-Троицкое, допустил наезд на препятствие – яму, которая не была огорожена.В силу п. 3.1.2 ГОСТ Р 50597-93 предельные размеры отдельных просадок, выбоин не должны превышать по длине 15 см., ширине 60 см., глубине 5 см. Таким образом, яма, находящаяся на 6 км. автодороги Ачинск-Ужур-Троицкое не соответствует утвержденному ГОСТ, в связи с чем автомобиль 

<

данные изъяты>, наехав на нее, получил значительные повреждения. Обязанность по надлежащему содержанию указанного участка дороги лежит на ГП КК «Ачинское ДРСУ», однако, ответчик не обеспечил надлежащего качества обслуживание указанного участка дороги, в результате чего произошло ДТП. Истец является собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, размер причиненного ему ущерба определен заключением ООО «Аварком – Сибирь». Согласно данного заключения рыночная стоимость автомобиля составляет 197 880 рублей, размер годных остатков 37 861 рубль, в связи с чем, размер ущерба, причиненного ФИО1 в результате повреждения автомобиля составил 160 019 рублей (197 880 руб. – 37 861 руб.). Сумму данного ущерба просит взыскать с ГП КК «Ачинское ДРСУ». Кроме того, истцом были понесены расходы по оплате услуг оценки в размере 12 000 рублей, на отправку телеграммы в размере 342 рубля, по оплате услуг эвакуатора 5 000 рублей, расходы на составление искового заявления 5 000 рублей, на оплату услуг юриста по представлению интересов в суде 25 000 рублей, по оплате госпошлины 4 670 рублей, по оплате доверенности 1 700 рублей и по копированию приложений к исковому заявлению 330 рублей, которые также просит взыскать с ответчика (т. 1 л.д. 2-4).

Определением суда от 23.01.2018 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Краевое государственное казенное учреждение «Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю». (т. 1 л.д. 53). 

11 мая 2018 года в суд поступило заявление ФИО1 об уменьшении исковых требований до 150 998 рублей, а также о взыскании расходов на оплату судебной экспертизы в размере 25 000 рублей, остальные требования остались без изменения (т. 1 л.д. 227). 

Истец ФИО1 участвуя в судебном заседании 15 марта 2018 года заявленные исковые требования поддержал в полном объеме. Дополнительно суду пояснил, что он являлся собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. На дату дорожно – транспортного происшествия, автомобиль был исправен, за рулем автомобиля находился он, рядом с ним на переднем пассажирском сидении – И.О.Н., они двигались из г. Назарово в г. Ачинск. Около поворота к п. Ключи имеется знак ограничения скорости до 70 км/ч, он снизил скорость до предписанной, проследовав по мосту после знака «поворот направо» стал «входить» в поворот, когда почувствовал, что заднюю часть автомобиля начинает заносить влево. Он стал нажимать на педаль тормоза, однако установленная система «АБС» не позволила резко затормозить. Когда его стало заносить влево, он попытался выровнять автомобиль, поворачивая влево руль автомобиля, однако его «кинуло» всеми колесами вправо на обочину, на которой находилась насыпь. В указанной насыпи колеса автомобиля провалились, по обочине он проследовал еще 15 метров, нажимая при этом на педаль тормоза. Когда сталь «выходить» с обочины на проезжую часть, автомобиль «подкинуло», развернуло, после чего автомобиль через встречную полосу, ушел в кювет, где остановился в результате столкновения с деревом. Причиной происшедшего ДТП считает имеющуюся на проезжей части насыпь щебня, занимавшую его полосу движения на протяжении 70 метров и встречную полосу движения на протяжении 50 метров, состоящую из камней размером около 1 см. При движении указанный гравий не заметен, поскольку такого же цвета, как и асфальтовое покрытие. Никаких знаков, предупреждающих о производстве дорожных работ не имелось. В ходе судебного заседания 09 июня 2018 года истец ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в уточненной редакции, дополнительно пояснил, что поэтапно механизм происшедшего ДТП и свои действия не может описать точно, после того, как на проезжей части заднюю часть автомобиля стало заносить влево и до момента столкновения с деревом он резких поворотов рулевым колесом не совершал, пытался только выровнять автомобиль. Его ли автомобилем оставлены следы шин, отобразившиеся на обочине проезжей части и зафиксированные на фото и видеозаписи с места ДТП, пояснить не смог. Указал, что поврежденный автомобиль был им продан 20 октября 2017 года за 35 000 рублей без проведения восстановительного ремонта. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 заявленные исковые требования поддержал в редакции уточненного искового заявления. Дополнительно пояснил, что в тексте искового заявления в результате технической ошибки неверно указаны обстоятельства ДТП. Из представленных материалов дела следует, что причиной ДТП явилось расположение на 6 км. асфальтового покрытия автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое насыпи из щебня, которая привела к разнице коэффициентов сцепления с поверхностью шин автомобиля истца, последующему заносу, в результате которого ФИО1 не имел технической возможности предотвратить столкновение. На момент начала заноса скорость движения автомобиля истца не превышала разрешенные на данном участке дороги 90 км/ч. и составляла чуть более 70 км/ч. Наличие щебня на проезжей части явилось результатом некачественного выполнении ответчиком ремонтных работ, при этом какие – либо предупреждающие знаки об их выполнении установлены не были. При возникновении заноса, истец принял меры к снижению скорости в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД, что подтверждается как пояснениями самого истца, так и показаниями свидетеля И.О.Н. Из представленного в материалы дела заключения судебной экспертизы следует, что занос автомобиля истца произошел из – за наличия на дорожном покрытии россыпи щебня, занос являлся неуправляемым и мог стать причинно ДТП по обстоятельствам, не зависящим от водителя. Представленный ответчиком проект организации дорожно – движения на 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое не соответствует действительности, так в направлении движения в г. Ачинск отсутствуют фактически, но должны быть установлены согласно проекта дорожные знаки 3.24, 3.21, 6.4, 8.3.1 ПДД, установлен фактически, но не отражен в проекте знак 1.11.1 ПДД и не соответствует фактическому расположению на дороге указанный в проекте знак 3.20 ПДД. Возражал против заявленного представителем ответчика ходатайства о проведении повторной экспертизы в связи с отсутствием правовых оснований для этого и непредставлением ответчиком дополнительных исходных данных. Указал, что действующее законодательство возлагает на водителя обязанность принимать меры к предотвращению ДТП в отношении опасности, которую он в состоянии обнаружить, что должно быть обеспечено установкой соответствующих дорожных знаков. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения заявленных исковых требований возражала. Поддержала доводы, изложенные в отзыве и дополнительном отзыве на исковое заявление в соответствии с которым обслуживание автомобильной дороги Ачинск – Ужур – Троицкое осуществляется ГП КК «Ачинское ДРСУ» в соответствии с условиями государственного контракта ТЭ № 2014.394292 от 31.12.2014 г. В акте сверки ДТП происшедших на автомобильных дорогах в результате ненадлежащего их содержания за сентябрь 2017 года отсутствуют сведения о ДТП от 21 сентября 2017 года. В сентября 2017 года со стороны ГП КК «Ачинское ДРСУ» на автодороге Ачинск – Ужур – Троицкое систематически осуществлялись работы по текущему содержанию, проезжая часть соответствовала требуемому нормативно – технической документацией уровню. По результатам ДТП от 21 сентября 2017 года сообщения в диспетчерскую службу дорожного предприятия не передавалось, предписания соответствующего не выдавалось. Из представленных материалов по факту ДТП следует, что водитель ФИО1, двигаясь на 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое не справился с управлением, выехал на обочину, что привело к последующему заносу автомобиля и столкновению с препятствием. Согласно проекта организации дорожного движения на данном участке дороги ширина проезжей части в направлении из Назарово в г. Ачинск составляет 4, 57 м., ширина обочины 3, 93 м., данного расстояния достаточно чтобы беспрепятственно проехать с разрешенной скоростью. Со стороны водителя ФИО1 было допущено нарушение требований знаков 5.15.5, 3.24, а также п. 10.1 ПДД, что состоит в прямой причинно – следственной связи с ДТП, вина же ответчика отсутствует. (т. 1 л.д. 40-41, 117). Дополнительно также пояснила, что 21 сентября 2017 года ответчиком выполнялись на спорном участке дороги работы по устройству обочины, выражавшиеся в перемещении автогрейдером материала с разравниванием по всей ширине обочины. Указанные работы выполнялись автогрейдером ДЗ -98 государственный знак №., за которым следовал КАМАЗ КДМ государственный знак №, последний оборудован щетками и осуществляет очистку проезжей части от попавшего на нее гравия. Вся техника ГП КК «Ачинское ДРСУ» подключена к автоматизированной информационной системой ГЛОНАСС, которая позволяет отслеживать местоположение каждой единицы техники в определенное время. Согласно скриншота с соответствующей программы, 21 сентября 2017 года по направлению из Назарово в г. Ачинск 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое автогрейдер ДЗ -98 государственный знак №., осуществляющий работы по выравниванию обочины прошел в 12 ч. 34 минуты, в 15 ч. 05 мин. он находился между 3 и 2 км. автодороги. Соответственно КАМАЗ КДМ (поливо – моечный) государственный знак №, осуществляющий работы по подметанию проезжей части 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое проехал в сторону Ачинска в 12 ч. 42 мин., в 15 ч. 12 мин. он проехал уже 3 км., а в 16 ч. 51 мин. по указанию диспетчера вернулся к месту ДТП, чтобы устранить щебень с проезжей части. При выполнении передвижных работ допустима установка соответствующих дорожных знаков на спец. технику. 21 сентября 2017 года щебень на проезжей части не мог появиться в результате выполнения дорожной организацией работ по устройству обочины, поскольку проезжая часть 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое была подметена непосредственно сразу после выполнения соответствующих работ. Появление гравия на проезжей части могло быть вызвано его перемещением с обочины проезжающими автомобилями либо при его транспортировке иными организациями, а не ответчиком. Нормативный срок устранения загрязнений проезжей части – 5 часов с момента выявления ГП КК «Ачинское ДРСУ» нарушен не был, щебень был устранен после получения сообщения от сотрудников ГИБДД о происшедшем ДТП. Не согласна с выводами, сделанными экспертами ООО ЦНЭ «Профи», поскольку относительно возможности осуществления заноса автомобиля истца и механизм заноса они основаны на предположении о попадании колес на щебеночное покрытие. При этом в материалах дела отсутствуют сведения о выезде истца на щебеночное покрытие, которое согласно разделу 7 СНиП 3.06.03-85 предполагает создание верхнего слоя проезжей части полностью из щебня крупных фракций, в котором наименьшая толщина распределяемого слоя должна в 1,5 раза превышать размер наиболее крупных частиц и быть не менее 10 см. при укладке на прочное основание. Поскольку на 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое щебеночное покрытие имеется только в отношении обочин, выводы экспертов, основанные на механизме взаимодействия покрышек автомобиля с данным видом покрытия с технической точки зрения можно рассматривать лишь при попадании колес автомобиля истца на обочину. То количество щебня, которое зафиксировано аварийным комиссаром на видео, соответствует уровню обработки проезжей части дороги противогололедным материалом в зимний период времени в целях устранения зимней скользкости. Экспертом не сделано никаких конкретных расчетов на основании количества щебня и следов торможения. При исследовании возможного механизма заноса при попадании колес правой и левой группы на разные виды дорожного покрытия – в частности, левые на асфальтовое покрытие, а правые на участок с насыпью, возникающий в результате этого вращающий момент будет уводить транспортное средство от первоначальной и заданной траектории своего движения в сторону участка проезжей части с наилучшими сцепными свойствами, то есть автомобиль будет смещаться влево. Однако, исходя из фотографий, пояснений истца, данных в судебном заседании, автомобиль истца ушел в занос вправо (на обочину), проехав по которой пересек проезжую часть и вылетел в противоположную сторону. Невозможность экспертов дать ответ на вопрос о вероятной скорости движения автомобиля на момент начала заноса со ссылкой на отсутствие достаточных данных в административном материале, считает не объективной, поскольку характеристика следов зафиксирована видеосъемкой, само же состояние дорожного покрытия содержится в показаниях и объяснениях истца, а также свидетеля И.О.Н. Экспертом сделан вывод, согласно которому наличие на проезжей части асфальтового покрытия насыпи из щебня с технической точки зрения при определенных условиях, может привести к неуправляемому заносу. Вместе с тем, эксперт не указывает, при каких условиях сложившаяся дорожная обстановка может привести к неуправляемому заносу, что равнозначно отсутствию ответа на вопрос. Ответ на шестой вопрос, поставленный судом также не дан, поскольку эксперты разъяснили способы «погашения» уже начавшегося заноса с учетом навыков, психофизиологических качеств водителя и так далее. Механизм заноса с технической точки зрения не определен, следы экспертами не изучались, конкретная траектория движения автомобиля не установлена, выводов о том, в каком месте начался занос не сделано. Определенная ООО «Профи» стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в сумме 853 087 рублей явно завышена. Заявила ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы в удовлетворении которой определением Ачинского городского суда от 09 июня 2018 года отказано. 

Представитель третьего лица КГКУ «КруДор», извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ранее направил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что автодорога «Ачинск-Ужур-Троицкое» включена в Перечень автомобильных дорог общего пользования регионального и межмуниципального значения Красноярского края. КГКУ «КруДор» осуществляет оперативное управление автомобильными дорогами общего пользования регионального и межмуниципального значения Красноярского края. 31.12.2014 года с ГП КК «Ачинское ДРСУ» заключен государственный контракт на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог, в том числе автодороги «Ачинск-Ужур-Троицкое» на период с 01.01.2015 года по 31.12.2017 года. Согласно актам о приемке выполненных работ № 8 от 31.08.2017 года, от 30.09.2017 года в периоды с 01.08.2017 года по 31.08.2017 года, с 01.09.2017 года по 30.09.2017 года на указанной дороге на всем участке общей протяженностью 20.74 км осуществлен ямочный ремонт асфальтобетонных покрытий без разломки старого покрытия, а также укладка асфальтобетонной смеси асфальтоукладчиком. Подрядчик самостоятельно оценивает состояние автомобильной дороги и в случае необходимости обеспечивает ремонт автомобильной дороги. Просит рассмотреть дело в отсутствие представителя (т. 1 л.д. 112-113).

Представитель третьего лица администрации г. Ачинска, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без участия представителя (т. 1л.д. 115).

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, эксперта, исследовав материалы дела, полагает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать по следующим основаниям. 

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статья 12 Федерального закона от 10.12.1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" предусматривает, что ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Соответствие состояния дорог техническим регламентам и другим нормативным документам, относящимся к обеспечению безопасности дорожного движения, удостоверяется актами контрольных осмотров либо обследований дорог, проводимых с участием соответствующих органов исполнительной власти. Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

На основании ст. 17 Федерального закона от 08.11.2007 г. N 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.

Согласно ст. 28 Федерального закона от 08 ноября 2007 года № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации» пользователи автомобильных дорог имеют право получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу, в случае строительства, реконструкции, капитального ремонта и содержания автомобильных дорог с нарушениями требований данного Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Для возложения имущественной ответственности на лицо за причиненный вред необходимо установление наступления вреда, его размер, противоправность поведения причинителя вреда, его вины, а также причинно – следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. 

Отсутствие одного из указанных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда. 

При этом смыслу закона, именно истец должен доказать причинение вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими последствиями, размер причиненного вреда.

В свою очередь ответчик вправе доказывать отсутствие оснований для возложения на него ответственности за причиненные убытки, а также наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что им проявлена та степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась в целях надлежащего исполнения своих обязательств. 

На основании государственного контракта от 31 декабря 2014 года, заключенного КГКУ «Управление автомобильных дорог по Красноярскому краю» и ГП КК «Ачинское ДРСУ» последнее приняло на себя обязательства по выполнению всего комплекса работ по содержанию автомобильных дорог регионального и межмуниципального значения (в том числе зимних автомобильных дорог) и искусственных сооружений на них, ледовых переправ, автоматических дорожных метеорологических станций в Ачинском, Бирилюсском, Боготольском, Большеулуйском, Емельяновском, Козульском, Назаровском, Тюхтетском районах Красноярского края, п. Кедровый, в целях обеспечения круглогодичного безопасного и бесперебойного движения транспортных средств, а также осуществления контроля транспортно-эксплуатационного состояния автомобильных дорог в пределах полос отвода и обеспечения их сохранности (т. 1 л.д. 44-52). Согласно приложения № 1 к указанному Контракту автодорога Ачинск – Ужур – Троицкое протяженностью 20, 74 км. включена в число объектов, в отношении который ГП КК «Ачинское ДРСУ» выполняет комплекс работ по содержанию. (т. 1 л.д.101-103).

Согласно акту приемки выполненных работ от 30.09.2017 года, ГП КК «Ачинское ДРСУ» в период с 01.09.2017 года по 30.09.2017 года проводились мероприятия по обслуживанию участка дороги Ачинск-Ужур-Троицкое, в том числе, погрузка и транспортировка щебня, механизированная очистка покрытий от пыли и грязи (т. 1 л.д. 62-63).

Из копии журнала производства работ по содержанию автомобильной дороги «Ачинск – Ужур – Троицкое», представленной ответчиком, следует, что 21 сентября 2017 года с 07 ч. 50 мин. до 17 ч. 30 мин. ГП КК «Ачинское ДРСУ» на 1-6 км. данной автодороги с использованием техники – КДМ (поливо – моечный) государственный знак №, а также автогрейдера ДЗ – 98 государственный регистрационный знак № осуществлялись работы по устройству сопряжения – обочины, выразившиеся в перемещении автогрейдером материала с разравниванием его по всей ширине, а также последующей механической очистке покрытий. (т. 1 л.д. 92-100). 

В соответствии с п. 4.2.7 Контракта от 31 декабря 2014 года ГП КК «Ачинское ДРСУ» несет всю ответственность за последствия дорожно – транспортных происшествий, связанных с не обеспечением им уровня содержания в соответствии с условиями настоящего Контракта и безопасности дорожного движения на объекте и в местах производства работ. (т. 1 л.д. 41-52). 

Исходя из изложенных правовых норм и заключенного контракта следует, что ГП КК «Ачинское ДРСУ» обязано принять необходимые меры по технике безопасности, соблюдению норм безопасности дорожного движения. 

Из материалов дела также следует, что 21 сентября 2017 года в 15-00 часов на 6 километре автодороги Ачинск-Ужур-Троицкое произошло дорожно-транспортное происшествие – съезд с дороги с последующим наездом на препятствие автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1 и принадлежащего последнему ( т. 1 л.д. 9).

Определением от 21 сентября 2017 года в возбуждении дела об административном правонарушении по факту описанного ДТП в отношении ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения, при этом указано, что истец, не справившись с управлением совершил съезд с дороги с последующим наездом на препятствие (т. 1 л.д. 10).

21 сентября 2017 года сотрудниками ГИБДД МО МВД России «Ачинский» составлен акт выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги, согласно которому на 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое проезжая часть загрязнена щебнем, чем нарушены положения раздела № 3 ГОСТ 50507-93. (т. 1 л.д. 35). 

Наличие щебня на проезжей части 21 сентября 2017 года подтверждается как пояснениями истца, показаниями свидетелей И.О.Н., Ш.В.А., Б.А.А., Ф.Е.В., так и представленными суду видеозаписью и фотографиями, выполненными на месте ДТП непосредственно сразу после него. 

В соответствии с заключением ООО Центр независимых экспертиз «Профи» № 107/2018 от 20 апреля 2018 года наличие на проезжей части асфальтового покрытия насыпи из щебня при определенных условиях может привести к неуправляемому заносу автомобиля и явиться причиной дорожно – транспортного происшествия, при этом занос мог произойти как при скорости 70 км/ч, так и при скорости 90 км/ч. Вероятный механизм данного ДТП исходя из материалов дела мог быть следующим: в процессе движения автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № произошел заезд данного транспортного средства на участок проезжей части (россыпь гравия) в различным коэффициентом сцепления с левой и правой стороны транспортного средства, что могло привести к заносу автомобиля по причинам не зависящим от водителя. При этом экспертом не дан ответ на вопрос об определении скорости автомобиля истца в момент возникновения заноса в связи с отсутствием в материалах дела сведений о расстоянии, которое преодолел автомобиль по каждому из участков (мелкий гравий, асфальтовое покрытие, обочина) до опрокидывания, а также характеристики зафиксированных следов (следы торможения, бокового скольжения и т.д.) (т. 1 л.д. 163-221).

В судебном заседании был допрошен эксперт Г.К.П. в связи с неясностью вывода, содержащегося в экспертном заключении от 20 апреля 2018 года об оставлении без ответа вопроса о вероятной скорости автомобиля под управлением истца до начала заноса и до места опрокидывания, который подтвердил свои выводы об отсутствии достоверной информации о характере зафиксированных на схеме места ДТП следов шин автомобиля, а также длине указанных следов. Дополнительно разъяснил, что наличие щебня на асфальтовом покрытии неизбежно приводит к разнице в коэффициентах сцепления шин автомобиля с дорогой, но произойдет ли при этом занос транспортного средства зависит от причин как объективного (эластичность шин, фракция, на которую осуществлен наезд), так и субъективного характера (совершение резкого маневра, скорость движения) и.т.д. В заключении им указаны коэффициенты сцепления шин с асфальтовым покрытием и с щебеночным покрытием, в методической литературе отсутствуют сведения о коэффициенте сцепления шин автомобиля с асфальтовым покрытием, на котором рассыпан щебень. Из профессионального опыта знает, что разница в коэффициентах сцепления в этом случае может быть еще больше.

Суд принимает заключения эксперта № 107/2018 от 20 апреля 2018 года в качестве надлежащего доказательства по делу.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном и непосредственном исследовании, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение экспертизы, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

При этом суд считает, что оснований сомневаться в заключении экспертизы не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентными специалистами, обладающим специальными познаниями, что подтверждено свидетельством о предоставлении права на производство автотехнических экспертиз от 29 сентября 1988 года в отношении эксперта Г.К.П., дипломами о высшем образовании по специальности «Автомобильные дороги и аэродромы» и о профессиональной переподготовке по программе «Независимая техническая экспертиза транспортных средств», а также выпиской из государственного реестра экспертов – техников в отношении эксперта Т.Д.А. (т. 2 л.д. 8-11). Заключение составлено в полной мере объективно, а его выводы - достоверны, согласуются с представленными в материалы дела письменными доказательствами и виде – фотоматериалами.

Все выводы данные в заключении экспертизы подтверждены экспертом, допрошенным в ходе судебного заседания, экспертам были представлены для проведения экспертизы материалы гражданского дела, административный материал по факт ДТП, фотографии и видеозапись, зафиксировавшие обстановку непосредственно после ДТП, акт осмотра автомобиля. Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, доказательств, свидетельствующих о том, что эксперты ООО ЦНЭ «Профи» Г.К.П., Т.Д.А. при проведении экспертизы по рассматриваемому гражданскому делу были лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, что имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в их объективности и беспристрастности, не представлено. Неясности относительно выводов по расчету скорости автомобиля до момента заноса, а также используемой экспертом терминологии были устранены в ходе допроса. 

Доводы представителя ответчика в части завышения стоимости восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № в заключении № 107/2018 от 20 апреля 2018 года бездоказательны. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в размере 320 759 рублей (с учетом износа частей, узлов, агрегатов и деталей), определенная в данном заключении согласуется с показаниями свидетеля Л.А.О., купившего у ФИО4 спорный автомобиль в поврежденном состоянии. Данный свидетель пояснил, что при самостоятельном выполнении ремонтных работ стоимость приобретенных им для этого бывших в употреблении частей, узлов, деталей составила около 100 000 рублей. Само по себе несогласие ответчика с выводами судебных экспертов, достоверности имеющегося в материалах дела судебного экспертного заключения не опровергает.

Вместе с тем, по мнению суда стороной истца не доказано наличие причинно – следственной связи между нахождением на проезжей части дороги россыпи щебня и возникшим у него ущербом. Само по себе наличие на проезжей части загрязнений не является безусловным основанием для признания лица, ответственного за содержание дорог, виновным в любом дорожно-транспортном происшествии, произошедшем на данном участке дороги.

Согласно правовой позиции, сформированной в п. 5 постановления Пленума Верховного суда от 24 марта 2016 года № 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" наличие причинно – следственной связи между нарушением обязательства и убытками предполагается, если возникновение убытков является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства. 

Как следствие, установление причинно – следственной связи означает установление того обстоятельства, что наличие россыпи щебня на проезжей части стало прямой и непосредственной причиной с неизбежностью повлекшей столкновение транспортного средства истца с препятствием. Доказательств же такового суду не представлено и судом не установлено. 

Из заключения № 107/2018 от 20 апреля 2018 года, показаний эксперта Г.К.П., данных в судебном заседании следует, что наезд транспортного средства на участки проезжей части с разными коэффициентами сцепления с левой и правой сторон транспортного средства могло привести к возникновению заноса автомобиля, но непосредственно его возникновение зависит также от причин субъективного характера, таких как выбранная водителем скорость движения, резкое совершение маневра и т.д. Указанное объективно подтверждается показаниями свидетеля Б.А.А., о том, что участок 6 км. трассы Ачинск – Ужур – Троицкое 21 сентября 2017 года он успешно проехал непосредственно перед истцом, при этом снизил скоростной режим, не изменял его, не совершал резких движений рулевым колесом, а также представленной стороной истца видеозаписью, выполненной непосредственно после ДТП согласно которой участок проезжей части с расположенной на ней россыпью щебня за 02 мин.19 секунд без осложнений пересекают порядка девяти автомобилей.

Описывая механизм происшедшего 21 сентября 2017 года дорожно – транспортного происшествия, истец указал, что при совершении маневра поворота направо, он наехал на россыпь щебня на проезжей части, в результате чего задняя часть автомобиля сместилась влево, он принял меры к торможению и попытался выровнять автомобиль путем поворота рулевого колеса влево, в результате чего автомобиль выехал на правую обочину, по которой следовал около 15 метров, при возвращении же на проезжую часть, автомобиль «подкинуло», двигаясь задним ходом он пересек полосу встречного движения, сместился в кювет, где в результате столкновения с деревом остановился. 

В дальнейшем истец изменил данные пояснения относительно механизма происшедшего дтп, указав, что с момента начала заноса и до момента столкновения с препятствием он маневров с помощью рулевого колеса не совершал. 

Вместе с тем первоначально данные истцом пояснения соответствуют видеозаписи и фотографиями, выполненными непосредственно после дтп, на которых зафиксированы следы шин автомобиля на обочине справа, показаниям свидетеля И.О.Н., из которых также следует, что на проезжей части 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое автомобиль истца занесло, в результате чего правая часть автомобиля выехала на обочину, там машину удалось выровнять, однако при выезде на проезжую часть вновь произошел занос; пояснениям ФИО1 от 21 сентября 2017 года в соответствии с которыми он не справился с управлением автомобиля в результате чего допустил съезд с проезжей части (т. 1 л.д. 33). 

Как следует из представленной суду стороной ответчика видеозаписи маршрута движения транспортного средства со стороны г. Назарово в сторону г. Ачинска по 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое перед местом наезда истца на россыпь щебня, автодорога имеет опасный поворот вправо, о чем информирует дорожный знак 1.11.1 ПДД РФ. Фактическое наличие указанного знака на полосе движения ФИО1 на момент ДТП в судебном заседании стороной истца не оспаривалось. Поэтому, несмотря на отсутствие документального подтверждения расположения знака 1.11.1 ПДД в районе ДТП (наличие его не отражено в проекте организации дорожного движения по автомобильной дороге Ачинск – Ужур – Троицкое (т. 1 л.д. 135-137) суд приходит к выводу, что непосредственно перед местом наезда ФИО1 на россыпь щебня у водителя ввиду поворота направо была ограничена видимость в направлении движения, о чем он был проинформирован знаком 1.11.1 ПДД. 

В соответствии с п. 1.5. Правил дорожного движения РФ, водитель транспортного средства обязан действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда,

Пункт 10.1 Правил дорожного движения обязывает водителя вести транспортное средство с учетом, в том числе дорожных и метеорологических условий, видимости в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД. 

По мнению суда, движение транспортного средства в условиях поворота дороги обязывало водителя избрать такой скоростной режим, который бы обеспечивал полный контроль за движением автомобиля.

При этом суд считает, что установление факта нарушения данного пункта Правил не предусматривает необходимость расчета конкретной скорости автомобиля в разных дорожных условиях. Свидетельством выбора ФИО1 небезопасной скорости на повороте дороги явилась потеря им управляемости автомобилем, выезд на обочину и последующее пересечение полосы встречного движения.

При этом суд считает необходимым согласиться с доводами истца и его представителя об отсутствии доказательств нарушения ФИО1 требований п. 10.3 ПДД РФ либо требований знака 3.24 ПДД, то есть свидетельствующих о том, что избранная небезопасная скорость превышала также разрешенную на данном участке дороги. Суд учитывает выводы эксперта о том, что при наличии дополнительных возмущающих воздействий для возникновения заноса, в т.ч. действий водителя, занос мог возникнуть и при движении с допустимой на данном участке дороги скоростью движения 90 км/ч. Предполагаемый же расчет скорости движения автомобиля истца, представленный стороной ответчика (т. 2 л.д. 15-16) выполнен без использования каких-либо познаний в области автотехники, в связи с чем не может быть принят судом. 

Указанные выше обстоятельства приводят к выводу, что непосредственной причиной ДТП явилось нарушение водителем ФИО1 п.1.5, 10.1 ПДД, управление автомобилем без учета видимости в направлении движения, дорожных условий, в том числе и при выезде с обочины справа на проезжую часть.

Доводы стороны истца о том, что ФИО1 не видел расположенный на асфальтовом покрытии щебень, не мог учесть разницу в коэффициентах сцепления поверхностей с различным покрытием с шинами автомобиля судом не принимаются. Из показания ФИО1, свидетеля И.О.Н. следует, что при выезде на обочину справа, водитель ощутил изменения характера покрытия по которому продолжилось движение (в показаниях истца указано, что автомобиль «провалился как в сугроб») и смог выровнять автомобиль, однако при последующем выезде на проезжую часть автомобиль вновь занесло, в результате чего он пересек встречную полосу движения и допустил столкновение с препятствием. Обязанность водителя учитывать при движении дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, установлена Правилами дорожного движения. В случае соблюдения данных предписаний, учитывая наличие опасного поворота, истец, владея источником повышенной опасности, при необходимой внимательности и осмотрительности избежал бы выезда на обочину дороги, равно как и последующего выезда с обочины на встречную полосу движения и имел объективную возможность предотвратить ДТП.

Кроме того, материалами дела не установлены противоправные действия ответчика, приведшие к загрязнению проезжей части 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое 21 сентября 2017 года. 

Действительно, как следует из материалов дела и не оспаривалось стороной ответчика, 21 сентября 2017 года в период с 07 ч. 50 мин. до 17 ч. 30 мин. работниками ГП КК «Ачинское ДРСУ» производились работы по устройству сопряжение – обочины в том числе и на 6 км. автодороги Ачинск – Ужур – Троицкое, в выполнении которых были задействованы автогрейдер ДЗ -98 государственный знак №., и КАМАЗ КДМ (поливо – моечный) государственный знак №. (т. 1л.д. 93-100).

Из представленных суду скриншотов с сайта Глонасс (глобальная навигационная спутниковая система), следует, что 21 сентября 2017 года 5-6 километр автодороги Ачинск-Ужур-Троицкое по направлению из Назарово в г. Ачинск автогрейдер ДЗ -98 государственный знак №. проехал в 12 ч. 34 мин. и в 15 ч. 05 мин. находился уже между отметками 3 и 2 км. автодороги, в свою очередь КАМАЗ КДМ (поливо – моечный) государственный знак №, участок дороги, где произошло ДТП проехал в 12 ч. 42 мин., в 15 ч. 12 мин. переместился на отметку 3 км (т. 1 л.д. 130-134, т. 2 л.д. 44-47). Выполнение в этот день работ по устройству сопряжения обочины в последовательности при которой за автогрейдером следует поливо – моечный автомобиль осуществляющий очистку проезжей части подтвердил в судебном заседании 

<

данные изъяты> ГП КК «Ачинское ДРСУ» Ш.А.В.

Доводы стороны истца о загрязнении дорожного покрытия работниками ответчика 21 сентября 2017 года основываются на показаниях свидетеля Б.А.А., который в судебном заседании пояснил, что в указанную дату, проезжая по маршруту Ачинск – п. Ключи он видел автогрейдер, осуществляющий работы по выравниванию обочины, при этом сгребающий щебень на проезжую часть, автомобиль, осуществляющий очистку проезжей части за ним не следовал. Вместе с тем, показания данного свидетеля не исключают доводы ответчика о последовательном выполнении работ по устройству сопряжения – обочины и последующей очистке проезжей части, поскольку временной промежуток следования автомобиля КАМАЗ КДМ (поливо – моечный) государственный знак № за автогрейдером ДЗ -98 государственный знак №. составил (согласно скриншотов с сайта Глонасс) 08 минут и свидетель, проезжавший по указанному участку дороги только в определенный промежуток времени мог разминуться с ним. 

Кроме того, суд также приходит к выводу, что ответчиком не был нарушен предусмотренный п. 3.1.5 и таблицей 3 ГОСТ Р 50597-93 "Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения" срок для устранения причин, снижающих сцепные качества покрытий, поскольку из представленной истцом видеозаписи, показаний свидетеля Ш.В.А., Ф.Е.В. следует, что очистка проезжей части от загрязнения выполнена ответчиком в течение нескольких часов после ДТП. 

Не может суд также согласиться с доводами истца о допущенных ответчиком нарушений в виде необеспечения соответствующих участков проезжей части дорожно – знаковой информацией о выполнении ремонтных работ. 

Согласно пункту 14 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностях должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения» должностные и иные лица, ответственные за производство работ на дорогах, обязаны обеспечивать безопасность движения в местах проведения работ. Эти места, а также неработающие дорожные машины, строительные материалы, конструкции и тому подобное, которые не могут быть убраны за пределы дороги, должны быть обозначены соответствующими дорожными знаками, направляющими и ограждающими устройствами, а в темное время суток и в условиях недостаточной видимости - дополнительно красными или желтыми сигнальными огнями. По окончании работ на дороге должно быть обеспечено безопасное передвижение транспортных средств и пешеходов. 

Пункт 4.1.3 «Рекомендаций по организации движения и ограждению мест производства дорожных работ» (ОДМ 218.6.019-2016) устанавливает, что работы, проводимые на автомобильных дорогах, планируются таким образом, чтобы: - их продолжительность и протяженность как можно меньше затрудняли движение транспортных средств, велосипедистов и пешеходов; - обеспечивалась пропускная способность, достаточная для пропуска транспортных потоков в рабочей зоне; - организация движения обеспечивала безопасные условия для движения транспортных средств, пешеходов и велосипедистов; а также, чтобы обеспечивались безопасные условия труда для людей, осуществляющих работы.

Согласно п. 6.1.1 (ОДМ 218.6.019-2016) к местам краткосрочных работ относятся, в том числе передвижные места производства работ по содержанию дорог (нанесение дорожной разметки, очистка проезжей части от мусора, обеспыливание, планировка откосов насыпей и выемок и т.п.), выполняемые рабочими и дорожными машинами в движении. А п. 6.1.2 этих же ОДМ устанавливает, что продолжительность и протяженность участка проведения краткосрочных работ определяется из условия наименьших помех движению транспортных средств. Согласно п.6.1.6 временные технические средств организации движения, направляющие и ограждающие устройств в местах производства краткосрочных работ выбираются с учетом категории дороги, местоположения и длины рабочей зоны, дорожных условий. Краткосрочные работы на проезжей части и обочинах рекомендуется проводить с использованием автомобиля прикрытия. Согласно п. 13 (ОДМ 218.6.019-2016) при выполнении передвижных краткосрочных работ, при необходимости, допускается устанавливать дорожные знаки непосредственно на дорожные машины и машины с технологическим оборудованием (спереди или сзади).

Таким образом, при выполнении передвижных краткосрочных работ оборудование данного участка дороги временными дорожными знаками, ограждающими или направляющими устройствами, обозначающими опасный участок, не требуется при условии установки соответствующих знаков на дорожные машины. Кроме того, как уже указывалось выше, вред имуществу истца причинен не вследствие попадания автомобиля на участок дороги с россыпью щебня, а вследствие его последующих действий. 

Таким образом, поскольку суд пришел к выводу, что истцом не доказаны противоправность действий (бездействий) ответчика, а также причинно – следственная связь между его действиями (бездействиями) и наступившими негативными последствиями, ГП КК «Ачинское ДРСУ» напротив, представлены доказательства отсутствия вины в причинении ущерба ФИО1 правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании суммы ущерба, расходов на оплату услуг эвакуатора, судебных расходов не усматривается. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 235-237 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному предприятию Красноярского края «Ачинское дорожное ремонтно-строительное управление» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Красноярский краеовой суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Судья Т.В. Парфеня