Дело № 2-83/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

30 января 2019 года город Вологда 

Вологодский городской суд Вологодской области в составе председательствующего судьи Зайцевой А.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Любимовой А.А.,

с участием представителя истца - ФИО8,

ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к ФИО11, ФИО9 о признании недействительными договора дарения и доверенности, 

установил:

16 апреля 2018 года умерла ФИО1, приходившаяся истцу матерью. При оформлении документов на наследство истец ФИО10 узнала о том, что на основании доверенности от 9 марта 2017 года её мать уполномочила ФИО11 на подписание договора дарения на имя внука ФИО9 в отношении недвижимого имущества: 1/2 доли в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, земельного участка № в садоводческом товариществе «Надежда». 

16 марта 2017 года на основании данной доверенности подписан договора дарения между представителем ФИО1 по доверенности - ФИО11 (ответчиком по делу) и ФИО9. На основании данного договора ФИО9 принял в дар 1/2 долю в праве на квартиру, договор зарегистрирован в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области 12 апреля 2017 года.

ФИО10 обратилась в суд с иском, указав, что с данным договором дарения не согласна, считает его составленным с нарушением норм законодательства, поскольку последние несколько лет её мать тяжело болела, о чём свидетельствуют записи из медицинской книжки, неоднократно обращалась в медицинское учреждение за оказанием помощи, ФИО1 почти не говорила, на вопросы не отвечала, неоднократно посещала психиатра. 

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал, просил суд исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании ответчик ФИО9 с иском не согласился, пояснив, что у ФИО1 не имелось психических расстройств, бабушка ему лично говорила о том, что хочет подарить ему квартиру, о чём он (ФИО9) её неоднократно переспрашивал. 

При рассмотрении дела в судебных заседаниях 13-21 ноября 2018 года ответчик ФИО11 подтвердил, что в день оформления доверенности ФИО1 плохо себя чувствовала, но он убедил её поехать к нотариусу, со ФИО1 общалась помощник нотариуса, документы подписывались в такси, в последнее время ФИО1 узнавала людей с подсказками, самостоятельно могла узнать только его (ФИО11). 

Третье лицо - Управление Росреестра по Вологодской области своего представителя для участия в деле не направило, представило отзыв на исковое заявление, в котором подтвердило факт регистрации перехода права собственности на 1/2 долю в праве на спорную квартиру от ФИО1 к ФИО9, а также обращает внимание суда на то обстоятельство, что в случае признания сделки недействительной следует применять последствия недействительности сделки. 

Третье лицо – нотариус ФИО12 ходатайствовала о рассмотрении дела в своё отсутствие, выразив при этом несогласие с иском в направленном суду отзыве, в котором также излагает хронологию действий 9 марта 2017 при удостоверении доверенности от имени ФИО1 на имя ФИО11: личность ФИО1 удостоверена на основании её паспорта, с ней проведена беседа, в ходе которой нотариус задавала ФИО1 вопросы общего характера для определения общего её состояния, а также вопросы, касающиеся её намерения составить доверенность на предмет определения воли, отсутствия/наличия заблуждения в своих действиях, понимания последствий этих действий. В ходе беседы ФИО1 адекватно реагировала на вопросы, отвечала ясно и понятно, пояснив, что хочет подарить долю в праве на квартиру своему внуку – ФИО9 

Суд, рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, заслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 9 марта 2017 года нотариусом ФИО12 удостоверена доверенность от имени ФИО1 на имя ФИО11 на осуществление дарения ФИО9 (внуку ФИО11) 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, и земельного участка №, расположенного на территории 

<

адрес> Доверенность уполномочивает ФИО11 на подписание договоров, регистрации перехода доли в праве общей долевой собственности, перехода права собственности, с правом получения всех зарегистрированных документов, сроком на три года, без права передоверия полномочий. 

16 марта 2017 года между ФИО11, действовавшим на основании выданной доверенности, заключил договор дарения со ФИО9 на указанное выше недвижимое имущество. Условия заключённого договора отвечают основным условиям договора дарения, предъявляемым к таким договору дарения статьёй 572 Гражданского кодекса РФ. 

Ставя под сомнение действительность заключённого договора, ФИО10- наследник ФИО1., умершей 16 апреля 2018 года, обратилась в суд с иском о признании сделки и доверенности недействительными, поскольку, как полагает истец, ФИО1 не могла осознавать значение своих действий и руководить ими в момент составления оспариваемых документов, о наличии договора и доверенности ей, ФИО10 стало известно при оформлении документов после смерти матери. 

Мотивируя доводы о недействительности сделки по заявленному основанию, то есть по пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ, не заявляя для этого дополнительных оснований, истец указывает на тяжёлую болезнь ФИО1 с 2015 года, а также на тот факт, что болезнь прогрессировала последнее время, что негативным образом отражалось на способности ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими. 

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО1 в момент подписания доверенности и договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Удовлетворяя ходатайство стороны истца о назначении посмертной судебно-психиатрической экспертизы в отношении умершей, суд допросил ряд свидетелей, знавших ФИО1 длительный период времени. 

Так, свидетель ФИО2 подтвердила, что ФИО1 очень плохо себя чувствовала в последнее время, перенесла и инфаркт, и инсульт, своим поведением напоминала большого ребёнка, сама не готовила, из комнаты никуда не выходила, ела только в комнате, лежала, сидела, она не всегда понимала, что происходит вокруг неё, имелись провалы в памяти. 

Допрошенный судом свидетель ФИО3 сообщил, что знает семью ФИО7 с 1976 года, их мать ФИО1 - с того же времени. Последний раз у ФИО11 был в 2016 году, ближе к осени, ФИО1 на тот момент находилась в квартире, она самостоятельно не питалась, её кормил ФИО11, она не узнавала на тот момент сына. 

Согласно показаниям свидетелей ФИО4 и ФИО5, суду пояснила, что у ФИО1 были проблемы с сердцем, примерно в 2013 году был инфаркт, затем - в 2015 году, в 2016 году – микроинсульт, последним в конце 2016 году был инфаркт, она не всех узнавала. 

ФИО6 суду пояснила, что с 1984 года знакома с семьёй С-вых, близко общалась со ФИО1., в конце января 2017 года она (свидетель) приходила в гости к ФИО13, предложила ФИО1 выпить чаю, та не проявила никаких эмоций, в конце августа 2017 года она (свидетель) заходила к ФИО1 но та посмотрела на неё (свидетеля) пустым взглядом, закрыла глаза и отвернулась. 

Показания свидетелей, наряду с имеющейся медицинской документацией, были предметом оценки комиссии судебно-психиатрических экспертов при составлении заключении на предмет установления у ФИО1 способности (отсутствия таковой) понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания юридически значимых документов, являющихся предметом оспаривания в рамках настоящего гражданского дела. 

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чём основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Соглашаясь с заключением комиссии экспертов, проводивших судебно-психиатрическую экспертизу, суд принимает во внимание, что свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним, установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, ни суд не обладают.

Как следует из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов, положенные в основу решения суда свидетельские показания, характеризующие наследодателя, были учтены и оценены при разрешении вопросов, поставленных перед экспертами, в отсутствие записей в медицинской документации ФИО1 на предмет обследования, осмотра у психиатра, комиссия экспертов пришла к однозначному выводу о том, что ФИО1 не страдала психическими расстройствами в период подписания документов, могла осознавать значение своих действий и руководить ими. В этой связи, суд отказал представителю истца в удовлетворении ходатайства о допросе дополнительных свидетелей для разрешения впоследствии вопроса о назначении повторной экспертизы. 

Кроме того, суд принимает во внимание условия, при которых ФИО1, подписывала доверенность: при удостоверении доверенности со ФИО1 была проведена беседа, в ходе которой ФИО1 адекватно реагировала на вопросы, отвечала ясно и понятно, понимала, что, подарив долю в праве на квартиру внуку, ФИО9 становится её собственником. Поскольку при удостоверении доверенности у нотариуса не возникло никаких сомнений в неадекватности поведения ФИО1., доверенность была нотариусом удостоверена.

С учётом вышесказанного, суд полагает, что доводы истца о том, что ФИО1 жаловалась на сонливость, слабость, перенесла инфаркт, инсульт, не являются достаточными доказательствами того, что ФИО1 не осознавала окружающей обстановки и не отдавала отчёта своим действиям на момент подписания доверенности и договора дарения. 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО10 к ФИО11, ФИО9 о признании недействительными договора дарения и доверенности отказать. 

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Вологодский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2019 года.

Судья А.В. Зайцева