Дело № 10-8/2025

УИД 07MS0040-01-2025-000954-63

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

гор. Майский 06 октября 2025 года

Майский районный суд Кабардино-Балкарской Республики

в составе председательствующего судьи Маденовой И.П.,

при секретаре Иризовой М.А.,

с участием старшего помощника и помощника прокурора Майского района КБР Макоевой Ф.М., ФИО1, 

защитника – адвоката Кучменова А.Х., представившего удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ № и ордер от ДД.ММ.ГГГГ №, осужденного ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор мирового судьи судебного участка № Майского судебного района КБР от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, со средним образованием, не состоящий в браке, военнообязанный, не имеющий иждивенцев, не трудоустроенный, проживающий по месту регистрации по адресу: 

<

адрес>, не судимый, осуждён ДД.ММ.ГГГГ по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 160 часам обязательных работ без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, избранная в отношении ФИО2, до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

В приговоре разрешен вопрос о вещественном доказательстве.

Заслушав выступление осужденного ФИО2 и его защитника Кучменова А.Х., поддержавших доводы апелляционной жалобы, и просивших об отмене приговора, старшего помощника прокурора Майского района Макоевой Ф.М., полагавшей об отсутствии оснований для отмены приговора, изучив материалы дела, в том числе характеризующие личность осуждённого, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО2 признан виновным и осужден за умышленное причинение Н.Т.М. легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Данное преступление, как изложено в приговоре, совершено при следующих обстоятельствах. 

Примерно в 14 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ на участке местности, расположенном напротив 

<

адрес> 

<

адрес>, между ФИО2 и Н.Т.М. произошел конфликт по причине препятствования последним совершению обгона на автомашине. В ходе словестного конфликта Н.Т.М. на неуважительное поведение со стороны ФИО2 нанес ему один удар кулаком правой руки в область лица последнего, после чего их начал разнимать Ш.З.Х. После нанесенного Н.Т.М. удара ФИО2 достал из салона автомашины металлическую трубу, после чего умышленно, осознавая опасность своих действий, предвидя и желая возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий, используя металлическую трубу в качестве оружия, нанес ею два удара в область головы Н.Т.М., отчего последний начал прикрываться руками от нанесения ему ударов ФИО2, а ФИО2 нанес еще не менее трех ударов в область его (Н.Т.М.) левой руки. В результате этих действий Н.Т.М. причинены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, квалифицирующиеся как легкий вред здоровью, которые повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья с утратой трудоспособности в пределах трех недель, а также рубцов от бывших ран 

<

данные изъяты>, которые не повлекли за собой расстройство здоровья или утрату трудоспособности и не расцениваются как причинение вреда здоровью.

Уголовное дело рассматривалось судом первой инстанции в общем порядке судебного разбирательства. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит отменить приговор и вернуть уголовное дело прокурору. Указывает, что вопреки требованиям ст. 206 УПК РФ, он и его защитник не были ознакомлены с заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, что лишило их права заявить ходатайства после ее изучения. Между тем, в соответствии с позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 28.09.2023 № 2655-О неознакомление обвиняемого с заключением экспертизы до начала судебного разбирательства нарушает право на защиту. Кроме того, в материалах дела отсутствует заключение судебно-медицинской экспертизы ГУЗ «БСМЭ» МЗ КБР по телесным повреждениям Н.Т.М., назначенной ДД.ММ.ГГГГ дознавателем ОД ОМВД России по 

<

адрес>, о чем в деле имеется соответствующее постановление, при этом, не выяснен вопрос о ее фактическом проведении, что исключает возможность проверки первоначальных выводов о характере и степени вреда здоровью потерпевшего и носит неустранимый характер в рамках судебного разбирательства. Отмечает, что в результате противоправных действий Н.Т.М. ему причинен материальный ущерб. Считает, что в ходе судебного разбирательства не опровергнуты доводы стороны защиты. Ссылаясь на приговор мирового судьи судебного участка № Майского судебного района КБР (без указания даты провозглашения, ФИО судьи и лица, в отношении которого приговор постановлен) утверждает, что его действия были вызваны непрекращающимся посягательством со стороны потерпевшего, в связи с чем имела место реальная угроза его жизни и здоровью. Считает, что в его действиях отсутствует состав преступления, поскольку он защищался от его неправомерных действий, не отрицая факта нанесения телесных повреждений потерпевшему, оспаривает наличие у него умысла на причинение вреда здоровью Н.Т.М., утверждает, что находился в состоянии необходимой обороны. 

В возражении помощник прокурора просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Считает приговор законным, обоснованным и мотивированным. Судом верно установлены фактические обстоятельства дела. Вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ установлена и доказана совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, в числе которых последовательные показания потерпевших, свидетелей Ш.З.Х., К.А.И. которым судом, наряду с версией подсудимого, дана надлежащая оценка. Все доказательства обвинения по уголовному делу добыты надлежащим образом, с соблюдением требований УПК РФ. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный и его защитник поддержали апелляционную жалобу, изложив указанные в ней доводы, в том числе о допущенных на стадии предварительного следствия нарушениях, связанных с ненадлежащим ознакомлением ФИО2 и его защитника с заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, не приобщении к материалам дела экспертного заключения по постановлению дознавателя ОД ОМВД России по 

<

адрес>, что воспрепятствовало реализации права на заявление ходатайств, и недоказанности вины осужденного. Защитником также обращено внимание на допущенные мировым судьей нарушения в связи с оглашением по собственной инициативе письменных доказательств по делу.

Проверив материалы уголовного дела и имеющиеся в них доказательства, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, а также в выступлениях сторон в заседании суда апелляционной инстанции, суд приходит к следующему.

Осужденный ФИО2 свою вину в совершенном преступлении не признал.

Между тем, его вина в совершении преступления, за которое он осужден, нашла свое полное подтверждение в судебном заседании совокупностью исследованных судом и представленных в приговоре доказательств.

Из показаний потерпевшего Н.Т.М. следует, что ДД.ММ.ГГГГ, когда он ехал на своем автомобиле по 

<

адрес> в 

<

адрес>, в которой также находился Ш.З.Х., то увидел, как из проезжающей мимо него автомашины какая-то девушка показала в его сторону палец, после чего данная автомашина сбавила скорость и стала ехать позади них, а после этого вновь стала их обгонять. Подумав, что в этой автомашине, возможно, находятся его знакомые, он, не дав себя обогнать, стал увеличивать скорость, после чего вторая автомашина подала ему световой сигнал и он остановился. Из указанной автомашины вышли на тот момент не знакомые ему ФИО2 со своей девушкой К.А.А. которому он (Н.Т.М.) принес свои извинения, так как понял, что обознался, однако тот стал вести себя агрессивно, выражался в его адрес словами грубой нецензурной брани, подошел на близкое расстояние и наклонил к нему голову. Н.Т.М. вновь извинился, однако ФИО2 не прекратил конфликтовать, высказывая недовольство его поведением. Н.Т.М., разозлившись, нанес в область лица ФИО2 один удар кулаком правой руки, после чего развернулся и пошел к своей автомашине, однако ФИО2 подошел к своей автомашине, достал из нее металлическую трубу (арматуру) и, подойдя к Н.Т.М., нанес ею один удар в область его головы, вызвав кровотечение и головокружение, в связи с чем он (Н.Т.М.) вновь ударил ФИО2, на что последний нанес ему (Н.Т.М.) еще один удар металлической арматурой в область головы, а всего он нанес ему арматурой 2 удара по голове и несколько ударов по рукам, так как он пытался ими прикрываться от ударов, при этом Ш.З.Х. пытался весь период драки пытался словестно успокоить ФИО2 и оттащить от Н.Т.М., однако тот его не слушал.

Дав объективную оценку показаниям Н.Т.М. суд правильно положил их в основу приговора, посчитав их достоверными и согласующимися с совокупностью других доказательств.

Так, при осмотре места происшествия потерпевший указал на участок местности, где получил телесные повреждения (т. 1 л.д. 79-83).

При проведении очной ставки со свидетелем К.А.И. потерпевший Н.Т.М. также подтвердил обстоятельства совершенного в отношении него преступления (т. 2 л.д. 1-9).

Показания свидетелей Ш.З.Х. и К.А.И. о причинах конфликта между ФИО2 и Н.Т.М. аналогичны показаниям потерпевшего Н.Т.М. Свидетель Ш.З.Х. также показал, что ФИО2 выражался в адрес Н.Т.М. грубой нецензурной бранью, общался с ним повышенным голосом, подойдя на близкое расстояние и наклонив голову к его (Н.Т.М.) лбу, а также высказывая недовольство тем, что он (Н.Т.М.) его на дороге «подрезал», при этом Н.Т.М. неоднократно перед ним извинился за свое поведение и предлагал ему разойтись. Поскольку ФИО2 не успокаивался Н.Т.М. нанес ему один удар кулаком руки по лицу, на что ФИО2 достал из своей автомашины металлическую трубу и нанес ею удар в область головы Н.Т.М. Весь период конфликта он (Ш.З.Х.) пытался словестно успокоить и отговорить ФИО2 от нанесения ударов трубой, но тот не слушал. Всего в ходе конфликта ФИО2 нанес Н.Т.М. два удара металлической трубой по голове и несколько ударов по рукам, размахивая ею, при этом Н.Т.М. также нанес ФИО2 два удара.

Свидетель К.А.И. пояснила суду, что когда Н.Т.М. нанес удар ФИО2, они стояли возле автомашины последнего и после удара Н.Т.М. стал отходить от ФИО2 к своей автомашине, а ФИО2 достал из своего автомобиля металлическую трубу, направился с ней к Н.Т.М. и уже дойдя до его автомашины нанес трубой удар в область головы (висок) Н.Т.М. После нанесенного ФИО2 удара она просила его уехать оттуда, однако тот ее не слушал, при этом в этот момент Н.Т.М. и Ш.З.Х. стояли на расстоянии от них - возле автомашины Н.Т.М.

Наличие у потерпевшего Н.Т.М. телесных повреждений подтверждается заключениями эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которым у Н.Т.М. обнаружены рубцы от бывших ушибленных ран 

<

данные изъяты>, которые могли быть причинены металлической трубой, повлекшие легкий вред здоровью и кратковременное расстройство здоровья с утратой трудоспособности в пределах 3-х недель, а также, согласно заключению эксперта №, рубцы от бывших ран 

<

данные изъяты>, установить механизм образования которых не представилось возможным из-за завершения процесса заживления и отсутствия медицинской документации об этом, которые не расцениваются как причинение вреда здоровью (т. 1 л.д. 42-44, т. 2 л.д. 37-39).

Ставить под сомнение заключения экспертов не имеется, поскольку экспертизы назначены в установленном законом порядке, проведены экспертом, имеющим необходимые квалификацию и стаж работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержащиеся в заключениях выводы научно обоснованы, согласуются с другими исследованными доказательствами.

Вина осужденного также подтверждается показаниями свидетелей А.Л.В. и К.З.А., а также другими доказательствами, приведенными судом, которым дана надлежащая оценка.

Тщательный анализ всех исследованных доказательств в их совокупности, позволил суду верно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО2 преступления и прийти к правильному выводу о квалификации его действий по п.«в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. Выводы мирового судьи о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, не содержат предположений и противоречий, являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства.

В своем решении мировой судья подробно изложил описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, и мотивы принятых решений по всем вопросам.

Доводы жалобы о наличии в действиях ФИО2 необходимой обороны не могут быть признаны состоятельными. 

Судом первой инстанции на основе исследованных доказательств не установлено в действиях ФИО2 признаков необходимой обороны, превышения ее пределов либо крайней необходимости, при этом суд указал на форму вины осужденного, выразившуюся в форме прямого умысла, мотивом к совершению преступления, как установлено судом, явились внезапно возникшие неприязненные отношения.

В приговоре приведены мотивы принятого судом решения об умышленном характере действий осужденного, направленных на причинение легкого вреда здоровью, о чем свидетельствует произошедший между ним и потерпевшим конфликт, целенаправленные действия осужденного, способ совершения преступления, в том числе не только выбор предмета, используемого в качестве оружия – металлическая труба, но также локализация ударов, нанесенных в жизненно важные области головы потерпевшего - теменной и лобной, с достаточной силой, о чем свидетельствуют установленные у потерпевшего повреждения.

Согласно ст. 37 УК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», необходимой обороной является защита личности и прав обороняющегося, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

По смыслу приведенной нормы закона опасность, угрожающая жизни, должна быть реальной, а не предполагаемой; действия, совершаемые в обстановке крайней необходимости, по времени должны совпадать с реально существующей угрозой причинения насилия, опасного для жизни; опасность не могла быть устранена иными средствами; действия, квалифицируемые как причинение легкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия - единственное, что могло бы привести к устранению опасности.

Суд апелляционной инстанции находит, что преступление совершено ФИО2 вследствие конфликта между ним и потерпевшим по незначительному поводу, а не в результате совершения общественно опасного посягательства на него со стороны потерпевшего, создающего угрозу причинения насилия, опасного для жизни. Фактические обстоятельства дела не указывают на то, что действия ФИО2 были вызваны необходимостью устранения непосредственно угрожавшей ему опасности, и эта опасность не могла быть устранена иными средствами, не связанными с причинением потерпевшему телесных повреждений, повлекших легкий вред здоровью.

Оснований полагать, что ФИО2 действовал в состоянии крайней необходимости, поскольку первым нанес удар ему сам потерпевший, а ФИО2 вынужден был защищаться, не имеется, так как действия ФИО2, совершенные в ответ на действия потерпевшего, носили наступательный характер и не были при данных обстоятельствах вынужденными и единственно возможными.

Как установлено из показаний потерпевшего и свидетелей, потерпевший Н.Т.М. после высказывания ФИО2 в его адрес нецензурной брани и в связи с его агрессивным поведением, разозлившись, нанес по его лицу один удар кулаком правой руки, после чего отошел от ФИО2 и направился в сторону своей автомашины, и после этого ФИО2 развернулся и пошел к своей автомашине, взял из нее металлическую трубу, с которой пошел в сторону Н.Т.М., и подойдя к нему ударил трубой в область его головы. После нанесенного Н.Т.М. удара тот вновь ударил ФИО2 кулаком руки, на что последний нанес второй удар этим же предметом в область головы Н.Т.М., а также размахивал им, нанося удары по рукам Н.Т.М., которыми он прикрывался от ударов ФИО2 При этом как свидетель Ш.З.Х., так и К.А.И.. пытались отговорить ФИО2 от нанесения ударов и уехать, однако он их не слушал. 

Таким образом, материалы дела не содержат объективных доказательств того, что действия ФИО2 носили вынужденный характер, поскольку у него была возможность прекратить конфликт и уехать, а нанесение удара потерпевшим не свидетельствует, что конфликт не мог быть разрешен без применения физической силы со стороны осужденного, в связи с чем в действиях ФИО2 не усматривается признаков необходимой обороны, как он заявляет об этом в апелляционной жалобе.

Между действиями осужденного и наступившими последствиями в виде легкого вреда здоровью имеется прямая причинно-следственная связь. Действия ФИО2 получили правильную правовую оценку - по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. Оснований для иной квалификации содеянного осужденным, не имеется.

Доводы жалобы о процессуальных нарушениях по делу, выразившихся в не ознакомлении ФИО2 с заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, которая по своей сути является неинформативной, мировым судьей проверены и обоснованно не нашли своего подтверждения. Так, из материалов дела усматривается, что право ФИО2 на ознакомление с материалами дела, в частности, с заключением судебно-медицинской экспертизы №, проведенной в рамках расследования уголовного дела, возбужденного в отношении Н.Т.М., по которому он (ФИО2) имел статус потерпевшего, не ограничивалось. С данным заключением ФИО2 был ознакомлен (т. 4 л.д. 51) и имел возможность, наряду с адвокатом, повторно ознакомиться с ним и при рассмотрении судом первой инстанции настоящего уголовного дела после приобщения к материалам дела данного заключения до окончания судебного следствия по нему, а также подготовить свою позицию по делу с учетом указанного документа и заявлять ходатайства. 

Утверждение в жалобе о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в связи с тем, что не установлено, проводились ли судебно-медицинские исследования в отношении телесных повреждений у Н.Т.М. на основании имеющегося в материалах дела постановления дознавателя ОД ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, является несостоятельным. Предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имеется. Экспертные заключения от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № по результатам судебно-медицинских исследований в отношении Н.Т.М., которые суд положил в основу приговора и обоснованно счел достаточными для разрешения уголовного дела по существу, содержат достаточные выводы о степени тяжести вреда здоровью потерпевшего, давности и механизма их образования, противоречий в них не усматривается, сомневаться в правильности указанных заключений оснований не имеется. Заключения оценены судом первой инстанции по правилам, установленным в статьях 87 и 88 УПК РФ, в совокупности с другими имеющимися в материалах настоящего дела доказательствами. Оснований полагать, что должностным лицом были утаены от экспертов какие-либо медицинские данные, в материалах дела нет.

Кроме того, доводы апеллянта о необходимости возвращения уголовного дела прокурору были рассмотрены и разрешены судом первой инстанции, и не нашли своего подтверждения, что нашло свое отражение в постановлении суда от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору.

В связи с заявлением защитника в суде апелляционной инстанции о том, что мировой судья по собственной инициативе исследовал письменные доказательства, повлекших, по его мнению, нарушение принципа беспристрастности, суд апелляционной инстанции отмечает, что это не является основанием к отмене приговора. Такой довод защитника является необоснованным и противоречит позиции самой стороны защиты в судебном заседании, не заявлявшей о каких-либо нарушениях в ходе судебного следствия.

В соответствии с ч. 1 ст. 274 УПК РФ очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства.

Высказанное в начале судебного следствия государственным обвинителем предложение о порядке исследования доказательств стороны обвинения было реализовано в судебном заседании, что соответствует положениям ст. 274 УПК РФ, в связи с чем оглашение судом по собственной инициативе ряда письменных доказательств, против чего стороны не возражали, не может рассматриваться как существенное нарушение принципов уголовного судопроизводства, повлиявшее на исход дела.

Как следует из протокола судебного заседания, государственным обвинителем был заявлен следующий порядок исследования доказательств: допросы потерпевшего, свидетелей и исследование материалов уголовного дела. Письменные доказательства исследовались судом в соответствии с указанным порядком, при этом недопустимые доказательства не исследовались. Стороны без каких-либо ограничений пользовались правами, предоставленными законом, в том числе и при исследовании доказательств. Право сторон на представление доказательств, заявление ходатайств, высказывание своего мнения по всем рассматриваемым в суде вопросам, не ограничивалось, и было реализовано.

К тому же, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30.05.2023 № 1048-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» оглашение протоколов следственных действий и иных документов в порядке статьи 285 УПК РФ, положения которой направлены на объективное и всестороннее рассмотрение уголовного дела, непосредственное исследование доказательств судом и сторонами, не лишает сторону защиты возможности задать интересующие ее вопросы участвующим в этих следственных действиях лицам в ходе их допроса в судебном заседании.

Суд проверил доказательства, сопоставив между собой, и дал оценку в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела, в основу обвинительного приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства.

Судебное следствие по делу проведено полно, всесторонне и объективно, в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе, принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации процессуальных прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона, в том числе предвзятости, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, всех обстоятельств дела, является справедливым.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Так в приговоре имеются ссылки на такие доказательства, подтверждающие вину осужденного, как протоколы очных ставок между подозреваемым ФИО2 и потерпевшим Н.Т.М., а также свидетелем Ш.З.Х. (т. 2 л.д. 88-102, 102-116).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», исследование ранее данных при производстве предварительного расследования или в суде показаний подсудимого, в том числе данных ими в ходе очной ставки, путем оглашения этих показаний в судебном заседании возможно лишь при наличии обстоятельств, указанных в статье 276 УПК РФ, перечень которых является исчерпывающим.

Согласно статье 276 УПК РФ оглашение показаний подсудимого, данных при производстве предварительного расследования, может иметь место лишь по ходатайству сторон, в том числе и в случае отказа от дачи показаний.

Как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания (от ДД.ММ.ГГГГ), в нарушение данных требований уголовно-процессуального закона, судом, после отказа подсудимого ФИО2 от дачи показаний, по собственной инициативе были оглашены его показания, данные в ходе очных ставок ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ с потерпевшим Н.Т.М. и свидетелем Ш.З.Х., которые приведены в приговоре в обоснование вывода суда о виновности осужденного.

Таким образом, указанные протоколы очных ставок не могут быть использованы для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу исходя из правил п. 1 ч. 2 ст. 75 и ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, ссылка суда на указанные доказательства подлежат исключению из приговора, как на недопустимое доказательство.

Вместе с тем данные изменения не влияют на квалификацию и доказанность виновности содеянного ФИО2 и не влекут за собой смягчение наказания.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса РФ,

п о с т а н о в и л :

приговор мирового судьи судебного участка № Майского судебного района Кабардино-Балкарской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО2 осужден по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, изменить - исключить из описательно-мотивировочной части приговора следующие указания суда, как на доказательства виновности осужденного - протоколы очных ставок между подозреваемым ФИО2 и потерпевшим Н.Т.М. (т. 2 л.д. 88-102), а также между подозреваемым ФИО2 и свидетелем Ш.З.Х. (т. 2 л.д. 102-116), оглашенные в судебном заседании в нарушение ст. 276 УПК РФ (т. 4 л.д. 105).

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Пятый кассационный суд общей юрисдикции, через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня его вынесения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, апелляционное постановление может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции. Осужденный и потерпевший также вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Судья Майского районного суда КБР И.П. Маденова