Дело № 1-6/2025 

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

25 апреля 2025 года г. Няндома

Няндомский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Арбузовой Т.В.,

при секретаре Татоевой К.М., 

с участием государственного обвинителя Позднякова Р.В., 

потерпевшей, гражданского истца Потерпевший №1, 

подсудимого, гражданского ответчика ФИО1, 

защитника адвоката Барабкиной О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3 ФИО21, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, с образованием 9 классов, холостого, не трудоустроенного, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого 

задержанного в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 7 марта 2024 года, 

постановлением суда от 9 марта 2024 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

установил:

в период с 21 часа 00 минут 6 марта 2024 года до 05 часов 25 минут 7 марта 2024 года ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире 

<

адрес>, расположенной на третьем этаже указанного дома, на почве личных неприязненных отношений к ФИО2, возникших в ходе ссоры с ней в процессе совместного распития спиртных напитков, умышленно, с целью убийства ФИО2, с силой нанес ей не менее двух ударов рукой по голове, а когда ФИО2 села на подоконник окна в кухне этой квартиры боком к оконному проему, створка которого была открыта, подошел к ФИО2, и, продолжая свой преступный умысел, направленный на ее убийство, с силой толкнул своей рукой сидящую на подоконнике ФИО2 в тело, вытолкнув ее из окна данной квартиры, в результате чего потерпевшая выпала из открытого окна квартиры 

<

адрес> с высоты третьего этажа на твердую заснеженную грунтовую поверхность возле указанного дома.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил ФИО2 физическую боль и телесные повреждения в виде: закрытой травмы головы с ссадинами в теменной и подбородочной областях, ушибленными ранами в теменной области справа, в правой височной области, кровоподтеками в правой височной области, на верхнем веке левого глаза, спинке носа, в подбородочной области слева, кровоизлияниями в мягкие ткани теменной, затылочной и правой височной областях, кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку теменной доли левого большого полушария головного мозга, которая расценивается как вред здоровью средней тяжести, а также телесные повреждения, составляющие тупую сочетанную травму тела: закрытая травма груди с кровоподтеками на передней и задней поверхностях груди, ссадинами на задней поверхности груди, кровоизлияниями в мягкие ткани груди по передней и задней поверхностям, в перикард по передней поверхности, дугу аорты по передней выпуклой поверхности, полным поперечным сгибательным переломом тела грудины, полными сгибательными переломами 4, 5 ребер справа, неполным атипичным сгибательным переломом 6 ребра справа, полным сгибательным переломом 3 ребра слева, неполными сгибательными переломами 3, 4 ребер слева; закрытая травма живота с кровоподтеком на правой боковой поверхности живота, кровоизлияниями в мягкие ткани правой боковой поверхности живота, брыжейку тонкой кишки, стенку подвздошной кишки, паранефральную клетчатку справа; закрытая позвоночно-спинномозговая травма с кровоизлияниями в мягкие ткани поясничной области, под переднюю продольную связку на уровне 4-5 поясничных позвонков, под твердую мозговую оболочку спинного мозга на уровне 4 поясничного позвонка, ушибом конского хвоста на уровне 4 поясничного позвонка, компрессионными переломами 3, 4, 5 поясничных позвонков, неполным поперечным переломом копчика; кровоизлияние в мягкие ткани ягодичной области. При этом телесные повреждения, составляющие тупую сочетанную травму тела, закономерно осложнившуюся развитием травматического шока, в совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни, и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2, наступившей в этот же период времени возле 

<

адрес>.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 от дачи показаний отказался, заявил, что умысла на убийство потерпевшей не имел, применение насилия к потерпевшей объяснил тем, что ФИО2 высказывала оскорбления в его адрес и адрес его матери.

Показания подсудимого в ходе предварительного следствия исследованы в судебном заседании на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что в квартире 

<

адрес> проживал совместно со ФИО2. Периодически между ними возникали конфликты по различным бытовым причинам, в основном словесные. Спиртное они оба употребляли ежедневно. Около 10 часов 6 марта 2024 года вместе со ФИО2 ходили в магазин, по пути встретили его мать – Свидетель №1 Втроем зашли в магазин «

<

данные изъяты>», где купили бутылку водки объемом 0,5 литра, после чего, вернувшись в квартиру, распивали спиртное. После того, как распили бутылку водки, ФИО2 стала говорить, что хочет выпить еще, в связи с чем ударил ее ладонью по лицу. Поскольку у матери с собой были тяжелые пакеты, решил проводить ее, на такси отвез мать домой, после чего вернулся к своему дому. Сходил в магазин «

<

данные изъяты>», купил бутылку водки объемом 0,25 литра, после чего поднялся к себе в квартиру. Подходя к дому, на балконе видел ФИО2, которая ругалась из-за того, что он ушел из квартиры и ничего ей не сказал. Выпив со ФИО2 водку, которую принес, занялись сексом, после чего начали ругаться. Спустя какое-то время ФИО2 успокоилась, допили оставшееся спиртное и потерпевшая решила послушать музыку, включила радиоприемник. У соседей также играла музыка, и ФИО2, решив посоревноваться с соседями, прибавляла громкость на своем приемнике. Неоднократно высказал ФИО2 претензии по поводу громко играющей музыки, но та не реагировала, поэтому дважды ударил ладонью по лицу потерпевшей. Помнит, что ФИО2 выбегала из квартиры, стучалась в дверь к соседям и жаловалась на него (ФИО1). Выходил вслед за ФИО2 и за ворот одежды затаскивал ее обратно в квартиру. Немного позднее, вечером ходил к матери, помогал ей и отчиму убирать снег у гаража вместе с ними выпил бутылку водки, после чего около 21 часа 30 минут пошел домой. По пути зашел на «точку» - то есть, у частного лица купил спирт. Вернувшись домой, разбавил спирт и вместе со ФИО2 стали его распивать на кухне. Помнит, что окно было сначала приоткрыто на проветривание, а затем ФИО2 открыла окно полностью. Во время употребления спиртного ФИО2 стала ругаться на него нецензурной бранью, эти оскорбления его сильно задели, в связи с чем ударил ФИО2 открытой ладонью по лицу. Наклонился над столом, стал наливать водку в рюмки, и в это же время увидел, что ФИО2 подошла сбоку и правой рукой, в которой удерживала сковороду, замахнулась на него. Смог каким-то образом увернуться, двумя руками оттолкнул ФИО2 от себя двумя руками в сторону подоконника. После данного толчка ФИО2 выпала из настежь открытого кухонного окна квартиры на улицу. Налил себе спиртное, подошел к окну и обнаружил, что ФИО2 лежит под кухонным окном, что-то мычала. Прикрыл окно, надел на себя одежду и ушел из дома, поскольку испугался. Полагал, что под окнами был снег и ФИО2 придет в себя и вернется домой. Закрыл входную дверь своим ключом и ушел. Сначала зашел к матери, взял у нее деньги, затем зашел к своим знакомым, и после этого вернулся домой. Входная дверь квартиры была заперта. Открыл дверь ключом, увидел, что ФИО2 дома нет. Выглянул в окно кухни, обнаружил, что ФИО2 по-прежнему лежит на улице. Спустился вниз, подошел к ФИО2. Помнит, что на ногах потерпевшей имелся иней. Подхватил ФИО2 за область подмышек и волоком потащил в подъезд, хотел ее согреть, считал, что она жива. Затащил ФИО2 на первый этаж первого подъезда, поднялся в квартиру, взял одеяло и накрыл им ФИО2. После этого в 05 часов 11 минут 7 марта 2024 года позвонил в скорую помощь и сообщил о происшедшем. Прибывшие сотрудники скорой помощи констатировали смерть ФИО2. Когда на место происшествия прибыли сотрудники полиции, о происшедшем им не рассказал, так как испугался привлечения к уголовной ответственности (т. 1, л.д. 99-105).

В ходе проверки показаний на месте 7 марта 2024 года ФИО1 дал показания, аналогичные показаниям в качестве подозреваемого, изложенные выше, при помощи манекена человека продемонстрировал, каким образом нанес открытой ладонью правой руки в область лица ФИО2 слева, и второй удар открытой ладонью левой руки в область лица ФИО2 справа, а также как двумя руками толкнул ФИО2, которая пыталась нанести ему удар сковородкой, в грудь; указал место перед подоконником, куда ФИО2 выронила сковороду. Также пояснил, что не видел, каким образом ФИО2 выпадала из окна – поскольку после того, как толкнул потерпевшую, отвернулся. Показал, что, когда вернулся домой, ФИО2 в квартире не было, обнаружил потерпевшую у дома под окнами, конечности ФИО2 были холодные, она лежала вниз лицом. Считал, что ФИО2 еще жива, поэтому оттащил ее в подъезд дома, сходил в квартиру, взял одеяло, которым укрыл потерпевшую, после чего вызвал скорую помощь (т. 1, л.д. 112-138).

В ходе дополнительного допроса в качестве подозреваемого 7 марта 2024 года ФИО1 показал, что ФИО2 оскорбляла его нецензурной бранью, однако ударов ему не наносила и не пыталась нанести, в том числе сковородой. Из-за высказанных потерпевшей в его адрес оскорблений с силой толкнул ФИО2 в сторону открытого настежь кухонного окна. Видел, что ФИО2 оказалась на подоконнике, фактически перевалилась через окно, но к ней на помощь не побежал, поскольку был зол на нее, и в тот момент ФИО2 была ему безразлична, то есть, ему было все равно, выживет потерпевшая, или нет. Видел, что ФИО2 сорвалась и выпала из кухонного окна. Испугавшись, ушел из квартиры (т. 1, л.д. 139-143).

При допросе в качестве обвиняемого 8 марта 2024 года ФИО1 показал, что на протяжении дня 6 марта 2024 года употреблял спиртное, вначале со ФИО2 и своей матерью, а затем вдвоем с потерпевшей. Примерно в 20 часов начали ругаться, затем помирились, он снова сходил в магазин, купил спиртное. Около 21 часа у него случился какой-то приступ, его стало сильно трясти, и ФИО2, испугавшись, выбежала из квартиры, стала стучаться к соседям из квартиры 

<

адрес>. Придя в себя, вышел на площадку, сказал ФИО2, что с ним все в порядке и скорую помощь вызывать не надо. Вдвоем вернулись в квартиру и продолжили распивать спиртное. Попросил ФИО2 приготовить закуску, та стала ругаться, оскорбляла его нецензурно. Его это задело, и он толкнул ФИО2 двумя руками в область груди по направлению подоконника с настежь открытым окном. От толчка ФИО2 частично перелетела подоконник, оказавшись верхней частью тела за окном. Во время толчка видел, что окно открыто. Когда толкнул ФИО2, та не кричала и ничего не говорила, о помощи не просила. Понимал, что ФИО2 может упасть, но подумал, что она удержится и все будет нормально. Отвернулся, налил себе выпить. Потом прошелся по комнатам, увидел, что ФИО2 в квартире нет. Вернулся на кухню, выглянул в распахнутое окно и увидел, что ФИО2 лежит в снегу на земле. Прикрыл окно, выпил еще одну стопку, выключил в квартире свет и пошел выбрасывать мусор. Заходил ли к соседям, не помнит. Затем ушел из квартиры, заперев входную дверь, гулял по городу, затем отправился к матери, у которой хотел взять деньги для приобретения спиртного. Около 02-03 часов, предварительно позвонив, пришел к матери, соврал ей, что разбил зеркало заднего вида на машине, попросил 500 рублей. Взяв у матери деньги, отправился к своему знакомому, у которого приобрел спирт, заходил к Свидетель №2. Ближе к 04 часам 45 минутам 7 марта 2024 года вернулся к себе в квартиру. Открыл входную дверь ключом, ФИО2 в квартире не было. Выглянул в кухонное окно и увидел, что ФИО2 по-прежнему лежит на снегу. Выбежал на улицу, подхватил ФИО2 под руки, волоком дотащил до подъезда. Оставив лежать потерпевшую на площадке первого этажа, сбегал в квартиру, где взял одеяло, и вернулся обратно. Накрыл ФИО2 одеялом, позвонил в скорую. Прибывшие сотрудники скорой сообщили, что ФИО2 умерла (т. 1, л.д. 149-153).

При допросе в качестве обвиняемого 9 марта 2024 года ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ вину не признал, утверждал, что убивать ФИО2 не хотел, поддержал ранее данные показания (т. 1, л.д. 159-161).

В ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого 24 апреля 2024 года ФИО1 показал следующее. 6 марта 2024 года около 20 часов 30 минут вернулся от матери в свою квартиру по адресу: 

<

адрес>, где находилась ФИО2. С собой принес спирт, который разбавил и стал употреблять его вместе со ФИО2. Сидели в комнате, и периодически заходили в кухню, где и употребляли спиртное. Во время очередного посещения кухни ФИО2 стала плакать, жаловалась на жизнь, забралась на подоконник и стала сидеть на подоконнике на корточках, опираясь при этом спиной на распахнутую створку средней секции окна. В это время ФИО2 предъявила претензии по поводу увольнения его (ФИО1) с работы, стала оскорблять его, выражалась нецензурной бранью, затем успокоилась, спустилась с подоконника вниз. Опять выпили, но ФИО2 вновь стала оскорблять его, в связи с чем он дважды ударил ФИО2 по лицу открытой ладонью, чтобы она пришла в себя. После этого отлучился в туалет. Вернувшись, увидел, что ФИО2 вновь сидит на корточках на подоконнике у открытого окна, плакала, высказывала претензии и оскорбляла его. Оскорбления ФИО2 его задели, посчитал их очень обидными, и, разозлившись, подошел к ФИО2, и рукой толкнул ее, после чего она выпала из окна, упав на снег рядом с домом. В тот момент просто хотел, чтобы ФИО2 успокоилась, убивать ее не намеревался, не думал, что она выпадет из окна, полагал, что она сможет как-то удержаться. Слышал, что ФИО2, лежа на земле, хрипела и стонала. Он прикрыл створку окна, поскольку в квартире стало холодно, выпил, понял, что совершил нехорошее, впал в панику, испугался и стал метаться по квартире. Выбегал в подъезд к соседям, на улицу к ФИО2. Потерпевшая была еще жива, хрипела и кряхтела, хотел привести ее в чувства. Какими-то навыками оказания первой медицинской помощи не обладает, но видел по телевизору, как проводится массаж сердца, в связи с чем перевернул ФИО2 на спину и стал руками с силой давать на ее грудь, трогал шею и сжимал ее, проверяя пульс. Привести в себя ФИО2 не удалось, оставил ее лежать в том же месте, куда она упала. Сразу сообщить о случившемся в экстренные службы побоялся, так как не хотел нести ответственность, вернулся в квартиру, стал обдумывать происшедшее. Помнит, что ночью 7 марта 2024 года выносил мусор, выбросил подушки, затем вернулся обратно в квартиру. После этого, будучи сильно взволнованным и растерянным из-за случившегося, отправился к матери, поскольку нужны были деньги на приобретение спиртного. Перед этим отправлял на телефон матери «маячки», сообщения с просьбой перезвонить, так как у него на телефоне денег не было. Взяв у матери деньги, сходил «на точку» за спиртным, а также к своему знакомому Свидетель №2, после чего вернулся в свою квартиру. Пройдя на кухню, снова выглянул в окно, ФИО2 по-прежнему лежала на земле. Решил, что тело ФИО2 нужно убрать с улицы, вышел из квартиры и отправился к месту падения потерпевшей. Помнит, что ФИО2 лежала лицом вниз на животе. Подхватил ее в области подмышек и волоком потащил в сторону подъезда. Туника, которая находилась на теле ФИО2, стала рваться, поэтому просто отбросил ее в сторону. Затащив тело ФИО2 в подъезд, снял с себя кофту и подложил под голову потерпевшей, после этого поднялся в квартиру, взял одеяло и спустился вниз, накрыл одеялом ФИО2. Затем, около 05 часов 7 марта 2024 года со своего мобильного телефона набрал номер «103», и через некоторое время приехали сотрудники скорой помощи. Фельдшер сообщил, что ФИО2 мертва. Через некоторое время на место прибыли сотрудники полиции (т. 1, л.д. 171-176).

При допросе в качестве обвиняемого 27 апреля 2024 года ФИО1 подтвердил ранее данные показания, уточнил, что удары по голове ФИО2 наносил не с целью убийства потерпевшей, а для того, чтобы успокоить ее. Когда толкнул ФИО2, не думал, что она может выпасть из окна квартиры. После того, как ФИО2 выпала из окна, ударов в грудь ей не наносил, а просто потрогал шею, проверив пульс, а также пробовал сделать потерпевшей искусственное дыхание, давя при этом руками ей на грудь. Ознакомившись с заключением эксперта по трупу ФИО2, может сказать, что ФИО2 ранее жаловалась ему на боли в области груди, со слов потерпевшей знает, что она падала и ударялась о ванну, когда мылась (т. 1, л.д. 183-186).

Отвечая в судебном заседании на вопросы суда, ФИО1 уточнил, что перед тем, как толкнул ФИО2, та сидела на подоконнике на ягодицах, при этом ее ноги были согнуты в коленях, ступни находились на подоконнике. Толкнул ее, затем отвернулся, налил себе в стопку водки, выпил, а когда обернулся на окно, потерпевшей не увидел. Когда спустился вниз, подошел к ФИО2, видел, что та шевелила пальцами рук. Стал проверять, жива потерпевшая, или нет, для чего проверил у нее пульс на шее – а именно четыре пальца одной руки (без большого пальца) прикладывал к шее ФИО2, при этом шею потерпевшей не сжимал. Также делал ей массаж сердца – сев на корточки рядом с потерпевшей, две своих руки сложил в замок и надавил, но не сильно, двумя руками раза 3-4 на грудную клетку потерпевшей, в область сердца, примерно по центру груди. При этом массой своего тела не наваливался, массаж проводил только своими руками. Также пояснил, что физически был сильнее потерпевшей ФИО2

Несмотря позицию подсудимого, его вина в инкриминируемом деянии подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, в том числе исследованными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетелей и письменными материалами дела.

Из показаний свидетеля Свидетель №8 следует, что работает старшим фельдшером скорой медицинской помощи ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ». 7 марта 2024 года на пульт диспетчера скорой медицинской помощи поступил вызов о необходимости оказании помощи ФИО2 по адресу: 

<

адрес>. На данный вызов выехал вместе с фельдшером ФИО22. Прибыв на место, возле первого подъезда их встретил мужчина, который находился в состоянии алкогольного опьянения, представился сожителем ФИО2. Вместе с мужчиной проследовали на лестничную площадку первого этажа, где обнаружили укрытое одеялом тело ФИО2 без каких-либо признаков жизни. Проверил пульс, реакцию зрачков на свет, понял, что ФИО2 мертва. Какие-либо реанимационные мероприятия не проводились по причине смерти ФИО2, на теле которой было обнаружено множество телесных повреждений. По результатам вызова в 05 часов 25 минут 7 марта 2024 года была констатирована смерть ФИО2, о чем было сообщено диспетчеру скорой и оперативному дежурному ОМВД России «Няндомский» (т. 1, л.д. 248-251).

Согласно карты вызова скорой медицинской помощи № 1089 от 07.03.2024, в 05 часов 25 минут констатирована смерть ФИО2 Также указано, что вызов скорой медицинской помощи осуществил сожитель ФИО2 (т. 2, л.д. 138-139).

Согласно записи в Книге учета сообщений о преступлениях ОМВД России «Няндомский» № 1209 от 07.03.2024, в 05 часов 26 минут 7 марта 2024 года в дежурную часть ОМВД России «Няндомский» поступили сведения от диспетчера скорой медицинской помощи ГБУЗ АО «Няндомская ЦРБ» о констатации смерти ФИО2, выпавшей из окна 

<

адрес> (т. 1, л.д. 13).

7 марта 2024 года в период с 08 часов 25 минут до 09 часов 30 минут осмотрено место происшествия – первый подъезд и придомовая территории 

<

адрес> в 

<

адрес>. В ходе проведения следственного действия установлено следующее. Дом многоквартирный, пятиэтажный, подъезд № 

<

адрес> является крайним слева. При входе в данный подъезд на площадке первого этажа, слева от лестничного пролета, обнаружен труп ФИО2, который расположен в положении лежа на спине, накрыт одеялом, под головой трупа размещен свитер темного цвета. На трупе имеются бриджи, приспущены примерно до середины бедра, иных предметов одежды на трупе не имеется. Трупное окоченение ярко выражено во всех группах мышц, кожные покровы на ощупь холодные. На лице, а именно в левой области лба и левого глаза, носа кожные покровы имеют слабовыраженный фиолетовый оттенок. В области правой щеки, ближе к носу, имеются следы опачкивания засохшим веществом коричневатого цвета, на подбородке имеются небольшие ссадины. В правой височной области головы трупа имеется небольшая рана со следами кровотечения, в верхней правой части груди трупа имеется небольшая гематома овальной формы коричневатого оттенка. На внутренней стороне плеча правой руки трупа имеется группа небольших гематом округлой формы светло-фиолетового цвета. В верхней боковой области бедра левой ноги трупа обнаружена большая гематома темно-фиолетового цвета. В области лодыжек, а также на участках между пальцами ног трупа имеется скопление замерзшего снега. На месте происшествия специалистом произведено дактилоскопирование трупа ФИО2. При проходе от стороны дома с дверьми подъездов, с левой стороны дома имеется немного заснеженная тротуарная площадка, на которой обнаружены следы волочения, состоящие из двух практически параллельных полос, расположенных на расстоянии около 20-30 см друг от друга. За указанной дорожкой следов волочения имеется тропа, поворачивающая к противоположной от подъездов стороне дома. При следовании по данной тропе в двух метрах от стены дома обнаружена замерзшая порванная туника синего цвета, которая изъята. Далее, на самой тропе, обнаружен клок волос темного цвета, внешне схожих с волосами трупа ФИО2, который изъят. На заснеженном участке, недалеко от осматриваемой тропы, обнаружен окурок сигареты, который изъят. При дальнейшем следовании по тропе обнаружены следы замерзшего вещества красного цвета (соскобы № 1 и № 2, следы замерзшего вещества коричневатого цвета (соскоб № 3), следы замерзшего вещества желтоватого цвета (соскоб № 4). Указанные следы путем соскоба на марлевые тампоны изъяты (т. 1, л.д. 49-65).

Согласно заключению эксперта № 461, волосы, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 07.03.2024 на придомовой территории 

<

адрес>, могли быть вырваны с головы ФИО2 (т. 2, л.д. 101-103).

Согласно заключению эксперта № 463, на двух смывах № 2 и № 3, изъятых в ходе осмотра места происшествия от 07.03.2024 на придомовой территории 

<

адрес>, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от ФИО2 (т. 2, л.д. 117-119).

В ходе дополнительного осмотра 13 марта 2024 года места происшествия – 

<

адрес> произведены замеры кухни, предметов мебели в ней и оконного проема, и установлено следующее. Длина помещений кухни – 529,8 см, ширина помещения кухни – 320,6, высота – 261,3 см; длина кухонного стола – 80,5, его ширина – 60,5; расстояние кухонного стола от стены № 2 – 12 см, от стены № 3 – 144 см; сплошная стена № 3 слева от подоконника – 61,5 см, сплошная стена № 3 справа от подоконника – 67,5 см; батарея, расположенная под подоконником в районе средней оконной рамы – длина 62,5 см, ширина – 8 см, высота – 56,5 см, расстояние между задней стенкой батареи и стеной № 3 – 4 см, высота батареи от уровня пола – 10 см. При замерах оконного проема стены № 3 в помещении кухни установлено: длина подоконника (от стены до стены без врезной части – 191 см, ширина подоконника – 38 см, высота подоконника от уровня пола – 82 см, толщина подоконника – 2 см, длина боковой планки подоконника – 208 см, высота боковой планки подоконника – 4 см, высота рамы средней оконной секции – 7 см, высота рамы средней оконной секции – 137 см, ее ширина – 60 см, высота проема средней оконной секции – 136,8 см, ширина проема средней оконной секции – 59,3 см, его толщина – 8 см; длина оконного отлива – 184,1 см, ширина оконного отлива – 30 см. Также установлено, что квартира № 

<

адрес> расположена в первом подъезде на третьем этаже (т. 1, л.д. 38-48).

Согласно заключению эксперта № 68, у ФИО1 при осмотре судебно-медицинским экспертом 12.03.2024 была обнаружены повреждения:

Ссадина на передней поверхности правого предплечья;

кровоподтеки (2) на тыльной поверхности правой кисти;

Ссадина на задней поверхности грудной клетки;

Ссадина на задней поверхности грудной клетки;

Кровоподтек на передней поверхности левого бедра;

Кровоподтеки (2) на передней поверхности правой голени.

Ссадина на передней поверхности правого предплечья пункта 1.1 настоящих выводов образовалась от тангенциального ударного воздействия твердого предмета с резкоограниченной поверхностью.

Кровоподтеки на тыльной поверхности правой кисти пункта 1.2 настоящих выводов, кровоподтек на передней поверхности левого бедра пункта 1.5 настоящих выводов и кровоподтеки на передней поверхности правой голени пункта 1.6 настоящих выводов, образовались от ударных воздействий твердого (-ых) тупого (-ых) предмета (-ов).

Ссадина на задней поверхности грудной клетки пункта 1.3 настоящих выводов образовалась от ударного воздействия твердого тупого предмета.

Ссадина на задней поверхности грудной клетки пункта 1.4 настоящих выводов образовалась от тангенциального ударного воздействия твердого тупого предмета с круглой плоской поверхностью.

Ссадины на передней поверхности правого предплечья пункта 1.1 настоящих выводов, ссадины на задней поверхности грудной клетки пункта 1.3 настоящих выводов и ссадины на задней поверхности грудной клетки пункта 1.4 настоящих выводов образовались в период от 3 до 8 суток до момента осмотра судебно-медицинским экспертов.

Кровоподтеки на тыльной поверхности правой кисти пункта 1.2 настоящих выводов образовались в период от 1 до 4 суток до момента осмотра судебно-медицинским экспертом.

Кровоподтек на передней поверхности левого бедра пункта 1.5 настоящих выводов и кровоподтеки на передней поверхности правой голени пункта 1.6 настоящих выводов образовались в период от 3 до 10 суток до момента осмотра судебно-медицинским экспертом. 

Все указанные телесные повреждения в соответствии с п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 2, л.д. 76-77).

Согласно заключению эксперта № 88, 

при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 обнаружены повреждения:

Сочетанная тупая травма тела:

закрытая травма головы с ссадинами в теменной и подбородочной областях, ушибленными ранами в теменной области справа, в правой височной области, кровоподтеками в правой височной области, на верхнем веке левого глаза, спинке носа, в подбородочной области слева, кровоизлияниями в мягкие ткани теменной, затылочной и правой височной областях, кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку теменной доли левого большого полушария головного мозга; 

кровоподтеки на передней поверхности шеи слева, кровоизлияния в мягкие ткани шеи по передней, правой и левой боковых поверхностях; 

закрытая травма груди с кровоподтеками на передней и задней поверхностях груди, ссадинами на задней поверхности груди, кровоизлияниями в мягкие ткани груди по передней и задней поверхностям, в перикард по передней поверхности, дугу аорты по передней выпуклой поверхности, полным поперечным сгибательным переломом тела грудины, полными сгибательными переломами 4, 5 ребер справа, неполным атипичным сгибательным переломом 6 ребра справа, полным сгибательным переломом 3 ребра слева, неполными сгибательными переломами 3, 4 ребер слева; 

закрытая травма живота с кровоподтеком на правой боковой поверхности живота, кровоизлияниями в мягкие ткани правой боковой поверхности живота, брыжейку тонкой кишки, стенку подвздошной кишки, паранефральную клетчатку справа; 

закрытая позвоночно-спинномозговая травма с кровоизлияниями в мягкие ткани поясничной области, под переднюю продольную связку на уровне 4-5 поясничных позвонков, под твердую мозговую оболочку спинного мозга на уровне 4 поясничного позвонка, ушибом конского хвоста на уровне 4 поясничного позвонка, компрессионными переломами 3, 4, 5 поясничных позвонков, неполным поперечным переломом копчика; 

кровоподтеки в лобковой области слева, на передне-внутренней поверхности правого плеча, передне-внутренней поверхности левого плеча, передней наружной поверхностей левого предплечья, на тыльной поверхности левой стопы, на передней поверхности правого бедра, передней и наружной поверхностям правой голени; 

ссадины правого предплечья, передней поверхности левой голени; 

кровоизлияние в мягкие ткани ягодичной области. 

Закрытая травма головы с ссадинами в теменной и подбородочной областях, ушибленными ранами в теменной области справа, в правой височной области, кровоподтеками в правой височной области, на верхнем веке левого глаза, спинке носа, в подбородочной области слева, кровоизлияниями в мягкие ткани теменной, затылочной и правой височной областях, кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку теменной доли левого большого полушария головного мозга пункта 1.1 настоящих выводов, образовалась от ударных воздействий твердых тупых предметов в теменную и правую височную области головы.

Кровоподтеки на передней поверхности шеи слева, кровоизлияния в мягкие ткани шеи по передней, правой и левой боковых поверхностях пункта 1.2 настоящих выводов образовались от сдавливающего (-щих) воздействия (-ий) тупого (-ых) твердого (-ых) предмета (-ов) на область шеи.

Закрытая позвоночно-спинномозговая травма с кровоизлияниями в мягкие ткани поясничной области, под переднюю продольную связку на уровне 4-5 поясничных позвонков, под твердую мозговую оболочку спинного мозга на уровне 4 поясничного позвонка, ушибом конского хвоста на уровне 4 поясничного позвонка, компрессионными переломами 3, 4, 5 поясничных позвонков, неполным поперечным переломом копчика, указанная в п. 1.5 настоящих выводов, кровоизлияние в дугу аорты по передней выпуклой поверхности из пункта 1.3 настоящих выводов, закрытая травма живота с кровоизлияниями в брыжейку тонкой кишки, стенку подвздошной кишки, паранефральную клетчатку справа из пункта 1.4 настоящих выводов, кровоизлияние в мягкие ткани ягодичной области пункта 1.8 настоящих выводов образовались в результате падения тела с небольшой высоты (менее 10 метров), о чем свидетельствуют объем и характер повреждений, преобладание внутренних повреждений над наружными, признаки сотрясения тела. В данном случае имело место свободное прямое падение, при котором местом первичного контакта с поверхностью соударения явилась левая ягодичная область.

Закрытая травма груди с кровоизлиянием в мягкие ткани груди по передней поверхности, в перикард по передней поверхности, полным поперечным сгибательным переломом тела грудины, полными сгибательными переломами 4, 5 ребер справа, неполным атипичным сгибательным переломом 6 ребра справа, полным сгибательным переломом 3 ребра слева, неполными сгибательными переломами 3, 4 ребер слева пункта 1.3 настоящих выводов образовались от не менее чем одного травматического воздействия твердого тупого предмета, пришедшегося в нижнюю треть передней поверхности груди потерпевшей (в область нижней трети тела грудины).

Кровоподтеки на передней и задней поверхностях груди с кровоизлияниями в мягкие ткани пункта 1.3 настоящих выводов, образовались от ударных и/или сдавливающих воздействий твердых тупых предметов. Ссадины на задней поверхности груди пункта 1.3 настоящих выводов образовались от тангенциальных ударных воздействий твердого (-ых) предмета (-ов) с резко ограниченной контактировавшей поверхностью в указанную анатомическую область.

Кровоподтек на правой боковой поверхности живота с кровоизлиянием в мягкие ткани пункта 1.4 настоящих выводов образовался от ударного воздействия твердого тупого предмета в правую боковую поверхность живота.

Кровоподтеки в лобковой области слева, на передне-внутренней поверхности правого плеча, передне-внутренней поверхности левого плеча, передней наружной поверхностей левого предплечья, на тыльной поверхности левой стопы, на передней поверхности правого бедра, передней и наружной поверхностям правой голени пункта 1.6 настоящих выводов образовались от ударных и/или сдавливающих воздействий твердого (-ых) тупого (-ых) предмета (-ов) в указанные анатомические локализации.

Ссадины правого предплечья, передней поверхности левой голени пункта 1.7 настоящих выводов образовались от тангенциальных ударных воздействий твердого (-ых) тупого (-ых) предмета (-ов).

Сочетанная тупая травма тела образовалась незадолго до наступления смерти (в период до 1 часа), и в совокупности критериев, по критерию опасности для жизни (согласно пп. 6.1.2, 6.1.11, 6.1.18 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), по критерию развития угрожающего жизни состояния (согласно пп. 6.2.1, 6.2.8 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. 

После получения сочетанной тупой травмы тела потерпевшая могла непродолжительное время (до 1 часа) совершать активные действия: говорить, двигать руками, поворачивать голову. 

Определить последовательность получения повреждений, полученных в комплексе установленной сочетанной тупой травмы тела, не представляется возможным. 

Причиной смерти ФИО2 явилась сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся травматическим шоком.

Смерть ФИО2 наступила не более, чем за 12 часов до начала экспертизы трупа в морге (07.03.2024 г. в 12 часов 30 минут).

Также при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 обнаружены повреждения:

полные поперечные переломы 4, 5 ребер слева;

кровоподтек на передней поверхности шеи слева в нижней трети;

кровоподтек на передней поверхности груди справа;

кровоподтек в околопупочной области живота слева;

кровоподтек на левой боковой поверхности живота;

кровоподтек на задней поверхности груди слева;

кровоподтеки правого плеча по передней, наружной и внутренним поверхностям;

кровоподтеки на задней поверхности левого предплечья;

кровоподтек на передне-внутренней поверхности левой голени.

Повреждения, указанные в п. 4.1 настоящих выводов, образовались в период от 2-х недель до момента наступления смерти ФИО2, согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), расцениваются как причинившие средней тяжести вред здоровью, и в причинной связи с наступлением смерти не состоят.

Повреждения, указанные в пп. 4.2, 4.3. 4.4, 4.6, 4.7, 4.9 настоящих выводов, образовались от ударных и/или сдавливающих воздействий твердого (-ых) тупого (-ых) предмета (-ов) в срок от 3-10 суток до момента наступления смерти ФИО2, расцениваются как в совокупности, так и по отдельности, как не причинившие вред здоровью (согласно п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и в причинной связи с наступлением смерти не состоят.

Повреждение, указанное в п. 4.5 настоящих выводов, образовалось от ударного (-ых) воздействия (-ий) твердого (-ых) тупого (-ых) предмета (-ов) в срок от 4-21 дня до момента наступления смерти ФИО2, расценивается как не причинившее вреда здоровью (согласно п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н; Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и в причинной связи с наступлением смерти не состоит.

При судебно-медицинской экспертизе крови ФИО2 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,06 промилле и в моче в концентрации 1.28 промилле. Подобная концентрация этанола в крови у живых лиц может соответствовать средней степени алкогольного опьянения.

Кровь от трупа ФИО2 относится к группе АВ (т. 2, л.д. 36-67).

Судебно-медицинский эксперт ФИО7 в судебном заседании показала, что у потерпевшей ФИО2 были обнаружены телесные повреждения, составляющие сочетанную травму тела. К данному выводу пришла, поскольку все повреждения образовались не одномоментно, в небольшой промежуток времени. Не все обнаруженные у потерпевшей повреждения характерны для падения, также были обнаружены телесные повреждения, характерные для ударных воздействий, а также от сдавливающего воздействия. Объединила данные телесные повреждения в сочетанную травму, поскольку одно повреждение усугубляло другое, однако не указала об этом в своем заключении. Указанные в п. 1.1 выводов повреждения, составляющие закрытую травму головы, образовались в результате травмирующих ударных воздействий твердых тупых предметов в указанные анатомические области, где расположены повреждения, при этом в заключении по технической ошибке не указала об этом. Повреждения, указанные в п. 1.5 выводов, получены в результате падения с небольшой высоты, однако исключает образование данных телесных повреждений в результате падения потерпевшей с высоты собственного роста, что также не указала в своем заключении. 

В выездном судебном заседании проведена эксгумация трупа ФИО2, также по делу назначена повторная судебная медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта № 59-137/2025, судебно-медицинская экспертная комиссия произвела повторную судебно-медицинскую экспертизу по материалам уголовного дела, протоколу судебного заседания от 15.10.2024, архивному гистологическому материалу, архивным костным препаратам и подъязычно-гортаннотрахеальному комплексу от трупа ФИО2, с повторным судебно-медицинским экспертным исследованием эксгумированного трупа ФИО2, и пришла к следующим выводам:

у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., установлены следующие повреждения:

тупая сочетанная травма груди, живота, позвоночника и таза: полный фрагментарно-оскольчатый сгибательный перелом тела грудины, полные сгибательные переломы 4,5-го правых ребер и неполный атипичный сгибательный перелом 6-го правого ребра в области их грудинных концов, полный сгибательный перелом в передней трети и неполный сгибательный перелом в средней трети 3-го левого ребра, неполный сгибательный перелом в передней трети 4-го левого ребра, трещина передней поверхности тела и неполный перелом остистого отростка 2-го поясничного позвонка, компрессионный «взрывной» фрагментарно-многооскольчатый перелом тела, неполный перелом дуги и остистого отростка, полные сгибательные переломы правого и левого реберных отростков 3-го поясничного позвонка, трещина разрывного характера на верхней и задней поверхностях тела 4-го поясничного позвонка, неполный перелом левого реберного отростка 5-го поясничного позвонка, неполный сгибательный перелом в нижних отделах крестца, полный сгибательный перелом копчика в средней трети, кровоизлияние под переднюю продольную связку поясничного отдела позвоночного столба, кровоизлияние под оболочки спинного мозга на уровне его конечного (нижнего) отдела, кровоизлияние в переднюю часть сердечной сорочки, кровоизлияние под адвентициальную оболочку дуги аорты, кровоизлияния (2) в брыжейку тонкой кишки и в стенку подвздошной кишки, кровоизлияние в околопочечную («паранефральную») клетчатку справа, кровоизлияние в мягкие ткани поясничной области («по срединной линии»), кровоизлияние в мягкие ткани «таза», кровоизлияние в мягкие ткани левой ягодичной области с переходом на заднюю поверхность левого бедра, кровоизлияние в мягкие ткани груди «в проекции тела грудины», кровоизлияние в мягкие ткани груди слева, кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности груди слева, кровоподтек и кровоизлияние передней поверхности груди справа, кровоподтек, ссадины (8) и кровоизлияние в мягкие ткани задней поверхности груди, кровоподтеки (3), ссадины (2) и кровоизлияния (2) в мягкие ткани на задней поверхности груди слева. 

1.2. тупая закрытая травма головы: оскольчатый перелом правой и левой носовых костей, лобного отростка правой верхнечелюстной кости и перпендикулярной пластинки решетчатой кости, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку на выпуклой поверхности теменной доли левого большого полушария головного мозга, ссадины (2) и кровоизлияние в кожно-мышечный лоскут головы в теменной области «по срединной линии», ушибленные раны (3) и кровоизлияние в мягкие ткани головы в теменной области справа, кровоизлияния (4) в мягкие ткани головы в теменной области слева, ушибленные раны (2) и кровоизлияние в мягкие ткани головы в правой височной области, кровоподтек на верхнем веке левого глаза, кровоподтек на спинке носа, кровоподтек в подбородочной области, ссадина и кровоизлияние в мягкие ткани в подбородочной области слева. 

1.3. кровоизлияния в мягкие ткани левой и правой боковых поверхностей шеи, кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности шеи («на уровне подъязычной кости, хрящей гортани и 1-4 хрящевых полуколец трахеи»).

1.4. кровоподтеки (2) на передней поверхности шеи слева в нижней трети; кровоподтек на правой боковой поверхности живота; кровоподтек в лобковой области слева; кровоподтек на передне-внутренней поверхности правого плеча в нижней трети; ссадина на передней поверхности правого предплечья в верхней трети; кровоподтеки (3) на передне-внутренней поверхности левого плеча в средней и нижней третях; кровоподтеки (3) на передней поверхности левого предплечья в верхней трети; кровоподтек на наружной поверхности левого предплечья в нижней трети; ссадина с внутрикожным кровоизлиянием «на передней поверхности левой голени в области коленного сустава»; кровоподтек на тыльной поверхности левой стопы; кровоподтек на передней поверхности правого бедра в верхней трети; кровоподтек на передне-наружной поверхности правой голени в верхней трети; кровоподтек на передней поверхности правой голени в верхней трети; кровоподтек на наружной поверхности правой голени в средней трети.

1.5. кровоподтек в правой височной области; кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани на передней поверхности шеи слева в нижней трети и в надключичной области; кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности груди справа; кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности живота слева в околопупочной области; кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани задней поверхности груди слева; кровоподтек и кровоизлияние в мягкие ткани левой боковой поверхности живота, поясничной области слева, левой ягодичной области, левой подвздошной области и на передней поверхности левого бедра; кровоподтек на наружной поверхности правого плеча в верхней трети; кровоподтеки (3) на передней поверхности правого плеча; кровоподтек на внутренней поверхности правого плеча в верхней трети; кровоподтеки (6) на задней поверхности левого предплечья в средней и нижней третях; кровоподтек на передне-внутренней поверхности левой голени. 

1.6. полные переломы в области грудинных концов 4,5-го левых ребер.

Морфологические свойства указанных в п.п. 1.1.-1.6. выводов повреждений, наличие кровоизлияний в мягкие ткани головы, под мягкую оболочку головного мозга, наличие кровоизлияний в мягкие ткани шеи, груди, живота и конечностей, во внутренние органы грудной и брюшной полостей, подтверждённое результатами судебно-гистологического исследования, наличие в области переломов 4,5-го правых и 3-го левого ребер следов механического взаимодействия костных отломков, формирующихся в посттравматическом периоде при сохраняющемся дыхании пострадавшего, наличие признаков заживления костной ткани в области переломов 4,5-го левых ребер, выявленные при медико-криминалистическом исследовании, свидетельствуют о том, что все выявленные у ФИО2 повреждения, указанные в п.п. 1.1.-1.6. выводов, являются прижизненными.

Однотипный характер микроскопических изменений, установленный при гистологическом исследовании кровоизлияний в мягкие ткани головы, шеи, груди и области таза, под мягкую оболочку головного мозга, во внутренние органы грудной и брюшной полостей (острые кровоизлияния без признаков реактивного и продуктивного воспаления), с учётом морфологических свойств наружных повреждений (цвет кровоподтеков, характер дна ссадин), расположенных в проекции кровоизлияний в мягкие ткани, свидетельствуют о том, что все повреждения, указанные в п.п. 1.1., 1.2., 1.3. выводов, образовались незадолго до наступления смерти ФИО2 Отсутствие каких-либо клеточных реакций (признаков реактивного и продуктивного воспаления) в вышеуказанных кровоизлияниях соответствует давности образования повреждений, указанных в п.п. 1.1., 1.2., 1.3. выводов, в период до 30 минут до наступления смерти ФИО2

Морфологические свойства указанных в п. 1.4. выводов повреждений («багрово-синюшный», «фиолетово-багровый», «синюшно-фиолетовый» «синюшный», «фиолетовый» цвет кровоподтеков, «западающее подсохшее» дно ссадин) соответствуют давности образования данных повреждений, указанных в п. 1.4. выводов, в период до 2 суток до наступления смерти ФИО2

Морфологические свойства указанных в п. 1.5. выводов кровоподтеков («синюшно-зеленый», «фиолетово-зеленый с желтизной по периферии», «желтый» «фиолетовый с желтизной по периферии», «зелено-желтый» цвет) соответствует давности образования данных повреждений, указанных в п. 1.5. выводов, в период 3-10 суток до наступления смерти ФИО2

Наличие и степень выраженности признаков заживления костной ткани (начальные признаки формирования костной мозоли), установленные при медико-криминалистическом исследовании переломов в области грудинных концов 4, 5-го левых ребер, соответствуют давности образования данных повреждений, указанных в п. 1.6. выводов, в период более 2 недель до наступления смерти ФИО2

Таким образом, установленная давность образования выявленных у ФИО2 повреждений свидетельствует о том, что указанные в п. 1.6. выводов переломы 4, 5-го левых ребер возникли раньше повреждений, указанных в п.п. 1.1., 1.2., 1.3., 1.4., 1.5. выводов, а кровоподтёки, указанные в п. 1.5. выводов, образовались раньше повреждений, указанных в п.п. 1.1., 1.2., 1.3., 1.4. выводов. Объективных данных, позволяющих высказать достоверное суждение о «последовательности нанесения» повреждений, указанных в п.п. 1.1., 1.2., 1.3., 1.4. выводов, не установлено.

1.7. Помимо повреждений, указанных в п.п. 1.1.- 1.6. выводов, при повторном исследовании эксгумированного трупа ФИО2, медико-криминалистическом исследовании ребер от эксгумированного трупа ФИО2 выявлены полный сгибательный перелом в передней трети 2-го левого ребра, полный сгибательный перелом в передней трети 8-го левого ребра и неполные сгибательные переломы в передних третях 9,10-го левых ребер. При повторном исследовании эксгумированного трупа ФИО2, гистологическом и медико-криминалистическом исследованиях признаков прижизненного образования данных переломов левых ребер не выявлено, что свидетельствует об их посмертном происхождении.

2. Характер и локализация указанных в п. 1.1 выводов повреждений со значительным объемом скелетной травмы грудной клетки, позвоночного столба и таза, массивными кровоизлияниями в мягкие ткани груди, поясничной области и таза, результаты выполненного в рамках проведения настоящей экспертизы исследования гистологического материала от трупа ФИО2 (наличие признаков жировой эмболии легких и травматического шока), свидетельствуют о том, что причиной смерти ФИО2 явилась совокупность повреждений, указанных в п. 1.1. выводов и составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, которые закономерно осложнились развитием жировой эмболии легких и травматического шока.

Согласно данным имеющегося в материалах дела протокола осмотра места происшествия, осмотр трупа ФИО2 на месте его обнаружения осуществлялся 07 марта 2024 года с 08 часов 25 минут до 09 часов 30 минут без участия врача – судебно-медицинского эксперта, при этом содержащееся в данном протоколе описание ранних трупных изменений является неполноценным и не позволяет высказать объективное суждение о сроке давности наступления смерти ФИО2 по отношению ко времени осмотра трупа подэкспертной на месте его обнаружения.

Характер и выраженность трупных изменений (трупного окоченения, трупного охлаждения и трупных пятен), зафиксированные в исследовательской части «Заключения эксперта» № 88 судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2, соответствуют давности наступления смерти подэкспертной в период 6-14 часов до момента регистрации трупных изменений в процессе судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 в морге (07.03.2024 г. в 12 часов 45 минут).

Фактические данные, содержащиеся в представленных материалах дела карте вызова скорой медицинской помощи № 1089, свидетельствуют о том, что смерть ФИО2 наступила не позднее 05 часов 25 минут 07.03.2024 г. (время констатации смерти фельдшером бригады скорой медицинской помощи).

3. Указанные в п. 1.1. выводов повреждения, составляющие тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, в соответствии с п.п. 6.2.1., 6.2.8. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. № 194н, и п/п «а» п.4. Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522, в совокупности оцениваются как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни, и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2

Повреждения, указанные в п.п.1.2., 1.3., 1.4., 1.5., 1.6. выводов, сами по себе по своему характеру не являлись опасными для жизни и не имеют других признаков тяжкого вреда здоровью и прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2

Указанные в п. 1.2. выводов повреждения, составляющие тупую закрытую травму головы, в соответствии с п.7.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. № 194н, и п/п «б» п.4. Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522, в совокупности имеют признаки вреда здоровью средней тяжести, поскольку подобные повреждения сами по себе у живых лиц обычно влекут за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель.

Повреждения, указанные в п.п. 1.3., 1.4., 1.5. выводов, в соответствии с п.9. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. №194н, как в отдельности, так и в совокупности расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью, поскольку сами по себе подобные повреждения у живых лиц обычно не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

Указанные в п. 1.6. выводов переломы 4,5-го левых ребер, в соответствии с п. 7.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 г. № 194н, и п/п «б» п. 4. Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522, в совокупности имеют признаки вреда здоровью средней тяжести, поскольку подобные повреждения сами по себе у живых лиц обычно влекут за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель.

3.1. В ходе производства настоящей экспертизы при повторном исследовании эксгумированного трупа ФИО2 и последующем медико-криминалистическом исследовании изъятых при этом черепа, крестца и ребер установлены следующие повреждения, не отмеченные в «Заключении эксперта» № 88 первичной судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2:

3.1.1. оскольчатый перелом правой и левой носовых костей, лобного отростка правой верхнечелюстной кости, перпендикулярной пластинки решетчатой кости. Данное повреждение в рассматриваемом случае является компонентом тупой закрытой травмы головы, указанной в п. 1.2. выводов и образовавшейся в результате совокупности травмировавших воздействий в область головы подэкспертной, в связи с чем оскольчатый перелом правой и левой носовых костей, лобного отростка правой верхнечелюстной кости, перпендикулярной пластинки решетчатой кости не подлежит отдельной оценке по степени причиненного вреда здоровью от остальных повреждений в области головы. Выявленный в ходе производства настоящей экспертизы оскольчатый перелом правой и левой носовых костей, лобного отростка правой верхнечелюстной кости, перпендикулярной пластинки решетчатой кости в совокупности с остальными повреждениями головы, указанными в п. 1.2. выводов, имеет признаки вреда здоровью средней тяжести, поскольку подобные повреждения сами по себе у живых лиц обычно влекут за собой длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель.

3.1.2. неполный сгибательный перелом в нижних отделах крестца. Данное повреждение в рассматриваемом случае является компонентом тупой сочетанной травмы груди, живота, позвоночника и таза (п. 1.1. выводов), объединенных единым механизмом её образования, в связи с чем перелом крестца не подлежит отдельной оценке по степени причиненного вреда здоровью от остальных повреждений, составляющих указанную в п. 1.1. выводов травму. Совокупность повреждений, указанных в п. 1.1. выводов, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза и включающих в себя неполный сгибательный перелом в нижних отделах крестца, оценивается как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни.

3.1.3. полный сгибательный перелом в передней трети 2-го левого ребра, полный сгибательный перелом в передней трети 8-го левого ребра и неполные сгибательные переломы в передних третях 9,10-го левых ребер. Признаков прижизненного образования этих повреждений при производстве настоящей экспертизы не установлено, в связи с чем данные повреждения учёту при решении вопроса о степени причиненного вреда здоровью не подлежат.

4. Установленные при медико-криминалистическом исследовании данные о характере, локализации и морфологических свойствах указанных в п. 1.1. выводов повреждений грудины, 4,5,6-го правых ребер, 3,4-го левых ребер свидетельствуют о том, что данные повреждения являются конструкционными, то есть образовались на отдалении от места приложения травмировавшей силы в результате вертикальной осевой нагрузки на передние отделы грудной клетки ФИО2 со сгибанием тела грудины и передних отрезков 4-6-го правых и 3,4-го левых ребер в виде дуг, выпуклостями обращенными кпереди относительно стандартного вертикального положения тела подэкспертной.

Установленные при медико-криминалистическом исследовании данные о характере, локализации и морфологических свойствах указанных в п.1.1. выводов повреждений 2-5-го поясничных позвонков свидетельствуют о том, что данные повреждения образовались в результате чрезмерной (запредельной) вертикальной осевой нагрузки на данные позвонки с последующим сгибанием поясничного отдела позвоночника кпереди и влево относительно стандартного вертикального положения тела ФИО2

Установленные при медико-криминалистическом исследовании данные о характере, локализации и морфологических свойствах указанных в п. 1.1. выводов повреждений крестца и копчика свидетельствуют об образовании данных повреждений в результате однократного ударного воздействия тупого твердого предмета в левую ягодичную область ФИО2 в преимущественном направлении снизу вверх относительно стандартно вертикального положения тела подэкспертной.

Таким образом, характер, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений мягких тканей, костей скелета и внутренних органов, указанных в п. 1.1. выводов, наличие признаков общего сотрясения тела, установленные при медико-криминалистическом исследовании особенности разрушения грудины, 4-6-го правых и 3,4-го левых ребер, 2-5-го поясничных позвонков, крестца и копчика позволяют судебно-медицинской экспертной комиссии прийти к выводу, что совокупность повреждений, указанных в п. 1.1. выводов и составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, образовалась в результате свободного падения ФИО2 с высоты с первичным соударением о поверхность приземления левой ягодичной областью, сопровождавшимся чрезмерным (запредельным) сгибанием поясничного отдела позвоночника кпереди, с последующим инерционным движением тела и вторичным соударением (соударениями) областью груди о поверхность приземления. 

Характер, количество, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п. 1.1. выводов и составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, вышеустановленный механизм образования данных повреждений позволяют исключить возможность «их получения в случае падения с высоты собственного роста».

Характер, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п. 1.2. выводов и составляющих тупую закрытую травму головы, результаты медико-криминалистического исследования повреждений костей лицевого скелета от эксгумированного трупа ФИО2 свидетельствуют о том, что тупая закрытая травма головы, указанная в п. 1.2. выводов, образовалась в результате не менее чем шести ударных воздействий тупого твердого предмета (предметов) в область головы подэкспертной: трех воздействий в центральный, правый и левый отделы теменной области, одного воздействия в правую височную область, одного воздействия в область носа и одного воздействия в подбородочную область. 

Характер, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п. 1.3. выводов, свидетельствуют о том, что данные повреждения образовались в результате не менее чем однократного ударного или сдавливающего воздействия тупого твердого предмета в область шеи ФИО2

Характер, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п. 1.4. выводов, свидетельствуют о том, что данные повреждения образовались в результате неоднократных воздействий по механизму удара и/или сдавления (кровоподтеки), удара и/или трения (ссадины) твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее одного воздействия пришлось в нижнюю треть передней поверхности шеи слева, не менее одного воздействия – в область правой боковой поверхности живота, не менее одного воздействия – в лобковую область слева, не менее одного воздействия – в нижнюю треть правого плеча, не менее одного воздействия – в верхнюю треть правого предплечья, не менее одного воздействия – в среднюю и нижнюю трети левого плеча, не менее двух воздействий – в верхнюю и нижнюю трети левого предплечья, не менее одного воздействия – в область левого коленного сустава, не менее одного воздействия – в область тыльной поверхности левой стопы, не менее одного воздействия – в верхнюю треть правого бедра, не менее двух воздействий – в верхнюю и среднюю трети правой голени.

Характер, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п. 1.5. выводов, свидетельствуют о том, что данные повреждения образовались в результате неоднократных воздействий по механизму удара и/или сдавления твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее одного воздействия пришлось в правую височную область, не менее одного воздействия – в передне-левые отделы шеи и в левую надключичную область, не менее одного воздействия – в правые отделы передней поверхности груди, не менее одного воздействия – в околопупочную область слева передней поверхности живота, не менее одного воздействия – в левые отделы задней поверхности груди, не менее одного воздействия в левые боковые отделы живота и левые отделы поясничной области, не менее одного воздействия – в область правого плеча, не менее одного воздействия – в область левого предплечья, не менее одного воздействия – в область левой голени.

Объективных данных, позволяющих высказать более конкретное суждение о конструктивных особенностях (индивидуальных и групповых признаках) внешнего строения травмировавшей части действовавшего твердого тупого предмета (предметов), причинивших указанные в п.п. 1.2., 1.3., 1.4., 1.5. выводов повреждения, не установлено. Образование данных повреждений, указанных в п.п. 1.2., 1.3., 1.4., 1.5. выводов, от воздействий рук (кулаков) и/или ног в обуви постороннего человека в область головы, шеи, груди, живота, конечностей ФИО2 не исключается.

Указанные в п. 1.6. выводов переломы в области грудинных концов 4,5-го левых ребер образовались от воздействия твердого тупого предмета. Объективных данных, позволяющих высказать более конкретное суждение о механизме образования данных повреждений и конструктивных особенностях внешнего строения травмировавшей части действовавшего твердого тупого предмета, не установлено ввиду утраты диагностически значимых морфоло-гических признаков в связи с заживлением костной ткани в области данных переломов.

Характер, количество, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, указанных в п.п. 1.2., 1.3., 1.4., 1.5., 1.6. выводов, вышеустановленный механизм их образования (множественные травмировавшие воздействия в различные анатомические области), разная давность возникновения данных повреждений, свидетельствуют о том, что возможность образования у ФИО2 установленных у неё повреждений, указанных в п.п. 1.2., 1.3., 1.4., 1.5., 1.6. выводов, «в случае падения с высоты собственного роста» исключается.

4.1. «Прикладывание четырех пальцев руки к шее потерпевшей (без большого пальца руки), без сжимания при этом шеи» не приводит к возникновению в области шеи каких-либо повреждений (кровоподтеков, ссадин, кровоизлияний, ран, др.) вследствие незначительной силы подобных воздействий, недостаточной для возникновения повреждений. В связи с этим «возможность получения потерпевшей ФИО2 телесных повреждений при прикладывании четырех пальцев руки к шее потерпевшей (без большого пальца руки), без сжимания при этом шеи ФИО2» исключается.

«Надавливание 3-4 раза двумя руками, сложенными в замок, в область грудной клетки потерпевшей, по центру груди, без применения силы», как правило, не приводит к возникновению в области груди каких-либо повреждений (кровоподтеков, ссадин, кровоизлияний, ран, переломов, др.), поскольку для их образования необходимо воздействие повреждающего фактора – в предлагаемых обстоятельствах воздействие рук, «сложенных в замок», с определенной силой, достаточной для возникновения повреждений. На основании вышеизложенного, а также принимая во внимание конструкционный (т.е. образовавшийся на отдалении от места приложения травмировавшей силы) характер повреждений в области груди ФИО2, экспертная комиссия исключает «возможность получения потерпевшей ФИО2 телесных повреждений при надавливании 3-4 раза двумя руками, сложенными в замок, в область грудной клетки потерпевшей, по центру груди, без применения силы». 

5. Локализация, характер и объем выявленных у ФИО2 повреждений, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, свидетельствуют о том, что после возникновения у подэкспертной совокупности указанных в п. 1.1. выводов повреждений с развитием декомпенсированного травматического шока ФИО2 должна была утратить способность к совершению самостоятельных активных действий (передвижению и т.п.).

Характер и локализация повреждений, указанных в п. 1.2. выводов и составляющих тупую закрытую травму головы, не исключают возможность сохранения у ФИО2 способности к совершению активных действий (в том числе к самостоятельному передвижению) после причинения ей данных повреждений.

Повреждения, указанные в п.п. 1.3., 1.4., 1.5., 1.6. выводов, в силу своего характера сами по себе не могли обусловить утрату ФИО2 способности к совершению активных самостоятельных действий.

Объективных судебно-медицинских данных, позволяющих высказать достоверное суждение о том, «в каком положении находились потерпевшая и лицо, причинившее ей телесные повреждения, по отношению друг к другу в момент причинения телесных повреждений», не установлено.

6. В соответствии с имеющимися в представленных материалах дела «Заключениями эксперта» №№ 6524,6525, при экспертизе крови и почки от трупа ФИО2 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,06 промилле в крови и 1,28 промилле в почке, что свидетельствует о том, что незадолго до смерти ФИО2 принимала алкоголь. Обнаруженная в крови трупа ФИО2 концентрация этилового спирта у живых лиц может соответствовать средней степени алкогольного опьянения.

В соответствии с имеющимся в представленных материалах дела «Заключением эксперта» № 460, в результате экспертизы крови от трупа ФИО2 установлено, что кровь подэкспертной относится к группе АВ (т. 3, л.д. 178-248).

В судебном заседании эксперт ФИО19 показал, что при повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО2 также были выявлены повреждения, являющиеся компонентами тупой сочетанной травмы груди, живота, позвоночника и таза, и не указанные в первоначальном заключении судебно-медицинской экспертизы, выполненном экспертом ФИО23, а именно неполный сгибательный перелом в нижних отделах крестца, и в случае отсутствия у ФИО2 данного повреждения смерть потерпевшей наступила бы в любом случае – от тупой сочетанной травмы груди, живота, позвоночника и таза. Также комиссией экспертов были выявлены не указанные в заключении эксперта ФИО26 телесные повреждения в области головы потерпевшей, которые являются компонентами тупой закрытой травмы головы. Вновь выявленные при повторной экспертизе повреждения лишь позволили уточнить механизм образования данных травм. Также пояснил, что в заключении комиссии экспертов указан компрессионный «взрывной» фрагментарно-многооскольчатый перелом тела, а в заключении эксперта ФИО25 – компрессионный перелом 3, 4, 5 поясничных позвонков, что является одними и теми же повреждениями, и в заключении повторной экспертизы этот характер повреждений обозначен более широко, чем в заключении эксперта ФИО24. Комиссия экспертов исключила из тупой закрытой травмы тела указанные в заключении эксперта ФИО27 следующие повреждения: кровоподтеки на передней поверхности шеи слева, кровоизлияния в мягкие ткани шеи по передней, правой и левой боковых поверхностях; кровоподтеки в лобковой области справа, на передне-внутренней поверхности правого плеча, передне-внутренней поверхности левого плеча, передней наружной поверхностей левого предплечья, на тыльной поверхности левой стопы, на передней поверхности правого бедра, передней и наружной поверхностям правой голени; ссадины правого предплечья, передней поверхности левой голени – поскольку эти повреждения имеют другой, отличный от тупой сочетанной травмы груди, живота, позвоночника и таза, механизм образования, и должны были учитываться отдельно от тупой сочетанной травмы тела.

В ходе осмотра 7 марта 2024 года в период с 06 часов 59 минут до 08 часов 20 минут места происшествия установлено следующее. 

<

адрес> многоквартирный, пятиэтажный, разделен на несколько подъездов. Квартира № 

<

адрес> расположена в первой подъезде на третьем этаже, входная дверь в квартиру, запорное устройство двери каких-либо повреждений не имеют. Участвующий в осмотре места происшествия ФИО1 пояснил, что в данной квартире он проживал совместно со своей сожительницей ФИО2 Квартира № 

<

адрес> является трехкомнатной. В помещении кухни расположены табурет с электрическим чайником, кухонный стол с приставленными табуретом и стулом, двухсекционное окно и подоконник, тарелка с остатками пищи, трехсекционное окно и подоконник, газовая плита с кастрюлей, холодильник, кухонный гарнитур с посудой, раковина. На холодильнике обнаружен паспорт на имя ФИО2. Трехсекционное окно с подоконником, расположенное напротив дверного проема, на момент осмотра закрыто. На подоконнике размещены магнитофон, коробка со стиральным порошком, металлическая ложка, два пластмассовых изделия. Поверхность подоконника в левой его части опачкана остатками продуктов питания. Под подоконником расположен радиатор отопления. Каких-либо видимых следов на обозначенных предметах не обнаружено. Специалистом обработаны поверхности радиатора, подоконника, рам и ручек черным дактилоскопическим порошком. На поверхности подоконника, в месте расположения средней оконной секции обнаружены два следа пальцев рук, не пригодных для сравнительного исследования. Аналогичный след пальца руки обнаружен на нижней поверхности рамы средней оконной секции. На внутренней поверхности средней оконной секции, под оконной ручкой обнаружены два следа рук, которые изъяты на светлые дактилоскопические пленки № 1 и № 2. На оконном отливе, представляющем собой наклонный металлический лист, служащий для отвода воды от окна, каких-либо видимых следов не обнаружено. Поверхность отлива имеет незначительные следы загрязнения в виде пыли, а также наледь. Каких-либо следов рук или ног на поверхности оконного отлива не обнаружено. При осмотре комнаты № 3 на кресле обнаружена простынь со следами вещества бурого цвета, которая изъята. При поднятии сидения дивана в отсеке для хранения обнаружены и изъяты одеяло синего цвета, наволочка белого цвета с синим цветочным принтом, наволочка с цветочным принтом зеленого и красного цветов. Обстановка в помещениях квартиры не нарушена, каких-либо следов борьбы не обнаружено (т. 1, л.д. 21-36).

Согласно заключению эксперта № 25/0016, след пальца руки, откопированный на светлую дактилопленку № 1, оставлен ФИО1, его указательным пальцем правой руки. Один след пальца руки, откопированный на светлую дактилопленку № 2, оставлен ФИО2, ее средним пальцем левой руки (т. 2, л.д. 93-95).

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что с ноября 2023 года проживает в 

<

адрес> совместно с мужем и дочерью. С соседями из 

<

адрес> – ФИО2 и ФИО3 поддерживали обычные соседские отношения. Знает, что ФИО3 достаточно часто в состоянии опьянения избивал ФИО2, выгонял ее из квартиры. ФИО2 была бесконфликтной, спокойной женщиной, изредка употребляла спиртное. ФИО3 постоянно шумел в своей квартире, кричал, не давал спокойной жизни всем соседям, после употребления спиртного выходил из себя, из-за чего и избивал ФИО2. Днем 6 марта 2024 года находилась дома, никакого шума из 

<

адрес> не слышала. Около 21-22 часов в квартире соседей начался шум, слышала, что ФИО3 ругался на ФИО2, причинял ей побои. ФИО2 позвонила в дверь их квартиры, просила помощи, сказала, что у ФИО3 случился приступ эпилепсии. Согласилась помочь, но практически сразу из своей квартиры вышел ФИО3, сказал, что он пришел в себя, после чего вместе со ФИО2 вернулись в свою квартиру. В какой-то момент услышала, что ФИО2 стала просто истерически кричать, выбежала из своей квартиры и стала звонить в ее (Свидетель №3) квартиру. Открывать не стала. После этого из квартиры вышел ФИО3, который продолжил ругаться со ФИО2, вероятнее всего, хватал ее, так как ФИО2 кричала: «Отпусти меня!», «Не трогай», «Мне сейчас откроют». Затем ФИО3 и ФИО2 продолжили ругаться в своей квартире, слышала, что ФИО2 очень громко стала ругаться матом, хотя ранее такого не было. Звонить в полицию побоялась. В какой-то момент крики из квартиры соседей резко прекратились, стало очень тихо, чего она (Свидетель №3) очень испугалась, поскольку подумала, что ФИО3 сделал что-то плохое в отношении ФИО2. Минут через 10 в дверь квартиры позвонили, когда открыла, увидела ФИО3, глаза которого были «бешенные». Стала высказывать претензии ФИО3 из-за того, что тот бьет ФИО2, на что подсудимый стал оправдываться и утверждал, что не бьет потерпевшую. Дверь в 

<

адрес> была открыта, но голоса ФИО2 из квартиры не слышала. Затем ФИО3 несколько раз произнес фразу: «Уходите из этого дома, здесь что-то непонятное творится», после чего она закрыла дверь в свою квартиру. В последующем, на протяжении всей ночи, слышала, что ФИО3 неоднократно выходил из своей квартиры на улицу, хлопал дверьми, несколько раз звонил в звонок ее квартиры, но ни она, ни муж дверь подсудимому не открыли. Утром 7 марта около 07 часов от сотрудников полиции узнала, что ФИО2 погибла в результате падения из окна своей квартиры. Считает, что потерпевшая совершить самоубийство не могла (т. 1, л.д. 221-225).

Из показаний свидетеля Свидетель №6 следует, что какого-либо тесного общения с соседями из 

<

адрес>, ФИО2 и ФИО3, не поддерживал. Периодически ФИО2 и ФИО3 злоупотребляли спиртными напитками, но часто ли между ними возникали конфликты, не знает, поскольку постоянно находится в командировках. Днем 6 марта 2024 года в 

<

адрес> было тихо, около 21-22 часов находился дома, с женой смотрели телевизор, примерно в это время из соседней квартиры стали доноситься крики ФИО2, затем раздался звонок в дверь, супруга пошла открывать, вернулась и сказала, что приходила ФИО2, которая просила или успокоить или удерживать ФИО3, но эта необходимость отпала. Через несколько минут ФИО2, находясь в своей квартире, стала снова кричать, что именно, сказать не может, поскольку не придал этому значения. В какой-то момент крики прекратились, и шума больше не было. Спустя некоторое время в дверь их квартиры снова позвонили, супруга пошла открывать, затем позвала его, пояснив, что ФИО3 хочет с ним поговорить. Вышел в прихожую, ФИО3 сказал: «Сваливайте из этого дома». Понял, что ФИО3 сильно пьян и ведет себя неадекватно, в связи с чем закрыл входную дверь и сказал супруге, чтобы она больше никому не открывала. Около 07 часов утра 7 марта 2024 года пришли сотрудники полиции, от которых узнал, что ФИО2 погибла (т. 1, л.д. 238-241).

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что с 30 декабря 2023 года проживает в 

<

адрес>. Ей известно, что в 

<

адрес> проживали мужчина и женщина, в настоящее время известны их фамилии – ФИО3 и ФИО2. Какого-либо общения с ними не поддерживала, но при встречах здоровались. При таких встречах нередко замечала следы побоев на лице ФИО2. Чувствовалось, что ФИО2 пребывает в страхе перед ФИО3. ФИО3 и ФИО2 регулярно употребляли спиртное, устраивали драки и скандалы в своей квартире. Вечером 6 марта 2024 года находилась дома, около 23 часов хорошо и отчетливо слышала как ФИО2, находясь в своей квартире, громко кричала, как будто отбивалась от кого-то. Слышимость в доме хорошая, ФИО3 и ФИО2 проживали в квартире, расположенной под ее (Свидетель №4) квартирой. После крика услышала звук какого-то падения, показалось, что в квартире ФИО2 что-то ударилось об батарею рядом с окном. Далее, еще некоторое время ФИО2 что-то кричала, потом все стихло. Утром 7 марта 2024 года стало известно, что ФИО2 погибла и обнаружена под окнами своей квартиры (т. 1, л.д. 228-233). 

Из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что с декабря 2023 года проживает в 

<

адрес>, слышимость в доме очень хорошая. Знает, что в 

<

адрес> проживали ФИО3 и ФИО2, но лично отношения с ними не поддерживала. ФИО3 и ФИО2 постоянно злоупотребляли спиртным, громко разговаривали и кричали в своей квартире, слышали музыку по ночам. Вечером 6 марта 2024 года находилась в себя в квартире, около 23 часов ФИО3 и ФИО2, находясь в своей квартире, стали очень громко шуметь, слышала, как истошно кричала ФИО2, при этом, по ощущениям, ФИО2 перемещалась по своей квартире, кричала в разных комнатах, считает, что потерпевшая убегала от ФИО3. Также слышала какие-то звонкие удары, как будто что-то ударялось о батарею, помнит, что ФИО3 кричал: «Вставай!». Сколько по времени продолжался этот шум, сообщить затрудняется, может только отметить, что шум и крики были с небольшими перерывами, а потом все затихло. В полицию не обращалась, так как полагала, что ФИО2 и ФИО3 со временем сами успокоятся. Помнит, что еще до этих событий ФИО2 нередко, во время очередного конфликта с ФИО3, кричала: «Отстань от меня», «Уйди», в связи с чем считает, что ФИО3 часто избивал потерпевшую (т. 1, л.д. 234-237).

Из показаний свидетеля Свидетель №7 следует, что с ноября 2023 года постоянно проживает в 

<

адрес>, все время проводит дома, поскольку не работает, осуществляет уход за инвалидом. Знает, что в 

<

адрес> проживали ФИО3 и ФИО2, с которыми отношения не поддерживала, лишь периодически встречала их в подъезде или рядом с домом. ФИО3 и ФИО2 регулярно, не менее 3-4 раз в неделю, употребляли спиртное. В период с 18 часов 6 марта 2024 года до 07 часов 7 марта была дома, но никакого шума не слышала (т. 1, л.д. 242-245).

В ходе осмотра места происшествия – серверного помещения отделения ФКУ «Налог Сервис» по адресу: 

<

адрес>, установлено наличие регистратора (ресивера), на который записываются видеозаписи с камер видеонаблюдения. С камеры видеонаблюдения № 3 под названием «Улица на подвал» изъята видеозапись в период с 18 часов 6 марта 2024 года до 08 часов 7 марта 2024 года (т. 1, л.д. 76-80).

При просмотре изъятой видеозаписи установлено следующее. Объектив видеокамеры направлен в сторону 

<

адрес> с левой его стороны относительно входа в подъезды. Данный дом находится на значительном отдалении от видеокамеры, происходящее рядом с домом по вышеуказанному адресу видно неотчетливо. На фрагментах видеозаписей в период 21:35:32 до 00:48:08 (время по камере) в помещении кухни 

<

адрес> неоднократно включается и выключается свет. На фрагменте видеозаписи со временем по камере 00:48:31 запечатлено, как в комнате квартиры № 

<

адрес> включается освещение и в окне появляется фигура человека, в 00:48:38 освещение выключается. На фрагменте видеозаписи со времени по камере 00:57:42 запечатлено, как из подъезда № 

<

адрес> выходит человек, который что-то тащит по земле, подходит к мусорным контейнерам, и после возвращается обратно в подъезд. На фрагменте видеозаписи со временим по камере 02:50:45 запечатлено, как из подъезда № 

<

адрес> выходит человек и отдаляется от него, на фрагменте видеозаписи со временем по камере 04:29:18 запечатлено, как в подъезд 

<

адрес> заходит человек. На фрагменте видеозаписи со временем по камере 04:44:03 запечатлено, как из подъезда 

<

адрес> выходит человек, который направляется к левой стороне дома. На фрагменте видеозаписи со временем по камере 04:52:29 запечатлено, как к подъезду № 

<

адрес> 

<

адрес> с левой стороны дома подходит человек, который что-то тащит по земле. На фрагменте видеозаписи со временем по камере 05:04:13 запечатлено, как к указанному подъезду подъезжает автомобиль, который отъезжает от подъезда в 05:43:07 (время по камере) (т. 2, л.д. 5-11).

При осмотре места происшествия – территории свалки ТБО ООО «

<

данные изъяты>» обнаружены и изъяты две подушки (т. 1, л.д. 69-73).

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что ее сын – подсудимый ФИО1 проживал по адресу: 

<

адрес>, совместно со своей сожительницей ФИО2. Длительное время сын и ФИО2 злоупотребляли спиртным. О каких-либо конфликтах между подсудимым и потерпевшей не знает. 6 марта 2023 года после 10 часов встретилась с сыном и ФИО2, в магазине приобрели спиртное и продукты питания, затем пришли в квартиру, где употребляли спиртное, выпив на троих бутылку водки объемом 0,5 л. Каких-либо ссор, конфликтов между ФИО2 и подсудимым не было. Затем собралась домой, сын проводил ее около 14 часов, у нее дома выпили еще бутылку водки, и сын отправился домой. Примерно в 17 часов сын позвонил, сказал, что добрался до дома. В 02 часа 56 минут 7 марта 2024 года проснулась из-за сообщения на телефон, полученного от сына. Перезвонила ему, тот сообщил, что случайно разбил боковое зеркало заднего вида на чужом автомобиле, и для возмещения ущерба требуется 500 рублей. Согласилась ему помочь, сказала, чтобы сын пришел к ней. Около 03 часов 33 минут 7 мая сын пришел, она вышла к нему, на улице передала ему 500 рублей, попросила позвонить, когда он доберется до дома. Около 04 часов 08 минут 7 марта 2024 года на телефон пришел «маячок» от сына, перезвонила, и сын сообщил, что добрался до дома, поднимается по лестнице. Позднее с сыном не созванивалась. Вечером 7 марта 2024 года сын позвонил и сообщил, что задержан полицией, также пояснил, что вытолкнул из окна квартиры ФИО2 (т. 1, л.д. 210-214).

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что около 4-5 часов 7 марта 2024 года к нему пришел ФИО3, сказал, что пытается отыскать ФИО2, поскольку ее нет дома. Вместе покурили, и ФИО3 ушел, сказал, что будет искать ФИО2. Вел себя ФИО3 спокойно, был не сильно пьяный. О каких-либо конфликтах со ФИО2 подсудимый не рассказывал (т. 1, л.д. 217-220). 

Потерпевшая Потерпевший №1 в суде показала, что ФИО2 – ее родная сестра. Знает, что ФИО2 сожительствовала с ФИО3, и подсудимый часто избивал ФИО2. 7 марта 2024 года знакомые сообщили о смерти ФИО2. Позднее узнала, что ФИО3 в ходе ссоры вытолкнул ФИО2 в окно квартиры. 

Анализируя изложенные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта со ФИО2, возникшего на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения смерти ФИО2, с силой нанес ей не менее двух ударов рукой по голове, а после того, как потерпевшая села на подоконник окна квартиры боком к открытой створке окна, продолжая свой преступный умысел, направленный на убийство ФИО2, с силой толкнул ее в тело, вытолкнув из окна квартиры, в результате чего ФИО2 выпала с высоты третьего этажа дома на землю. 

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил ФИО2 телесные повреждения характера закрытой травмы головы и тупой сочетанной травмы тела, осложнившейся травматическим шоком, от которой потерпевшая скончалась, что нашло свое подтверждение в ходе судебного заседания как в вышеуказанных показаниях свидетелей, протоколах следственных действий, так и в показаниях подсудимого ФИО1, подтвержденных выводами судебно-медицинских экспертиз и показаниями экспертов.

Давая оценку представленным выводам экспертов, суд исходит из следующего.

По делу проведены две судебно-медицинские экспертизы, одна из которых – комиссионная.

Согласно выводам первоначальной судебно-медицинской экспертизы, причиной смерти потерпевшей явилась сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся травматическим шоком.

Как следует из заключения повторной медицинской судебной экспертизы, причиной смерти ФИО2 явилась совокупность повреждений, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, которые закономерно осложнились развитием жировой эмболии легких и травматического шока. Совокупность повреждений, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, образовалась в результате падения ФИО2 с высоты с первичным соударением о поверхность приземления левой ягодичной областью, сопровождавшимся чрезмерным (запредельным) сгибанием поясничного отдела позвоночника кпереди, с последующим инерционным движением тела и вторичным соударением (соударениями) областью груди о поверхность приземления. Характер, количество, локализация, взаиморасположение и морфологические свойства повреждений, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, вышеустановленный механизм образования данных повреждений позволяют исключить возможность их получения в результате падения с высоты собственного роста. Локализация, характер и объем выявленных у ФИО2 повреждений, составляющих тупую сочетанную травму груди, живота, позвоночника и таза, свидетельствуют о том, что после возникновения у подэкспертной совокупности данных повреждений с развитием декомпенсированного травматического шока ФИО2 должна была утратить способность к совершению самостоятельных активных действий (передвижению и т.п.). Также у ФИО2 обнаружены повреждения, составляющие закрытую травму головы, которые в совокупности имеют признаки вреда здоровью средней тяжести, образовались в результате ударных воздействий тупого твердого предмета (предметов) в область головы подэкспертной.

Данное заключение выполнено комиссией экспертов, имеющих необходимое образование, сертификаты и высшую квалификационную категорию, и стаж работы по специальности «судебно-медицинская экспертиза» от 19 до свыше 30 лет. Выводы экспертов научно мотивированы, не противоречивы, содержат ответы на все поставленные для разрешения вопросы, составлены в полном соответствии с требованиями ст. ст. 200, 204 УПК РФ с учетом всего объема собранных по делу материалов, в том числе результатов повторного исследования эксгумированного трупа ФИО2

Как следует из показаний эксперта ФИО19, причиной смерти потерпевшей ФИО2 явилась тупая сочетанная травма груди, живота, позвоночника и таза. Первоначальное заключение № 88, данное экспертом Котляр, в этой части не противоречит выводам повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы, за исключением повреждений, которые комиссия экспертов не включила в состав тупой сочетанной травмы груди, живота, позвоночника и таза. 

Суд принимает первоначальное проведенное по делу экспертное заключение № 88 в части, не противоречащей заключению повторной медицинской судебной экспертизы № 59-137/2025, с учетом предъявленного подсудимому обвинения, которое было изменено в судебном заседании государственным обвинителем, исключившим из обвинения подсудимого причинение потерпевшей ФИО2 кровоподтеков на передней поверхности шеи слева, кровоизлияний в мягкие ткани шеи по передней, правой и левой боковых поверхностях; кровоподтеков в лобковой области слева, на передне-внутренней поверхности правого плеча, передне-внутренней поверхности левого плеча, передней наружной поверхностей левого предплечья, на тыльной поверхности левой стопы, на передней поверхности правого бедра, передней и наружной поверхностям правой голени; ссадин правого предплечья, передней поверхности левой голени, а также нанесение потерпевшей не менее одного удара руками в область груди и сдавления ее шеи руками. 

Данные изменения обвинения не ухудшают положение подсудимого, не нарушают его процессуальных прав и не выходят за рамки предъявленного ФИО4 обвинения, не влекут за собой увеличения объема обвинения и в целом не искажают событие преступления.

Доводы подсудимого и его защитника об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство и необходимости квалификаций действий подсудимого по ст. 109 УК РФ, являются необоснованными, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела. 

Причинение потерпевшей смерти находится в прямой причинно-следственной связи с действиями подсудимого. Как установлено судом, нанося потерпевшей с силой неоднократные удары в голову – жизненно важный орган, а затем, выталкивая ФИО2 в открытое окно квартиры с высоты третьего этажа дома, ФИО1 действовал с прямым умыслом на причинение смерти потерпевшей, поскольку осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность причинения своими действиями смерти потерпевшей и желал причинить ей смерть.

Суд не усматривает в действиях подсудимого признаков необходимой обороны или ее превышения. Как следует из показаний самого ФИО1, потерпевшая ФИО2 в момент конфликта не совершала никаких действий, создающих как реальную, так и мнимую опасность для жизни и здоровья подсудимого. Об этом же указывает отсутствие в квартире каких-либо признаков, свидетельствующих о возможной борьбе или самообороне. Наличие у подсудимого телесных повреждений также не говорит о совершении ФИО2 каких-либо действий, направленных на применение физической силы в отношении ФИО1 Как пояснил в суде сам ФИО1, непосредственно перед конфликтом, либо во время конфликта ФИО2 физическое насилие в отношении него не применяла, лишь оскорбляла его словесно. 

Исследованные доказательства указывают на возникновение между подсудимым и потерпевшей конфликтной ситуации, в связи с этим личных неприязненных отношений, что послужило мотивом совершения убийства.

Тупая сочетанная травма тела, осложнившаяся травматическим шоком, полученная ФИО2 в результате умышленных действий ФИО1, была опасной для ее жизни, и расценивается как тяжкий вред здоровью, состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО2, что объективно подтверждается заключениями судебно-медицинских экспертиз.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Согласно заключению комиссии экспертов № 401 комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы, в период совершения инкриминируемого ему деяния ФИО1 страдал психическим расстройством в форме «Синдрома зависимости от алкоголя, средней стадии, воздержание в условиях, исключающих употребление» (F10.2) и страдает им в настоящее время. Психическое расстройство ФИО1 в период совершения инкриминируемого ему деяния не сопровождалось помрачением сознания, галлюцинаторно-бредовой симптоматикой, выраженными эмоционально-волевыми нарушениями, он обнаруживал признаки простого алкогольного опьянения, его действия носили последовательный и целенаправленный характер, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО1 по своему психическому состоянию может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может принимать участие в судебно-следственных действиях, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается. В ситуации правонарушения ФИО1 не находился в состоянии физиологического аффекта, поскольку в его поведении не обнаруживается трехфазная динамика, характерная для данных реакций. Индивидуально-психологические особенности ФИО1 не оказали существенного влияния на его поведение в ситуации правонарушения (т. 2, л.д. 84-88).

На учете у психиатра подсудимый не состоит (т. 2, л.д. 181), в ходе предварительного следствия и судебного заседания вел себя адекватно, сомнений в состоянии его психического здоровья у суда не возникло. Суд признает ФИО1 по отношению к совершенному им преступлению вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО1 совершил умышленное преступление, которое в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких, семьей и иждивенцами не обременен, не судим (т. 2, л.д. 165), не трудоустроен, по месту жительства характеризуется следующим образом: склонен к совершению правонарушений, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность, окружающими характеризуется неудовлетворительно, ведет антиобщественный образ жизни (т. 2, л.д. 176), военную службу не проходил, государственных наград не имеет (т. 2, л.д. 190).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами суд признает: состояние здоровья, а именно наличие заболевания; принесение извинений представителю потерпевшей в суде; оказание иной помощи потерпевшей, поскольку, как установлено, ФИО1 после происшедшего осуществил звонок в «скорую помощь», а также, как следует из показаний подсудимого, которые не опровергнуты, лично пытался оказать помощь потерпевшей.

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ также смягчающими наказание подсудимого обстоятельствами суд признает явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, при проведении процессуальной проверки ФИО1 пояснил, что в ходе конфликта двумя руками толкнул ФИО2, допустив ее падение из окна, далее в ходе предварительного следствия подробно указал обстоятельства происшедшего, предоставив органами предварительного следствия информацию, которая имела значение для уголовного дела, а также принял участие в проведении следственного действия – проверке показаний на месте.

Кроме того, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание подсудимого обстоятельством суд признает противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления, поскольку, как показал ФИО1, причиной ссоры явились оскорбления, высказанные потерпевшей в его адрес и адрес его матери, и доводы подсудимого об этом не опровергнуты.

Иных смягчающих наказание подсудимого обстоятельств судом не установлено.

Суд не признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, ввиду следующего. 

По смыслу закона, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

Данных о том, что именно состояние опьянения, в котором находился ФИО1 в момент совершения преступления, каким-либо образом повлияло на его противоправное поведение, судом не установлено. Сам подсудимый в суде данный факт отрицал, доказательств обратному нет. 

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности содеянного ФИО1, наличие смягчающих обстоятельств, данные о его личности, возраст, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, и другие обстоятельства, влияющие на наказание, суд считает, что подсудимому необходимо назначить наказание в виде лишения свободы, связанного с реальным его отбытием, поскольку он представляет опасность для общества и его исправление возможно только в условиях изоляции от общества.

С учетом обстоятельств дела и данных о личности ФИО1 суд считает возможным не назначать ему альтернативное дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Размер наказания подсудимому суд определяет в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Признанные смягчающими наказание подсудимого вышеуказанные обстоятельства, учитывая фактические обстоятельства дела, а также степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, направленного против жизни и здоровья человека, не являются исключительными обстоятельствами, влекущими назначение наказания ниже низшего предела или назначение более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ суд не находит, как не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, применения ст. 73 УК РФ, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания, применения отсрочки отбывания наказания.

Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке ст. 53.1 УК РФ нет.

Медицинских противопоказаний к отбыванию ФИО1 наказания в виде лишения свободы не имеется.

Наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит отбывать в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 7 марта 2024 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно ч. 2 ст. 97, ст. 108 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора, мера пресечения подсудимому отмене или изменению не подлежит.

Потерпевшей Потерпевший №1 заявлены исковые требования о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании исковые требования признал, при этом не согласился с суммой иска о компенсации морального вреда, считая ее завышенной.

Потерпевшая исковые требования о компенсации морального вреда мотивирует тем, что в связи с гибелью сестры, которую она любила и с которой была близка, понесла морально-нравственные страдания, переживала утрату родного человека, принимала успокоительные препараты.

На основании ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ суд находит необходимым возложить на ФИО1 обязанность денежной компенсации морального вреда Потерпевший №1, поскольку виновными действиями подсудимого потерпевшей причинен моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что ФИО1 своими умышленными действиями лишил жизни ФИО2, родного потерпевшей Потерпевший №1 человека, чем причинил ей нравственные страдания, связанные с невосполнимой утратой близкого человека. 

Суд принимает во внимание возраст, материальное и семейное положение подсудимого, возможность получения им дохода, а также учитывает требования разумности и справедливости, и считает необходимым определить компенсацию морального вреда потерпевшей Потерпевший №1 в размере 

<

данные изъяты>. Данная сумма подлежит взысканию с ФИО1

На основании ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства: следы рук, изъятые на светлые дактилопленки № 1 и № 2, клок волос, тунику светло-синего цвета, смыв вещества красного цвета № 2, смыв вещества коричневатого цвета № 3 - следует уничтожить, 4 оптических DVD-диска с видеозаписями – следует хранить при материалах дела в течение всего срока хранения последнего.

При разрешении вопроса о взыскании процессуальных издержек суд исходит из следующего. 

Суммы, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, относятся к процессуальным издержкам, которые в соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В ходе предварительного расследования и судебного заседания подсудимому оказывалась юридическая помощь по назначению, от которой он не отказывался. 

Суммы, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи ФИО1, являются процессуальными издержками.

Подсудимый молод, трудоспособен, оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает. 

С учетом изложенного, суд возлагает на подсудимого обязанность возместить в федеральный бюджет процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокату за его защиту по назначению в сумме 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, из которых в ходе предварительного следствия - 

<

данные изъяты> (т. 2, л.д. 202-204), в судебном заседании – 

<

данные изъяты> (за исключением оплаты труда адвоката за участие в судебном заседании 3 февраля 2025 года, 5 марта 2025 года и 3 апреля 2025 года, когда рассмотрение дела не было продолжено по существу ввиду не поступления уголовного дела из Бюро СМЭ в ранее обозначенные сроки).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, 

приговорил:

признать ФИО3 ФИО28 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 на апелляционный период оставить без изменения – содержание под стражей.

Зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с 7 марта 2024 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Гражданский иск Потерпевший №1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 ФИО29 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты>.

Взыскать с ФИО3 ФИО30 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 

<

данные изъяты>. 

Вещественные доказательства: следы рук, изъятые на светлые дактилопленки № 1 и № 2, клок волос, тунику светло-синего цвета, смыв вещества красного цвета № 2, смыв вещества коричневатого цвета № 3 – уничтожить, 4 оптических DVD-диска с видеозаписями – хранить при материалах дела в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Няндомский районный суд Архангельской области в течение 15 суток со дня провозглашения приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционную жалобу (представление). 

Дополнительные жалобы, ходатайства и представления, поданные по истечению 5 суток до начала судебного заседания суда апелляционной инстанции, рассмотрению не подлежат.

Председательствующий Арбузова Т.В.