Дело № 2-423/2023 года

42RS0014-01-2023-000341-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июля 2023 года г. Мыски

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куковинца Н.Ю., при секретаре Гилевой О.С., с участием заместителя прокурора г. Мыски Тренихиной А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Акционерному обществу Холдинговая компания «Якутуголь» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к Акционерному обществу Холдинговая компания «Якутуголь» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> в размере 13600 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 11000 рублей.

В обоснование требований истец указал, что в период работы в ООО «Мечел-Ремсервис» у него развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Заключением МСЭ в ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> в связи с указанным профессиональным заболеванием. С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности увеличилась до 

<

данные изъяты> и была установлена до ДД.ММ.ГГГГ

В соответствии с п.17 акта о случае профессионального заболевания оно возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства технологии, механизмов, оборудования, отсутствия безопасных режим труда и отдыха.

Пунктом 18 акта установлено, что причиной заболевания истца послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, усугубляющее действие, охлаждающего микроклимата.

Вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено (п.19 акта).

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии №106 от 01.06.2021, степень вины АО ХК «Якутуголь» в развитии профессионального заболевания составляет 6,8 %.

Истец отмечает, что в связи с профессиональным заболеванием испытывает нравственные и физические страдания. Так истец терпит 

<

данные изъяты>

Истец в связи с претерпеванием симптомов профессионального заболевания вынужден отказаться от привычного образа жизни.

Так же ФИО2 указывает, что состояние беспощности его угнетает в этой связи он стал раздражительным. Истец вынужден систематично проходить курсы лечения.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 05.04.2022г. по делу № исковые требования ФИО2 к ПАО «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда, вследствие развившегося профессионального заболевания: 

<

данные изъяты> (акт о случае профессионального заболевания № от 21.02.2020г.) удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.07.2022г по делу №33-7105/2022 (2-173/2022) решение Междуреченского городского суда было изменено в части размера компенсации морального вреда. Судом установлен размер морального вреда - 200 000 рублей за профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> (акт о случае профессионального заболевания № от 21.02.2020г.), из которого произведен расчет компенсации с учетом вины предприятия – ПАО «Южный Кузбасс».

Таким образом, истец с учетом преюдициального значения решения Междуреченского городского суда, апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда определяет компенсацию морального вреда за возникшее у него профессиональное заболевание в размере 200000 рублей и с учетом степени вины ответчика в размере 6,8% просит взыскать в свою пользу 13600 рублей.

Для защиты своих прав истец был вынужден обратиться за юридической помощью и понести расходы на оказание юридических услуг в размере 11000 рублей, которые он так же просит взыскать с ответчика.

С учетом изложенного истец просит удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

В судебное заседание истец ФИО2, а также его представитель ФИО3, действующий на основании заявления о допуске в порядке ст. 53 ГПК РФ не явились, извещены надлежаще, просили рассмотреть дело в их отсутствие. Настаивали на удовлетворении исковых требований в полном объеме (л.д.207, 42 - соответственно).

В судебное заседание представитель ответчика АО ХК «Якутуголь» ФИО4, действующая на основании доверенности от 05.12.2022 (л.д.215-216) не явилась, извещена надлежаще. В связи со значительной удаленностью местонахождения ответчика просила рассмотреть дело в ее отсутствие (л.д. 212) с учетом представленных возражений на исковое заявление.

Возражая против удовлетворения исковых требований представитель ответчика указывает, что профессиональная деятельность истца содержит и другие профессии и должности, которые связаны с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость на которых дает истцу право на пенсию по возрасту на льготных условиях.

Однако указанная трудовая деятельность в период с 1986 по 1990 не учтена в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, в акте № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, в заключении врачебной экспертной комиссии № от 01.06.2021г.

Представитель ответчика считает, что имеющиеся документы не устанавливают факт причинение вреда и наличия вины со стороны ООО «Мечел-Ремсервис» в получении профессионального заболевания, поскольку в п. 15 санитарно-гигиенической характеристики при описании условий труда истца в период работы на предприятии ответчика не превышена норма ни одного показателя.

В п. 17 указано, что показатели напряженности трудового процесса отсутствуют, а в п. 23 ведущим вредным производственным фактором в развитии заболеваний определена тяжесть трудового процесса. Кроме того, в п. 25 так же указано, что тяжесть трудового процесса усугубляется вибрацией и неблагоприятным микроклиматом, при этом уровень вибрации и микроклимат определены только по Томусинскому АТУ.

Акт № о случае профессионального заболевания от 21.02.2020 содержит наименование организации - филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Томусинское автотранспортное управление, другие работодатели не указаны

П. 3 Акта № о случае профессионального заболевания от 21.02.2020 определяет заключительный диагноз, а также указание на тяжесть трудового процесса и охлаждающий микроклимат. Расшифровка по тяжести трудового процесса и охлаждающему микроклимату не указана.

На основании результатов расследования установлено (п. 20 Акта № о случае профессионального заболевания от 21.02.2020), что заболевание возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов при условиях несовершенства технологии, механизмов, оборудования и отсутствия безопасных режимов труда и отдыха (п. 17 Акта № о случае профессионального заболевания от 21.02.2020). Расшифровка условий несовершенства технологии, механизмов, оборудования и отсутствия безопасных режимов труда и отдыха не содержится ни в одном документе.

П. 20 Акта № о случае профессионального заболевания от 21.02.2020 определяет, что непосредственной причиной заболевания послужила тяжесть трудового процесса и усугубляющее действие охлаждающего микроклимата. Расшифровка не содержится. В п. 17 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 31.07.2019 указано, что показатели напряженности трудового процесса отсутствуют, а в п. 23 ведущим вредным производственным фактором в развитии заболеваний определена тяжесть трудового процесса. Микроклимат определен только по Томусинскому АТУ.

П. 21 Акта № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ предполагает указание лиц, допустивших нарушения государственных санитарно- эпидемиологических правил и иных актов, но указано, что виновные лица не установлены.

Медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания от 10.02.2020 № не содержит никаких данных о работодателях, кроме текущего места работы и должности, содержит в себе полностью данные взятые из Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 31.07.2019. Заключение определяет, что заболевание профессиональное, а вредными и опасными факторами, послужившими причиной, являются тяжесть трудового процесса и охлаждающий микроклимат, при этом члены комиссии не обращают внимание на тот факт, что в п. 17 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 31.07.2019, на основании которой построено заключение, указано, что показатели напряженности трудового процесса отсутствуют.

Оспаривая доводы истца в части изменения привычного для истца образа жизни истец ссылается на решение Мысковского городского суда принятого по иску Верхнеобского территориального управления Федерального агентства по рыболовству к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного незаконным выловом водных биологических ресурсов.

В случае установления вины АО ХК «Якутуголь» представитель ответчика считает, что размер компенсации морального вреда должен быть рассчитан с учетом положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности к которому присоединен ответчик и принятым на его основе коллективным договором АО ХК «Якутуголь».

В соответствии с п.7.2.2 коллективного договора в случае установления впервые Работникам Общества, являющимся членами Профсоюза, и работникам, уполномочившим Профсоюз представлять их интересы в установленном порядке, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель, на основании письменного заявления работника в счет возмещения морального вреда, выплачивает единовременное пособие из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхование РФ) соразмерно степени вины Общества в возникновении и развитии профессионального заболевания, несчастного случая на производстве.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

Степень вины работодателя определяется исходя из стажа работы работника в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в АО ХК «Якутуголь».

Также вышеуказанная норма предусмотрена абзацем 3 пункта 5.4. ФОС.

Из вышеуказанных условий коллективного договора и ФОС, следует, что размер выплаты единовременной компенсации за утрату профессиональной трудоспособности определяется пропорционально степени вины предприятия в причинении работнику профессионального заболевания.

На основании коллективного договора и ФОС расчет единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда связи с установлением профессионального заболевания ФИО2 должен быть произведен считает представитель ответчика следующим образом: (35 381, 55 х 10 % х 20) - 14 118,07) х 6,8% =3 851, 87 руб., где: 35 381, 55 руб. - среднемесячный заработок; 10% - количество процентов утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые; 20-двадцать процентов среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности; 14 118, 07 руб. - сумма единовременной страховой выплаты, выплаченной ФСС РФ; 6,8% - процент степени вины АО ХК «Якутуголь».

Согласно п. 7.2.9 Коллективного договора АО ХК «Якутуголь» средний заработок для выплаты единовременных пособий по пунктам 7.2.2., 7.2.4., 7.2.7. и 7.2.8. исчисляется за последние 12 месяцев работы Работника в Обществе, предшествующих событию, кроме случаев требующих специального порядка расчета.

Таким образом, представитель ответчика считает, что размер компенсации, в случае если бы вина ООО «Мечел-Ремсервис» была установлена, должен был составлять 3 851, 87 руб.

Возражая против удовлетворения исковых требований ФИО2 относительно взыскания с ответчика судебных расходов представитель ответчика указывает, что документы на которых основаны требования получены истцом до момента судебных разбирательств. Исковое заявление подписано истцом и повторяет аналогичное исковое заявление, поданное в Междуреченский городской суд.

Представитель ответчика считает, что разумность расходов на оплату юридических услуг истцом не обоснована.

На основании изложенного просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В судебном заседании заместитель прокурора города Мыски Тренихина А.В. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Заслушав заключение прокурора, изучив материалы дела, суд пришел к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований частично по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. 

Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019 - 2021 годы, в случае причинения вреда жизни (здоровью) работника при исполнении им трудовых обязанностей регламентировано, что в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Указанным выше соглашением, заключенным между работниками и Профсоюзами предусмотрено, что в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ). Выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится Работодателем один раз при обращении Работника к Работодателю в случае установлении ему впервые размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности.

Выплата компенсации осуществляется Работодателем в заявительном порядке, т.е. по письменному заявлению Работника с предоставлением им всех подтверждающих утрату (снижение) профессиональной трудоспособности документов.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель, руководствуясь п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2019 - 2021 годы несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей, установленной медицинской экспертизой.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя их степени вины только данного конкретного Работодателя, осуществляющего выплаты, и только за тот период времени, когда Работник состоял в трудовых отношениях с данным Работодателем.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка работника за последний год работы у данного работодателя, предшествующий моменту установления впервые работнику размера (степени) утраты (снижения) профтрудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из ФСС РФ).

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Согласно ч.3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

С учетом изложенных положений Закона причинителем вреда по настоящему делу является ответчик.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Судом установлено, что согласно трудовой книжке 01.04.2010 истец был принят в филиал ООО «Мечел-Ремсервис» слесарем по ремонту автомобиля 5 разряда авторемонтной мастерской уволен переводом 01.06.2012 (л.д. 17-20).

ООО «Мечел-Ремсервис» прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения. Его правопреемником является АО Холдинговая компания «Якутуголь», которое осуществляет хозяйственную деятельность до настоящего времени (л.д. 52-60).

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 31.07.2019 следует, что стаж работы истца в профессии слесаря по ремонту автомобилей составляет 29 лет. Все эти годы истец работал при отсутствии безопасных режимов труда и отдыха

В указанной характеристике отмечены все периоды работы истца в том числе на предприятии ответчика – с 04.10 по 06.12.

Показатели тяжести трудового процесса описанные в акте по каждому предприятию где работал истец, в том числе и по ООО «Мечел-Ремсервис» действительно, как отмечено представителем ответчика в основном не превышают норму.

Однако в указанной характеристике зафиксировано превышение по показателю: нахождение в неудобной или фиксированной позе – 35% времени при допустимых 25%.

Так же на предприятиях как указано в характеристике отсутствует лечебно-профилактическое питание.

Отмечено, что ранее диагноз профессионального заболевания истцу не устанавливался (л.д. 11-12).

В соответствии с актом № от 21.02.2020 комиссией у ФИО2 установлено профессионального заболевание: 

<

данные изъяты>

Профессиональное заболевание установлено у истца при медицинском осмотре.

Установлено, что возникло профессиональное заболевание в виду несовершенства технологии, механизмов, оборудования, отсутствия безопасных режимов труда и отдыха в виду длительного воздействия на организм истца вредных производственных факторов, таких как тяжесть трудового процесса, усугубляющее действие охлаждающего микроклимата.

Так же специалистами отмечено, что условия труда в зависимости от показателей тяжести трудового процесса в профессии слесаря по ремонту автомобилей, относятся к вредному 3 классу 1-2 степени.

Вины истца в возникновении у него профессионального заболевания не установлено (л.д. 10).

Медицинским заключением врачебной комиссии о наличии профессионального заболевания от 10.02.2020 установлена причинно-следственная связь заболевания истца с профессией слесарь по ремонту автомобилей (л.д. 15)

Из приказа № о назначении ежемесячных страховых выплат установлено, что истцу впервые установлено 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. В связи с установлением 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности впервые истцу были назначены ежемесячные страховые выплаты (л.д. 21).

В связи с профессиональным заболеванием, на основании акта о случае профессионального заболевания № от 21.02.2020 ФИО2 заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> (л.д. 14).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где профессиональное заболевание было подтверждено повторно. Отмечено его прогредиентное течение.

В выписке из медицинской карты стационарного больного указаны жалобы истца на постоянные 

<

данные изъяты> (л.д. 16).

Таким образом, из анализа представленных документов подтверждено, что в результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессии слесарь по ремонту автомобилей у истца возникло профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью истца профессиональным заболеванием № от 01.06.2021 установлена вина филиала ООО «Мечел-Ремсервис» в размере 6,8% (л.д. 22).

Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО1 суду пояснил, что в связи с длительной трудовой деятельностью в профессии автослесаря у ФИО2 развилось профессиональное заболевание. В настоящее время здоровье истца ухудшается. ФИО2 жалуется 

<

данные изъяты>. Раньше он занимался спортом: играл в волейбол и хоккей, в настоящее время в связи с болезнью он ограничен в движениях. ФИО6 получает лечение, но улучшений нет.

Суд считает установленной вину ответчика в возникновении у истца указанного профессионального заболевания представленными по делу доказательствами.

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что поскольку показатели тяжести трудового процесса находились в норме при описании в санитарно-гигиенической характеристике условий труда, то и вина ответчика не установлена, поскольку соблюдение норм показателей тяжести трудового процесса является обязанностью работодателя и не может исключать возникновение у истца профессионального заболевания.

Врачебной комиссией исследовалась профессия слесаря по ремонту автомобилей, поскольку именно с этой профессией заключением экспертов установлена причинно-следственная связь в возникновении профессионального заболевания истца. Это обстоятельство опровергает доводы представителя ответчика о том, что профессиональное заболевание истца могло возникнуть при работе в других профессиях.

А степень вины ответчика установлена с учетом вышеперечисленных: санитарно-гигиенической характеристики, акта о случае профессионального заболевания, справки МСЭ, медицинского заключения.

Из содержания положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Указанная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 № 6-ПВ16.

При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывает представленные истцом доказательства, степень физических и нравственных страданий истца, наличие вины ответчика в возникновении заболевания у истца.

Ссылка ответчика на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор не может умалять права истца на полное возмещение вреда с учетом вышеупомянутых критериев. 

Расчет компенсации морального вреда ответчиком с учетом формулы, приведенной в соответствии с ФОС и коллективным договором ответчика не учитывает степень нравственных и характер физических страданий истца, принципы разумности и справедливости.

Истец с учетом решения Междуреченского городского суда от 05.04.2022 по гражданскому делу № 2-173/2022 и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28.07.2022, которыми был установлен факт претерпевания истцом физических и нравственных страданий в связи с возникновением у него профессионального заболевания полинейропатии 

<

данные изъяты>, оценивает компенсацию морального вреда в 200000 рублей.

Суд, оценивая в совокупности все доказательства по делу, приходит к выводу, об объективности указанной оценки и полагает, что в счет возмещения морального вреда необходимо взыскать с ответчика сумму по заболеванию 

<

данные изъяты> 13600 рублей, что является произведением общей суммы компенсации морального вреда в размере 200000 рублей и степени вины ответчика в возникновении профессионального заболевания в размере 6,8%.

Суд считает, что взысканный размер компенсации морального вреда будет соответствовать балансу интересов сторон, и будет является достаточным для возмещения причиненных истцу нравственных и физических страданий по возникшему профессиональному заболеванию с учетом степени вины ответчика.

Отмеченное представителем ответчика обстоятельство, что решением Мысковского городского суда с истца взыскан ущерб, причиненный выловом биологических ресурсов не исключает физических и нравственных страданий истца от возникшего у него профессионального заболевания и не может служить основанием для снижения компенсации морального вреда, поскольку суд находит его, не относящимся доказательством к рассматриваемому спору.

В части взыскания судебных расходов, в порядке ст. 98 ГПК РФ суд с учетом работы проведенной представителем истца, количества судебных заседаний, а также категории дела и сложившейся судебной практикой по делам указанной категории, считает необходимым взыскать с ответчика расходы в размере – 8 000 рублей, находя указанный размер обоснованным категорией сложности рассматриваемого дела, при котором необходим анализ документов, в том числе медицинских.

Расходы истца подтверждаются договором на оказании услуг (л.д. 28-29) и квитанцией к расходному кассовому ордеру от 15.02.2023 года (л.д. 8).

На основании ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина на основании ст. 103 ГПК РФ, 333.19 НК РФ в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (серия/номер паспорта №) удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества Холдинговая компания «Якутуголь» № в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (серия/номер паспорта №)в счет компенсации морального вред в связи с установленным профессиональным заболеванием: 

<

данные изъяты> денежные средства размере 13600,00 рублей и расходы на оплату услуг представителя 8000,00 (восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества Холдинговая компания «Якутуголь» № в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 10.07.2023

Судья Куковинец Н.Ю.