Дело № 12-57/2025

Р Е Ш Е Н И Е

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

25 июня 2025 года 

<

...> 

Судья Хабаровского районного суда Хабаровского края Рябцева Н.Л., 

с участием ФИО7., защитника Космачевой С.В. 

рассмотрев жалобу ФИО7 на постановление мирового судьи судебного участка № 68 судебного района «Хабаровский район Хабаровского края» от 16.04.2025 по делу об административном правонарушении о привлечении ФИО7 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ

У С Т А Н О В И Л :

Постановлением мирового судьи судебного участка № 68 судебного района «Хабаровский район Хабаровского края» от 16.04.2025 г. ФИО7 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в виде штрафа в размере 30 000 рублей и лишения права управления транспортными средствами сроком на один год шесть месяцев.

В жалобе ФИО7 указал, что с решением мирового судьи не согласен, т.к. отсутствует состав правонарушения, Драгунов не является субъектом правонарушения, не доказано, что именно ФИО7 управлял «УАЗ Патриот». Имеются существенные процессуальные нарушения при привлечении ФИО8 к ответственности, к отсутствуют подписи понятых, подтверждающих факт разъяснения прав, не зафиксирован сам факт отказа от прохождения медосвидетельствования. Вывод суда о виновности сделан без должной проверки всех значимых обстоятельств и надлежащей их оценки. Материалы дела содержат сведения о прохождении ФИО8 по место работы (эксплуатационное депо) в день вменяемого нарушения, в 18.00 час. (время нарушения- 20 часов), после вменяемого нарушения Драгунов продолжил свою деятельность в депо. Суд необоснованно отказал в допросе свидетеля, чьи показания могли бы подтвердить невиновность ФИО8, отказано в истребовании и приобщении документов (табеля). На основании изложенного, просил постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить на основании п.3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

В судебном заседании ФИО7, его защитник доводы жалобы поддержали. Также пояснили, что административным органом в протоколы об АП, об отстранении от управления ТС, о направлении на медосвидетельствование в одностороннем порядке вносились изменения, это не зафиксировано ни на видео, ни при понятых, нарушает процессуальные права ФИО8. Отказ от медицинского освидетельствования заявляется непосредственно должностному лицу ГИБДД, все документы составлены ИДПС ФИО, который на АЗС не находился, ТС не останавливал, о событиях ему сообщают третьи лица. Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения не является медицинским освидетельствованием, отказ от его прохождения не является нарушением, не образует состав ст. 12.26 ч.1 КоАП РФ. ФИО не предлагал ФИО8 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, что является нарушением установленного порядка направления на медосвидетельствование. 

Должностное лицо, составившее протокол об АП, ФИО, в судебное заседание не явился, извещался судебной повесткой о месте и времени его проведения, также телефонограммой извещен руководитель административного органа, письменный отзыв не представил, его неявка не препятствует рассмотрению жалобы по существу. 

Изучив доводы жалобы, заслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, оснований для удовлетворения жалобы не нахожу.

Частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Согласно пункту 2.3.2. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1882 утверждены Правила освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения" ( действуют с ДД.ММ.ГГГГ).

В силу п. 2 Правил освидетельствования, достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, являются: запах алкоголя изо рта, и (или) неустойчивость позы, и (или) нарушение речи, и (или) резкое изменение окраски кожных покровов лица, и (или) поведение, не соответствующее обстановке).

Из материалов дела следует, что 14.11.2024 года в 21 час. 10 минут, ФИО7 являясь водителем транспортного средства марки «УАЗ Патриот» г.р.з. № а по адресу 

<

адрес> не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, при этом данное деяние не содержит признаков уголовно наказуемого деяния. 

Основанием полагать, что ФИО7 находится в состоянии опьянения, явилось наличие у него признака опьянения: запах алкоголя изо рта. 

Факт совершения ФИО7 административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, и его виновность подтверждены совокупностью доказательств, а именно: протоколом об административном правонарушении, в котором изложено существо нарушения; протоколом об отстранении от управления транспортным средством; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование с указанием клинических признаков опьянения, иными письменными материалами дела. видеоматериалами, а также показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО1, которым была дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Данные доказательства отвечают требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, предъявляемым к доказательствам по делу об административном правонарушении. Оценив совокупность указанных доказательств всесторонне, полно, объективно, мировой судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО7 в совершении правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. Ставить под сомнение допустимость доказательств, на основании которых суд первой инстанции пришел к выводу о виновности ФИО7 в совершении инкриминируемого правонарушения, поводов не имеется, поскольку они получены с соблюдением требований КоАП РФ, обоснованно признанными мировым судьей достоверными относительно события административного правонарушения. 

Процессуальные документы в отношении ФИО7 составлены последовательно, уполномоченным должностным лицом, нарушений требований закона при их составлении и нарушений порядка направления на медицинское освидетельствование из материалов дела не усматривается, несмотря на убежденность стороны защиты в обратном. 

Все данные, необходимые для правильного разрешения дела, в названных документах отражены и ФИО7 не опровергнуты, при том, что ему были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции РФ. Отказ от подписания процессуальных документов расценивается как способ распоряжения своим правом, поскольку Драгунов мог выразить свое несогласие по поводу составления протоколов, однако этого не сделал.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом в соответствии со ст. 28.3 КоАП РФ, в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ. Существенных недостатков, влекущих признание его недопустимым доказательством, протокол не содержит. Мировым судьей верно при рассмотрении дела и установлении обстоятельств произошедшего определено место совершения вменяемого нарушения, неточность в его указании в протоколе об АП (указано место остановки ТС) существенным недостатком протокола не является, устранена при рассмотрении дела по существу. 

Ссылка в дополнительных пояснениях к жалобе на то, что мировой судья не разрешил ходатайство (л.д. 88) о признании протокола об АП недопустимым доказательством, судом оценивается как основанная на неверном толковании действующего законодательства, т.к. положения ст. 24.4 КоАП РФ должны трактоваться и применяться в совокупности с нормами ст. 26.1, 29.10 КоАП РФ, следовательно, оценка доказательствам по делу, в частности протоколу об АП, должна быть дана при вынесении итогового судебного акта, а не при рассмотрении ходатайства, нормы УПК РФ о признании доказательств недопустимыми в таком порядке в иных вида производств не применяются. 

При таком положении ФИО7 допустил нарушение требований Правил дорожного движения РФ и обоснованно привлечен к административной ответственности в связи с тем, что в его действиях имеется состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Доводы жалобы об отсутствии вины ФИО7 в инкриминируемом правонарушении признаются несостоятельными, поскольку опровергаются имеющимися по делу доказательствами.

Приведенные в жалобе, а также в судах обеих инстанций доводы о том, что Драгунов транспортным средством не управлял, водителем не являлся, являются несостоятельными и подлежат отклонению, поскольку опровергаются имеющимися по делу доказательствами, в том числе показаниями свидетеля ФИО3, рапортом, материалами видеофиксации. Как видно из материалов записи видеокамеры, установленной на автозаправке, подъехавший «УАЗ Патриот» сначала некоторое время ожидает, пока место у колонки освободит иное ТС, потом «УАЗ Патриот» подъезжает ближе к колонке, паркуется и тут же, буквально через секунду, с водительского места выходит Драгунов. Данные фактические обстоятельства опровергают все высказанные версии о том, что Драгунов был пассажиром, так как за столь ничтожное время между остановкой ТС и появлением ФИО8 физически невозможно ни пассажиру перелезть через водителя, ни водителю сместиться на заднее кресло, а пассажиру перелезть со своего кресла через водительское наружу. 

В судебном заседании 25.06.2025 г. была допрошена свидетель ФИО1, которая пояснила, что в октябре 2024 г. их ТС «УАЗ Патриот» побывало в ДТП, деформировались двери, разбиты стекла с правой стороны, их пришлось менять, но из-за деформации стойки новые двери справа все равно все время заклинивало. Данные показания суд принимает к сведению, они согласуются с показаниями ФИО8, ФИО5, ФИО6 в данной части, однако сам по себе факт неисправности дверей со стороны переднего пассажира не свидетельствует о том, что Драгунов находился на пассажирском, а не на водительском месте, с учётом вышеуказанных объективно установленных обстоятельств. 

Ссылка на то, что ИДПС ФИО непосредственно не видел ФИО8 за рулем, не останавливал ТС под его управлением, не имеет значения, не свидетельствуют об отсутствии виновности ФИО8 в совершении описанного выше правонарушения, т.к. факт управления ФИО9 подтверждена совокупностью доказательств, действующее законодательство не содержит требований о том, что лицо, составляющее административный материал, в частности протокол об отстранении от управления ТС, являлось непосредственным очевидцем управления нарушителем ТС.

Доводы жалобы о том, что отсутствуют подписи понятых, подтверждающих факт разъяснения прав, не зафиксирован сам факт отказа ни в видео, ни в аудиоформате, не соответствуют действительности, судом не принимаются. На видеозаписи, которая велась при применения мер обеспечения производства по делу, зафиксировано, как ИДПС ФИО разъясняет ФИО8 права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ. Действующее законодательство ( ст. 27.12 ч.2 КоАП РФ) предписывает должностным лицам административных органов осуществлять отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи. В данном случае с учетом конкретных обстоятельств должностным лицом полиции принято решение об использовании видеозаписи, поэтому отсутствие понятых не имеет юридического значения, не является нарушением. 

Видеозапись полностью отражает ход применения к ФИО8 мер обеспечения производства по делу, позволяет идентифицировать лицо, в отношении которого применялись меры обеспечения производства по делу о административном правонарушении, их содержание, на ней зафиксированы обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела. То обстоятельство, что на видеозаписи отсутствуют дата и время, не свидетельствует о нарушении требований закона, поскольку это не повлияло на сущность принятого по делу решения, каких-либо требований, устанавливающих порядок ведения видеозаписи, нормы КоАП РФ не содержат. Видеозапись отвечает требованиям допустимости и относимости, в данном случае источник видеозаписи является очевидным, она сделана сотрудниками ДПС при совершении в отношении ФИО8 процессуальных действий, представлена в материалы дела вместе с иными доказательствами. 

Прерывание видеозаписи для составления процессуальных документов не свидетельствует о нарушении порядка привлечения к административной ответственности и не ставит под сомнение вину ФИО7 в совершении вменяемого нарушения. Составление протокола о применении меры обеспечения производства по делу после ее фактического применения (например, протокола об отстранении от управлении после фактического отстранения) не свидетельствует о нарушении установленного КоАП РФ порядка применения мер обеспечения производства по делу. Применение видеозаписи при составлении протокола об административном правонарушении в принципе КоАП РФ не предусмотрено.

Непосредственно меры обеспечения производства по делу в отношении ФИО8 проведены с применением видеозаписи в соответствии со ст. 27.12 КоАП РФ. Требования о фиксации момента составления протоколов применения мер обеспечения производства по делу на видеозапись (или соответственно участие при этом понятых) положения названной нормы не содержат, к аналогичным выводам пришел и Верховный Суд РФ (постановление от 21.06.2024 г. № 57АД24-5-К1), позиция ФИО8 об обратном основана на неверном толковании законодательства. Кроме того, на видеозаписи можно отследить составление протокола об отстранении от управления ТС, впоследствии- заполнение протокола о направлении на медицинское освидетельствование (видно, как ИДПС ФИО вносит последовательные записи, подчеркиванием выбирает основание для направление на медосвидетельствование и т.д.). Равным образом, нормами КоАП РФ не определены понятия начала и окончания составления процессуальных документов, в связи с чем может отличаться время составления протокола (когда ИДПС начинали заполнять бланк в его установочной части) и время непосредственного осуществления меры обеспечения производства по делу. Видеозапись мировым судьей исследована и получила надлежащую правовую оценку в совокупности с иными доказательствами по делу по правилам статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; видеозапись правомерно с учетом требований статьи 26.2 названного Кодекса, принята в качестве допустимого доказательства по делу, данные выводы после исследования видеозаписи в суде вышестоящей инстанции суд полагает обоснованными. 

Ссылка стороны защиты на то, что в процессуальные документы вносились изменения административным органом в одностороннем порядке, в отсутствие ФИО8, на то, что протокол об АП составлялся и изменялся в отсутствие ФИО8, также понятых/видеозаписи, является голословной, ничем не подтверждена, опровергается согласующимися пояснениями должностных лиц административного органа, что отражено в оспариваемом постановлении. Внесение исправлений, осуществление помарок не исключено и при непосредственном оформлении процессуальных документов, первоначально. 

Как следует из материалов дела, в нем содержатся как оригиналы процессуальных документов (протокол об АП, протокол отстранения от управления ТС, протокол направления на медицинское освидетельствование), так и их копии, мировым судьей установлено, что от подписания документов Драгунов отказался, равно как и отказался от получения их копий, при этом судом была обеспечена возможность ознакомления с материалами дела ФИО8/его защитника и соответственно подготовка позиции защиты к судебному разбирательству. 

Действительно, в тексте протокола об административном правонарушении имеются исправления относительно места совершения правонарушения (данные обстоятельства уточнены мировым судьей при рассмотрении дела по существу, в присутствии ФИО8) вменяемой части ст. 12.26 КоАП РФ (внесение исправлений заверено должностным лицом) и при указании приложений, в нумерации протокола о направлении на медосвидетельствовании (из данных исправлений следует, что при написании номера протокола о направлении на медосвидетельствование (№) должностное лицо сначала ошибочно стало указывать нумерацию, присвоенную протоколу об отстранении от управления ТС (№ из №), но впоследствии данные были скорректированы). При этом, исправления в оригинале протокола об АП идентичны копии протокола (бланки являются самокопирующимися и изначально сброшюрованными, т.е. копии располагаются под оригиналом и скреплены с ним), что свидетельствует о том, что правки вносились одномоментно, и уже после бланки разъединялись, т.к. копия подлежала передаче ФИО8. 

Опрошенный в судебном заседании специалист-почерковед ФИО2 дал пояснения, что признаков изготовления текстовой части протокола об АП разным почерками не имеется. Относительно цифрового кода, присвоенного протоколу о направлении на медицинское освидетельствование (в частности, размытого воспроизведения последней цифры «7») указал, что при первичном осмотре не может пояснить, является ли такое написание цифры дефектом печати, т.е. заводским, или исправлением от руки. Также справочно указал, что разные административные органы используют разные бланки- иногда указание нумерации бланков осуществляется типографским способом, одновременно с изготовлением общего текста бланка, а иногда на уже отпечатанных бланках, например с указанной общей серией, дополнительно указываются различающиеся индивидуальные номера бланков- путем проставления оттиска. Во втором случае, то есть при штамповании, возможен такой эффект смазанности.

Судом было отказано в проведении почерковедческой экспертизы, суд полагает, что установление данных обстоятельств с помощью применения специальных познаний не будет юридически значимым, т.к. даже если предположить, что будет установлен факт исправлений в последнюю цифру номера бланка, это не будет свидетельствовать о наличии существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ, которые могут повлечь отмену обжалуемого постановления, так как эти гипотетические изменения не касаются существа/объема вмененного нарушения. 

Тот факт, что в копии протокола об отстранении от управления ТС имеется запись «исправленному верить», « от подписи отказался», «1», которых не имеется в оригинале данного протокола, свидетельствует о том, что бланк протокола об административном правонарушении (самокопирующийся бланк) на момент внесения соответствующих записей с соответствующим их расположением находился сверху копии протокола от отстранении от управления ТС, уже разъединенного с оригиналом, что логично, т.к. протокол об АП составляется последним. Вместе с тем, т.к. Драгунов отказался от получения копий документов, нельзя утверждать, что эти отличия в копии протокола об отстранении от управления ТС от оригинала нарушили его право на защиту, т.к. отличающейся копией он не располагал, позицию защиты смог строить сразу с учетом содержания оригинала указанного протокола. 

Доводы, указанные в жалобе и дополнительных пояснениях к ней о том, что не зафиксирован сам факт отказа от медицинского освидетельствования, причем непосредственно ИДПС ФИО, ИДПС не предлагал последовательно пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а затем медицинское освидетельствование, не соответствуют действительности, являются голословными, т.к. согласно материалам видеозаписи, ИДПС ФИО предлагает ФИО8 (в 04.25, еще раз в 06.03 видеозаписи) пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что тот отказывается, затем в 10.10 видеозаписи спрашивает, согласен ли Драгунов пройти медицинское освидетельствование, на что Драгунов также говорит, что он не будет ничего делать, при этом кричит, буянит. 

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации (определение от 26 апреля 2016 года N 876-О), проведение медицинского освидетельствования водителя транспортного средства на состояние опьянения предполагает добровольное участие в этом данного лица. Отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться любым способом - как в форме действия, так и в форме бездействия, которые свидетельствуют о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности, предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения. Соответственно, по смыслу части 1 статьи 12.26 КоАП РФ, под невыполнением водителем законного требования о прохождении медицинского освидетельствования понимаются такие действия (бездействие) указанного лица, которые объективно исключают возможность применения данной обеспечительной меры.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

Как подтверждено видеозаписью, ФИО7, разговаривая на повышенных тонах, постоянно перебивая сотрудника полиции, многократно требовал от него представить рапорт, запись с фиксацией факта управления им ТС, что не предусмотрено нормами закона, законные требования сотрудника полиции игнорировал, от прохождения предлагаемых процедур отказался, впоследствии подписать процессуальные документы и получить их копии отказался, что зафиксировано сотрудником ДПС в соответствии с частью 5 статьи 27.12.1 КоАП РФ, что безусловно свидетельствует о воспрепятствовании совершению в его отношении данных процессуальных действий и образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Указание в жалобе на то, что хронологически до и после составления материала ( в 18.00 14.11.2024 г. и утром 15.11.2024 г.) Драгунов находился на рабочем месте, там в соответствии с установленным порядком проходил медицинское освидетельствование у работодателя, и к нему никаких претензий по части нахождения его в состоянии опьянения не выдвигалось, не имеет значения. Во-первых, ФИО8 вменяется не управление ТС в состоянии опьянения, а невыполнение законного требования должностного лица о происхождении медицинского освидетельствования. Во-вторых, наличие либо отсутствие признаков у лица, являющихся достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, определяется инспектором ДПС по собственному субъективному усмотрению, и не может быть поставлено под сомнение, поскольку инспектор ДПС является лицом, осуществляющим надлежащее обеспечение безопасности дорожного движения, максимально возможное предупреждение дорожно-транспортных происшествий, нарушений Правил дорожного движения и обеспечение бесперебойного движения транспортных средств. В целях проверки указанных выше подозрений сотрудника полиции, для последующего их подтверждения либо опровержения лицу, управляющему транспортным средством, предлагается пройти изначально освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а затем, в случае возникновения обстоятельств, предусмотренных пунктом 8 Правил, водитель транспортного средства подлежит направлению на медицинское освидетельствование.

Ссылка защиты на то, что Драгунов после составления материала тут же сам сел за руль и приехал на ТС на работу, ТС не задерживалось, само по себе не свидетельствует об отсутствии в его действиях вменяемого административного правонарушения. Непринятие мер в порядке ст. 27.13 КоАП РФ не является предметом рассмотрения, в случае, если заинтересованные лица полагают, что их права нарушены неосуществлением должностным лицом соответствующих полномочий, данное бездействие моет быть оспорено в установленном законом порядке. 

Также, в жалобе заявитель ссылался на то, что мировой судьи отказал в допросе свидетеля и приобщении документов (табеля). Вместе с тем, заявитель жалобы не лишен возможности предоставления доказательств при рассмотрении жалобы (что Драгунов и сделал, приобщив табель, заявив ходатайство о допросе свидетелей и т.д.). Кроме того, в рамках КоАП РФ ходатайства заявляются в письменном виде, отказ в удовлетворении ходатайства оформляется определением, однако из материалов дела не следует, что ФИО8 заявлялось какое-либо ходатайство о допросе свидетеля, которое не было бы рассмотрено мировым судьей. Драгунов ходатайствовал о допросе свидетелей-должностных лиц ГИБДД и ОМВД Магочинского района (допрошены ФИО3, ФИО, ФИО22), свидетеля ФИО5 (допрошен), свидетеля ФИО4 (допрошен). Ходатайств о допросе иных лиц Драгунов/защитник мировому суде не заявляли.

Доводы о правомочиях ИДПС ФИО, реальности осуществления им должностных полномочий сотрудника полиции в вечернее время 14.11.2024 г. ранее подробно исследовались мировым судьей; в оспариваемом постановлении данным доводам, аналогичным излагавшийся в суде вышестоящей инстанции, дана оценка, оснований не соглашаться с которой, с учетом поступивших доказательств, у суда не имеется. 

Таким образом, доводы жалобы не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО7 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих безусловную отмену принятого по делу постановления, при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

Доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы мировым судьей при рассмотрении дела. Оснований для переоценки представленных доказательств не имеется. Доводы жалобы не могут повлечь отмену обжалуемого постановления, поскольку изложенных в нем выводов, ничем не опровергают.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса. Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ. Принцип презумпции невиновности судом первой инстанции не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается.

При производстве по делу юридически значимые обстоятельства мировым судьей определены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Существенных нарушений процессуальных норм должностным лицом, составившим протокол, а также мировым судьей при рассмотрении дела, не допущено. 

Факт совершения ФИО7 административного правонарушения должным образом установлен, административное наказание назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 и 4.3 КоАП РФ, в соответствии с санкцией, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в редакции закона, актуальной на дату совершения вменяемого нарушения, является справедливым. 

Каких-либо сведений, касающихся обстоятельств совершения данного правонарушения, не отраженных в материалах дела и не являвшихся предметом рассмотрения мирового судьи, могущих повлечь отмену или изменение состоявшегося постановления, в жалобе не приведено.

Поскольку существенных процессуальных нарушений, которые могли бы повлечь отмену постановления, не допущено, обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 2.9, 24.5 КоАП РФ влекущих прекращение производства по делу не имеется.

С учетом изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7, ст. 30.8 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка № 68 судебного района «Хабаровский район Хабаровского края» от 16.04.2025 по делу об административном правонарушении о привлечении ФИО7 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ - оставить без изменения, а жалобу ФИО7 - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно, и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Рябцева Н.Л.