№ 2-359/2020 Мотивированное 

решение

 изготовлено 17 июля 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июля 2020 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Чайка О.Н.

при секретаре Васильевой А.С.

с участием представителя истца ФИО1

помощника прокурора г.Кировска Жуйковой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО2 обратилась в суд к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3 или работодатель) о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула. 

В обоснование иска указала, что 16 июля 2019 года она заключила с ответчиком договор, по условиям которого ИП ФИО3 обеспечивает ей обучение, по окончании срока которого заключается трудовой договор. 

После окончания обучения 02 сентября 2019 года между сторонами был заключен трудовой договор, с принятием истца в должности ... на период с 02.09.2019 по 31.01.2020, условия которого были выполнены ей (истцом), при этом, пунктом 2.1.1 указанного договора в случае его расторжения до истечения срока его окончания работник обязан возместить понесенные работодателем расходы по обучению в полном объеме в размере ... рублей. Кроме того, 01 февраля 2020 года между сторонами заключен второй трудовой договор на период с 01.02.2020 по 31.12.2020 и подписано обязательство о выплате расходов на обучение, проживание к месту учебы и обратно в сумме ... рублей, срок полного погашения суммы указанных расходов составляет 1 календарный год и исчисляется с 02.09.2019. Работодатель 25 марта 2020 года инициировал расторжение трудового договора по соглашению сторон с 20 апреля 2020 года, сказав ей написать соответствующее заявление, что было ей сделано. Приказом № 18 от 24.04.2020 истец уволена по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (соглашение сторон). 

Считает данный приказ незаконным и подлежащим отмене, поскольку инициатива написания заявления об увольнении принадлежала работодателю.

Полагает, недопустимым и незаконным увольнение работника в период распространения коронавирусной инфекции. Ссылается на отсутствие в действующем законодательстве перечня причин, которые признавались бы уважительными при увольнении работника до истечения срока, оговоренного сторонами и на положения статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Считает, что ответчик ввела ее в заблуждение, сообщив о том, что в случае увольнения деньги за обучение взыскивать с нее не будет, вместе с тем, 15 мая 2020 года обратилась в суд с иском о взыскании расходов на обучение работника пропорционально отработанному времени в сумме 43 269 рублей 68 копеек.

Просит суд отменить приказ № 18 от 24 апреля 2020 года об увольнении, восстановить ее на работе в должности ... у ИП ФИО3, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, денежную компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, а в случае пропуска срока исковой давности восстановить его для обращения в суд со ссылкой на Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020).

Истец ФИО2 о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, не явилась в связи с нахождением за пределами Российской Федерации, просит дело рассмотреть в ее отсутствие. 

Как следует из дополнительных объяснений к исковому заявлению, с 14.04.2020 по 20.04.2020 она находилась на лечении в ГОБУЗ «Апатитско-Кировская Центральная городская больница» по факту ..., поскольку испытывала на работе стресс ввиду большой нагрузки на работе, что не было учтено работодателем и привело к ... 15 апреля 2020 года .... Полагает, что именно действия ответчика привели к указанным последствиям для ее здоровья. Указывает, что в ее заявлении содержалась просьба об увольнении с 20 апреля 2020 года, тогда как фактически она была уволена 24 апреля 2020 года, то есть самой последней из своих коллег. В устном порядке в ходе телефонных переговоров между сторонами было достигнуто соглашение об увольнении, при этом, финансовых притязаний между ними не имеется, заработная плата за апрель 2020 года и компенсация за отпуск не выплачивается, а денежные средства за обучение за неотработанные месяцы с мая по октябрь 2020 года взысканию не подлежат, однако ответчиком указанная договоренность была нарушена. Указала, что готова продолжить работу у ИП ФИО3 Указывает, что поскольку инициатива увольнения исходила от работодателя, ее увольнение в период действия Указов президента Российской Федерации № 206 от 25.03.2020 и № 239 от 02.04.2020 незаконно и было возможно только по инициативе работника, соглашению сторон либо истечения срока действия трудового договора.

Представитель истца ФИО1 поддержал позицию своего доверителя, указав, что истец была введена в заблуждение работодателем, поскольку стороны договорились между собой, что денежные средства за обучение не будут взысканы с истца, только на таких условиях последней было принято решение о написании заявления на увольнение по соглашению сторон. 

Представитель ответчика в судебное заседание, о дате, времени и месте которого извещена надлежащим образом, не явилась, не просила рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Из ранее представленных возражений следует, что в иске просит отказать в полном объеме поскольку истцом не доказан факт оказания давления на нее и понуждения к расторжению трудового договора. Напротив, ФИО2 20 апреля 2020 года написала заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон, подписала соглашение от 24.04.2020, а также приказ о расторжении трудового договора № 18 от 24.04.2020, получила расчетные листки и трудовую книжку, при этом, расторжение трудового договора по указанному основанию было произведено по инициативе работника для получения последней региональной выплаты пособия по безработице в размере ... рублей. ФИО2 была переведена на работу на 0,25 рабочей ставки на основании ее письменного заявления от 31.03.2020. 

Кроме того, ссылается на пропуск истцом срока исковой давности за обращение в суд, оснований для восстановления которого не имеется. Полагает, что подача иска в суд была инициирована сразу же после получения ФИО2 искового заявления о взыскании расходов на обучение, принятый к производству суда 09 июня 2020 года.

В дополнении к указанным возражениям указывает на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований со ссылкой на положения статей 77, 78, 67 Трудового кодекса Российской Федерации и взаимное волеизъявление сторон о расторжении трудовых отношений, а также отсутствие нравственных страданий.

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика.

Выслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что оснований для восстановления на работе не имеется, суд считает исковые требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд по спорам об увольнении составляет в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в Определении от 21 ноября 2013 года №1752-О, предусмотренный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации месячный срок для обращения в суд по спорам об увольнении выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений; сам по себе этот срок не может быть признан неразумным и несоразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника в случае незаконного расторжения трудового договора и является достаточным для обращения в суд.

Связывая начало течения месячного срока исковой давности для обжалования увольнения с работы не с днем, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, а - в исключение из общего правила - с днем вручения работнику копии приказа об увольнении либо с днем выдачи трудовой книжки, законодатель исходил из того, что работник именно в этот день узнает о возможном нарушении своих трудовых прав и что своевременность обращения в суд за разрешением спора об увольнении зависит от его волеизъявления.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил в пункте 5, что исходя из содержания абзаца первого ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, а также ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Если ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая ст. 392 Трудового кодекса РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (ст. 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с частью 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей этой статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в названный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что месячный срок обращения в суд исчисляется со дня наступления одного из перечисленных в ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации событий (вручения копии приказа об увольнении, выдачи трудовой книжки, отказа от получения копии приказа либо трудовой книжки) в зависимости от того, какое из этих событий наступит ранее.

С копией приказа об увольнении истец познакомлена и расчет получила 24 апреля 2020 года, а с исковыми требованиями о восстановлении на работе обратилась в суд путем направления искового заявления почтой 09 июня 2020 года, что подтверждается конвертом и отчетом об отслеживании отправления, то есть за пределами установленного законом срока на обращение в суд.

Из материалов дела следует, что истец просила восстановить ей срок для обращения в суд, ссылаясь на уважительность причин его пропуска, в качестве которых указала на ограничения, вызванные угрозой распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции и самоизоляционными и карантинными мерами в связи с этим.

В связи с угрозой распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), в соответствии со статьей 14 Федерального закона от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», а также в целях обеспечения соблюдения положений Федерального закона от 30 марта 1999 года №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», постановлений Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 24 января 2020 года № 2 «О дополнительных мероприятиях по недопущению завоза и распространения новой короновирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV», от 2 марта 2020 г. №5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения короновирусной инфекции (2019-nCoV)», постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2020, ограничен доступ граждан в суды Российской Федерации. 

Указом Президента РФ от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации с 4 апреля по 30 апреля 2020 года объявлены нерабочими днями.

Постановлением Правительства Мурманской области от 04 апреля 2020 года № 175-ПП «О введении ограничительных мероприятий, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, и утверждении правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями при введении режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения на территории Мурманской области новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и Правила поведения, обязательными для исполнения гражданами и организациями при введении режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения на территории Мурманской области новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в редакции от 03.05.2020, на территории Мурманской области введены ограничительные меры по запрету покидания места проживания (пребывания), в связи с чем, ФИО2 обязана была соблюдать указанные ограничения до 11 мая 2020 года.

Согласно Обзору Верховного суда Российской Федерации по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 уважительными причинами могут быть признаны обстоятельства, которые объективно препятствовали или исключали своевременную подачу жалобы, например, нахождение лица на лечении в медицинском учреждении, применение к лицу изоляционных мер различного характера в порядке, предусмотренном законодательством в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения или мер ограничительного характера, примененных в соответствии с законодательством о защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Течение исковой давности приостанавливается при условии, что названные обстоятельства возникли или продолжали существовать в последние шесть месяцев срока исковой давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев, в течение срока исковой давности (пункт 2 статьи 202 ГК РФ). Соответственно, если до истечения срока исковой давности осталось более 6 месяцев, то обстоятельство непреодолимой силы не приостанавливает его течение. Оно станет основанием приостановления исковой давности, если сохранится до названного в пункте 2 статьи 202 ГК РФ срока (шесть месяцев до момента истечения).

Со дня прекращения обстоятельств непреодолимой силы течение срока исковой давности продолжается. Остающаяся часть срока исковой давности, если она составляет менее шести месяцев, удлиняется до шести месяцев, а если срок исковой давности равен шести месяцам или менее шести месяцев, до срока исковой давности (пункт 4 статьи 202 ГК РФ).

Таким образом, при указанных обстоятельствах причина пропуска ФИО2 срока для обращения в суд с данным исковым заявлением, является уважительной, в связи с чем, имеются основания для восстановления ФИО2 срока для предъявления заявления в суд.

Разрешая заявленные истцом исковые требования по существу суд исходит из следующего.

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 78 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Данное разъяснение справедливо и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.

Таким образом, увольнение по п. 1 ч. 1 ст. 77 и ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 02 сентября 2019 года ФИО2 принята на работу к ИП ФИО3, о чем вынесен приказ № 8 от 02.09.2019 (л.д. 50).

02 сентября 2019 года между сторонами был заключен срочный трудовой договор на работу в должности ... на срок до 31 января 2020 года, в случае расторжения которого досрочно, работник возмещает работодателю расходы по обучению в размере ... рублей (л.д. 16-17). 

01 февраля 2020 год между сторонами также был заключен трудовой договор на работу в должности ... на срок до 31 декабря 2020 года. При этом, в указанную дату ФИО2 было дано обязательство о возмещении расходов на оплату обучения, проживания на этот период и проезд к месту обучения и обратно в сумме ... рублей, установлен срок исчисления указанных расходов – с 02.09.2019 – 1 календарный год, в случае досрочного прекращения трудовых отношений (л.д. 18-20, 51-54).

С 01 апреля 2020 года истец была переведена на работу на 0,25 рабочей ставки по семейным обстоятельствам на основании ее письменного заявления от 31.03.2020 (л.д. 27).

20 апреля 2020 года ФИО2 было подано заявление на имя ИП ФИО3 о расторжении трудового договора с ней с 20 апреля 2020 года в соответствии с пунктом 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 28, 62).

24 апреля 2020 года сторонами подписано соглашение о расторжении трудового договора от 01.02.2020 по указанному основанию, в соответствии с которым трудовые отношения прекращаются 24 апреля 2020 года, истец подтвердила получение полного расчета в соответствии с трудовым договором и отсутствие претензий (л.д. 59-60).

На основании указанного заявления приказом № 18 от 24.04.2020 истец уволена с должности ... по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по соглашению сторон трудового договора), что также отражено в трудовой книжке работника (л.д. 30-31).

Как следует из табеля учета рабочего времени за апрель 2020 года, ФИО2 отработала в указанном месяце 01-04, 07-11, 21-24 апреля, 05-06, 12-13 апреля – выходной, с 14 по 20 апреля – находилась на листке нетрудоспособности (л.д. 56).

Согласно копии представленного истцом листка нетрудоспособности №... и сведений «Апатитско-Кировская ЦГБ» ФИО2 болела с 14 апреля по 20 апреля 2020 года (л.д. 63-66, 92).

С приказом об увольнении истец была ознакомлена 24апреля 2020 года, о чем свидетельствует её подпись в приказе № 18 от 24.04.2020, также ей были получены документы и расчет при увольнении, что следует из соглашения о расторжении трудового договора от 24.04.2020 и указанного приказа.

Принцип свободы трудового договора, закрепленный в статье 37 Конституции Российской Федерации, заключается, прежде всего, в свободе расторжения трудового договора по инициативе работника, а также по соглашению сторон, когда имеет место быть волеизъявление работника и работодателя.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По смыслу данной нормы, бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также с учетом требований и возражений сторон.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО2, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: имелось ли взаимное согласие сторон трудового договора на его прекращение и не оказывалось ли со стороны работодателя давление на работника, принуждающего его к увольнению с формулировкой основания увольнения «по соглашению сторон».

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд, руководствуясь положениями п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в Постановлении от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходил из того, что доказательств, свидетельствующих о наличии принуждения со стороны работодателя к увольнению работника с формулировкой «по соглашению сторон», в дело не представлено.

Как следует из письменных объяснений истца, работодатель предложила ей перейти на 0,25 рабочей ставки, на что последняя согласилась, направив заявление о переводе на указанный график работы с 01 апреля 2020 года, что следует из личной переписки с ответчиком (л.д. 100). От ответчика также поступило предложение о расторжении трудового договора с 20 апреля 2020 года, на что истец также направила ей письменное заявление (л.д. 96). Истец также ссылается на устную договоренность между ней и работодателем о том, что ИП ФИО4 не будет предъявлять требования по взысканию денежных средств, затраченных на обучение, однако, доказательств письменного оформления указанной договоренности суду представлено не было, соглашение о расторжении трудового договора от 24.04.2020 такого положения также не содержит.

Вместе с тем, по смыслу заявления ФИО2 от 01.04.2020 и последующих ее последовательных действий следует, истец выразила намерение расторгнуть трудовой договор с 20 апреля 2020 года по соглашению сторон, данный факт ею подтверждается, при этом, суд учитывает, что, написав указанное заявление истец не была лишена возможности в последствии не подписывать соглашение о расторжении трудового договора, а также приказ о ее увольнении № 18 от 24.04.2020, если не была намерена уволиться либо не была согласна с основанием или датой увольнения, между указанными датами имел место перерыв, в который ФИО2 при наличии сомнений по вопросу расторжения трудового договора с ответчиком, имела возможность принять окончательное взвешенное решение.

Кроме того, по мнению суда тот факт, что ФИО2 подписала соглашение о расторжении трудового договора, датированное 24 апреля 2020 года, в котором также содержится пункт, что последний день работы истца – 24 апреля 2020 года (п. 3), получила полный расчет и ознакомилась с приказом о расторжении трудового договора 24 апреля 2020 года, свидетельствует о достигнутой между сторонами договоренности относительно даты увольнения, ФИО2 согласилась с ее увольнением с указанной даты – 24 апреля 2020 года. При этом, суд принимает во внимание тот факт, что увольнение ФИО2 (24.04.2020) позднее даты, указанной истцом изначально в заявлении на увольнение (20.04.2020) не ухудшает положение работника, в связи с чем не может являться основанием для признания ее увольнения незаконным. 

По мнению суда, работником было самостоятельно принято решение об увольнении в период нахождения на листке нетрудоспособности, что согласуется с положениями статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, истец также имела возможность обратиться за юридической консультацией по телефону либо воспользоваться юридической помощью через интернет для принятия взвешенного решения по вопросу трудоустройства у ИП ФИО3, и, как следует из пояснений ее представителя, данных в ходе предварительного судебного заседания ФИО2 обращалась к нему за юридической консультацией в январе 2020 года по вопросу ее обучения, что не исключало возможность получения ей также консультации по вопросу увольнения.

О последовательности действий истца в период принятия решения об увольнении и после ее увольнения свидетельствует также и тот факт, что она, реализуя свое намерение воспользоваться региональной выплатой пособия по безработице, с 29 апреля 2020 года после закрытия листка нетрудоспособности зарегистрирована в Центре занятости населения г. Кировска в качестве безработной, что свидетельствует о заинтересованности истца в поиске работы, а не в сохранении прежней должности, на которой она осуществляла трудовую деятельность у ответчика (л.д.130).

Сообщения ФИО3, адресованные истцу 14 апреля 2020 года, отраженные в переписке, представленной обоими сторонами (л.д. 21, 67), с указанием на формулировки заявлений о переводе на 0,25 рабочей ставки и о расторжении трудового договора с 20 апреля 2020 года по соглашению сторон, суд оценивает в совокупности с иными доказательствами по делу и пояснениями лиц, участвующих в деле, их возражениями и приходит к выводу о том, что сама по себе указанная переписка не является принуждением работника к написанию указанных заявлений и не может расцениваться судом как навязывание основания увольнения и его даты, поскольку по контексту переписки между сторонами и последующими действиями ФИО2, а также ее письменными пояснениями усматривается ее согласие с предложенными ответчиком формулировками, при этом, доказательств невозможности отказаться от написания вышеуказанных заявлений, равно как и фактов запугивания и давления со стороны ФИО3 истцом не представлено и судом не установлено.

Кроме того, по мнению суда, мотивом для обращения истца в суд за восстановлением на работе в должности консультанта у ИП ФИО3 послужило ни сколько убежденность истца в нарушении ее трудовых прав и несогласие с увольнением, а ее несогласие с иском ИП ФИО3 к ФИО2 о взыскании денежных средства затраченных на обучение (дело № 2-343/2020), находящемся в производстве Кировского городского суда Мурманской области. Вместе с тем, указанные основания для обращения ФИО2 в суд не могут свидетельствовать о незаконности увольнения, правоотношения по ученическому договору подлежат рассмотрению в рамках отдельного судебного производства. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что увольнение истца произведено по соглашению между работником и работодателем, последним днем работы истца являлось 24 апреля 2020 года, при этом, достоверных, достаточных и убедительных доказательств понуждения истицы к написанию заявления об увольнении по соглашению сторон, а также последующему подписанию самого соглашения от 24.04.2020, не представлено. При указанных обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для признания незаконным и отмены приказа № 18 от 24.04.2020 об увольнении ФИО2 и установлении, тем самым, факта неправомерных действий работодателя изданием оспариваемого приказа, нарушающим трудовые права работника, следовательно, требования о восстановлении истца на работе удовлетворению не подлежат. 

В связи с вышеизложенным, не могут быть удовлетворены и требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, связанного с ее увольнением, так как эти требования являются производными от требования об отмене приказа № 18 от 24.04.2020 об увольнении ФИО2 и о восстановлении на работе и могут быть удовлетворены только в случае удовлетворения основного требования.

Кроме того, истец не лишена возможности вновь заключить трудовой (в том числе срочный) договор с ответчиком.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий: О.Н. Чайка