Дело № 12-39/2020 (УИД: 48MS0059-01-2020-002631-45) 

Р Е Ш Е Н И Е

30 октября 2020 года г.Усмань Липецкой области

Судья Усманского районного суда Липецкой области Ламонов А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по жалобе адвоката Флейшмана А.Б. в интересах ФИО1 на постановление мирового судьи Усманского судебного участка № 1 Усманского судебного района Липецкой области от 25 сентября 2020 года, которым постановлено:

ФИО1 признать виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.9 ст.13.15 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и назначить ей административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей без конфискации предмета административного правонарушения,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи Усманского судебного участка № 1 Усманского судебного района Липецкой области от 25 сентября 2020 года ФИО1 была признана виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.9 ст.13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей без конфискации предмета административного правонарушения по факту того, что 11 июня 2020 года в 17 часов 56 минут ФИО1, находясь по адресу: 

<

адрес>, распространила на своей странице в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Усмань48» информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет» (пользователь ФИО2) заведомо недостоверную общественно значимую информацию под видом достоверного сообщения, создавшего угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности, а именно разместила в своём посте, что под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19», при этом её действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

09 октября 2020 года адвокат Флейшман А.Б. в интересах ФИО1 подал в суд жалобу на вышеуказанное постановление с просьбой его отменить, а производство по делу прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения.

Из содержания жалобы следует, что обжалуемое постановление является незаконным и необоснованным, поскольку при рассмотрении данного дела и вынесении обжалуемого постановления судом не исследованы ни признаки объективной стороны правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, ни признаки субъективной стороны правонарушения, предусмотренного данной нормой. Виновность деяния означает, что правонарушение совершено лицом умышленно или по неосторожности. Наличие вины является обязательным признаком административного правонарушения. Субъективная сторона характеризует вину правонарушителя, а также мотив и цель деяния. Мотив, цель и направленность действий ФИО1 на ее достижение вменяемых ей целей судом не исследовались, так как было совершенно очевидно, что никаких целей, предусмотренных диспозицией данной статьи, ею при написании поста не преследовалось и предвидеть наступление каких-либо общественно опасных последствий от размещения этого поста она не могла. В ч.1 ст.2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, однако, суд возложил эту обязанность на ФИО1, именно ей пришлось доказывать свою невиновность. Все неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу лица, привлекаемого к административной ответственности (ст. 1.5 КоАП РФ), однако всё обвинение судом построено на предположениях о том, что ФИО1 заведомо знала о недостоверности распространяемых ею сведений. Тот факт, что даже врачи при постановке диагноза ее заболевшему отцу допустили медицинскую ошибку, приняв первоначально пневмонию за панкреатит, говорит о том, что не только она, но и врачи могут в данной ситуации ошибаться в оценке как признаков самого заболевания, так и в способах его лечения. При этом суд, не приняв никаких сомнений в виновности ФИО1 в ее пользу, счел доказанной вину в распространении ею заведомо для нее недостоверности распространяемой ею информации по поводу заболевания ее отца. В такой ситуации она, как минимум, могла добросовестно заблуждаться в диагнозах, связанных с диагностикой пограничных заболеваний, связанных с эпидемией новой, неизвестной ни в России, ни во всем мире коронавирусной инфекции (COVID-19). В мотивировочной части обжалуемого постановления указано на возможность неоднозначной оценки характера заболевания отца ФИО1. После уточнения диагноза он был направлен в Липецкую областную клиническую инфекционную больницу, куда в то время доставляли и всех инфицированных коронавирусом (COVID-19). Из выписки указанного лечебного учреждения следует, что отцу ФИО1 09 июня 2020 года был поставлен диагноз «COVID-19». После его госпитализации к ней и ее матери поступали звонки из медицинского учреждения с указанием о необходимости сидеть дома, поскольку у отца подтвердился «COVID-19». В связи с этим у ФИО1 были все основания полагать, что у ее отца «COVID-19». Таким образом, на момент размещения ФИО1 поста, вменяемого ей в качестве административного правонарушения, имелась подтвержденная информация о заболевании у ее отца COVID-19, что позволяло ей высказываться в соцсетях. При вынесении обжалуемого постановления судом полностью проигнорированы руководящие разъяснения Верховного суда РФ, содержащиеся в обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 апреля 2020 года. В пункте 13 данного обзора указано, что частью 9 статьи 13.15 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи...». В обжалуемом постановлении не указано, что распространение ФИО1 в информационно-телекоммуникационных сетях своего личного мнения о том, что «под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19» создало или могло создать угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и другие общественно опасные последствия. Без установления судом данного обстоятельства, как считает Верховный суд РФ, объективная сторона части 9 статьи 13.15 КоАП РФ отсутствует. Кроме того, фраза «под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19», не содержит заведомо недостоверную общественно значимую информацию под видом достоверных сообщений, так как, не являясь врачом по образованию и не имея специальных познаний в области медицины, ФИО1 не могла заведомо знать, в чем заключается разница между диагнозом «COVID-19» и диагнозом «пневмония», какой из этих диагнозов является более тяжелым и для чего нужно один диагноз маскировать другим. Текст поста ФИО1, размещенный в социальной сети «ВКонтакте», свидетельствует о непонимании ею медицинского смысла, содержания и характера этих заболеваний, медицинские термины взяты ею из открытых источников информации, в которых эта информация распространялась государственными органами, медицинскими учреждениями и отдельными специалистами о ситуации, связанной с распространением в стране ранее неизвестного вируса «COVID-19» и упоминанием, при этом, пневмонии, как заболевания, которое может возникнуть при осложнениях, вызываемых этим вирусом и приводящим в отдельных случаях к смерти заболевших этим вирусом людей именно от пневмонии. Суд при вынесении обжалуемого постановления обязан был проанализировать эти доводы и дать им оценку, однако даже не упомянул о них в решении. Вместо объективной оценки доводов ФИО1 и доводов защитника, суд для создания видимости объективности и законности обжалуемого постановления без всякой связи с рассматриваемым делом сослался на Конституцию РФ, международную Конвенцию и не имеющие отношения к делу нормы Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ (ред. от 02 декабря 2019 года) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», Правила поведения, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 02 апреля 2020 года № 417, Федеральный закон от 21 декабря 1994 года № 68-ФЗ «О защите населения и территории от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» и т.п.. После цитирования без всякого анализа этих правовых норм в мотивировочной части постановления судом указано, что «задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его и соответствии с законом, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений», однако эти задачи судом при вынесении обжалуемого постановления решения не рассматривались и не решались.

В судебном заседании адвокат Флейшман А.Б. поддержал жалобу, ссылаясь на изложенные в ней доводы. 

ФИО1., извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, об уважительных причинах неявки не сообщила, об отложении дела не просила. Представитель ОМВД России по Усманскому району Липецкой области, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в письменных возражениях на апелляционную жалобу просил ее рассмотреть в их отсутствие. 

Считаю возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО1 и представителя ОМВД России по Усманскому району Липецкой области.

Из содержания письменных возражений представителя ОМВД России по Усманскому району Липецкой области следует, что в поданной жалобе защитник приводит доводы о неправильном применении судьей норм права, несоответствии выводов судьи фактическим обстоятельствам дела. Приведенные доводы жалобы являются несостоятельными, основаны на ином толковании нормативно-правовых актов и исследованных при рассмотрении дела материалах. В жалобе указано, что ФИО1, не являясь врачом по образованию и не имея специальных познаний в области медицины, не могла заведомо знать, в чем заключается разница между диагнозом «COVID-19» и диагнозом «пневмония», текст публикации, размещенный в социальной сети свидетельствует о непонимании ей медицинского смысла упомянутых заболеваний и поэтому публикация не может быть заведомо недостоверной, считает что данные доводы не проанализированы судьей и им не дана оценка при вынесении обжалуемого постановления. Отсутствие специальных познаний не позволяет распространять любую информацию, не убедившись в ее достоверности, не оправдывает виновное поведение лица, о чем указано в постановлении суда. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с ч. 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Вместе с тем, осуществление права свободно выражать свое мнение согласно части 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года (г. Рим) может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия, а также защиты репутации или прав других лиц. В связи с этим граждане должны ответственно распространять информацию и идеи о любых вопросах, представляющих общественный интерес. В условиях пандемии новой коронавирусной инфекции COVID-19 реализуются меры по профилактике и снижению рисков распространения заболевания на территории Липецкой области. Выявлению фактов распространения заведомо непроверенной информации о коронавирусе (COVID-19) в нашем государстве уделяется особое внимание, на что неоднократно обращалось внимание следственных органов, а также органов власти. Широкой огласке предается официальная информация Роспотребнадзора, медицинских организаций, доводится до сведения населения подробная информация оперативным штабом, созданным для координации деятельности региональных, муниципальных и федеральных служб, в том числе и в сети Интернет. Публикация сообщений о том, что «под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19»» не просто создает угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности, но и дискредитирует деятельность лечебных учреждений, оперативного штаба по борьбе с распространением заболевания, направлена на недоверие и негативное общественное мнение. ФИО1 не была проверена информация перед публикацией, она не убедилась в достоверности информации, не приведено каких-либо доказательств, в том числе и в ходе рассмотрения дела судьей, в подтверждение доводов о маскировке под выставлением диагноза совсем другого заболевания. ФИО1 намеренно публиковалась информация в социальной сети в группе, чтобы информация стала доступна широкому кругу лиц, а не только близким родственникам и друзьям. Имелось прямое намерение, чтобы публикация получила общественный резонанс. Публикацию просмотрело довольно большое количество людей, некоторые из которых одобряли посыл автора (поставили "лайки"), под публикацией в «группе» социальной сети люди оставляли свои комментарии, другие граждане и группы делились публикацией и размещали ее на своих страницах. Ссылка адвоката Флейшмана А.Б. на отсутствие возникновения угрозы причинения вреда неопределенному кругу лиц, угрозы причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозы массового нарушения общественного порядка либо угрозы создания помех функционированию объектов жизнеобеспечения и т.д. является несостоятельной, поскольку в данном случае угроза причинения вреда заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий от правонарушения, а в пренебрежительном отношении лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, к требованиям Федерального закона, что могло повлечь формирование у граждан искаженного представления относительно масштабов распространения коронавируса, мер предосторожности, включая необходимые меры профилактики, пропагандируемые Роспотребнадзором. Сам факт распространения недостоверной общественно значимой информации о сокрытии заболевания мог, например, спровоцировать панику среди населения, вызвать массовое недоверие людей к деятельности лечебных учреждений, опасения в обращении к медицинским работникам за помощью, самолечение и т.д.. Вина ФИО1 в совершении правонарушения подтверждается доказательствами, исследованными судьей при рассмотрении дела, подтвержден факт распространения в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений. Таким образом, оснований для прекращения производства по делу, в том числе по доводам, изложенным адвокатом, не имеется. Иные доводы жалобы направлены на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств дела, что не свидетельствует о существенных нарушениях норм материального права, а также требований процессуального законодательства, повлиявших на исход судебного решения. Нарушений норм процессуального закона, влекущих отмену состоявшегося по делу судебного акта, в ходе производства по делу не допущено, нормы материального права применены правильно. Срок давности и порядок привлечения к административной ответственности соблюдены. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено. 

Судья, заслушав адвоката Флейшмана А.Б.., изучив материалы дела, находит жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.30.6 КоАП РФ жалоба на постановление по делу об административном правонарушении рассматривается судьей, должностным лицом единолично.

При рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления, в частности заслушиваются объяснения физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении; при необходимости заслушиваются показания других лиц, участвующих в рассмотрении жалобы, пояснения специалиста и заключение эксперта, исследуются иные доказательства, осуществляются другие процессуальные действия в соответствии с настоящим Кодексом;

Судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме.

Согласно п.1 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении при наличии оснований выносится решение об оставлении постановления без изменения, а жалобы без удовлетворения.

В соответствии с ч.9 ст.13.15 КоАП РФ распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от тридцати тысяч до ста тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой; на должностных лиц - от шестидесяти тысяч до двухсот тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой.

На основании ст.29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации. 

Согласно ч.4 ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, в соответствии с которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право, включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем, в ч.2 ст.10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлении.

Согласно ч.6 ст.10 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в Российской Федерации запрещается распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность (ч.6 ст.10 Закона № 149-ФЗ). На территории Российской Федерации использование информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в области связи, настоящего Федерального закона и иных нормативных правовых актов Российской Федерации (ч.1 ст.15 Закона № 149-ФЗ). Передача информации посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется без ограничений при условии соблюдения установленных федеральными законами требований к распространению информации и охране объектов интеллектуальной собственности. Передача информации может быть ограничена только в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами (ч.5 ст.15 Закона №149-ФЗ).

В соответствии со ст.2 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» распространение информации - действия, направленные на передачу информации неопределенному кругу лиц.

Правилами поведения, обязательными для исполнения гражданами и организациями, при проведении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 02 апреля 2020 года № 417 гражданам запрещается распространять заведомо недостоверную информацию об угрозе возникновения или возникновении чрезвычайной ситуации.

В связи с угрозой распространения на территории Липецкой области новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ «О защите населения и территории от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», постановлением администрации Липецкой области от 31 августа 2012 года №358 «О Липецкой территориальной подсистеме единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и признании утратившими силу некоторых постановлений администрации Липецкой области, с 10 марта 2020 года на территории Липецкой области введён режим повышенной готовности для органов управления и сил Липецкой территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций.

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что вина ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.9 ст. 13.15 КоАП РФ, полностью подтверждается собранными по делу и исследованными в судах первой и второй инстанций доказательствами:

-протоколом об административном правонарушении АА № № от 03 сентября 2020 года, согласно которому 11 июня 2020 года в 17 часов 56 минут ФИО1, находясь по адресу: 

<

адрес>, распространила на своей странице в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Усмань48» информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет» (пользователь ФИО2) заведомо недостоверную общественно значимую информацию под видом достоверного сообщения, создавшего угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности, а именно разместила в своём посте, что под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19», при этом её действия не содержат уголовно наказуемого деяния, то есть совершила административное правонарушение, предусмотренного ч.9 ст.13.15 КоАП РФ;

-заявлением главного врача ГУЗ «Усманская МРБ» ФИО3 от 15 июня 2020 года, в котором просит провести проверку по факту того, что 11 июня 2020 года в социальной сети «ВКонтакте» (по адресу 

<

данные изъяты> на странице группы под названием «Подслушано УсманьЮуегЬеагё in Usman» с ID vk.com/ ysman48 пользователем под именем «ФИО2» (с 

<

данные изъяты>) была размещена недостоверная информация о распространении коронавируса («COVID-19») в г.Усмань Липецкой области, которая способствует паническим настроениям среди населения Усманского района Липецкой области, скриншотом; 

-письменными объяснениями ведущего юрисконсульта ГУЗ «Усманская ЦРБ» ФИО4 от 26 июня 2020 года, согласно которым ему стало известно о том, что 11 июня 2020 года в 17 часов 56 минут ФИО1, находясь по адресу: 

<

адрес>, распространила на своей странице в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Усмань48» информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет» (пользователь ФИО2) заведомо недостоверную общественно значимую информацию под видом достоверного сообщения, создавшего угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности, а именно разместила в своём посте, что под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19»;

- рапортом оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Усманскому району ФИО5 от 07 июля 2020 года, согласно которому был направлен запрос в ООО «Вконтакте» о получении информации о лице, создавшем страницу;

-постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 09 июля 2020 года, согласно которому отказано в возбуждении уголовного дела в совершении преступления, предусмотренного ст.128.1 УК РФ, то есть по факту клеветы, по основаниям п. 1 ч. 1 ст.ст. 24, 144, 145 и 148 УПК РФ;

-письменными объяснениями ФИО1 от 03 сентября 2020 года, согласно которым 11 июня 2020 года, находясь в возбужденном эмоциональном состоянии в связи с тем, что ее папа находился в тяжелом состоянии в больнице, со своего мобильного телефона она вышла в социальную сеть «ВКонтакте», где в группе «Усмань48» обратилась к гражданам с целью узнать больше информации по распространению коронавирусной инфекции, узнать обстановку в городе, пообщаться с людьми, столкнувшимися с таким же заболеванием, с целью предостеречь граждан от распространения этой инфекции. Она написала, чтобы граждане носили маски, что эта болезнь не выдумка СМИ, и предположила на основе пережитого опыта при обращении в больницу с признаками коронавирусной инфекции, что под маской пневмония маскируют COVID-19. О том, что власти занижают статистические данные по заболевшим COVID-19 и маскируют под грифом «пневмония» ей никто не сообщал, она сама сделала выводы из сложившегося личного опыта. Разместив свой пост в сети интернет, она хотела предостеречь граждан, призвать к соблюдению масочного режима;

-письменными объяснениями старшего инспектора ГИАЗ ОМВД России по Усманскому району ФИО6 от 03 сентября 2020 года, согласно которым у нее в производстве находился материал по обращению главного врача ГУЗ «Усманская МРБ» ФИО7 по факту распространения в сети интернет заведомо недостоверной общественно важной информации. Согласно ответа ООО «Вконтакте» вход на страницу ФИО2 (https://

<

данные изъяты>) осуществляется с телефона номер №. УУП ОУУПиПДН ОМВД России по Усманскому району ФИО8 сообщил, что указанная страница принадлежит ФИО1, проживающей в 

<

адрес>. Примерно 19 или 20 августа она звонила ФИО1, которая пояснила ей, что диагноз OVID-19 маскируют под пневмонию. 03 сентября 2020 года ФИО1 прибыла в ОМВД России по Усманскому району и подтвердила пояснения, полученные от нее ранее по телефону; 

- письменными объяснениями УУП ОУУПиПДН ОМВД России по Усманскому району ФИО8 от 03 сентября 2019 года, согласно которым, у него в производстве совместно со старшим инспектором ГИАЗ ФИО6 находился материал по обращению главного врача ГУЗ «Усманская МРБ» ФИО7 по факту распространения в сети интернет заведомо недостоверной общественно важной информации. В материалах дела имеется скриншот поста пользователя ФИО2 в социальной сети «ВКонтакте» о сокрытии фактов заболевания COVID-19, целенаправленной постановки неверного диагноза в больнице. Им установлено, что под именем ФИО2 зарегистрирована ФИО1, жительница №. Он узнал ее по фотографии на главной странице в социальной сети «Вконтакте». После звонка по указанному администрацией сайта «ВКонтакте» телефону № достоверно было установлено, что пользователем страницы «ФИО2» является ФИО1. 

Доводы жалобы адвоката адвоката Флейшмана А.Б. фактически сведены к несоответствующему действительности толкованию имевших место обстоятельств совершения правонарушения, направленному на явное стремление ФИО1 уклониться от административной ответственности за содеянное. 

Публикация сообщений о том, что «под грифом «пневмония» маскируют диагноз «COVID-19»» не просто создает угрозу массового нарушения общественного порядка и общественной безопасности, но и дискредитирует деятельность лечебных учреждений, направлена на недоверие и негативное общественное мнение. Перед публикацией ФИО1 не убедилась в достоверности информации о том, что под выставлением людям диагноза «пневмония» маскируется совсем другое, более тяжелое заболевание. Информация об этом ФИО1 намеренно публиковалась в социальной сети, чтобы она стала доступна широкому кругу лиц. Публикацию просмотрело большое количество людей, под публикацией в «группе» социальной сети люди оставляли свои комментарии, другие граждане и группы делились публикацией и размещали ее на своих страницах. Угроза причинения вреда в данном случае заключается в формировании у граждан искаженного представления относительно масштабов распространения коронавируса и мер предосторожности, принимаемых государства. Сам факт распространения недостоверной общественно значимой информации о сокрытии заболевания может спровоцировать панику среди населения, вызвать массовое недоверие людей к деятельности лечебных учреждений и опасения в обращении к медицинским работникам за помощью, самолечение, могущее повлечь негативные последствия для жизни и здоровья людей. 

Действия ФИО1 верно квалифицированы по ч.9 ст.13.15 КоАП РФ как распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, создавшее угрозу причинения вреда жизни и (или) здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и (или) общественной безопасности либо угрозу создания помех функционированию или прекращения функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, если эти действия лица, распространяющего информацию, не содержат уголовно наказуемого деяния.

При назначении наказания мировой судья учел характер и степень общественной опасности совершенного административного правонарушения, личность виновной, ее имущественное положение, отсутствие обстоятельств, смягчающие и отягчающих административную ответственность.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного административного правонарушения, мировой судья обоснованно назначил ФИО1 минимальное наказание в виде административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей без конфискации предмета административного правонарушения. 

Достоверность и допустимость собранных по делу доказательств проверены, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии с положениями ст. 26.11 КоАП РФ, сомневаться в правильности которой оснований не имеется. 

Принцип презумпции невиновности не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые могли быть истолкованы в пользу ФИО1, не усматривается.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, и являются правильными.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение обжалуемого по делу постановления, не допущено.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности также не нарушены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.30.3-30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи Усманского судебного участка № 1 Усманского судебного района Липецкой области от 25 сентября 2020 года оставить без изменения, а жалобу адвоката Флейшмана А.Б. в интересах ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу с момента его вынесения.

Мотивированное решение изготовлено 30 октября 2020 года.

Судья А.В. Ламонов