Дело № 2-46/2025 (№2-4613/2024)

64RS0045-01-2024-007819-42

Решение

Именем Российской Федерации

26 марта 2025 года город Саратов

Кировский районный суд г. Саратова в составе председательствующего судьиПугачева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Жарун А.Р.,

с участием 

представителя ответчика Федеральной службы исполнения наказаний, третьих лиц Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Саратовской области, Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Саратовской области» – Г.Е.МА.,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации и третьего лица Управления Федерального казначейства по Саратовской области – Е.О.ВА.,

третьего лица ФИО1,

помощника прокурора Кировского района г. Саратова Мараховского Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Федеральной службы исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, а также судебных расходов,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Саратовской области (далее – УФСИН России по Саратовской области) о взыскании компенсации морального вреда, а также судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указаны следующие обстоятельства.

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г. по делу № 1-498/2024 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «б» части 2 статьи 158 УК РФ, и ему назначено наказание в виде десяти месяцев лишения свободы.

По совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по данному приговору с наказанием по приговору Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 декабря 2021 г. ФИО2 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу.

В срок отбывания наказания ФИО2 зачтен период содержания его под стражей с 23 марта 2023 г. по 3 сентября 2023 г. включительно, с 16 мая 2024 г. до дня вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в колонии общего режима.

В срок наказания зачтен период отбывания ФИО2 наказания по приговору Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 декабря 2021 г. с 10 декабря 2021 г. по 22 марта 2023 г. включительно, с 4 сентября 2023 г. по 15 мая 2024 г. включительно, при этом зачтен в срок наказания период его нахождения под стражей с 10 декабря 2021 г. по 4 мая 2022 г. из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на 3года 2 месяца в переводе на дни составляет 1156дней.

С учетом произведенного приговором суда зачета времени содержания ФИО2 под стражей назначенный срок наказания ФИО2 отбыл не позднее 30 июля 2024 г. и в тот же день подлежал освобождению из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области.

ФИО2 ссылается на то, что с 31 июля 2024 г. его защитник ШлычковаЮ.С. неоднократно обращалась с устными и письменными обращениями в УФСИН России по Саратовской области и в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области по вопросу незамедлительного освобождения ФИО2

Однако ФИО2 был освобожден из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области только 9августа 2024 г.

По утверждению ФИО2 незаконным содержанием его под стражей до 9 августа 2024 г. были нарушены его права на свободу, свободу передвижения, общение с близкими.

По ходатайству стороны истца определением Кировского районного суда г.Саратова от 8 октября 2024 г. (протокольная форма) произведена замена ненадлежащего ответчика УФСИН России по Саратовской области на надлежащего ответчика Министерства финансов Российской Федерации (далее – Минфин России).

По ходатайству стороны истца определением Кировского районного суда г.Саратова от 12 февраля 2025 г. (протокольная форма) в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России). 

На основании изложенных выше обстоятельств истец ФИО2, уточнив первоначально заявленные исковые требования, просил взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России и Минфина России в его пользу компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Саратовской области» (далее – ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области), Управление Федерального казначейства по Саратовской области, ФИО3, ФИО1

От УФСИН России по Саратовской области и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области поступили совместные письменные возражения на исковое заявление, в которых эти лица, участвующие в деле, просят отказать в удовлетворении исковых требований.

В обоснование этой процессуальной позиции изложены следующие доводы.

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г. ФИО2 осужден к лишению свободы на срок 3 года 2 месяца.

Данный приговор вступил в законную силу 6 августа 2024г., а 9 августа 2024 г. в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области поступило распоряжение Энгельсского районного суда Саратовской области о вступлении приговора в законную силу.

Сотрудники ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области произвели зачет срока содержания ФИО2 под стражей, который на 5 августа 2024 г. составил 1167 дней. Днем конца срока наказания было определено 9 августа 2024 г. и в тот же день ФИО2 был освобожден из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области по отбытии срока наказания.

От соответчика Минфина России в лице УФК по Саратовской области поступили письменные возражения на иск. В этих возражениях указано, что по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий сотрудников УФСИН России по Саратовской области, от имени Российской Федерации выступает ФСИН России как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В судебном заседании ФИО4, представляющая интересы ответчика ФСИН России, третьих лиц УФСИН России по Саратовской области и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области, просила отказать в иске к этому ответчику, основываясь на доводах, изложенных в письменных возражениях на иск.

В судебном заседании представитель ответчика Минфина России и третьего лица УФК по Саратовской области – Е.О.ВБ. просила отказать в удовлетворении исковых требований к Минфину России.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО5, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, об уважительности причин своей неявки не сообщили, с ходатайствами об отложении рассмотрения дела не обращались. Эти лица представили письменные ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте слушания дела, об уважительности причин неявки суду не сообщили, об отложении слушания дела не ходатайствовали, от третьего лица ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд на основании частей 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО2 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей в следственном изоляторе после истечения срока наказания, назначенного приговором суда.

Право на свободу и личную неприкосновенность гарантировано каждому гражданину частью 1 статьи 22 Конституции Российской Федерации.

Причинение гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения нематериальные блага, влечет возложение судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда (статья 151, пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации – далее ГК РФ).

Разъяснения о применении норм о компенсации морального вреда изложены в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022года № 33 «Опрактике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 33).

В абзаце 3 пункта 1 этого постановления указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими, в том числе, на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, личную неприкосновенность, свободу передвижения и др.) 

В пункте 12 этого постановления даны следующие разъяснения.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (абзац 1 пункт 12 указанного постановления).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (абзац 2 пункта 12 указанного постановления).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ) (абзац 3 пункта 12 указанного постановления).

В пункте 25 Постановления Пленума ВС РФ № 33 указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГКРФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (пункт 27 Постановления Пленума ВС РФ № 33,).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ) (абзац 1 пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 33).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (абзац 2 пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 33).

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзац 3 пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 33).

Согласно системному анализу указанных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации относительно их применения моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся личная неприкосновенность, свобода передвижения. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Обязанность доказать отсутствие вины в причинении вреда возложена законом на причинителя вреда. Размер компенсации морального вреда в каждом конкретном случае определяется судом индивидуально.

Судом на основании имеющихся в деле доказательств установлены следующие обстоятельства.

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г. по уголовному делу № 1-498/2024 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «б» части 2 статьи 158 УК РФ, и ему назначено наказание в виде десяти месяцев лишения свободы.

В соответствии с частью 5 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания по данному приговору с наказанием по приговору Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 декабря 2021 г. ФИО2 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором определено исчислять срок наказания со дня вступления приговора суда в законную силу.

Этим же приговором в срок отбывания наказания ФИО2 зачтен период содержания его под стражей с 23 марта 2023 г. по 3 сентября 2023 г. включительно, с 16 мая 2024 г. до дня вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в колонии общего режима.

В срок наказания также зачтен период отбывания ФИО2 наказания по приговору Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 декабря 2021г. с 10 декабря 2021 г. по 22 марта 2023 г. включительно, с 4 сентября 2023 г. по 15 мая 2024 г. включительно, при этом зачтен в срок наказания период его нахождения под стражей с 10 декабря 2021 г. по 4 мая 2022 г. из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с зачетом, произведенным приговором суда от 15 июля 2024 г., ФИО2 на дату вынесения этого приговора фактически отбыл 1135 дней срока наказания в виде лишения свободы.

Период времени

Продолжительность периода в днях

В каком размере период времени зачтен в срок наказания

Число дней, зачтенных в срок наказания (отбытых дней наказания)

10.12.2021 г. - 04.05.2022 г.

146

один день

за полтора дня

219

05.05.2022 г. – 22.03.2023 г.

322

один день

за один день

322

23.03.2023 г. – 03.09.2023

165

один день

за полтора дня

247,5

04.09.2023 г. – 15.05.2024 г.

255

один день

за один день

255

16.05.2024 г. – 15.07.2024 г.

61

один день

за полтора дня

91,5

Всего зачтено в срок наказания (отбыто дней наказания)

1135

С 10 декабря 2021 г. (первого дня непрерывного периода времени, зачтенного в срок наказания) период времени продолжительностью 1135 дней составил 3 года 1месяц 8 дней.

Следовательно, для администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области было очевидно, что на 15 июля 2024 г. не отбытый Г.Д.СБ. срок наказания составлял менее 1 месяца отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима или менее 20 дней содержания под стражей в следственном изоляторе.

По состоянию на 29 июля 2024 г. ФИО2 в счет отбытого наказания подлежал также зачету срок его содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области с 16июля 2024 г. по 29 июля 2024 г. в размере 21 дня (из расчета один день за полтора дня; 14 х 1,5 = 21).

Поэтому по состоянию на 29 июля 2024 г. общий срок фактически отбытого ФИО2 срока наказания составил 1156 дней и стал равным сроку назначенного ему наказания в размере 3 лет 2 месяцев (или 1156 дней).

Следовательно, последним днем срока наказания, назначенного ФИО2 приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г., являлось 29 июля 2024 г.

Частью 1 статьи 173 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) предусмотрено, что отбывание лишения свободы на определенный срок прекращается в последний день срока наказания с учетом тех изменений, которые могут быть внесены в срок наказания в соответствии с законом.

Осужденные к лишению свободы на определенный срок освобождаются в первой половине последнего дня срока наказания (часть 2 статьи 173 УИК РФ).

Поэтому в соответствии с изложенными выше нормами права и установленными обстоятельствами ФИО2 подлежал освобождению из следственного изолятора 29июля 2024 г.

ФИО2 утверждает, что фактически он был освобожден из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области только 9 августа 2024 г.

Представленная ФИО2 справка серия ЗЩ № 057585 от 9 августа 2024 г., выданная ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области, подтверждает, что ФИО2 содержался в данном учреждении с 10 декабря 2021г. по 9 августа 2024 г.

В этой справке основанием освобождения ФИО2 указано отбытие наказания, назначенного приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15июля 2024 г.

В справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области от 3 сентября 2024 г. № 2753 также указано, что Г.Д.СВ. освобожден из данного учреждения 9 августа 2024 г. по отбытии наказания, назначенного приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г. 

На основании изложенных выше норм права и доказательств суд признает доказанными факты того, что ФИО2 подлежал освобождению из ФКУСИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области по отбытии наказания 29 июля 2024 г., а фактически был освобожден из этого учреждения 9 августа 2024 г.

Лица, участвующие в деле, данные обстоятельства не оспаривали и не представили суду доказательства, опровергающие эти обстоятельства.

Определением суда о подготовке дела к судебному разбирательству на сторону ответчика была возложена обязанность доказать наличие законных оснований для содержания истца под стражей до даты его фактического освобождения из-под стражи.

Ответчик ФСИН России выдвинул довод о том, что ФИО2 был освобожден из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области после поступления 9 августа 2024 г. распоряжения о вступлении в законную силу приговора Энгельсского районного суда Саратовской области от 15 июля 2024 г.

Суд, проанализировав данный довод, приходит к следующему выводу.

Основания освобождения от отбывания наказания предусмотрены статьей172УИК РФ.

В том числе пунктом «а» статьи 172 УИК РФ предусмотрено, что отбытие срока наказания, назначенного по приговору суда, является самостоятельным и безусловным основанием для освобождения от наказания.

Из содержания статьи 172 УИК не следует, что освобождение от наказания по пункту «а» этой статьи поставлено в зависимость от наличия каких-либо иных обстоятельств, в том числе вступления в законную силу приговора суда.

Как уже было указано ранее, отбывание лишения свободы на определенный срок прекращается в последний день срока наказания; осужденные к лишению свободы на определенный срок освобождаются в первой половине последнего дня срока наказания (части 1, 2 статьи 173 УИК РФ).

Из содержания изложенных выше норм права следует, что закон связывает момент освобождения лица, отбывшего наказание не с датой вступления приговора суда в законную силу, а с датой отбытия срока наказания, назначенного этим приговором.

Если назначенное приговором суда наказание отбыто, то не вступление в законную силу этого приговора не является законным основанием для дальнейшего содержания осужденного под стражей.

Поэтому довод стороны ответчика о том, что ФИО2 подлежал освобождению по отбытии срока наказания не в день фактического отбытия наказания, а после вступления приговора суда в законную силу (поступления распоряжения о вступлении приговора в законную силу) основан на неправильном толковании норм права.

Иные, основанные на законе доводы, подтверждающие законность содержания ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области до 9 августа 2024 г., стороной ответчика не приведены. 

Доказательства, подтверждающие законность содержания ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области до 9августа 2024 г., суду не представлены.

На основании изложенных выше норм права и доказательств суд приходит к выводу, что ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области до 9 августа 2024 г. без законных оснований.

Незаконное содержание ФИО2 под стражей нарушило его конституционное право на свободу и личную неприкосновенность.

При таких обстоятельствах факт причинения истцу морального вреда следует считать установленным. Поэтому требование истца о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Требование о компенсации морального вреда предъявлено к ФСИН России и Минфину России.

При разрешении вопроса о надлежащем ответчике суд учитывает следующие обстоятельства. 

Согласно справкам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области от 9 августа 2024 г. серия ЗЩ № 057585 и от 3сентября 2024 г. № 2753 Г.Д.СВ. содержался в данном учреждении до 9августа 2024 г.

Истец ФИО2 указал, что с 31 июля 2024 г. его защитник ШлычковаЮ.С. неоднократно обращалась с устными и письменными обращениями в УФСИН по Саратовской области и в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области по вопросу его незамедлительного освобождения.

Сторона ответчика факт данных обращений в указанный период времени не оспаривала.

Кроме этого, данный факт подтверждается представленным стороной истца обращением адвоката Шлычковой Ю.И. от 1 августа 2024 г. на имя начальника ФКУСИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области.

В этом обращении указано, что 31 июля 2024 г. адвокат Шлычкова Ю.И. в телефонном обращении к сотрудникам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области просила сообщить дату освобождения ФИО2 и при определении даты освобождения обратить внимание на зачеты времени содержания под стражей и отбытия наказания, произведенные приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 15июля 2024 г.

В обращении также содержится подробный расчет периодов времени, подлежащих в соответствии с указанным выше приговором суда зачету при определении даты освобождения ФИО2, с указанием на то, что на 30 июля 2024 г. срок фактически отбытого ФИО2 наказания превысил срок назначенного ему наказания. 

Копия аналогичного по содержанию обращения адвоката Шлычковой Ю.И. в УФСИН России по Саратовской области приложена к совместным возражениям на иск УФСИН Росси по Саратовской области и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области.

В этих возражениях, в том числе, указано, что данное обращение поступило в УФСИН России по Саратовской области 1 августа 2024 г. 

Совокупность изложенных выше доказательств подтверждает, что администрация ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области располагала сведениями о сроке назначенного Г.Д.СГ. наказания в виде лишения свободы, а также о произведенных приговором суда зачетах срока отбытия наказания и срока содержания под стражей. Данные сведения позволяли достоверно определить, что 29июля 2024 г. Г.Д.СВ. полностью отбыл назначенное ему наказание и в этот же день подлежал освобождению из следственного изолятора на основании пункта «а» статьи 172 УИК РФ.

Ответчик ФСИН России не привел доводов, объясняющих необходимость ожидания сведений о вступлении приговора суда в законную силу при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих об отбытии ФИО2 назначенного этим приговором наказания до вступления приговора в законную силу.

При таких обстоятельствах дата вступления приговора суда в законную силу не имела юридического значения для освобождения ФИО2, уже отбывшего наказание, из следственного изолятора.

ФСИН России не ссылалась на отсутствие у нее каких-либо сведений (кроме даты вступления приговора суда в законную силу), которые бы не позволяли правильно определить дату освобождения ФИО2 из следственного изолятора.

Каких-либо действий, необходимых для правильного определения даты освобождения ФИО2 из следственного изолятора органы ФСИН России не предпринимали, в том числе и после поступления неоднократных обращений по вопросу законности дальнейшего содержания ФИО2 в следственном изоляторе.

На основании изложенных выше доказательств суд приходит к выводу, что незаконное содержание ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области до 9 августа 2024 г. явилось результатом бездействия органов ФСИН России.

Из материалов дела следует, что лицами, ответственными за контроль срока нахождения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Саратовской области, были начальник учреждения ФИО3 и заместитель начальника отдела специального учета ФИО1

В судебном заседании ФИО1 дала объяснения о том, что в связи с поступлением обращения адвоката истца была проведена проверка, ею был проверен срока нахождения ФИО2, однако, оснований для его освобождения до 9августа 2024 г., то есть до момента получения копии приговора с отметкой о вступлении в законную силу, установлено не было. 

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Разъяснения о применении статьи 1069 ГК РФ и норм Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) даны в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 13).

В абзаце 2 пункта 14 данного постановления указано, что субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации (абзац 4 пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 13).

Исходя из содержания подпункта 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ критерием определения главного распорядителя бюджетных средств, выступающего в суде от имени публично-правового образования по искам о возмещении вреда, является ведомственная принадлежность причинителя вреда (органа государственной власти, государственного органа, органа местного самоуправления или должностных лиц этих органов) независимо от источника его финансирования.

Согласно ведомственной структуре расходов, указанной в приложении 12 Федерального закона от 27 ноября 2023 г. № 540-ФЗ «О федеральном бюджете на 2024 год и плановый период 2025 и 2026 годов» ФСИН России является главным распорядителем бюджетных средства по отношению к подведомственным ему управлениям и отделам.

На основании подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Таким образом, в рассматриваемом гражданском споре компенсация морального вреда в связи с бездействием органов ФСИН России подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, как главного распорядителя бюджетных средств за счет средств казны Российской Федерации. 

Предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска к Минфину России не имеется.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 100000руб.

В судебном заседании истец ФИО6 дал объяснения о том, что в связи с несвоевременным освобождением испытал сильные нравственные страдания, обусловленные нарушением его права на свободу передвижения и личную неприкосновенность, испытал чувство правовой незащищенности и беспомощности, поскольку все его обращения к ответчику были проигнорированы, а также невозможностью продолжить обычную жизнь по истечении срока его наказания. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, сведения о личности и поведении истца, его возраст, срок нарушения прав истца незаконным содержанием под стражей, изложенные истцом сведения о характере и степени нравственных страданий, причиненных в результате невозможности с определенного времени продолжать обычную жизнь, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости, а также иные заслуживающие внимание обстоятельства дела.

На основе учета изложенных выше обстоятельств, руководствуясь положениями 151, 1051 ГК РФ с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации относительно их применения, и исходя из принципа разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2, в размере 45 000 руб.

Компенсация морального вреда в вышеуказанном размере наиболее полно отвечает характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий.

В связи с чем компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной службе исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в размере 45000 руб.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (статья 100 ГПК РФ).

Истцом заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 50000 руб.

В силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования лица, заинтересованные в получении юридической помощи, вправе самостоятельно решать вопрос о возможности и необходимости заключения договора возмездного оказания правовых услуг, избирая для себя оптимальные формы получения такой помощи и - поскольку иное не установлено Конституцией Российской Федерации и законом - путем согласованного волеизъявления сторон, определяя взаимоприемлемые условия ее оплаты.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. По смыслу требований закона при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя принимаются во внимание конкретные обстоятельства и сложность дела, время, которое затратил квалифицированный специалист, а также объем проведенной им работы.

Предполагается, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объектом защищаемого права и при взыскании денежных сумм суд должен учитывать объем помощи, оказываемой представителем своему доверителю, продолжительность времени оказания помощи, сложности рассмотрения дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17 июля 2007 г. № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Исходя из объема фактически выполненной представителями работы и объема оказанных юридических услуг, с учетом конкретных обстоятельств рассмотрения дела, категорию сложности дела и объема защищаемого права, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что с УФСИН России в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах в размере 20 000 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

исковые требования ФИО2 к Федеральной службе исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, а также судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний (ИНН 

<

***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 45 000 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований к Федеральной службе исполнения наказаний, а также в удовлетворении исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Кировский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Д.В. Пугачев

Решение в окончательной форме принято 9 апреля 2025 г.

Председательствующий Д.В. Пугачев