Судья Мицкевич А.О. УИД 38RS0023-01-2024-001754-71

Судья-докладчик Кислицына С.В. № 33-1760/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 февраля 2026 г. г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Рудковской И.А.,

судей Кислицыной С.В., Алсыковой Т.Д.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-14/2025 по иску 

<

ФИО1> к 

<

ФИО2> о взыскании ущерба, судебных издержек

по апелляционной жалобе 

<

ФИО2>,

по апелляционной жалобе представителя 

<

ФИО2> – 

<

К.>,

по апелляционной жалобе 

<

ФИО1>

на решение Тулунского городского суда Иркутской области от 4 сентября 2025 г.,

УСТАНОВИЛА:

в обоснование заявленных требований указано, что 

<

дата изъята> в 10 часов 30 минут супруг истца 

<

Н.> управлял транспортным средством истца 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>,

Двигаясь по автодороге 

<

адрес изъят>, в светлое время суток, увидел, что по правой и левой сторонам дороги шли лошади в большом количестве, а также переходили дорогу, в связи с чем 

<

Н.> снизил скорость до 5 км/час, вплоть до остановки транспортного средства, остановился, чтобы пропустить.

На встречной полосе движения также стояли автомобили, так как виднелся свет включенных фар. Встречный автомобиль стал подавать сигналы, и табун лошадей завертелся вихрем, кони стали вести себя агрессивно, один из коней повалился на капот автомобиля истца, причинив механические повреждения, повлекшие материальный ущерб.

На место дорожно-транспортного происшествия прибыл наряд ДПС, которым был установлен собственник лошадей – 

<

ФИО2>, который также приехал на место ДТП, где полностью признал свою вину и согласился возместить причиненный ущерб.

Для определения стоимости причиненного материального ущерба истец обратился в экспертное учреждение ООО «Эксперт-Профи», по заключению которого стоимость услуг по восстановительному ремонту без учета износа комплектующих деталей составляет 921 700 руб., стоимость услуг по восстановительному ремонту с учетом износа комплектующих деталей составляет 338 000 руб., рыночная стоимость аналога транспортного средства на дату ДТП составляет 566 000 руб., стоимость годных остатков транспортного средства составляет 144 600 руб.

Истец просила суд взыскать с 

<

ФИО2> в свою пользу ущерб, причинённый в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 421 400 руб., расходы по оплате составления экспертного заключения в размере 15 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 414 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

Обжалуемым решением суда исковые требования удовлетворены частично.

В апелляционной жалобе ответчик 

<

ФИО2> просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указывая в обоснование доводов жалобы на отсутствие оснований для удовлетворения иска, в связи с отсутствием виновным действий с его стороны. Просит учесть, что согласно объяснениям свидетеля 

<

С.>, данным в рамках административного материала, автомобиль 

<

данные изъяты> белого цвета, двигаясь со скоростью примерно 60-70 км/ч, въехал в табун коней. Изменений скоростного режима у автомобиля он не заметил, звуковых сигналов не слышал.

Объяснения 

<

Л.> также свидетельствуют о том, что водитель транспортного средства 

<

данные изъяты>, двигаясь со скоростью около 60 км/ч, совершил наезд на табун коней. Указанные объяснения свидетельствуют о недостоверности указаний истца о внезапности появления коней на автодороге, в связи с чем столкновения избежать не удалось. Отсутствие попыток водителя 

<

данные изъяты> остановить транспортное средство также подтверждается схемой ДТП от 

<

дата изъята>. Не предприняв возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, 

<

Н.> нарушил п. 10.1 ПДД РФ.

Апеллянт полагает, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и ущербом, причиненным автомобилю истца. Выражает несогласие с выводом суда о том, что именно выход на проезжую часть животных в отсутствие каких-либо предупреждающих знаков дорожного движения, состоит в причинно-следственной связи с причиненным истцу материальным ущербом, поскольку судом не учтен факт отсутствия внезапности появления животных на проезжей части, факт отсутствие появления коней на автодороге за короткий промежуток времени до произошедшего ДТП, когда 

<

Н.> уже не смог вовремя обнаружить возникшую на автодороге опасность для движения транспортного средства и избежать наезда на животных. Судом первой инстанции также не дана оценка объяснениям 

<

С.> и 

<

Л.>, данным в рамках административного материала, и объяснениям свидетеля 

<

М.>

Считает, что показания свидетелей 

<

Х.> и 

<

З.> не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются показаниями 

<

С.> и 

<

А.>, а также выводами заключения эксперта от 14.08.2025. Выражает несогласие с выводом суда о равной степени вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, поскольку 

<

Н.> управлял источником повышенной опасности, а животные таковым не являются. При этом доказательств вины в безнадзорном нахождении лошадей на проезжей части автодороги именно до и в момент ДТП не имеется. Лошади убежали, поскольку забор в загоне был сломан.

Заявитель отмечает, что с учетом определенной степени вины судом неверно произведен расчет судебных расходов, постановленных ко взысканию, а именно государственной пошлины, расходов по оплате услуг представителя, с учетом оказания юридических услуг в рамках материала об административном правонарушении, а также денежных средств в счет вознаграждения за проведение экспертизы в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России в размере 31 500 руб.

Полагает необоснованным взыскание расходов по оплате за составление экспертного заключения № 14-01-85 от 15.01.2024, не положенного судом в основу обжалуемого решения. Просит учесть, что судом не разрешено ходатайство о взыскании с истца судебных издержек в размере 20 000 руб. по оплате автотехнической экспертизы, заключение, составленное по итогам которой, принято судом первой инстанции в качестве доказательства по настоящему делу.

Письменные возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В апелляционной жалобе представитель ответчика 

<

К.> просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указывая в обоснование доводов жалобы на неприменение судом первой инстанции положений пп. 2,3 ст. 1083, ст.ст. 137, 210, 1064, пп. 1,2 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации. Просит учесть, что в решении суда не приведены доказательства опровергающие доводы ответчика о том, что 

<

ФИО2> приняты все зависящие от него меры для организации должного надзора за лошадьми. После обнаружения пропажи коней из специально отведенного огражденного места по независящим от него обстоятельствам, принял меры к их возврату. Именно поведение водителя 

<

Н.> явилось прямой причиной произошедшего ДТП. В связи с чем, неверное распределение судом степени вины участников дорожно-транспортного происшествия является основанием к отмене принятого решения на основании ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Апеллянт, с учетом доводов жалобы, указывает на необоснованность взыскания с ответчика судебных расходов. Обращает внимание, что при подаче искового заявления 

<

ФИО1> государственная пошлина уплачена не в полном размере, предусмотренном Налоговым кодексом Российской Федерации, чего судом учтено не было.

Письменные возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В апелляционной жалобе истец 

<

ФИО1> просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме, указывая в обоснование доводов жалобы на несогласие с распределенной судом степенью вины участников дорожно-транспортного происшествия, поскольку водитель 

<

данные изъяты> принял все меры осторожности вплоть до остановки транспортного средства.

Данное обстоятельство подтверждается также показаниями свидетелей 

<

Х.>, 

<

З.>, согласно которым, когда автомобиль остановился, стадо лошадей кружилось и билось об автомобиль, а один конь, видимо, желая перепрыгнуть, упал на капот. На ответчике лежало бремя содержания табуна в количестве 30 голов, он должен был обеспечить такие условия содержания, которые бы предотвратили выход лошадей на проезжую часть дороги.

Письменные возражения на апелляционную жалобу не поступили.

Судебная коллегия на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад по делу, выслушав объяснения представителя истца 

<

Е.>, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы и возражавшей по доводам апелляционной жалобы ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 1,2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу ст. 137 ГК РФ животные признаются имуществом. Таким образом, в силу ст. 137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

На основании ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Статьей 210 ГК РФ установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 25.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщики должны направлять животных как можно ближе к правому краю дороги.

В силу пункта 25.6 Правил дорожного движения Российской Федерации, водителям гужевых повозок (саней), погонщикам вьючных, верховых животных и скота запрещается: оставлять на дороге животных без надзора; прогонять животных через железнодорожные пути и дороги вне специально отведенных мест, а также в темное время суток и в условиях недостаточной видимости (кроме скотопрогонов на разных уровнях); вести животных по дороге с асфальто- и цементобетонным покрытием при наличии иных путей.

Из приведенных выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причиненный вред независимо от вины.

В отношениях между собой владельцы источников повышенной опасности отвечают за причиненный вред на общих основаниях.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 ГК РФ соответственно.

Данное различие в правовом регулировании обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер ущерба, причиненного его владельцу.

Следовательно, при установлении соотношения вины для владельца автомобиля как источника повышенной опасности и для владельцев домашних животных, не являющихся таковыми, с учетом названных выше норм материального права следует исходить из повышенной ответственности владельца источника повышенной опасности.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, 

<

дата изъята> в 10 час. 54 мин. на автодороге 

<

адрес изъят> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, принадлежащего истцу 

<

ФИО1> под управлением третьего лица 

<

Н.>, и сельскохозяйственных животных (коней), принадлежащих ответчику 

<

ФИО2>, в результате которого, принадлежащему истцу транспортному средству причинен ущерб.

Определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята> вынесенным заместителем командира ОВДПС ГИБДД МО МВД России «

<

адрес изъят>» старшим лейтенантом полиции 

<

А.>, получив сообщение 

<

Н.> о том, что вблизи 

<

адрес изъят> произошло ДТП (наезд на животное) установлено следующее: 

<

дата изъята> в 10 часов водитель 

<

Н.> управляя ТС 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, двигаясь в направлении из 

<

адрес изъят> в 

<

адрес изъят>, на 

<

номер изъят> км. автомобильной дороги 

<

адрес изъят>, в ходе движения с разрешенной скоростью движения допустил наезд на животное «конь», переходившее через проезжую часть дороги в составе стада коней, выгуливающихся самовыпасом без погонщика. В результате ДТП причинен материальный ущерб. Указанные обстоятельства исключают производство по делу об административном правонарушении. На основании п. 2 ч.1 ст. 24.5, ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ, определил в возбуждении дела об административном правонарушении отказать в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В соответствии с приложением к определению 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята> ТС 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, принадлежит 

<

ФИО1>, в результате ДТП транспортное средство повреждено: ветровое стекло, крыша, передний капот, заднее зеркало в салоне, правое и левое зеркало заднего вида, передний бампер, передняя права и левая блокфара, переднее правое крыло, решетка радиатора, передние дворники, возможны скрытые деформации. Также повреждена лошадь, принадлежащая 

<

ФИО2>

Из карточки учета транспортного средства 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, подтверждается его принадлежность на дату ДТП 

<

дата изъята> 

<

ФИО1>

Экспертным заключением № 14-01-85 от 14.01.2024, выполненным экспертом 

<

Т.> по заказу 

<

ФИО1>, определена стоимость восстановительного ремонта транспортного средства 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, которая без учета износа составляет в размере 921 700 руб., при этом рыночная стоимость аналога объекта экспертизы на дату ДТП определена в размере 566 000 руб, стоимость годных остатков – 144 600 руб.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований в части суд первой инстанции исходил из того, что лошади, принадлежащие 

<

ФИО2> находились без присмотра на автомобильной дороге.

Суд, руководствуясь статьями 15, 210, 1064 ГК РФ, пришел к выводу об удовлетворении иска 

<

ФИО1> к 

<

ФИО2> о возмещении материального ущерба транспортного средства, с учетом распределения степени вины в ДТП 50%, в сумме 199 171 руб.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в части определения степени вины в спорном ДТП источника повышенной опасности и объекта не являющегося таковым как равной 50% по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Согласно п. 3 приведенного Постановления решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям закона решение суда не соответствует.

Согласно объяснениям водителя ТС 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, 

<

Н.>, данным в рамках административного дела 

<

дата изъята>, 

<

Н.> управлял ТС 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, принадлежащим 

<

ФИО1>, двигаясь по автомобильной дороге 

<

адрес изъят> – 

<

адрес изъят> в направлении 

<

адрес изъят>, выехав из 

<

адрес изъят> в 10 часов 20 минут, двигался с разрешенной скоростью движения, в ходе движения за 300-400 метров увидел, что слева от дороги по ходу движения находятся кони, рядом с обочиной, в связи с чем он снизил скорость, по приближению к стаду коней животные резко начали движение через проезжую часть дороги, в связи с чем он предпринял экстренное торможение, но столкновения с одним из стада лошадей избежать не удалось.

Из объяснений 

<

ФИО2>, данных по факту ДТП 

<

дата изъята> с участием водителя 

<

Н.>, совершившего наезд на животное «Конь» на автомобильной дороге 

<

адрес изъят> – 

<

адрес изъят>, следует, что конь, на которого был совершен наезд, принадлежит ему на праве собственности. Данный конь в составе стада других коней выгуливаются самопасом на территории 

<

адрес изъят>. Так 

<

дата изъята> в утреннее время ему сообщила его дочь 

<

Р.> о том, что вблизи 

<

адрес изъят> сбили его коня из стада. После чего он отправил своего работника верхом на коне убедиться в произошедшем, который по приезду на место ДТП позвонил ему и подтвердил ДТП с участием его коня. Вину признал.

Из объяснений 

<

С.>, данных в рамках материала по факту ДТП от 

<

дата изъята>, следует, что он 

<

дата изъята> двигался на автомобиле 

<

данные изъяты> со стороны 

<

адрес изъят> в 

<

адрес изъят>. Подъезжая к 

<

адрес изъят>, он увидел стадо коней на проезжей части и притормозил, чтобы они разошлись, для продолжения ими движения. В это время со стороны 

<

адрес изъят>, двигалась автомашина белого цвета иностранного производства примерно 60-70 км/час, которая въехала в табун коней. По его мнению, водитель данного автомобиля мог предотвратить наезд на животных, так как было светлое время суток, обзор водителю ничто не загораживало, кони находились на дороге еще до того, как появился данный автомобиль.

Также материал по факту ДТП от 

<

дата изъята> содержит показания 

<

Л.>, который по существу пояснил следующее: 

<

дата изъята> он двигался по автодороге со стороны 

<

адрес изъят> в сторону 

<

адрес изъят> в начале 11 часа со скоростью примерно 60 км/час. Впереди него двигалась иномарка белого цвета модели 

<

данные изъяты>, номер не помнит, примерно с такой же, как и он, скоростью. Условия видимости были ограничены, так как стоял туман из-за сильного мороза. На дороге находился табун коней, на который совершил наезд, двигающийся впереди него автомобиль. Применял ли водить данного автомобиля экстренное торможение, пояснить не может.

Представленный суду материал о дорожно-транспортном происшествии содержит схему дорожно-транспортного происшествия от 

<

дата изъята>, произошедшего на 

<

номер изъят> км автомобильной дороги 

<

адрес изъят> – 

<

адрес изъят>, с участием ТС 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, под управлением водителя 

<

Н.>, и сельскохозяйственного животного (коня), принадлежащего ответчику 

<

ФИО2>, в которой усматривается наличие подписей водителя 

<

Н.> и владельца коня 

<

ФИО2> о согласии со схемой.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 

<

дата изъята> административной комиссией МО «

<

адрес изъят>» установлено нарушение действиями 

<

ФИО2> п. 19.8 Правил содержания и благоустройства территории 

<

адрес изъят> сельского поселения, утвержденных решением Думы 

<

адрес изъят> сельского поселения 

<

дата изъята> 

<

номер изъят>, постановление администрации 

<

адрес изъят> сельского поселения от 

<

дата изъята> 

<

номер изъят>-пг «Об организации выпаса личного скота граждан 

<

адрес изъят> сельского поселения», ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.2 Закона Иркутской области № 173-ОЗ от 30.12.2024 «Об отдельных вопросах регулирования административной ответственности в области благоустройства территории муниципальных образований Иркутской области». 

<

ФИО2> признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 2 Закона Иркутской области от 30.12.2014 №173-ОЗ от 30.12.2024 «Об отдельных вопросах регулирования административной ответственности в области благоустройства территории муниципальных образований Иркутской области» с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 1 000 руб.

Факт участия в спорном ДТП 

<

дата изъята> животного (коня), принадлежащего ответчику 

<

ФИО2>, находящегося в момент ДТП на проезжей части автодороги, ответчиком не оспаривался.

Судом в ходе судебного разбирательства по ходатайствам сторон были допрошены свидетели.

Так свидетель 

<

С.> суду показал, что зимой, ближе к обеду, он вез пассажира из 

<

адрес изъят> в 

<

адрес изъят>. На улице был мороз, видимость на дороге была нормальной. Через дорогу переходил табун коней, примерно 20 штук, часть еще не перешла через дорогу. Он остановился за 2-3 метра от коней, ждал, когда табун пройдет. Знаков, обозначающих переход через дорогу сельскохозяйственных животных, не было, лошади спокойно переходили через дорогу. На встречу ему ехала легковая машина 

<

данные изъяты> белого цвета со стороны 

<

адрес изъят> и въехала в табун коней, то есть машина на скорости ехала и подняла коня, после чего передняя часть и крыша автомобиля были повреждены. Изменений скоростного режима у автомобиля он не заметил. Звуковых сигналов не слышал. В момент столкновения, лошади наискось переходили дорогу. Дорожное покрытие было асфальтировано, наледи на асфальте не было. За рулем автомобиля был 

<

Н.> После ДТП табун коней разбежался. Сзади машины 

<

Н.> была машина, и сзади его машины была какая-то машина, какие именно были машины, он не обратил внимания. После случившего 

<

Н.> вышел из машины, пострадавших в ДТП он не видел. Когда возвращался обратно, видел, как на месте ДТП были сотрудники ДПС, эвакуатор грузил машину.

Свидетели 

<

Х.>, 

<

З.> суду показали, что 

<

дата изъята>, утром в 10-11 часов они вместе в одной машине ехали в 

<

адрес изъят>, впереди их машины ехала машина светлого цвета. Данная машина ехала не быстро, периодически загорались «стоп сигналы», потом машина остановилась и они увидели, как много коней перебегали через дорогу. Кони кружили вокруг впереди стоящей машины. 1 конь, видимо, хотел перепрыгнуть и упал на капот машины, остальные кони кружились вокруг машины, потом убежали на обочину. Конь, который упал на машину, тоже убежал. Кони были одни, людей с ними не было. Когда все успокоилось, навстречу проехали две машины. У поврежденной машины не было бампера, было вмято лобовое стекло, помят капот, из машины вышел 

<

Н.>, кони сошли с дороги на поле.

Свидетель 

<

М.> показал суду, что работает у 

<

ФИО2>, присматривает за его конями, без присмотра кони не ходят. 

<

дата изъята> утром (точную дату не помнит) он пошел кормить лошадей и увидел, что забор в загоне сломан, кони убежали, после чего он сразу позвонил 

<

ФИО2> и сказал о произошедшем. Коней было 30 голов. Позже ему позвонил 

<

ФИО2> и сказал, что произошло ДТП, и велел собрать коней. Когда он собирал коней увидел, что у кобылы была разорвана грудь и текла кровь, а вторая кобыла хромала. Пострадавшие лошади принадлежали 

<

ФИО2>, их вылечили. Само ДТП он не видел. Машину, пострадавшую в ДТП, сотрудников ГИБДД видел издалека. Повреждения у машины не видел.

Свидетель 

<

А.> суду показал, что 

<

дата изъята> он в качестве сотрудника ДПС выезжал на место ДТП. На проезжей части стоял автомобиль светлого цвета. Передняя часть автомобиля была сильно повреждена. На месте находился 

<

Н.>, который пояснил, что двигался из 

<

адрес изъят>, на проезжую часть выскочили лошади, столкновения избежать не удалось и он совершил наезд на животное, после чего животные убыли в поле. Он лично видел лошадей вдалеке в поле. Пока он занимался сбором материалов, составлял схему места происшествия, отбирал объяснения, на место ДТП приехал 

<

ФИО2>, который пояснил, что его лошади паслись самопасом, своей вины не отрицал. По данному факту он отобрал пояснения у 

<

ФИО2> Поврежденную машину погрузил эвакуатор, убрали с места ДТП. Схема ДТП составлялась со слов водителя, более на месте ДТП ничего не видел. Следов экстренного торможения, не помнит. Дорожное покрытие – асфальт, состояние асфальта, не помнит.

Оценив показания свидетелей, суд пришел к выводу, что повреждения автомобилю истца действительно причинены при столкновении с животными (конями), владельцем которых является ответчик 

<

ФИО2>

Согласно заключению эксперта № 015/2024-13.1, 13.3, 13.4 от 09.01.2025, выполненного экспертом ООО «Прибайкальский центр экспертиз» 

<

В.>, по назначенной определением суда от 23.10.2024 судебной автотехнической экспертизы, на поставленные судом вопросы эксперт ответил следующим образом:

Ответ на вопрос 1: характер взаимодействия транспортного средства 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, и лошади(-ей) в дорожно-транспортном происшествии от 

<

дата изъята> на автодороге 

<

адрес изъят>, был следующий: совершен наезд транспортным средством на лошадь(-ей), с последующим падением лошади(-ей) на транспортное средство, при дальнейшем продвижении транспортного средства;

Ответ на вопрос 2: повреждения транспортного средства 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, зафиксированные в заключении №14-01-85, по характеру и механизму образования, своему направлению, локализации, сопоставимы с общим комплексом повреждений в части характера и механизма сближения контактирования двух движущихся предметов (автомобиль и лошадь(-и)) и не противоречат фактическим обстоятельствам ДТП от 

<

дата изъята> на автодороге 

<

адрес изъят>. Повреждения на транспортном средстве не имеют различный характер в месте первого контакта, направление и механизм их формирования.

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы № 323/3-2-25, 324/3-2-25, 3205/3-2-25 от 14.08.2025, составленного экспертами ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России 

<

Ш.>, 

<

П.>, ответ на вопрос 1: характер взаимодействия а/м 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, и лошадей в ДТП от 

<

дата изъята> на автодороге 

<

адрес изъят> с учетом повреждений ТС и лошадей согласно материалам дела был следующим: взаимодействие а/м 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, с животными происходило в процессе движения автомобиля, первоначально контактирование происходило с передним бампером ТС, а затем при падении и продвижении лошадей относительно автомобиля с капотом, ветровым стеклом и крышей, иными элементами, повреждения которых характерны для контактного взаимодействия, и далее с возникновением последующих, вторичных деформаций.

Ответ на вопрос 2: Деформации, зафиксированные в заключении № 14-01-85, по механизму образования более чем сопоставимы и не противоречат обстоятельствам ДТП от 

<

дата изъята> на автодороге 

<

адрес изъят>.

В связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции при распределении степени вины как равной, не учел, что 

<

Н.>, управлял автомобилем, то есть источником повышенной опасности, заблаговременно за 300-400 метров увидел стадо лошадей, находящееся в районе автомобильной дороги по которой он осуществлял движение, а совокупностью доказательств в том числе и экспертным заключением установлено, что 

<

Н.> в процессе движения автомобилем въехал в стадо животных (коней), то есть водителем 

<

Н.> были нарушены требования 10.1 ПДД РФ по управлению транспортным средством со скоростью, не соответствующей тому, что водитель был лишен возможности принять возможные меры для предотвращения столкновения с животным, которое как следует из пояснений третьего лица он видел, однако не осуществил торможения как для предотвращения столкновения, а также и для уменьшения последствий столкновения, при этом водитель автомобиля движущегося во встречном направлении 

<

С.> в тоже время на чьей стороне на обочине находились животные, путем торможения избежал столкновения с ними, подождав когда животные перейдут автомобильную дорогу, что свидетельствует о наибольшей степени вины водителя автомобиля 

<

Н.> в произошедшем ДТП с животными, чем допущенного их владельцем 

<

ФИО2>

На основании изложенного, с учетом всей совокупности доказательств, судебная коллегия приходит к выводу, что действия третьего лица 

<

Н.> также состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием от 

<

дата изъята>, с учетом чего распределяет вину участников в дорожно-транспортном происшествии, как 70% - вина водителя автомобиля 

<

Н.>, и 30% - вина ответчика 

<

ФИО2>, владельца животных, допустившего их нахождение на автомобильной дороге.

Размер причиненного в ДТП транспортному средству истца материального ущерба определен экспертным заключением №323/3-2-25, 324/3-2-25, 3205/3-2-25 от 14.08.2025, составленным экспертами ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России 

<

Ш.>, 

<

П.>, и не оспорен сторонами.

Согласно выводам указанного экспертного заключения, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер 

<

номер изъят>, превышает его рыночную стоимость.

Соответственно полное возмещение ущерба истцу составляет разницу между рыночной стоимостью транспортного средства и его годными остатками, что, согласно экспертному заключению №323/3-2-25, 324/3-2-25, 3205/3-2-25 от 14.08.2025, составляет 398 342 руб. (471 200 руб. – 72 858 руб.).

Судебная коллегия, руководствуясь требованиями ст. 15 ГК РФ, предусматривающими полное возмещение причиненных убытков, с учетом заявленных требований, приходит к выводу о необходимости произвести расчет подлежащей взысканию суммы ущерба из суммы 398 342 руб., исходя из позиции 30 % установленной вины ответчика в причинении истцу ущерба, определив ко взысканию сумму в размере 119 502,60 руб. (398 342 х 30 %).

За подготовку экспертного заключения истцом понесены расходы в размере 15 000 руб., что подтверждается квитанцией от 14.01.2024.

Вопреки доводу апелляционной жалобы 

<

ФИО2> и его представителя, указанные расходы подлежат возмещению, поскольку понесены истцом для реализации восстановления своего права при обращении в суд, а также в связи с тем, что заключение не признано судом недопустимым доказательством.

В связи с удовлетворением исковых требований в размере 30 %, расходы на проведение оценки ущерба, а также расходы по уплате государственной пошлины, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 4 500 руб., в сумме 2 224,2 руб., соответственно.

Истцом также заявлены требования о взыскании расходов на услуги представителя в размере 30 000 руб. в соответствии с договором об оказании юридических услуг 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята> и квитанцией к приходному кассовому ордеру 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята>.

Общий принцип распределения судебных расходов установлен в ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 данного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Как разъяснено в п. 13 указанного постановления Пленума, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. По смыслу закона суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, объема, сложности и продолжительности рассмотрения дела, степени участия в нем представителя.

Пропорционально удовлетворенным требованиям сумма расходов на оплату услуг представителя составляет 9 000 руб. (30 000 х 30%). Судебная коллегия с учетом доводов жалобы ответчика о чрезмерности и неразумности указанных расходов, для обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, приходит к выводу об уменьшении размера до 7 000 руб., усматривая в связи с фактическими обстоятельствами дела их неразумный и чрезмерный характер.

В соответствии с ч. 3 ст. 97 ГПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой ст. 96 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2.6 Приказа Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 05.11.2015 № 345 «Об утверждении Регламента организации деятельности верховных судов республик, краевых, областных судов, судов городов федерального значения, судов автономной области и автономных округов, окружных (флотских) военных судов, федеральных арбитражных судов, управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации по работе с лицевыми (депозитными) счетами для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение» перечисление денежных средств с лицевого (депозитного) счета производится финансово-экономическим отделом суда (управления) только на основании судебного акта, вступившего в законную силу, содержащего указание в резолютивной части о выплате денежных средств залогодателю, лицам, участвующим в деле, иным участникам судопроизводства или уполномоченным лицам за счет средств, поступивших во временное распоряжение суда (управления), или о возврате средств плательщику, за исключением случаев ошибочного зачисления средств (п.1.8 настоящего Регламента).

В связи с апелляционным вмешательством в решение суда первой инстанции в части размера, подлежащего возмещению, перераспределению между сторонами подлежат суммы расходов по оплате судебных экспертиз.

Определением суда от 23.10.2024 по данному гражданскому делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Прибайкальский центр экспертиз» 

<

В.>, расходы по оплате за ее проведение были возложены на сторону истца 

<

ФИО1> и ответчика 

<

ФИО2> в равном размере – по 50%, которыми на депозитный счет Управления Судебного департамента в Иркутской области были внесены денежные средства в следующих размерах: истцом 

<

ФИО1> – 38 400 руб., что подтверждается чеками по операции от 

<

дата изъята>, 

<

дата изъята> (т. 1, л.д. 213), ответчиком 

<

ФИО2> – 20 000 руб., что подтверждается чеком по операции от 

<

дата изъята> (т. 1, л.д. 214).

Стоимость производства назначенной судом экспертизы, в соответствии с выставленным счетом 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята>, составила 25 000 руб. (т. 2, л.д. 10).

С учетом установленной вины участников дорожно-транспортного происшествия, расходы на оплату судебной автотехнической экспертизы, проведенной экспертом ООО «Прибайкальский центр экспертиз», подлежат следующему распределению: 

<

ФИО1> – 17 500 руб. (25 000 руб. х 70%), 

<

ФИО2> – 7 500 руб. (25 000 руб. х 30%).

Определением суда от 05.02.2025 по данному гражданскому делу назначена дополнительная судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России, расходы по оплате за ее проведение были возложены на истца 

<

ФИО1>

Стоимость производства назначенной судом экспертизы, в соответствии с выставленным счетом 

<

номер изъят> от 

<

дата изъята>, составила 78 000 руб. (т. 2, л.д. 89).

Расходы на оплату судебной автотехнической экспертизы, проведенной экспертом ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России, с учетом установленной вины участников дорожно-транспортного происшествия, подлежат следующему распределению: 

<

ФИО1> – 54 600 руб. (78 000 руб. х 70%), 

<

ФИО2> – 23 400 руб. (78 000 руб. х 30%).

На основании определения суда от 23.10.2025 произведено перечисление денежных средств с депозитного счета Управления Судебного департамента в Иркутской области в счет оплаты проведенных экспертиз в следующем порядке: в пользу ООО «Прибайкальский центр экспертиз» – 25 000 руб., в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России – 33 400 руб.

Поскольку выставленный ООО «Прибайкальский центр экспертиз» счет оплачен в полном объеме, а счет, выставленный ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России, оплачен частично, в связи с отсутствием на депозитном счете Управления Судебного департамента в Иркутской области денежных средств в необходимом количестве, со 

<

ФИО1> в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России подлежат взысканию в счет вознаграждения за проведение экспертизы денежные средства в размере 33 700 руб. (54 600 руб. – 20 900 руб. (денежные средства, оставшиеся после оплаты судебной экспертизы ООО «Прибайкальский центр экспертиз»)), а с 

<

ФИО2> в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России в размере 10 900 руб. (23 400 руб. – 12 500 руб. (денежные средства, оставшиеся после оплаты судебной экспертизы ООО «Прибайкальский центр экспертиз»)).

Также, с учетом удовлетворения доводов апелляционной жалобы 

<

ФИО2> об отмене судебного решения, со 

<

ФИО1> в пользу ответчика подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Довод апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что 

<

ФИО2> приняты все зависящие от него меры для организации должного надзора за лошадьми, после обнаружения пропажи коней из специально отведенного огражденного места по независящим от него обстоятельствам, принятии мер к их возврату опровергается самой же позицией ответчика о том, что ограждение было сломано самими же животными и они оказались на автомобильной дороге, что свидетельствует о том, что содержание животных его собственником осуществлено не в достаточном виде. Состояние помещения, в котором содержатся сельскохозяйственные животные, напрямую зависит от воли их собственника.

На основании вышеизложенного, при таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции по данному делу, подлежит отмене, с вынесением по делу нового решения о частичном удовлетворении требований истца 

<

ФИО1>

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Тулунского городского суда Иркутской области от 4 сентября 2025 г. по данному гражданскому делу отменить.

Принять по делу новое решение.

Исковые требования 

<

ФИО1> к 

<

ФИО2> о взыскании ущерба, судебных издержек удовлетворить частично.

Взыскать с 

<

ФИО2> (ИНН 

<

номер изъят>) в пользу 

<

ФИО1> (ИНН 

<

номер изъят>) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 119 502,6 руб., расходы по определению стоимости ущерба в размере 4 500 руб., расходы по оплате услуг представителя 7 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 224,2 руб.

В удовлетворении исковых требований 

<

ФИО1> к 

<

ФИО2> в большем размере отказать.

Взыскать со 

<

ФИО1> (ИНН 

<

номер изъят>) в пользу 

<

ФИО2> (ИНН 

<

номер изъят>) расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Взыскать с 

<

ФИО2> (ИНН 

<

номер изъят>) в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России (ИНН 

<

***>) в счет вознаграждения за проведение экспертизы денежные средства в размере 10 900 руб.

Взыскать со 

<

ФИО1> (ИНН 

<

номер изъят>) в пользу ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России (ИНН 

<

***>) в счет вознаграждения за проведение экспертизы денежные средства в размере 33 700 руб.

Судья-председательствующий И.А. Рудковская

Судьи С.В. Кислицына

Т.Д. Алсыкова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11.03.2026.