УИД: 78RS0015-01-2020-002107-21

Дело 2-151/21 29 июня 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе 

председательствующего судьи Байковой В.А.

с участием адвоката Орешкиной О.А.

при секретаре Ферапонтовой Е.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Л.ой Л. Е. к ФИО1 о признании договора дарения долей квартиры, договора купли-продажи долей квартиры недействительными, применения последствий недействительности сделок, признании права собственности, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1, указывая, что её матери, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на праве собственности принадлежали 3/4 долей в праве общей долевой собственности на жилое помещение - квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Остальные 1/4 долей в праве общей долевой собственности на указанную квартиру принадлежат её супругу ФИО4. После смерти Л. Ф.Ф. в ноябре 2019 года, при оформлении наследования ей стало известно, что ранее принадлежавшие её матери 3/4 доли в квартире принадлежат ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., зарегистрированному по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Позднее смогла установить, что собственность на 3/4 долей в квартире были приобретены ответчиком на основании двух сделок. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ответчиком был заключен договор дарения 1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, а ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ответчиком был заключен договор купли-продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру. Первоначально, при подаче иска истец указывала, что обстоятельства заключения указанных сделок позволяют сделать вывод о наличии оснований для признания их недействительными в соответствии с положениями статьи 179 ГК РФ. Ответчик располагал информацией о сложном материальном положении матери и возникновении у нее желания переехать в квартиру меньшей площади для уменьшения затрат на содержание жилого помещения. В целях получения имущества ФИО3 ответчик пообещал ей передать однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Так как кроме ФИО3 имеется еще один собственник доли в квартире, ответчик обманным путем уговорил её мать на заключение сначала договора дарения. В дальнейшем, продолжая вводить ФИО3 в заблуждение относительно передачи однокомнатной квартиры, якобы принадлежавшей ответчику, последний склонил ФИО3 к заключению договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Документы, подтверждающие передачу денежных средств ответчиком ФИО3 по указанному договору купли-продажи отсутствуют. Передача Квартиры осуществлена не была. После совершения указанных сделок и до самой смерти ФИО3 проживала в указанной квартире и была зарегистрирована в ней по месту жительства. Ответчик весь период после заключения сделок и до момента смерти ФИО3 в ноябре 2019 не проживал в квартире, бремя ее содержания не нес. Оплата коммунальных услуг, капитального и текущего ремонта, содержания общего имущества осуществлялась также ФИО3 в полном объеме. Ссылаясь на ст. 179 ГК РФ истец просила признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, применить последствия недействительности указанных сделок.

Позже истец уточнила основания иска, считает оспариваемые сделки были совершены ФИО3 в состоянии при котором она не могла понимать значения своих действий и руководить ими (л.д. 89). 

Истец в суд не явилась, о судебном заседании извещена, её представители в суд явились, считают ФИО3 при совершении сделок не могла понимать значения своих действий и руководить ими. Пояснили, что основанием для признания недействительными договора дарения и договора купли-продажи заявляют статью 177 ГК РФ, считают, что ФИО3 не понимала значения своих действий в момент заключения оспариваемых сделок.

Ответчик в суд явился, возражает против требований. Пояснил, что ФИО5 была осведомлена об оспариваемых сделках задолго до смерти Ф. Ф.. Летом 2018 года, в связи с отъездом семьи на отдых, он попросил Ф. Ф. присмотреть за котом. Ф. Ф. поделилась этой новостью с дочерью и в последующем, когда он был в гостях у Ф. Ф., как раз позвонила истица и попросила его к телефону, она сказала, что на переданные им за долю в квартире деньги мама хочет подыскать квартиру поменьше, чтобы не платить большие коммунальные услуги. Также, сразу после смерти Ф. Ф. он встречался с истицей и та предложила выкупить 1/4 долю её супруга за 50000 евро (на тот момент 3500000 руб.) или выставить квартиру на продажу и деньги поделить. Для него это было дорого. Никаких обещаний передать Ф. Ф. однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> он не давал, это квартира, в которой он проживает с семьёй. Ф. Ф. неоднократно бывала у них дома, так как его семью с Ф. Ф. связывали дружеские и очень тесные отношения. Его сын Марат после школы забегал к ней перекусить, она относилась к нему как к своему внуку. Пыталась заниматься с ним английским. Делала ему постоянно небольшие подарочки, а он делал ей. Также Ф. Ф. очень любила его супругу и младшую дочь. Они часто бывали всей семьей у неё в гостях, а Ф. Ф. у них. Его жена помогала убирать Ф. Ф. в квартире (в месяц 2-3 раза), часто готовила ей что-нибудь вкусненькое. Летом они постоянно привозили ей фрукты, дыни, арбузы. Вместе отмечали праздники (Новый Год, Дни рождения и др.). Отношения были непросто хорошие, а почти родственные. Созванивались по несколько раз в день, практически каждый день, могли общаться очень подолгу. Когда Ф. Ф. сломала руку, он практически целыми днями был у неё, так как ей тяжело было управляться одной рукой. Он возил её в больницу, ей накладывали гипс, потом возил на процедуры. Когда гипс сняли, то через две недели она опять неудачно упала и прямо на сломанную руку. И опять он и его семья полностью ухаживала за Ф. Ф. (готовили, убирали, возили в больницу и т.д.). Затем у Ф. Ф. резко стало портиться зрение на один глаз, на нем ранее была сделана операция по замене хрусталика. Они активно принялись её лечить. Покупали лекарства, глазные капли возили по врачам в поликлинику и в больницу. За это время никто ей не помогал, кроме них никого не было рядом с ней. Когда в октябре 2019 г. у Ф. Ф. случился инфаркт, с первого дня, как её перевели в общую палату он был рядом с ней, привозил ей домашнюю еду, воду и все, что ей было необходимо. В последние дни жизни также был рядом с Ф. Ф. она уже не могла не говорить не двигаться, он приносил ей воду, жидкое питание, салфетки, памперсы. Также пояснил, что расчет по договору с Ф. Ф. был произведен полностью и деньги за квартиру Ф. Ф. получил в полном объеме. Он в полной мере нес бремя содержания квартиры, иногда сам оплачивал коммунальные платежи, но чаще всего перечислял деньги для оплаты коммунальных услуг на карту Ф. Ф., также он осуществлял текущий ремонт квартиры, была произведена замена подоконников в квартире и установка маскитной сетки, произведена замена системы уплотнения, регулировка створок и смазка замков фурнитуры. Утверждения истца о том, что Ф. Ф. при заключении договоров не могла понимать значения своих действий и руководить ими считает необоснованными. В период заключения сделок Л. Ф.Ф. самостоятельно прошла освидетельствование по поводу наличия у нее психических расстройств, договоры были удостоверены нотариально, Ф. Ф. подписывала их лично, также лично подписывала заявления о том, что на момент приобретения доли квартиры в зарегистрированном браке не состояла, лично присутствовала в МФЦ при подаче документов на государственную регистрацию права. Все сделки были проведены без спешки, и никто никого не пытался вводить в заблуждение. До самой смерти Л. Ф.Ф. оставалась в ясном уме и твердой памяти.

Третьи лица: ФИО4, нотариус ФИО7, представитель Управления Росреестра по Санкт-Петербургу в суд не явились, о судебном заседании извещены.

Суд, выслушав стороны, изучив и оценив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с частью 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Исходя из п. 1 ст. 551 ГК РФ, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Таким образом, сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог ими руководить, нельзя считать действительной.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. 

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

В силу ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. 

Из материалов дела следует, что ФИО3 на праве собственности на основании справки №, выданной Жилищно-строительным кооперативом «Вега-96» 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, принадлежало ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Право собственности было зарегистрировано ГУЮ «Городское бюро регистрации прав на недвижимость» Администрации Санкт-Петербурга, регистрационный №.1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 31-47 том 1). 

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора дарения ФИО3 подарила ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО1 (л.д. 42-43 том 1). 

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи ФИО3 продала ФИО1 ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру (л.д. 35-36 том 1).

Оба договора заключены в письменной форме, нотариально удостоверены. 

В Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу с заявлением о регистрации перехода права собственности ФИО3 обращалась лично. 

Согласно выписки из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, право собственности ответчика на ? долю зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, на ? долю – ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15-17 том 1).

ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д.59 том 1).

Истец - Л.а Л. Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО3. Из представленного в суд наследственного дела следует, что с заявлением о принятии наследства после ФИО3 в установленный срок обратилась Л.а Л. Е. – истец по настоящему делу (л.д. 60 том 1).

Требования о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО1, о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО1 заявлено истцом по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ.

В силу положений указанной нормы закона основанием признания сделки недействительной, является фактическая недееспособность лица, совершившего сделку, в момент ее совершения. Установление этой недееспособности осуществляется на основе фактических данных, позволяющих сделать вывод о том, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, которое лишило его возможности осознанно выражать свою волю.

По ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается в обосновании своих требований и возражений. 

Согласно сведениям межрайонного наркологического диспансера Невского района Санкт-Петербурга ФИО3 на учете в диспансере не состояла (л.д. 37 том 2).

По сведениям, представленным ПНД № 9 Невского района Санкт-Петербурга, ФИО3 за медицинской помощью в ПНД № 9 Невского района не обращалась (л.д. 168 том 2). 

По ходатайству стороны истца судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза состояния здоровья ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы: Какими психическими заболеваниями, временными расстройствами психического состояния страдала ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры, находящейся в Санкт-Петербурге, 

<

адрес>? Могла ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в силу имеющихся у нее психических заболеваний, временных расстройств психического состояния, в случае если они имелись, понимать значение своих действий, руководить ими, давать им отчет в момент совершения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ? Могла ли ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с учетом состояния здоровья и имеющихся заболеваний понимать значение своих действий и руководить ими, давать им отчет в момент совершения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ? Имелись ли у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры, какие-либо индивидуально-психологические особенности? Учитывая психическое (эмоциональное) состояние ФИО3 в момент совершения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ, её индивидуально-психологические особенности могла ли ФИО3 в момент совершения сделок понимать значение своих действий и руководить ими? Имелись ли у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры, какие-либо сенсорные дефекты, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделок? Если имелись, могла ли ФИО3 в момент совершения сделок понимать значение своих действий и руководить ими? 

Производство экспертизы поручено экспертам при Городской психиатрической больнице № 6.

Согласно заключению комиссии экспертов, на основании психологического анализа материалов гражданского дела и медицинской документации у ФИО3 в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры на фоне сосудистой патологии (ГБ, распространенный атеросклероз), сопутствующей церебростенической симптоматики (головные боли, головокружение, слабость, снижение памяти, ДЭ) имели место нарушения психических процессов по органическому типу в виде истощаемости, астенической динамики психической сферы, ослабления продуктивности мнестической сферы. Об этом свидетельствуют прежде всего данные медицинской документации, в соответствии с которыми подэкспертная жаловалась на колющие боли в грудной клетке слева, усиливающиеся при поворотах туловища, слабость, сонливость, головокружение, тошноту, головные боли, шум, тяжесть в голове (копия медкарты амбулаторного больного №, обследование для МСЭК, 2007 г.). При осмотре неврологом в декабре 2013г. отмечались жалобы на шум в голове, снижение оперативной памяти. ДД.ММ.ГГГГ была осмотрена психиатром в связи с неадекватным поведением. При этом наблюдались раздражительная слабость, слабость волевых усилий, патологическая обстоятельность мышления, снижение памяти на текущие события, неустойчивость внимания, снижение критики к состоянию. При повторном консультировании психиатром 08.10.19г. отмечались синтонность аффекту и ситуации, достаточность волевых усилий, конкретность мышления без выраженных структурных расстройств, идеи бытового содержания, сохранность памяти, истощаемость внимания, сохранность интеллекта, сохранность критики к состоянию и ситуации. 

По заключению комиссии экспертов, у ФИО3 в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры имелись признаки неуточненного органического психического расстройства (F06.9). Об этом свидетельствуют данные анамнеза, медицинской документации, из которых видно, что ФИО3 длительно страдала сосудистым заболеванием (ГБ, распространенный атеросклероз). Указанные заболевания с 2003г. сопровождались церебрастенической симптоматикой с головными болями, головокружением, слабостью, жалобами на снижение памяти, что описывалось при длительном постоянном наблюдении соматическими врачами. Дважды проходила психиатрическое свидетельствование: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, содержания заключений не приведены, медицинская документация с данными осмотров уничтожена. При осмотре психиатром Александровской больницы в октябре 2019г. описаны когнитивные нарушения, идеи бытового содержания, неадекватное поведение в рамках органического поражения головного мозга. Свидетельские показания разноречивы. В связи с невосполнимой недостаточностью медицинской документации, при отсутствии иных данных, в настоящее время не представляется возможным ответить на вопрос, могла ли ФИО3 в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора дарения и в момент подписания ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи квартиры понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 200-211 том 2).

В удовлетворении ходатайства стороны истца о проведении повторной экспертизы судом отказано, поскольку заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 настоящего Кодекса. Заключение составлено специалистами, имеющими профильное образование, длительный стаж работы по специальности судебно-психиатрическая экспертиза. Экспертами соблюдены требования Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Эксперты в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности. Оснований не доверять представленному заключению у суда не имеется. Кроме того, дополнительных документов, содержащих сведения о состоянии здоровья ФИО3 истцом не представлено.

Оценив в соответствии с положениями ст. 67, 86 ГПК РФ экспертное заключение №.1209.2 от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное экспертами СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № (стационар с диспансером), суд принимает указанное экспертное заключение в качестве доказательства по делу, заключение представляет собой полные и последовательные ответы на поставленные судом вопросы. Заключение содержит исследовательскую часть, где отражены все имеющиеся в медицинских документах сведения о состоянии здоровья ФИО3, обстоятельства из материалов гражданского дела, пояснения сторон, показания свидетелей. Также заключение содержит выводы, где даны исчерпывающие ответы на вопросы суда.

Заключение специалиста № АС 10/09/2020 МИ от ДД.ММ.ГГГГ, представленное истцом, суд не принимает в качестве доказательства состояния здоровья ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в юридически значимый период, поскольку исследование выполнено специалистом на основании одной медицинской карты амбулаторного больного, без учета всех обстоятельств из материалов гражданского дела, пояснений сторон, медицинских карт стационарного больного - ФИО8 Также специалист не предупреждался в установленном порядке об уголовной ответственности. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности, в том числе заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии относимых и допустимых доказательств того, что на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем отсутствуют основания для признания вышеуказанных договоров недействительными по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку в силу пояснений сторон, заключения посмертной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, указанные истцом доводы не подтверждены в ходе судебного разбирательства, в удовлетворении иска следует отказать в полном объеме.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд отклоняет. 

В п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями ст. 200 ГК РФ (в редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ) течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным кодексом и иными законами.

Суд полагает о совершении ФИО3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ долей в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, истцу стало известно после смерти ФИО3, то есть после ДД.ММ.ГГГГ. С иском Л. Л.Е. обратилась ДД.ММ.ГГГГ, до истечения года после того, как узнала о совершении наследодателем оспариваемых сделок. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 167, 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Л.ой Л. Е. к ФИО1 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО1, о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО1, применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца в апелляционном порядке.

Судья