Дело № 2-1048/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Интинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Румянцевой И.М.,

при секретаре Каминской Н.А., 

с участием прокурора Гамаюнова С.А.,

представителя истца ФИО2, ФИО16,

представителя ответчика ФИО17,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Инте Республики Коми 08 ноября 2018 года дело по иску ФИО18 к АО "Интауголь" о признании травмы производственной и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о признании травмы, произошедшей 31.12.2015, производственной, взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 руб. В обоснование своих требований указал, что работал с 09.12.2014 в АО "Шахта "Интауголь" 

<

....> по трудовому договору, 24.03.2015 был переведен на должность 

<

....>, с 01.04.2017 работодателем являлось АО "Интауголь". В связи с ухудшением здоровья после полеченной в 2015 году травмы он в 2018 году уволился. Травму он получил в рабочую смену 31.12.2015, работодателем она не была признана производственной. В результате несчастного случая на производстве был причинен вред его здоровью, который привел к развитию 

<

....> и требует периодического их лечения. Моральный вред оценивает в 100000 руб. 

Впоследствии истец увеличивал и уточнял исковые требования, в окончательном виде просит признать несчастный случай, произошедший с ФИО18 31.12.2015, производственной травмой; признать акт о несчастном случае на производстве, произошедшем 31.12.2015 с ФИО18, недействительным; возложить обязанность на АО "Интауголь" составить акт о производственной травме, произошедшей с ФИО18 31.12.2015, с учетом обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства и решения суда; взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. 

Истец о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, в заявлении просил рассмотреть дело в свое отсутствие с участием представителей. Суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие истца с участием его представителей.

Представители истца – ФИО2, ФИО16, действующие на основании доверенности, в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования по доводам, изложенным в иске и последующих заявлениях.

Представитель ответчика – АО "Интауголь" ФИО17, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме. 

Заслушав представителей сторон, свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО18 работал с 09.12.2014 в АО "Шахта "Интауголь" по специальности 

<

....>, 23.03.2015 переведен 

<

....>, 01.08.2015 переведен 

<

....>, 09.04.2018 уволен из АО "Интауголь" по инициативе работника в связи с переменой места жительства по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

16.03.2017 права и обязанности работодателя АО "Шахта "Интауголь" перешли к вновь созданному АО "Интауголь" на основании решения собрания кредиторов о замещении активов должника в порядке п. 4 ст. 115 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно книге нарядов 30.12.2015 в 4 смену ФИО18 в составе звена 

<

....> ФИО10, 

<

....> ФИО11, 

<

....> ФИО12, 

<

....> ФИО13, 

<

....> ФИО3, 

<

....> ФИО15, 

<

....> ФИО14 получили наряд на производство работ в лаве 1040.

Согласно выписке из амбулаторного журнала здравпункта АО "Шахта "Интинская" ФИО18 обратился 31.12.2015 в 05.00 в здравпункт, диагноз: 

<

....>. Травма произошла 30.12.2015 приблизительно в 22.50. Проба на алкоголь отрицательная. При регистрации травмы присутствовал ФИО5 – 

<

....>. Пациент направлен в приемное отделение ЦГБ к врачу травматологу на частном транспорте. Травма зарегистрирована как "по пути на работу".

Из медицинской документации ФИО18 следует, что 31.12.2015 он был направлен здравпунктом шахты "Интинская" в приемное отделение ЦГБ к травматологу с диагнозом: 

<

....> 31.12.2015 в 05.50 обратился в ГБУЗ РК "Интинская ЦГБ" с диагнозом: 

<

....>. Ему был сделан рентген, и он обратился к травматологу, который указал, что травма бытовая, упал на улице. Согласно акту №__ Врачебной комиссии ГБУЗ РК "Интинская ЦГБ" от 29.03.2016 ФИО18 нуждается в 

<

....> 

<

....>

С 31.12.2015 по 02.02.2016 ФИО18 находился на листке нетрудоспособности у врача травматолога ФИО9

Из сообщения ГБУЗ РК "Интинская ЦГБ" от 19.10.2018 усматривается, что факт травмы ФИО18 был зафиксирован в приемном покое в 05.50 31.12.2015, обстоятельства получения травмы: подскользнулся и упал. Данный вид травмы не был зарегистрирован как производственный травматизм, в связи с чем извещение по форме №__ не направлялось и заключение по форме №__ АО "Шахта "Интауголь" не выдавалось.

Согласно заключению 

<

....> от 16.02.2016 у ФИО18 имеются 

<

....> 

Из заключения 

<

....> от 09.07.2018 усматривается, что у ФИО18 имеются 

<

....>. Рекомендована 

<

....>

22.03.2016 ФИО18 обратился в АО "Шахта "Интауголь" с заявлением о расследовании несчастного случая, произошедшего с ним 30.12.2018 в ночную смену.

Приказом АО "Шахта "Интауголь" от 28.03.2016 №__ создана комиссия для расследования обстоятельств и причин несчастного случая, произошедшего 30.12.2015 с 

<

....> ФИО18 в составе: председателя комиссии ФИО6 – начальник службы производственного контроля и охраны труда, членов комиссии: ФИО7 – уполномоченный по охране труда участка по добыче угля №__, ФИО8 – и.о. председателя "Росуглепроф технической единицы "Шахта "Интинская".

Согласно объяснительной ФИО18 от 02.01.2016, он 30.12.2015 работал в ночную смену, выходя из людского вагона, оступился и упал, ударился левым плечом и бедром. Смену отработал, по выезду в медпункт не обращался. Днем 31.12.2015 почувствовал резкую боль и обратился в приемный покой, где был поставлен диагноз: 

<

....>

Из объяснительных 

<

....> №__ ФИО4, 

<

....> №__ ФИО1 усматривается, что ФИО18 о травме им не сообщал.

Актом о расследовании несчастного случая от 05.05.2016, произошедшего 31.12.2015 в 00.30 в технической единице "Шахта "Интинская" АО "Шахта "Интауголь", проведенном в период с 28.03.2016 по 05.05.2016, установлено, что 

<

....>

Пунктом 5.7 Коллективного договора ОАО "Шахта "Интауголь" на период с 15.07.2013 по 14.07.2016, продленного по 31.12.2018, предусмотрено, что для обеспечения исполнения работником трудовых обязанностей предусматриваются мероприятия перед началом и после окончания смены (время, связанное с производством), включающие в себя: получение наряда (выдача наряда) и отчет о его выполнении; санитарно-бытовое обслуживание (нахождение в АБК для переодевания и мытья, получения и сдачи средств индивидуальной защиты и приборов контроля, питьевой воды, горячего питания, сухого пайка и т.п.); передвижение к стволу и обратно на поверхности шахты; ожидание спуска в шахту, подъема из шахты (с момента прихода к стволу до момента входа в клеть); передвижение по стволу; передвижение от ствола к месту работы и обратно в подземных выработках; послесменная реабилитация в соответствии с действующим законодательством РФ; прохождение предсменных и послесменных медицинских осмотров в соответствии с действующим законодательством РФ; прохождение проверок на выявление возможного состояния алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Согласно п. 3.1 Приложения № 7 к Коллективному договору учет нормативного времени передвижения работников возлагается на руководителей структурных подразделений. Руководители структурных подразделений несут персональную ответственность за достоверность сведений о нормативном времени передвижения работников вверенных им подразделений.

Согласно ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) происшедшие с работниками несчастные случаи подлежат расследованию и учету. Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы.

Статьей 230 ТК РФ определено, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме.

Работодатель отказал истцу в составлении акта о несчастном случае на производстве по установленной форме Т-2, поскольку комиссия по расследованию несчастного случая пришла к выводу об отсутствии доказательств того, что травма 

<

....> была получена истцом 31.12.2015 в шахте при указанных им обстоятельствах.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В ходе рассмотрения настоящего дела в качестве свидетелей были допрошены лица, которые вместе с истцом выполняли наряд 30.12.2015 в 4 смену. 

В частности, свидетель ФИО10 в судебном заседании 23.10.2018 суду пояснил, что наряд на смену получали все вместе. ФИО18 вел себя как обычно. О том, что произошло с ФИО18, он услышал спустя неделю. Пояснил, что продвижение с поверхности непосредственно до рабочего места занимает 30 минут, плюс-минус 10 минут. Бывают ситуации, когда при передвижении на людских вагонетках, они сходят с рельс. 4 смена длится с 01 часа ночи до 07 утра. На работу должны прийти за 2 часа, т.е. к 23 часам. В 07 часов утра заканчивается рабочий день, к 07 часам 30 минутам или к 08 часам поднимаются на поверхность.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании 23.10.2018 не смог ничего пояснить по факту получения истцом травмы. Пояснил, что часто происходит сход вагонеток с рельс. Работники выходят из них, поднимают их и ставят на рельсы. Бывают ситуации, что при установке вагонеток работники получают травмы.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании 23.10.2018 суду пояснил, что не помнит, как получали наряд 31.12.2015. Пояснил, что помнит, когда пришел в лаву ФИО19 ему сказал, что у ФИО18 травмировано плечо, его необходимо сопроводить на поверхность. Они вместе поднимались пешком, ФИО18 хромал, встретили электровоз, на котором они поехали. ФИО18 стало плохо, и он упал с электропоезда на ходу. Машинист остановился и помог поднять ФИО18. Доехав до поверхности, свидетель отвел его в медпункт и пошел переодеваться. Сколько времени занял подъем на поверхность - не помнит. Впоследствии на личной машине отвез его домой за документами и в поликлинику. В машине ФИО18 говорил, что ударился плечом при забуривании (установке на рельсы) вагонетки. Также пояснил, что в тот день, когда сопровождал ФИО18, при следовании к лаве, был эпизод схода вагонетки с рельс.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании 23.10.2018 суду пояснил, что 31.12.2015 придя на рабочее место в лаве, перекусывали, истец подошел минут через 10-15 и пожаловался, что ему плохо - болит рука. Во время пути в лаву сошла с рельс вагонетка, в которой ехал истец, при установке ее на рельсы истец повредил плечо. При установке вагонетки на рельсы, ее отцепляют от всех других, машинист сдает назад, чтобы сцепить ее. Все делается вручную. ФИО19, главный смены, выделил человека, который сопровождал ФИО18 на поверхность. Также пояснил, что при выдаче наряда состояние работников оценивают визуально: если человек здоров, то его допускают к работе.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании 18.10.2018 суду пояснил, что в конце декабря 2015 года бригадой спустились в шахту. Истец пожаловался на боль в плече. Момент получения им травмы, и где он ее получил, никто не видел, он даже в лаву не спускался. Свидетель дал человека для сопровождения истца на поверхность, сообщил диспетчеру о том, что человек жалуется на боль в плече и его поднимает нагора. Также подтвердил, что имел место сход вагонетки с рельс, ее подняли и поставили на рельсы. Пояснил, что при выдаче наряда истец был спокоен, если бы у него были жалобы, то в шахту его не пустили.

Также в качестве свидетеля был допрошен врач-травматолог ГБУЗ РК "Интинская ЦГБ" ФИО9, который пояснил, что записи в амбулаторной карте больного делал со слов пациента. Экспертом не является, не может установить бытовой или производственный характер травмы. Пояснил, что диагноз истцу выставил на основе записи из приемного покоя.

У суда нет оснований сомневаться в показаниях указанных свидетелей, предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, суд не усматривает личной заинтересованности свидетелей в исходе дела, не находит их противоречивыми, учитывает также временной период, по прошествии которого свидетели сообщали об известных им обстоятельствах.

Суд приходит к выводу, что до спуска в шахту в 4 смену 30.12.2015 у истца не имелось признаков травмы.

Вместе с тем, судом установлено, что ФИО18 при получении травмы не сообщил о ней непосредственному руководителю ФИО5, диспетчеру либо вышестоящему руководителю, тем самым нарушив п. 1.11. Инструкции по охране труда для ГРОЗ. 

Однако, сами по себе данные нарушения не опровергают факт получения истцом производственной травмы.

Тот факт, что травма истца у работодателя была зарегистрирована в журнале амбулаторных обращений, а также указание в медицинской документации на бытовой характер травмы, не опровергает получение ее именно в процессе трудовой деятельности в 4 смену 30.12.2015.

Также не опровергают получение истцом травмы на производстве показания свидетелей о том, что не видели в какой момент истец получил травму, вместе с тем свидетели, которые помнили события конца декабря 2015 года подтвердили, что истец до спуска в шахту вел себя как обычно, ничего в его поведении не вызывало внимания, при передвижении в шахте имел место сход вагонетки с рельс, пояснили процесс установки вагонетки на рельсы при помощи физической силы самих работников, находившихся в вагонетке. Никто из свидетелей, дававших показания по настоящему делу не подтвердили, что они, а не ФИО18, участвовали в установке вагонетки на рельсы.

У ФИО18 во время нахождения в шахте отсутствовали часы, в связи с чем он не мог точно определить время получения травмы.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что исследованными доказательствами подтвержден факт получении истцом травмы на производстве 31.12.2015 до 05.00, в результате которой ФИО18 повредил 

<

....>.

При таких обстоятельствах требования истца о признании несчастного случая, произошедшего с ним 31.12.2015, связанным с производством, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Поскольку суд признал несчастный случай с истцом связанным с производством, то акт от 05.05.2016 расследования несчастного случая, происшедшего с истцом 31.12.2015, подлежит отмене с возложением на ответчика оформить новый акт о несчастном случае на производстве по установленной форме.

В соответствии со статьей 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред жизни и здоровью работника причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Приложением № 1 к Федеральному закону от 21.07.1997 № 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" к опасным производственным объектам отнесены объекты, на которых ведутся горные работы, а также работы в подземных условиях. 

Часть 1 ст. 1079 ГК РФ относит к источникам повышенной опасности использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.

В соответствии с разъяснением, данным в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. 

На основании исследованных доказательств суд приходит к выводу о возложении ответственности за причинение истцу морального вреда на работодателя АО "Интауголь" как правопреемника АО "Шахта "Интауголь", деятельность которого по добыче угля связана с повышенной опасностью для окружающих из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.

Учитывая обстоятельства причинения вреда, характер и тяжесть полученных истцом телесных повреждений, испытанные болевые ощущения и бытовые неудобства при ношении гипса, продолжительность лечения, суд взыскивает в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 70000 руб. Размер морального вреда, оцененный истцом в 500000 руб., суд находит завышенным. 

Руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Признать несчастный случай, произошедший с ФИО18 31.12.2015 до 05.00 час., связанным с производством.

Обязать Акционерное общество "Интауголь" отменить акт от 05.05.2016 расследования несчастного случая, происшедшего с ФИО18 31.12.2015.

Обязать Акционерное общество "Интауголь" оформить по установленной форме акт о несчастном случае на производстве, произошедшем с ФИО18 31.12.2015 до 05.00 час.

Взыскать с Акционерного общества "Интауголь" в пользу ФИО18 компенсацию морального вреда в размере 70000 руб. и государственную пошлину в доход местного бюджета муниципального образования городского округа "Инта" в размере 300 руб.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба, представление в Верховный суд Республики Коми через Интинский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 16.11.2018.

Судья

<

....>

<

....>

<

....>