63RS0010-02-2019-000292-26

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 августа 2019 г. г. Самара

Волжский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи Андреевой Е.А.,

при секретаре Овчаренко М.Е.,

с участием представителей истца АО «СК «ПАРИ» - ФИО2, ФИО3,

ответчика ФИО4, представителя ответчика - ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1616/2019 по иску АО «СК «ПАРИ» к ФИО4 о признании договора недействительным в части, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

АО «СК «ПАРИ» обратилось в суд с вышеуказанным иском, в обоснование заявленных исковых требований указало, что ДД.ММ.ГГГГ между АО «СК «ПАРИ» (страховщиком) и ФИО4 (страхователем) был заключен договор комплексного ипотечного страхования № (К). Застрахованными лицами по договору являются ФИО4 и ФИО1.

Согласно п. 7.1.1 договора страхования, страхователь обязан при заключении договора и в период его действия сообщать страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков при его наступлении. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование.

ДД.ММ.ГГГГ в заявлении-анкете на ипотечное страхование ФИО1 указал, что не имеет никаких отклонений в состоянии здоровья, ранее не были выявлены болезни органов дыхания (п. 13), заболевания нервной системы, в том числе сотрясения головного мозга (п. 16), не находился на стационарном лечении по поводу болезней и травм, так же ранее не были проведены оперативные вмешательства в связи с болезнями (п. 26).

ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца поступило заявление ФИО1 на выплату страхового обеспечения, в связи с установлением ему первой группы инвалидности.

Истцу стали известны сведения о том, что в 1992 г. ФИО1 перенес 

<

данные изъяты> в 1993 г. - 

<

данные изъяты> в 2003 г. находился на стационарном лечении в связи с 

<

данные изъяты>

Таким образом, застрахованный ФИО1 при заключении договора страхования сообщил ложные сведения, тем самым не позволив истцу достоверно определить вероятность наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно о наступлении смерти ФИО1

На основании изложенного, истец, руководствуясь, ст.ст. 1,10,179,421,944 ГК РФ, п. 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003г. №75, уточнив свои требования, просил суд признать договор комплексного ипотечного страхования № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части личного страхования застрахованного ФИО1, применить последствия недействительности сделки путем возврата ответчику страховой премии в размере 10 303,61 руб.

В судебном заседании представители истца ФИО6, ФИО3 заявленные исковые требования поддержали, просили суд их удовлетворить. В письменных пояснениях по иску указали также, что установленный в 2015 году ФИО1 диагноз 

<

данные изъяты> имеет прямую причинно-следственную связь 

<

данные изъяты> указанной в качестве сопутствующего заболевания при установлении инвалидности 1 группы.

Ответчик ФИО4 совместно со своим представителем ФИО5 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований по основаниям, указанным в письменном отзыве. Считают, что у страховщика имелась возможность проверить достоверность представленной ФИО1 информации, заявление о заключении договора страхования заполнялось в электронном виде сотрудником страховщика, на котором и лежит ответственность за его заполнение. При заключении спорного договора страхования страховщик не воспользовался предоставленным ему правом провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья, не проверил предоставленную страхователем информацию в соответствии с положениями ст. 945 ГК РФ, сознательно приняв на себя коммерческие риски, связанные с заключением договора страхования.

Представитель третьего лица АО «Кошелев-Банк», надлежащим образом извещенный судом о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, представил отзыв на исковое заявление, согласно которому оставил разрешение спора на усмотрение суда, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между АО «СК «ПАРИ» (страховщик) и ФИО4 (страхователь) заключен договор комплексного ипотечного страхования № в соответствии с разделом 3 которого, страховыми случаями по страхованию жизни и трудоспособности являются: смерть застрахованного лица в результате несчастного случая или болезни (п.3.1), постоянная утрата трудоспособности застрахованным лицом в результате несчастного случая или болезни - установление застрахованному лицу инвалидности 1 группы (по причине нарушения здоровья со стойким значительно выраженным расстройством функций организма, приводящее к неспособности к любой трудовой деятельности или невозможности (противопоказанности) любой трудовой деятельности застрахованного лица и/или застрахованных лиц), произошедшая в период действия договора, а также установление инвалидности 1 группы, наступившей вследствие заболевания, указанного Застрахованным лицом в заявлении на страхование (п. 3.2).

Застрахованными лицами по договору выступают ФИО4 и ФИО1

В соответствии с п. 7.1.1 договора, страхователь обязан при заключении договора и в период его действия сообщать страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков при его наступлении. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование.

Аналогичные положения предусмотрены п. 1 ст. 944 ГК РФ, согласно которой при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Выгодоприобретателями по договору страхования являются: АО «Кошелев-Банк» в части суммы страховой выплаты в размере ссудной задолженности по кредитному договору на дату наступления страхового случая, страхователь либо иное лицо, назначенное по распоряжению застрахованного лица - в части страховой выплаты, превышающей сумму остатка ссудной задолженности по кредитному договору на дату наступления страхового случая.

Из материалов дела следует, что при заключении договора комплексного ипотечного страхования № в заявлении-анкете на ипотечное страхование ФИО1 подтвердил достоверность сведений о том, что он не имеет никаких отклонений в состоянии здоровья, ранее не были выявлены болезни органов дыхания (п. 13), заболевания нервной системы, в том числе сотрясения головного мозга (п. 16), не находился на стационарном лечении по поводу болезней и травм, так же ранее не были проведены оперативные вмешательства в связи с болезнями (п. 26).

Из документов, представленных ФКУ «ГБ МСЭ по Самарской области» Минтруда России, следует, что впервые ФИО1 обратился в учреждение с заявлением об установлении группы инвалидности ДД.ММ.ГГГГ В направлении на медико-социальную экспертизу приведена история заболевания, согласно которой в августе 2016 г. ФИО1 обратился в ЦРБ с жалобами на 

<

данные изъяты> По УЗИ выявлено 

<

данные изъяты> дообследован в 

<

данные изъяты> Согласно выписному эпикризу ГБУЗ 

<

данные изъяты> ФИО1 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, основной диагноз: 

<

данные изъяты> Установлена вторая группа инвалидности, до ДД.ММ.ГГГГ, при этом отмечено отсутствие факта влияния всех других имеющихся стойких нарушений функций организма человека на максимально выраженное нарушение функции организма человека, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектов (п. 10.13.2 Акта МСЭ от 14.11.2016 г.). 

Из протокола проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном учреждении медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 выставлен диагноз 

<

данные изъяты> установлена инвалидность второй группы на срок ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке серии № ФИО1 установлена первая группа инвалидности. Из протокола проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном учреждении медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлена инвалидность первой группы бессрочно, основное заболевание диагноз 

<

данные изъяты> 

ДД.ММ.ГГГГ в адрес истца поступило заявление ФИО1 на выплату страхового обеспечения, в связи с установлением ему первой группы инвалидности.

ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно о наступлении смерти ФИО1

В обоснование заявленного иска истец ссылался на то, что ФИО1 в 1992 г. перенес 

<

данные изъяты> в 1993 г. - 

<

данные изъяты> в 2003 г. находился на стационарном лечении в связи с 

<

данные изъяты> Таким образом, считает, что застрахованный ФИО1 при заключении договора страхования сообщил ложные сведения, тем самым не позволив истцу достоверно определить вероятность наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Из сообщения Территориального фонда обязательного медицинского страхования Самарской области следует, что ФИО1 обращался в ГБУЗ 

<

данные изъяты> с диагнозом: 

<

данные изъяты> 

В силу п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Из анализа приведенных правовых положений следует, что страхователь должен сообщить лишь известные ему на момент заключения договора сведения, а страховщик может довериться сообщенным страхователем сведениям или проверить их на основании ст. 945 ГК РФ, согласно п. 2 которой при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование подлежащего страхованию лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Разрешая заявленные требования, суд полагает, что юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса не о наличии у страхователя на момент заключения договора комплексного ипотечного страхования заболеваний, а вопрос о том, знал ли страхователь о наличии у него таких заболеваний, сообщая соответствующие сведения истцу при заключении договора и наличие прямого умысла страхователя, направленного на сокрытие имеющихся у него заболеваний при заключении спорного договора страхования.

Договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, а также при доказанности того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельства, имеющего существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом сообщение заведомо ложных сведений - это не просто неправильная информация, в данном случае относительно состояния здоровья на момент заключения договора, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку доводы страховщика о сообщении страхователем заведомо ложных сведений о состоянии своего здоровья при заключении договора (применительно к наступлению страхового случая), умысел страхователя на сообщение заведомо ложных сведений при заключении спорного договора, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Сам по себе факт прохождения ФИО1 лечения, в том числе оперативного, до заключения договора страхования, не свидетельствовал о его осведомленности о том, что данное обстоятельство приведет к существенному увеличению страхового риска. Кроме того, из материалов дела следует, что 

<

данные изъяты> впервые диагностирован в ДД.ММ.ГГГГ

Доводы стороны истца о том, что возможность проверки состояния здоровья страхователя является правом страховой компании, а не обязанностью, суд не может принять во внимание, поскольку, проявляя должную заботливость и осмотрительность, страховщик, как профессионал на рынке страховых услуг, являясь более сведущим в определении факторов риска, должен был сам выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска, однако предоставленным ему правом ст. 945 ГК РФ не воспользовался.

<

данные изъяты> в 1992 г., 

<

данные изъяты> выявленный в 1993 г., перенесенная в 2003 г. 

<

данные изъяты> не являлись основанием для наступления страхового случая - установления инвалидности первой группы, где основное заболевание 

<

данные изъяты> Впервые с жалобами на симптомы, характерные для основного заболевания, послужившего установлению инвалидности, ФИО1 обратился после заключения договора страхования. 

Отсутствуют доказательства наличия цели умолчания и умысла на совершение ФИО1 обмана, поскольку предвидеть диагноз, который стал бы следствием известных ему на момент заключения договора страхования заболеваний, ФИО1 не мог. Кроме того, достоверных доказательств того, что на момент заключения договора ФИО1 имел сведения о наличии у него заболевания 

<

данные изъяты> материалы дела не содержат. 

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований АО «СК «ПАРИ» - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Волжский районный суд Самарской области в течение месяца с момента составления решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение суда изготовлено 16 августа 2019 года.

Судья Е.А. Андреева