УЛЬЯНОВСКИЙ   ОБЛАСТНОЙ   СУД

Судья Борисова Е.С.                                                                         Дело № 22-991/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ   ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ульяновск                                                                          2 июля 2025 года

Ульяновский областной суд в составе: 

председательствующего Демковой З.Г.,

с участием прокурора Чашленкова Д.А.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Мордвинова А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Васильевой Е.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Ленинского района г. Ульяновска Романовой Я.А., апелляционной жалобе защитника – адвоката Мордвинова А.Ю. на приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от 30 апреля 2025 года, которым

ФИО1,

***, ***, ***, ***, судимый:

- 2 ноября 2023 года Ленинским районным судом г.Ульяновска по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 40 000 рублей (наказание исполнено 7 декабря 2023 года),

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 месяцев. 

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 10 месяцев с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства ежемесячно с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Постановлено:

- на основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфисковать в собственность государства, принадлежащий ФИО1 автомобиль «Н***», государственный регистрационный знак *** регион,

- в целях обеспечения конфискации имущества наложить арест на автомобиль «Н*** государственный регистрационный знак *** регион в виде запрета распоряжаться и пользоваться им до вступления приговора в законную силу.

Решены вопросы о мере пресечения, сроке исчисления основного и дополнительного наказания, порядке следования к месту отбывания наказания, вещественных доказательствах, процессуальных издержках, разъяснены последствия уклонения от отбывания принудительных работ. 

Доложив содержание приговора, доводы апелляционных представления, жалобы, заслушав выступления участвующих лиц, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в управлении автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступление совершено 12 июля 2024 года на территории Ленинского района г. Ульяновска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.    

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Ленинского района г. Ульяновска Романова Я.А. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Отсутствие надлежащего анализа всех собранных по делу доказательств лишило суд возможности правильно оценить все обстоятельства, имеющие значение для дела, и вынести законное, обоснованное и справедливое решение. Помимо этого, суд, ограничившись перечислением обстоятельств, которые учитывает при назначении ФИО1 наказания, не мотивировал его размер. Полагает, что назначенное наказание не соответствует тяжести и обстоятельствам совершенного преступления, личности осужденного, в связи с чем является несправедливым. Просит приговор отменить, постановить новый обвинительный приговор.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Мордвинов А.Ю. считает приговор незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Вывод о виновности ФИО1 основан на недопустимых доказательствах: допросах в качестве свидетеля химика-эксперта К***, справке химико-токсикологических исследований и акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Так, показания свидетеля К*** в ходе предварительного расследования, допрошенного ввиду утраты биологических объектов и невозможности проведения в связи с этим экспертизы,  о появлении в организме ФИО1 *** не в результате употребления разрешенного к обороту *** чая не основаны на научных, лабораторных исследованиях. Кроме того, данный свидетель дал ответы на вопросы, относящиеся в компетенции эксперта-нарколога, при этом обстоятельства преступления ему неизвестны, к исследованию биологических образцов ФИО1 он не привлекался.  Вместе с тем,  подмена выводов судебной экспертизы показаниями свидетеля нарушает конституционные принципы состязательности и равноправия сторон. Более того, судом не приведены в приговоре и не учтены показания  К*** в судебном заседании о том, что вышеприведенные выводы являются лишь его предположением.   Акт медицинского освидетельствования и справка о результатах химико-токсикологических исследований без проведения судебной экспертизы не могут служить полноценными доказательствами. Кроме того, они получены с нарушением действующего законодательства, в связи с чем защитой заявлялось ходатайство о признании их недопустимыми доказательствами, в удовлетворении которого судом без рассмотрения по существу приведенных в нем оснований отказано. Порядок проведения медицинского освидетельствования, утвержденный приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н, (далее Порядок) является нормативно-правовым актом, обязательным для применения на территории РФ.  Вместе с тем,  акт медицинского освидетельствования ФИО1 (далее акт) ему не соответствует. У осужденного был произведен лишь отбор биологических объектов. После чего фактически без проведения медицинского освидетельствования выдан акт. Более того, в нарушение п. 13 Порядка в нем не указаны клинические признаки опьянения, однако содержится вывод об установлении у ФИО1 состояния опьянения. Справка о результатах химико-токсикологических исследований не заверена печатью, вследствие чего является недопустимым доказательством. Кроме того,  поскольку образцы для сравнительного исследования в рамках УПК РФ не изымались, не осматривались, принадлежность их ФИО1 при отсутствии подтверждающих этому документов не установлена, а предусмотренное Порядком направление на химико-токсикологическое исследование отсутствует,  данные доказательства не могут быть положены в основу приговора ввиду их получения внепроцессуальным путем. Необоснованно судом не дано оценки сведениям, содержащимся в  выписке из медицинской карты осужденного, из которых следует, что при доставлении в медицинское учреждение признаков клинического опьянения у ФИО1 не имелось, следовательно, отсутствовал  факт нарушения у него физических и психических функций, не позволяющий управлять транспортным средством. В приговоре не приведены доказательства возникновения у ФИО1  12 июля 2024 года умысла на управление транспортным средством в состоянии опьянения, а также, что наличие в его организме *** является основанием для установления состояния опьянения. При этом неверно изложено доказательство, поскольку суд указал, что у ФИО1 обнаружена ***, из акта же следует -   ***. Таким образом, не доказано нахождение ФИО1 в момент управления автомобилем в состоянии опьянения.  Кроме того, в резолютивной части приговора вопреки требованиям закона указано неверно цифровое обозначение статьи как  ч. 1 ст. 2641 УК РФ вместо правильного -  «264.1.», что недопустимо. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В судебном заседании  апелляционной инстанции:

- прокурор Чашленков Д.А. поддержал доводы апелляционного представления, возражал по доводам апелляционной жалобы,

- осужденный ФИО1, защитник – адвокат Мордвинов А.Ю. поддержали доводы апелляционной жалобы, возражали по доводам апелляционного представления.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав выступления участвующих лиц, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона.

Выводы суда о виновности ФИО1, вопреки доводам жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, верно установленным на основании совокупности доказательств,  подробно приведенным в приговоре.

Сам осужденный, не оспаривая факта управления автомобилем и совершения дорожно-транспортного происшествия, отрицал свое нахождение при этом в состоянии опьянения. 

Обоснованно суд пришел к выводу, что позиция ФИО1 является способом защиты в целях избежать ответственности за содеянное.

Доводы апелляционной жалобы в этой части были предметом проверки в суде первой инстанции и не нашли своего подтверждения.

Выводы суда о виновности осужденного в управлении автомобилем в состоянии опьянения, вопреки доводам защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании. При этом суд указал, какие из них принял за основу, а какие - отверг.

Виновность ФИО1 в совершенном преступлении подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, согласно показаниям свидетеля С*** – инспектора ГИБДД УМВД России по Ульяновской области, 12 июля 2024 осужденный, управляя автомобилем, совершил дорожно-транспортное происшествие. В связи с имеющимися у ФИО1 телесными повреждениями определить, находится ли он в состоянии опьянения, не представилось возможным. Поскольку осужденный был госпитализирован, он совместно с инспектором А*** проехали в БСМП, где им (С***) был составлен протокол о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование, пройти которое последний согласился.  Врачами БСМП у осужденного были отобраны образцы крови и мочи, по результатам исследования которой у ФИО1 установлено состояние наркотического опьянения. Также выяснилось, что он лишен права управления транспортными средствами.

Из показаний свидетеля К*** – химика-эксперта химико-токсилогической лаборатории ГУЗ «УОКНБ» следует, что *** входит в список № 1 перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, утвержденный  постановлением Правительства РФ № 681 от 30 июня 1998 года. В среднем при однократном употреблении *** выводится из организма в течение 7 дней, при многократном употреблении - в течение 60 суток. При употреблении *** чая, представленного осужденным, современными аналитическими методами определить в биожидкости концентрацию *** будет невозможно. По его мнению, состояние опьянения от употребления такого чая не возникнет.

Протоколами осмотра места совершения административного правонарушения и места происшествия установлено совершение ФИО1 дорожно-транспортного происшествия возле дому №*** по ул. В*** г. Ульяновска (л.д.7-12, 135-137).

Согласно справки о результатах химико-токсикологических исследований (далее ХТИ), 15 июля 2024 года проведено указанное выше исследование крови, мочи ФИО1, отобранных ГУЗ УОК ЦСВМП 12 июля 2024 года и поступивших из данного же учреждения, в крови наличия этанола не имеется, в моче обнаружена *** (л.д. 20-21).

Из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения у ФИО1 следует, что по результатам предварительного ХТИ в ГУЗ УОКНБ обнаружена ***, по результату ХТИ -  в моче обнаружена ***, заключение по результатам освидетельствования -  установлено состояние опьянения (л.д. 17-18).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского судебного района г. Ульяновска, и.о. мирового судьи судебного участка № 1 Ленинского судебного района г. Ульяновска, от 3 октября 2023 года, вступившим в законную силу 10 ноября 2023 года, ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ, то есть за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортным средством на срок 1 год 6 месяцев (л.д.33-34).

Оснований для признания показаний ФИО2 недопустимым доказательством не имеется.

Вопреки доводам защиты, его показания не подменяют собой заключение экспертизы. К***, являясь  химиком-экспертом химико-токсилогической лаборатории ГУЗ «УОКНБ»,  непосредственно в рамках служебной деятельности занимается анализом наркотических, психотропных, сильно действующих и иных веществ в организме человека, интерпретацией результатов, имеет диплом о высшем образовании, проходил обучение по клинически-лабораторной диагностике и анализу наркотических веществ (стр. 9 протокола судебного заседания). С учетом наличия у него специальных познаний он обоснованно допрошен органами дознания, а в последующем и судом в целях разъяснения процедуры проведения ХТИ, а также результатов исследования чая, представленного осужденным в качестве возможного источника образования в его организме наркотического средства. При этом К***, давая показания о маловероятности происхождения наркотического средства в организме ФИО1 в результате употребления *** чая, обосновал свое мнение специальными познаниями и личным опытом в исследовании наркотических веществ в организме человека. Вместе с тем, в категорической форме К*** об этом не утверждал. Вопреки доводам жалобы, суд, приводя его показания в приговоре. также об этом не указал.

В соответствии с ч. 1 ст. 58 УПК РФ специалист, то есть лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

В силу ч. 4 ст. 80 УПК РФ показания специалиста - сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями ст.ст. 53, 168 и 271 УПК РФ.

Из материалов дела следует, что К*** дознавателем, а в последующем судом был допрошен по разъяснению вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Тот факт, что он допрошен в качестве свидетеля не свидетельствует о допущении судом первой инстанции требований законодательства РФФ, поскольку УПК РФ не предъявляет особых требований к допросу специалиста. К*** перед допросами был предупрежден по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, давал показания в рамках своей компетенции, подтвердил наличие у него специальных познаний в исследуемой области, а потому его показания обоснованно судом признаны относимым и допустимым доказательством. У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания с этим не согласиться. Иная оценка данному доказательству стороной защиты об обратном не свидетельствует.

Что касается доводов о нарушении правил проведения освидетельствования осужденного, несоответствия акта медицинского освидетельствования и справки по результатам ХТИ требованиям законодательства РФ, неустановлении факта нахождения осужденного в состоянии опьянения в момент дорожно-транспортного происшествия, то они были проверены судом первой инстанции и не нашли своего объективного подтверждения.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090, по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного контроля (надзора) в области безопасности дорожного движения, водитель обязан проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

Согласно п. 2 примечания к ст. 264 УК РФ, для целей ст.ст. 264 и 264.1 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается также и управляющее транспортным средством лицо в случае наличия в его организме наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов либо новых потенциально опасных психоактивных веществ. 

Вопреки доводам жалобы, тот факт, что образцы биоматериала отбирались у ФИО1 не в рамках УПК РФ не свидетельствует о нелегитимности результатов последующего их исследования. 

Как следует из разъяснений п. 10.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 декабря 2008 года № 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" наличие в организме лица, управляющего транспортным средством, наркотических средств или психотропных веществ должно быть установлено по результатам химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании на состояние опьянения, проведенных в соответствии с правилами, утвержденными Правительством РФ, и в порядке, установленном Министерством здравоохранения РФ, либо по результатам судебной экспертизы, проведенной в порядке, предусмотренном УПК РФ.

При этом уголовно-процессуальное законодательство не содержит запретов на использование в рамках уголовного дела доказательств, полученных в ходе производства по делу об административном правонарушении. При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что на момент направления ФИО1 на освидетельствование, отбора у него образцов биоматериала правоохранительные органы не обладали информацией о наличии в его действиях состава преступления.

Вопреки доводам жалобы, факт отбора биоматериала именно у ФИО1 подтверждается:

- направлением на выявление наркотических веществ методом иммунохроматографии крови и мочи ФИО1, из которого также следует, что биоматериал взят именно у осужденного в 11.20 часов 15 июля 2024 года,

- сведениями в журнале №5 регистрации медицинских освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического и иного токсического), из которого следует, что медицинское освидетельствование ФИО1 проводилось на основании протокола ГИБДД о направлении на медицинское освидетельствование от 12 июля 2024 года. Кроме того в нем, а также в журнале регистрации результатов ХТИ УОКНБ зафиксировано, что по результатам ХТИ у осужденного в моче обнаружена ***.

Доводы защитника о том, что приобщение  указанных выше направления и журналов к материалам уголовного дела в суде апелляционной инстанции нарушило право на защиту ФИО1, суд апелляционной инстанции отклоняет как необоснованные, поскольку осужденный обеспечен квалифицированной юридической помощью в лице адвоката, стороне защиты предоставлялось неограниченное время для ознакомления с данными документами и право их оспорить при выступлении в судебных прениях, репликах, а осужденному – также в последнем слове. Более того, данные документы приобщены для проверки доводов апелляционной жалобы.

Доводы защиты об отсутствии у ФИО1 признаков клинического опьянения и, соответственно, незаконности направления его на медицинское освидетельствование суд апелляционной инстанции отклоняет как несостоятельные.

Так, в силу требований п. 14 ст. 13 Закона РФ «О полиции» № 3-ФЗ от 7 февраля 2011 года сотрудники полиции вправе направлять и (или) доставлять на медицинское освидетельствование в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим для подтверждения либо опровержения факта совершения преступления или административного правонарушения, для расследования по уголовному делу, для объективного рассмотрения дела об административном правонарушении, а также проводить освидетельствование указанных граждан на состояние опьянения в порядке, установленном Правительством РФ.

В соответствии с п.п. 1 п. 5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного Приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 года  №933н (далее Порядок), медицинское освидетельствование проводится в отношении, в том числе,лица, которое управляет транспортным средством, - на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида.

Не проведение освидетельствования на месте дорожно-транспортного происшествия на состояние опьянения сотрудником ГИБДД, не указание им в протоколе о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование клинических признаков опьянения не является существенным нарушением, поскольку было обусловлено получением осужденным травм и невозможностью в связи с этим визуально определить их наличие или отсутствие, а также тем обстоятельством, что ему оказывалась медицинская помощь, а в последующем он был госпитализирован в медицинское учреждение. Таким образом, у сотрудника ГИБДД имелись все основания для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование.

Вопреки доводам защиты, судом обоснованно признаны допустимыми доказательствами акт  медицинского освидетельствования ФИО1 и справка по результатам проведения ХТИ по его биоматериалу, поскольку они соответствуют требованиям законодательства.

Так, согласно вышеуказанному Порядку (п.3), медицинское освидетельствование проводится в организациях (или их обособленных структурных подразделениях), имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности, предусматривающую выполнение работ (оказание услуг) по медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), в том числе с применением специально оборудованных для этой цели передвижных пунктов (автомобилей) для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, соответствующих требованиям, установленным приложением N 1 к настоящему Порядку.

Согласно Положению об организации работы химико-токсилогической лаборатории (далее ХТЛ) наркологического диспансера (наркологической больницы) (далее Положение), утвержденного Приказом Минздравсоцразвития РФ от 27 января 2006 года №40,  такая лаборатория организуется для проведения химико-токсикологических исследований биологических жидкостей организма человека (кровь, моча, слюна) на наличие алкоголя и его суррогатов, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ, вызывающих опьянение (интоксикацию), и их метаболитов, а также альтернативных объектов (смывы с поверхности кожи, волосы, ногти и пр.) на наличие наркотических средств, психотропных и других токсических веществ, вызывающих опьянение (интоксикацию), и их метаболитов (далее - биологические объекты) (п. 1).

ХТЛ осуществляет следующие функции: прием в установленном порядке на химико-токсикологические исследования биологических объектов; хранение биологического объекта для повторных химико-токсикологических исследований в течение двух месяцев с соблюдением установленных для этого требований; проведение химико-токсикологических исследований принятых биологических объектов на наличие алкоголя и его суррогатов, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ, вызывающих опьянение (интоксикацию), и их метаболитов. Ведение рабочего журнала проводимых исследований в произвольной форме с описанием биологического объекта и результатов (п. 6).

Оформление результатов химико-токсикологических исследований о наличии (отсутствии) в исследуемых биологических объектах алкоголя и его суррогатов, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ, вызывающих опьянение (интоксикацию), и их метаболитов по установленной форме (п. 6.4).

Вопреки доводам жалобы, имеющаяся в материалах дела справка по результатам проведения ХТИ биоматериала ФИО1 соответствует учетной форме №***, на ней имеется штамп с наименованием наркологического  больницы. При этом в п.7 указанного Положения не содержится требования об обязательном наличии в ней гербовой печати. В данной справке отражены результаты проведенного исследования с указанием биологических объектов, их принадлежности ФИО1, наименования организации, откуда они поступили. Таким образом, оснований для удовлетворения доводов жалобы о ее недопустимости как доказательства суд апелляционной инстанции, также как и суд первой инстанции, не усматривает.

Верное решение принято судом и о допустимости как доказательства акта медицинского освидетельствования ФИО1

Так,  в соответствии с требованиями указанного выше Порядка медицинское освидетельствование проводится при наличии у лица, в отношении которого оно проводится (далее - освидетельствуемый), документа, удостоверяющего личность, а при отсутствии такого документа - на основании данных протокола о направлении лица на медицинское освидетельствование (п. 7).

При медицинском освидетельствовании лиц, указанных в п.п. 1 п. 5 настоящего Порядка (лица, управляющего транспортным средством), отбор биологического объекта (моча, кровь) для направления на химико-токсикологические исследования осуществляется вне зависимости от результатов исследований выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя (п.12).

Медицинское заключение "установлено состояние опьянения" выносится в случае освидетельствовании лиц, указанных в п.п. 1 п. 5 настоящего Порядка, при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ (п.15).

Медицинское заключение "состояние опьянения не установлено" выносится в случае освидетельствования лиц, указанных в п.п. 1 п. 5 настоящего Порядка, при отрицательном результате первого или повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, наличии абсолютного этилового спирта в концентрации менее 0,3 грамма на один литр крови и отсутствии в пробе биологического объекта наркотических средств и (или) психотропных веществ (п. 16).

Медицинское заключение и дата его вынесения указываются в п. 17 Акта. При вынесении медицинского заключения об установлении состояния опьянения по результатам химико-токсикологических исследований пробы биологического объекта в п. 14 Акта указываются наименования наркотических средств, психотропных веществ, новых потенциально опасных психоактивных веществ, химических веществ, в том числе лекарственных препаратов для медицинского применения, вызывающих нарушение физических и психических функций, которые могут повлечь неблагоприятные последствия при деятельности, связанной с источником повышенной опасности, или метаболитов указанных средств и веществ, обнаруженных по результатам химико-токсикологических исследований. Наименование наркотических средств и психотропных веществ указывается в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. N 681 "Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации" (п. 20).

Если проведение медицинского освидетельствования в объеме, установленном настоящим Порядком, не представляется возможным из-за состояния освидетельствуемого, в Акте указываются причины невыполнения того или иного исследования (абзац 2 п. 25).

Каждая страница Акта подписывается врачом-специалистом (фельдшером), проводившим медицинское освидетельствование, и заверяется печатью медицинской организации (ее обособленного структурного подразделения), на оттиске которой идентифицируется полное наименование медицинской организации (ее обособленного структурного подразделения), в которой было вынесено окончательное медицинское заключение (п. 26).

В акте медицинского освидетельствования ФИО1 указаны:дата, время его проведения, лицо, данные освидетельствуемого – ФИО1, основание проведения – протокол о направлении на медицинское освидетельствование, составленный инспектором ДПС ГИБДД, наименование организации, его проводившего, данные лица, проводившего освидетельствование, с указанием специализации  – врач психиатр-нарколог. Кроме того, приведена в соответствии с требованиями п. 25 причина невозможности проведения освидетельствования в полном объеме – поступление ФИО1 в беспомощном состоянии, в качестве изменения психической деятельности указано – поведение. В п. 14 акта приведены результаты ХТИ на основании справки ХТЛ. Каждая страница акта подписана врачом и заверена печатью.

Вопреки доводам жалобы, суд привел в приговоре точное содержание п. 14 акта, в том числе и путем указания на обнаружение в организме ФИО1 *** (л.д. 18). 

Согласно Перечню наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 30.06.1998 №681, *** включена в данный перечень в список №1. 

Таким образом, состояние опьянения у ФИО1, вопреки доводам защитника, установлено специалистами на основании проведенных исследований, а не судом. Отсутствие экспертизы не является основанием для установления невиновности осужденного.

Вышеизложенное свидетельствует, что процедура медицинского освидетельствования на состояние опьянения, направления на медицинское освидетельствование и ее проведение в соответствии с правилами, утвержденными Правительством РФ, и в порядке, установленном Министерством здравоохранения РФ, являющаяся обязательным условием для привлечения лица к уголовной ответственности по  ст. 264.1 УК РФ, соблюдена.

Таким образом, оснований для признания его недопустимым доказательством отсутствуют, а потому и в данной  части доводы защиты судом апелляционной инстанции отклоняются.

При этом, вопреки доводам защитника, акт медицинского освидетельствования и справка ХТИ правильно приняты судом в качестве доказательств, поскольку в силу положений ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве доказательств допускаются: не только показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта и специалиста, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, но иные документы (п.п. 6 ч. 2).

Доводы защиты о том, что судом первой инстанции не дано оценке сведениям из медицинской карты ФИО1 об отсутствии у него клинических признаков опьянения судом апелляционной инстанции во внимание не принимаются, поскольку  дорожно-транспортное происшествий осужденным совершено в 20.10 часов, после чего ему была оказана медицинская помощь. В стационарное же отделение он был доставлен в 23.03 часа, осмотрен лишь визуально на наличие состояния опьянения, исследования же биологических объектов на предмет присутствия в организме запрещенных предметов не проводилось, а потому изложенные в указанной выписке сведения не опровергают результаты ХТИ и не свидетельствуют о невиновности ФИО1

Доводы адвоката о том, что судом не дано оценке сведениям, изложенным на упаковке от чая, выданного осужденным, и содержащимся в справке по его исследованию судом апелляционной инстанции отклоняются как необоснованные, поскольку их анализ был дан свидетелем К***, протокол осмотра указанной справки непосредственно исследовался в судебном заседании (л.д. 120-126), а потому изложенные в них данные были учтены судом при вынесении решения.

Доводы защитника о возможности положительной реакции проводимого теста при медицинском обследовании на   наличие в организме ФИО1 наркотического средства обусловлено употреблением последнего *** чая, не запрещенного на территории РФ, не является основанием к оправданию осужденного, поскольку в соответствии с примечанием 2 к ст. 264 УК РФ состояние опьянения определяется на основании  наличия в организме запрещенных веществ и не зависит от источника происхождения.

Таким образом, надлежащим образом проанализировав и оценив исследованные в судебном заседании и изложенные в приговоре доказательства, суд верно установил все подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу обстоятельства, в том числе наличие у осужденного умысла на управление автомобилем в состоянии опьянения, и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления. 

Оценка доказательств защитой судом апелляционной инстанции во внимание не принимается, поскольку основана на субъективном восприятии содеянного осужденным. Суд, руководствуясь требованиями уголовно-процессуального закона, правильно оценил исследованные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора. Несогласие осужденной и ее защитника с данной судом оценкой доказательств, вопреки доводам жалобы, не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и правовым основанием к отмене приговора не является.

С учетом установленных судом фактических обстоятельств совершенного преступления у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений правильность квалификации действий ФИО1  по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о происхождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Вопреки доводам защитника указание в резолютивной части приговора цифрового обозначения статьи не является нарушением уголовного или уголовно-процессуального закона. Запрета на цифровое обозначение статьи как 2641 УК РФ законодательство РФ не содержит.

Психическое состояние осужденного исследовано судом с достаточной полнотой, с учетом данных о его личности и заключения судебно-психиатрической экспертизы, он обоснованно признан подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд руководствовался требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление, смягчающие наказание обстоятельства: состояние здоровья подсудимого (наличие травм после ДТП), а также его родственников и близких лиц, молодой возраст, положительную характеристику с места работы.

Верно судом определено наличие у ФИО1 отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений, поскольку он имел на момент совершения настоящего преступления не снятую и не погашенную судимость по приговору от 2 ноября 2023 года за совершение преступления средней тяжести, за которое осужден к реальному наказанию в виде штрафа.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, судом верно принято решение о назначении наказания в виде лишения свободы и отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.  Выводы суда в данной части надлежащим образом мотивированы и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

По смыслу ст.64 УК РФ исключительность смягчающих обстоятельств закон связывает с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления. Причем суд должен прийти к выводу о том, что какое-либо отдельное исключительное обстоятельство  или их совокупность существенно уменьшает степень общественной опасности совершенного преступления. 

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, судом не установлено, а потому решение об отсутствии оснований для признания совокупности смягчающих ФИО1 обстоятельств исключительной и назначения ему  наказания с применением ст. 64 УК РФ является верным.

Правильно судом также принято решение о назначении наказания осужденному по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ и не применении ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Вместе с тем, исходя из положений ч. 1 ст. 53.1 УК РФ, при назначении наказания принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы, в том числе в случаях, когда совершено преступление небольшой тяжести и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ, а санкция ч. 1 ст. 264.1 УК РФ предусматривает наказание в виде принудительных работ. ФИО1 в соответствии с ч. 7 ст. 53.1 УК РФ не относится к лицам, которым наказание в виде принудительных работ назначено быть не может.

В этой связи, исходя из обстоятельств совершенного преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, данных о личности осужденного, установленных смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств суд обоснованно нашел возможным исправление ФИО1  без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, и применил к нему положения ст. 53.1 УК РФ, то есть назначил ему наказание в виде принудительных работ как альтернативу назначенному наказанию в виде лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что данное наказание послужит целям восстановления социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. Выводы суда первой инстанции надлежащим образом мотивированы. Таким образом, оснований для усиления наказания, вопреки доводам представления, не имеется.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями главы 35 УПК РФ, при соблюдении всех основополагающих принципов уголовного судопроизводства, все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в соответствии с уголовно-процессуальным законом. Не согласие стороны защиты с решением суда по заявленным ходатайства не свидетельствует о необъективности суда. Односторонности, формальности при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено. Нарушения права на защиту, презумпции невиновности, суд апелляционной инстанции  не усматривает.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, в нем изложены исследованные доказательства, которым дана надлежащая оценка. Протокол судебного заседания не содержит нарушений положений ст.259 УПК РФ и противоречий с приговором суда. 

В силу п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ судом принято верное решение о конфискации автомобиля, в связи с чем обоснованно наложен на него арест. 

Принято верное решение о мере пресечения, сроке исчисления наказания, способе следования к месту отбывания принудительных работ, зачете времени следования в срок их отбытия, вещественных доказательствах, процессуальных издержках.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующему основанию.

Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Одним из оснований изменения судебного решения в апелляционном порядке в силу п.3 ст.389.15 УПК РФ является неправильное применение уголовного закона.

Такие нарушения по делу установлены.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ в случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к принудительным работам оно распространяется на все время отбывания указанного основного наказания, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

В резолютивной части обжалуемого приговора суд указал об исчислении срока дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с момента вступления приговора в законную силу, что не соответствует положениям ч. 4 ст. 47 УК РФ, поэтому  в этой части приговор подлежит изменению.

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора, влекущих его отмену или изменение по иным обстоятельствам, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от 30 апреля 2025 года в отношении осужденного ФИО1 изменить:

- исключить из резолютивной части указание на исчисление срока дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с момента вступления приговора в законную силу;

- дополнить указанием об исчислении срока отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами с момента отбытия ФИО1 основного наказания в виде принудительных работ.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий