П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Белгород 20 декабря 2017 года

Белгородский областной суд в составе:

председательствующего- судьи Кудинова Н.И.,

с участием:

государственного обвинителя- старшего прокурора отдела прокуратуры Белгородской области Гейко Л.В.,

потерпевшего Я1.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Канова А.А., представившего ордер и удостоверение Адвокатской палаты Белгородской области:

при ведении протокола секретарем ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимого:

-29.09.2010 года Яковлевским районным судом Белгородской области по ст.222 ч.1, ст.158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.3 п. «а», ст.158 ч.2 п.п. «а,б», ст.158 ч.2 п.п. «а,б» УК РФ с применением ст.69 ч.3 УК РФ к лишению свободы на 1 год 6 месяцев, освобожден по отбытию наказания 20.01.2012 года:

-28.12.2012 года Белгородским районным судом Белгородской области по ст.158 ч.3 п.»а», ст.158 ч.3 п.»а», ст. 158 ч.3 п.»а», ст. 158 ч.3 п.»а» УК РФ с применением ст.69 ч.3 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года, освобожден 12.02.2014 года по отбытию наказания;

-20.04.2017 года по ст.158 ч.3 п. «а» УК РФ с применением ст.64 УК РФ к обязательным работам на срок 400 часов (отбыто 60 часов), 

в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил убийство, сопряженное с разбоем и разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Преступления совершены им при таких обстоятельствах.

ФИО1 не имел места жительства и источников доход, проживал в заброшенных домовладениях на территории 

<

...> либо в окрестностях села в приспособленном жилье.

Он был осведомлен о проживании в 

<

адрес> в с.Дмитриевка Я. и предполагал, что у неё могут быть денежные средства и продукты питания.

В ночь на 07.06.2017, ФИО1, в целях хищения денежных средств и продуктов питания с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с использованием предмета в качестве оружия - топора, решил напасть на Я., и убить её.

Для реализации умысла, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, 07.06.2017 в 1 часу ночи, вооружившись топором, который ранее приискал в доме С., прибыл к дому Я. 

Там ФИО1 стал стучать в окна, не обнаруживая себя, в целях обеспечения внезапности нападения на потерпевшую.

После того, как Я. подошла к выходящему во двор окну, ФИО1, действуя внезапно для потерпевшей, имевшимся у него топором разбил стекло в оконном проеме, незаконно проник в дом, где сразу же напал на потерпевшую.

ФИО1, умышленно, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, в целях завладения имуществом, открыто напал на Я., и нанес ей обухом топора не менее 6 ударов в область головы, конечностей и груди, причинив потерпевшей телесные повреждения различной тяжести. 

От полученных ударов и причиненных в результате этого телесных повреждений Я. упала на пол. 

Затем ФИО1, умышленно, с целью убийства, используя в качестве орудия убийства нож, который обнаружил в доме потерпевшей, путем совершения не менее шести протягивающих движений лезвием ножа по шее Я. причинил телесные повреждения в виде резанных ран шеи с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща с надрезом накостницы тела 4-го шейного позвонка, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; поверхностных резаных ран шеи, козелка правой ушной раковины, с повреждением мягких тканей, и причинившие в совокупности легкий вред здоровью.

Смерть Я. наступила на месте происшествия 07.06.2017 в результате глубокой резаной раны шеи с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-го шейного позвонка, осложнившихся острой обильной кровопотерей с гемморагическим шоком.

Между причиненным телесным повреждением в виде резаной раны с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-го шейного позвонка, приведшие к развитию шока и наступлением смерти Я. имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом ФИО1 лишил жизни Я.

Убедившись, что Я. скончалась, ФИО1 принял меры к поиску денег, другого имущества, а обнаружив их, похитил.

ФИО1 из дома Я., похитил деньги в сумме 511 рублей 05 копеек, мобильный телефон в комплекте с кабелем и сетевым адаптером к нему общей стоимостью 1376 рублей, с находящимся в нем флеш накопителем за 278 рублей, коробку конфет «Подмосковные вечера» стоимостью 142 рубля 42 копейки, а всего на 2 307 рублей 47 копеек.

ФИО1 в судебном заседании виновным себя в убийстве и разбое признал полностью.

От дачи показаний отказался на основании ст.51 Конституции Российской Федерации. 

На предварительном следствии ФИО1 по обстоятельствам совершения преступлений показал следующее. 

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого 07.06.2017 года ФИО1 показал, что вечером 06.06.2017 к С., который угостил его самогоном. Он выпил его. У него не было денег для приобретения продуктов. Он знал, что в доме 

<

адрес> с. Дмитриевка проживает Я., у которой ранее похищал различные продукты питания. Он взял топор, чтобы использовать его для нанесения ударов и совершения убийства. Вначале он проник в летнюю кухню З., но там ничего не обнаружил. В первом часу 07.06.2017 года направился к дому Я., чтобы совершить убийство и украсть у неё деньги. Убить Я. обдумывал несколько дней и как именно он её убьёт, с целью хищения денег на расходы, которых у него не было. Он постучал в окно со стороны огорода, а затем проследовал к окну, расположенному слева от входных дверей в дом, в которое также постучал. Увидел, что Я. посмотрела в окно, разбил его, чтобы проникнуть в дом. Я. закричала, поэтому нанес ей не менее 3 ударов обухом в голову, от которых она упала на спину. Он сомневался, в том, что она умерла, поэтому пошел на кухню, где на столе нашел нож. Ножом перерезал ей шею. Я. умерла. Затем он стал искать в доме деньги. В женской сумке, нашел кошелек, где находились деньги - 4 купюры по 100 рублей, 1 купюра - 50 рублей и монеты. Всего было около 500 рублей. На стуле около дивана он увидел телефон в корпусе красного цвета и зарядное устройство к нему, которые забрал для своего пользования. В комнате он нашел коробку конфет, которую похитил. Затем он приготовил поесть, после чего покинул дом. Перед уходом закрыл входную дверь на навесной замок, обнаруженный в доме со связкой ключей (т. 3 л.д. 206-212).

При проверке показаний на месте 8 июня 2017 года ФИО1 указал на домовладение 

<

адрес> в 

<

...>, где показал и рассказал об обстоятельствах убийства им Я. и хищении денег, сотового телефона, конфет (т.3 л.д. 213-230).

По предъявленному обвинению по ч.1 ст.105 УК РФ ФИО1 показал, что убийство Я. совершил он, и дополнительно пояснил, что перед тем как покинуть дом, он перетянул Я. ближе к дивану, перевернул ее на живот, а также накрыл куртками. На кухне нашел навесной замок и ключи, и ими закрыл входную дверь (т. 3 л.д. 234-237).

При допросе от 27.09.2017 г. ФИО1 уточнил, что, не нож, а ручку от топора мог выбросить в овраг, объяснив такие показания тем, что находился в состоянии алкогольного опьянения. Во время совершения преступлений на нем были спортивные брюки, светлый свитер, и кроссовки, а также темная куртка. Куртку оставил на поляне недалеко от ул. Привольная ( т. 4 л.д. 8-10).

Свою причастность и обстоятельства совершения преступлений ФИО3 подтвердил, будучи допрошенным 28.10.2017 г. в качестве обвиняемого по предъявленному обвинению по п. «з» ч.2 ст.105, п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ (т. 4 л.д. 32-36).

При допросе от 19.10.2017 года сообщил, что экспертом был обнаружен кровоподтек на задней поверхности шеи, который мог быть получен в момент проникновения в дом через окно (т. 4 л.д. 25-27).

После оглашения показаний в судебном заседании ФИО1 подтвердил их правильность.

Суд признает показания ФИО1 на предварительном следствии, с уточнением места оставления орудий преступлений, достоверными, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и подтверждены совокупностью других доказательств, которыми установлены все обстоятельства совершенных им преступлений.

Вина ФИО1 в совершении убийства, сопряженного с разбоем и разбое с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью Я. кроме его показаний, подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, протоколами осмотров, заключениями экспертиз и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Потерпевший Я1. показал, что мать Я. проживала в 

<

...>. 7 июня 2017 года брат Я2. попросил его поехать к матери. Там от сотрудников полиции узнал, что мать обнаружили в доме убитой. У матери при себе было всегда не более 1 тыс. рублей. Телефон покупал матери он. 

После исследования в суде вещественных доказательств, Я1. показал, что ключи, сотовый, выданные ФИО1, принадлежат его матери.

В судебном заседании Я1. предъявил упаковку сотового телефона, на которой индивидуальные признаки полностью совпали с указанными данными на телефоне.

Я2. суду свидетельствовал о том, что проживающая по соседству с матерью женщина 7 июня 2017 года по телефону сообщила ему о том, что мать была убита. Он попросил брата Я1. поехать на место.

Из показаний сотрудника полиции Г. видно, что утром 7 июня 2017 года по указанию дежурного выехал в с.Дмитриевка по вызову жителя селя З. о том, что в его летней кухни выбито стекло в окне. Г1. стал опрашивать З., а он решил осмотреть дом 

<

адрес>. Дверь была закрыта на замок, через окно увидел лежащего человека, полагая, что это ФИО4. Вместе с Г1. окликнули его, затем увидели на полу кровь, о чем сообщили дежурному. Окно рядом с входной дверью было разбито. 

Г1. на следствии дал аналогичные показания ( т.1 л.д.167-170).

З. показал ( т.1 л.д.146-149), что утром 7 июня 2017 года обнаружил, что окно его летней кухни разбито, дверь оказалась открытой. Он сообщил об этом в отдел полиции. Сотрудникам полиции он рассказал, что Я. говорила ему о том, что по ночам служит звуки во дворе. После этого сотрудники полиции обнаружили Я. мертвой.

Из показаний С. видно, что он проживает в 

<

адрес> в с.Дмитриевка. Вечером 6 июня 2017 года к нему приходил ФИО1, которого он угостил самогоном. Утром 7 июня 2017 года он обнаружил, что из летней кухни пропал топор ( т.1 л.д.152-155).

Ч. ( т.1 л.д.177-180) свидетельствовала о том, что в соседнем доме проживала Я., которую она видела 6 июня 2017 года. Утором 7 июня 2017 года увидела, что калитка и входная дверь в дом Я. были закрыты. От соседки узнала, что Я. обнаружили мертвой.

Сотрудник оперативной службы отдела полиции Г2. показал, что по сообщению об обнаружении трупа Я. вместе с другими сотрудниками прибыли в с.Дмитриевка Яковлевского района. В совершении преступления подозревался ФИО1. Он был обнаружен и задержан на заболоченном участке рядом с селом ( т.1 л.д.172-175).

Показания потерпевшего, свидетелей суд признает допустимыми и достоверными. Сомневаться в их правдивости, у суда оснований нет.

ФИО1 и его защитник их допустимость и достоверность не оспаривают. 

При осмотре местности у с.Дмитриевка были обнаружены куртка с повреждением ткани на спине, две расчески, зеркало, фонарь, полимерные сумка и пакет, коробка конфет «Подмосковные вечера» ( т.1 л.д.82-90).

Там же был обнаружен и задержан ФИО1 ( т.1 л.д.81).

При осмотре места происшествия-домовладения 

<

адрес> в с.Дмитриевка Яковлевского района Белгородбской области зафиксировано, что входная дверь в дом закрыта на замок Оконный проем и окно возле входной двери повреждены. На земле, подоконнике обнаружены 10 фрагментов стекол со следами папилярных линий, изъято синтетическое вещество с черной ниткой, в тамбуре след низа обуви, в кухне нож и топор белье, при входе в комнату следы низа обуви, представленные в виде вещества бурого цвета, на полу около дивана обнаружен труп Я. в положении лежа на передней поверхности тела. Труп укрыт курткой и пальто. На трупе обнаружены множественные повреждения в области головы, шеи и других частях тела. От шкафа до места расположения трупа имеются следы волочения в виде вещества бурого цвета. Содержимое шкафов и тумбочек выброшено. Изъяты замок, следы рук, нож, топор, следы обуви и другие вещи ( т. 1 л.д.38-73).

При задержании в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ ФИО1 был досмотрен. Он выдал деньги в сумме 511 руб.05 коп., телефон красного цвета с зарядным устройством, связку ключей, пояснив в присутствии защитника о согласии с задержанием ( т.3 л.д.198-203).

Предъявленный наряду с другими нож, изъятый на месте происшествия в доме Я. ФИО1 опознал как орудие преступления, пояснив, что им он убил Я., а затем оставил в доме ( т.4 л.д.19-24).

Изъятый с места происшествия топор (без ручки) С. опознал как принадлежащий ему по внешнему виду и способу заточки лезвия. При этом он пояснил, что топор пропал до убийства Я. ( т.1 л.д.156-161).

Заключением эксперта (т.2 л.д.128-133) установлено, что на фрагменте стекла, изъятого при осмотре дома потерпевшей 07.06.2017 г., выявлен след руки пригодной для идентификации, который был оставлен указательным пальцем левой руки ФИО1.

Из шести ключей, которые были изъяты у ФИО1, тремя ключами, возможно, отпереть и запереть замок изъятый с входной двери дома Я. (т.2 л.д.238-240).

Изъятые в доме 9 следов низа обуви пригодны для идентификации ( т.3 л.д.7-9), один из которых 1 оставлен подошвой обуви изъятой у ФИО1, а остальные 8 следов имеют общую групповую принадлежность с подошвой обуви подсудимого ( т.3 л.д.20-22).

По заключению судебно-биологической экспертизы на серьге Я., перчатке, личной одежды потерпевшей (т.2 л.д.213-217), на трупе Я. ( т.2 л.д.190-202) обнаружена кровь происхождение которой не исключается от Я. (т.2 л.д.213-217).

Происхождение крови от ФИО1 на указанных вещах исключается, поскольку таким условием может быть только наличие у него телесных повреждений, сопровождающихся кровотечением.

Таких повреждений у ФИО1 не выявлено ( т.2 л.д.92-93) и им о их наличии при совершении преступлений следователю не заявлено.

На брюках, свитере изъятых у ФИО1 обнаружены следы крови, которые произошли от Я. ( т.3 л.д.33-39), на смывах с рук ФИО1, на металлической части топора, ноже, изъятых с места происшествия, обнаружены следы крови, которые произошли от Я. ( т.3 л.д.5-56).

Обнаруженные на месте происшествия синтетические волокна белого и серо-голубого цветов, которые были обнаружены на месте совершения преступлений, имеют общую групповую принадлежность с волокнами, входящими в состав куртки ФИО1 ( т.2 л.д.158-168). 

При судебно-медицинской экспертизе трупа Я. были выявлены ушибленные раны левой теменной области, правой заушной области, кровоизлияния в мягкие ткани правой заушной и левой теменной областях головы, рваная рана мочки правой ушной раковины, поверхностные резаные раны козелка правой ушной раковины, ссадины правой околоушной области; глубокая резаная рана 141 см от подошвенной линии стоп, с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с надрезом надкостницы тела 4-ого шейного позвонка; поверхностные резанные раны шеи в количестве 2-х, в пределах мягких тканей, многооскольчатый перелом шейки правой плечевой кости с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, кровоподтек, ссадина правого плечевого сустава с переходом на правую половину груди; ссадина правой ключицы, кровоподтеки правого коленного сустава.

Судя по макроскопической картине и клеточной реакции мягких тканей на уровне повреждения в виде раны шеи, повлекшей смерть, и внутренних органной по ходу раневых, позволяют считать, что данные повреждения причинены около 30 минут до времени наступления смерти. Повреждения, не повлекшие смерть, судя по морфологической картине и результатам судебно-гистологической экспертизы мягких тканей, возникли около 30 минут до смерти, т.е. в тот же временной промежуток, что и повреждение в области шеи повлекшее смерть. Все повреждения возникли в короткий временной промежуток, поэтому определить последовательность их возникновения невозможно. Каких-либо посмертных повреждений обнаружено не было.

Характер и морфологические особенности повреждений в виде ран шеи, повреждения трахеи, сонной артерии, щитовидного хряща, насечки на шейном позвонке, а так же раны, в количестве 2х-козелка правой ушной раковины, а именно: зияющий их характер, при сведенных краях форма их волнообразная, края ран относительно ровные, гладкие, хорошо сопоставимые, стенки ровные, гладкие, глубина ран преобладает над длиной, позволяют считать, что они причинены плоским режущим орудием, возможно клинком ножа.

Характер, количество и локализация повреждения в виде глубокой резаной раны шеи с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-ого шейного позвонка возникло от не менее чем двукратного воздействия острого предмета имеющего режущий край, при давлении лезвием такового предмета на шею и одновременном протягивании в направлении справа налево. Индивидуальные и узкогрупповые признаки травмирующего орудия в ране не отобразились.

Данное повреждение в виде резаной раны шеи, с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-ого шейного позвонка приведшее к развитию шока, квалифицируется, как причинившее тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, вызвавшее расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано самостоятельно, согласно п. 6.2.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008г №194н, в данном конкретном случае, приведшее к наступлению смерти Я. (т.е. имеется прямая причинно-следственная связь).

Смерть Я. наступила в результате глубокой резаной раны шеи с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-ого шейного позвонка, осложнившихся острой обильной кровопотерей с геморрагическим шоком.

Повреждения в виде поверхностных резаных ран шеи (раны №2,3), поверхностных резаных ран козелка правой ушной раковины, с повреждением мягких тканей возникли от не менее 4-х кратного воздействия острого предмета имеющего режущий край при давлении лезвием такого предмета на кожу и одновременном протягивании. Индивидуальные и узкогрупповые признаки травмирующего орудия в ране не отобразились. У живых лиц, согласно п. 8.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008г №194н, в совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья, сроком до 21 дня квалифицируются как причинивший легкий вред здоровью, без причинной связи со смертью.

Повреждения в виде ушибленных ран левой теменной области, правой заушной области с кровоизлияния в мягкие ткани правой заушной и левой теменной областях головы, образовались от не менее 2-х кратного ударного травматического действия тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью соударения, размерами контактирующей части около 1,8x2,1x1,Зсм; рваная рана мочки правой ушной раковины возникла от однократного травматического действия тупого предмета, индивидуальные признаки которого в ранах не отобразились. У живых лиц, согласно п. 8.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008г №194н, в совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья, сроком до 21 дня, квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью, без причинной связи со смертью.

Закрытая травма конечности с переломом шейки правой плечевой кости, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, кровоподтеком и ссадиной правого плечевого сустава с переходом на правую половину груди возникла от воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью соударения, с точкой приложения травмирующей силы в область правого плечевого сустава, групповые признаки контактировавшей части тупого предмета в переломе не отобразились, согласно п. 6.11.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008г №194н, по признаку стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть квалифицируется как тяжкий вред здоровью, без причинной связи со смертью.

Повреждения в виде ссадин правой околоушной области, правой ключицы, кровоподтеков правого коленного сустава возникли, судя по морфологической характеристике около 1 суток до смерти, возможно, в тот же временной промежуток, что и все указанные выше повреждения; ссадины от скользящего действия тупого предмета, кровоподтеки от ударных травматических действий тупых предметов или при соударении о поверхность таковых, согласно п. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом М3 и СР РФ от 24 апреля 2008г №194н, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как не причинившие вреда здоровью, без причинной связи со смертью.

Характер и локализация обнаруженного повреждения в виде резаной раны на шеи с полным пересечением шейной части трахеи, правой наружной сонной артерии, щитовидного хряща, с насечками надкостницы тела 4-ого шейного позвонка, а также результаты судебно-гистологического экспертного исследования позволяют полагать, что после причинения данных повреждений Я. могла жить промежуток времени, исчисляемый десятками минут, не более 30 минут, в начальный период которого и до развития явлений декомпенсации, связанных с кровопотерей, возможность совершения потерпевшей активных целенаправленных действий не исключена. ( т.2 л.д.47-51)

По заключению медико-криминалистической экспертизы ( т.2 л.д.178-189) препарате кожи из области шеи от трупа Я. имеются три раны, которые по своим морфологическим свойствам признаны резаными и могли образоваться в результате не менее чем четырехкратного воздействия предмета, имеющего режущий край, возможно, клинка ножа, при давлении такового предмета на поверхность кожи и продвижения по ней в направлении справа налево. Индивидуальные и узкогрупповые признаки, травмирующие орудия в ране не отобразились.

На препарате кожи из правой заушной области имеется рана, которая образовалась в результате действия тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью соударения размерами контактирующей части около 1,8x2,1x1,3 см, индивидуальные признаки которого в ране не отобразились.

Учитывая конструкционные параметры клинка ножа, предоставленного на экспертизу (двухсторонняя заточка лезвия клинка, длина лезвия 16,8 см и др.) и, сопоставляя эти данные с морфологическими признаками, обнаруженными в ранах на препарате кожи с области шеи (ровные края и стенки, концы остроугольной формы и др.), можно сказать, что не исключается образование данных ран в результате действия как этого клинка ножа, так и других предметов (орудий), имеющих схожие конструкционные особенности.

Учитывая морфологические признаки повреждений, обнаруженных при экспертизе предоставленного препарата кожи с области шеи (ровные края, концы остроугольной формы и др.), и сопоставляя эти данные с конструкционно-метрическими следообразующими параметрами предоставленного на экспертизу топора, можно сказать, что исключается использование лезвия данного топора в качестве травмирующего орудия.

Учитывая конструкционные параметры серьги, предоставленной на экспертизу и, сопоставляя эти данные с морфологическими признаками, обнаруженными в ране на препарате кожи из правой заушной области (края мелколоскутные, размозжены, задний конец закруглен, передний - остроугольной формы, участок осаднения треугольной формы и др.), можно сказать, что исключается образование данной раны в результате действия составных частей данной серьги.

Учитывая морфологические признаки повреждения, обнаруженного при экспертизе предоставленного препарата кожи из правой заушной области (края мелколоскутные, размозжены, задний конец закруглен, передний - остроугольной формы, участок осаднения треугольной формы и др.) и, сопоставляя эти данные с конструкционно-метрическими следообразующими параметрами предоставленного на экспертизу топора, можно сказать, что не исключается использование обуха данного топора в качестве травмирующего орудия.

Стоимость похищенного имущества ФИО1 установлена заключением товароведческой экспертизы ( т.3 л.д.107-109).

Выводы судебных экспертиз научно обоснованны и сомнений не вызывают, поскольку даны надлежащими специалистами, а их исследования проведены с соблюдением методик.

Их выводы не оспаривались подсудимым ФИО1 и защитником. 

Все изъятые вещественные доказательства положенные в основу приговора осмотрены ( т.2 л.д.97-108, т.3 л.д.73-83,84-100,112-113,139-148,149-162,163-169,170-175,176-190) и приобщены к делу ( т.3 л.д.191-194).

По заключению судебно-психиатрической экспертизы (т.3 л.д.69-71) на период времени, относящийся к инкриминируемых ФИО1 деяний, у него не отмечалось временного психического расстройства. На это указывают сведения из материалов уголовного дела о том, что у него на тот период времени сохранена ориентировка в месте, времени, собственной личности, окружающих его лицах, действия его были целенаправленны и последовательны, в его поведении отсутствовали признаки болезненно- искаженного восприятия действительности и галлюцинаторно-бредовые переживания, он помнит и последовательно воспроизводит свои действия, не меняет их по происшествии длительного времени. У ФИО1 установлены признаки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>. ФИО1 мог на период, относящийся к правонарушению, в котором он обвиняется, а также может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. ФИО1 по своему психическому состоянию не несет опасности для себя, других лиц, в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. 

Правильность выводов судебных психиатров сомнений не вызывают.

Усомниться в психическом статусе ФИО1 у суда данных не имеется, поэтому суд признает его вменяемым.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд считает вину ФИО1 в совершенных преступлениях доказанной. 

Суд действия ФИО1 квалифицирует: 

-по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ-убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем:

-по п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ-разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, совершенный с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Оба преступления ФИО1 совершил с прямым умыслом.

Он осознавал, что посягает на жизнь потерпевшей, предвидел, что в его действия могут причинить смерть и желал наступления смерти Я.

Об этом свидетельствуют избранные им орудия преступления- нож и топор, локализация нанесенных им ударов в голову и по шее Я., а также их количество. 

ФИО1 осознавал, что применяет насилие в Я., опасное для жизни и здоровья. 

Корысть явилась мотивом совершения ФИО1 преступлений.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает то, что он совершил два умышленных особо тяжких преступления, отягчающее обстоятельство- совершение их при рецидиве ( п.»а» ч.1 ст.63 УК РФ), он судим (т.4 л.д.70-73,74-75, 78-79), привлекался к административной ответственности ( т. 4 л.д.44-46), по месту отбытия прежних наказаний в виде лишения свободы характеризуется отрицательно (т.4л.д.92-94,95-96), администрацией Дмитриевского сельского поселения Яковлевского района Белгородской области (т.4 л.д.80) и главой администрации Г3. ( т.1 л.д.205-206), и его работодателем- фермером Г. отрицательно. 

Суд не признает отягчающим обстоятельством совершение осужденным преступлений в состоянии алкогольного опьянения, поскольку у него сформировался умысел за несколько дней, вне зависимости от такого состояния во время их совершения. 

Но признание ФИО1 вины в совершении преступлений и дача им правдивых показаний, указывают на раскаяние в содеянном. Поэтому суд признает в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ это обстоятельство, смягчающим его наказание по двум преступлениям.

Суд не признает обстоятельством смягчающим наказание ФИО1 активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, о чем в прениях просил защитник.

Так, подсудимый задержан сотрудниками полиции утром 7 июня 2017 года у села Дмитриевка и он сразу же, после обнаружения преступлений, был главным подозреваемым, в их совершении.

На его одежде были следы крови погибшей, на фрагменте оконного стекла след его руки, в доме Я. обнаружены следы обуви подсудимого, а при нем похищенный сотовой телефон и другие предметы, а также деньги.

Розыскной собакой обнаружена похищенная коробка конфет, верхняя одежда ФИО1, компоненты которой были использованы при доказывании его виновности в совершении преступлений.

В доме также были обнаружены и изъяты нож и топор.

Каких либо сведений, которые способствовали бы раскрытию и расследованию преступлений, и не известные следователю ФИО1 не сообщил.

С учетом степени общественной опасности свершенных преступлений, суд считает, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества. 

При наличии рецидива преступлений суд назначает ему наказание по правилам ч.2 ст.68 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведения ФИО1 во время и после совершения преступлений, которые бы существенно уменьшали степень их общественной опасности, не установлено.

Поэтому оснований для назначения ему наказания по правилам ст.64 УК РФ, 73 УК РФ не имеется.

При наличии отягчающего обстоятельства, размера назначаемого наказания, оснований для обсуждения изменения категории преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Отбывание наказания ФИО1 с учетом наличия в его действиях особо опасного рецидива ( п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ) в соответствии с п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ назначается в исправительной колонии особого режима. 

В связи с назначением осужденному наказания в виде лишения свободы, избранная ему мера пресечения в виде заключения под стражу, не подлежит изменению. 

Суд не назначает ФИО1 дополнительное наказание по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ в виде ограничения свободы в связи с отсутствием постоянного места жительства на территории Российской Федерации ( ч.6 ст.53 УК РФ), а также дополнительное по п. «в» ч.4 счт.162 УК РФ не являющееся обязательным. 

Я1. в связи с убийством матери заявлен иск о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Потерпевшему смертью матери были причинены нравственные страдания, поэтому в соответствии со ст.ст.151,1099-1101 ГК ему подлежит возмещению моральный вред.

В судебном заседании ФИО1 отношения к иску не выразил.

Суд считает, что заявленный Я1. иск о взыскании с ФИО1 1000000 рублей в возмещение морального вреда с учетом разумности и справедливости подлежит удовлетворению в полном объеме. 

Вещественные доказательства: упаковку телефона, мобильный телефон с зарядным устройством, кабелем, накопителем, денежные средства в размере 511 руб.05 коп., навесной замок, 6 ключей, серьгу передать Я1.; куртку, кроссовки ( спортивные туфли), расчески, фонарь, зеркало вернуть ФИО1, паспорт на имя Я., ОМВД России по Яколевскому району Белгородской области, банковскую карту на имя Я. в отделение сбербанка, пенсионное удостоверение на имя Я. в отдел социальной защиты по Яковлевскому району Белгородской области.

Диск с записью проверки показаний ФИО1 на месте хранить в деле.

Остальные вещественные доказательства как не востребованные, а также орудия преступления нож и топор подлежат уничтожению.

Юридическую помощь ФИО1 в судебном заседании по назначению суда оказывал адвокат, чей труд оплачен постановлением суда на основании ч.5 ст.50 УПК РФ в размере 8400 рублей.

ФИО1 от услуг адвоката не отказался.

В соответствии со ст.131 ч.2 п.2 УПК РФ выплаченная адвокату сумма относится к процессуальным издержкам, которые по правилам ст.132 ч.2 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного.

Предусмотренных ч.ч.4-6 ст.132 УПК РФ оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек не установлено.

Руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

-по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ сроком на 18 лет;

-по п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ сроком на 10 лет,

С применением ст.69 ч.3 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 19 лет.

На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить не отбытое наказание по приговору Яковлевского районного суда Белгородской области от 20.04.2017 года и окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 18 лет 1 месяц в ИК особого режима.

Срок отбывания наказания исчислять со дня провозглашения приговора с 20.12.2017 года

Зачесть в срок отбытия наказания срок задержания в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ и срок содержания под стражей с -7.06.2017 года по 19.12.2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО1 до выступления приговора в законную силу оставить в виде заключения под стражу.

Гражданский иск потерпевшего Я1. удовлетворить полностью. Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда Я1. 1 000 000 ( один миллион) рублей. 

Вещественные доказательства: упаковку телефона, мобильный телефон с зарядным устройством, кабелем, накопителем, денежные средства в размере 511 руб.05 коп.,навесной замок, 6 ключей, серьгу- передать Я1.; куртку, кроссовки (спортивные туфли), 2 расчески, фонарь, зеркало вернуть ФИО1, паспорт на имя Я., ОМВД России по Яковлевскому району Белгородской области, банковскую карту на имя Я. в отделение сбербанка, пенсионное удостоверение на имя Я. в отдел социальной защиты по Яковлевскому району Белгородской области.

Остальные вещественные доказательства 9 фрагментов стекла, синтетическое вещество с черной нитью, личные вещи Я., стеклянную и полимерную бутылку, черную нить, марлевые салфетки и тампоны со смывами, счесы с трупа, срезы ногтевых пластин Я. и ФИО1, трусы мужские, брюки, свитер ФИО1, три выреза с покрывала, полимерный пакет и сумку, коробку конфет, нож и топор уничтожить.

Диск с записью проверки показаний ФИО1 на месте хранить в деле. 

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката по назначению за счет средств Федерального бюджета в размере 8400 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения копии приговора путем подачи апелляционной жалобы в Белгородский областной суд.

Председательствующий: Н.И.Кудинов