РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 ноября 2017 года г.Рязань

Железнодорожный районный суд г.Рязани в составе судьи Масловой О.В., 

при секретаре Фимкиной Е.В., 

с участием прокурора – старшего помощника прокурора Железнодорожного района г.Рязани Веденеевой Е.Ю.,

истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов ФИО1, ФИО2 – ФИО3, истца ФИО4, представителя ответчика ФИО5 - ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда (

<

...>) гражданское дело №2-1742/17 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО7 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в результате дорожно-транспортного происшествия. Требования мотивированы тем, что 20 октября 2014 года в 

<

данные изъяты> водитель ФИО5, управляя автомобилем АВТО, принадлежащим его отцу 

<

данные изъяты>., следовал по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. В это время напротив дома № по регулируемому пешеходному переходу стали пересекать проезжую часть пешеходы Р.Е.Ю.., ЕЕЕ., ППП., которые двигались справа налево по ходу движения автомобиля ФИО5 спокойным шагом.

В нарушение требований п.10.1 ч.1 ПДД РФ, ФИО5 вел свое транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением, без учета метеорологических условий и видимости в направлении движения.

Нахождение пешеходов на проезжей части представляло опасность для движения ФИО5, и он обязан был действовать в соответствии с п.10.1 ч.2 ПДД РФ, то есть, при возникновении опасности для движения, принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Игнорируя положение указанного пункта, ответчик не принял своевременных мер к торможению, в результате чего произвел наезд на переходящих проезжую часть пешеходов. В результате наезда, пешеходам ЕЕЕ и ППП были причинены телесные повреждения, относящиеся к категории тяжкого вреда здоровью, а пешеход Р.Е.Ю. от полученных травм скончалась на месте происшествия. 

Уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, в отношении ФИО5 было прекращено 12.06.2015г. в связи с применением акта амнистии на основании п.3 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Погибшая Р.Е.Ю. приходилась истцам близким родственником, ФИО1 и ФИО2 - дочерью, ФИО4 – сестрой, ФИО7 – внучкой. Истцы понесли невосполнимую потерю в связи со смертью их ближайшего и любимого человека, моральные страдания нескончаемы. 

Просят взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1 – 1 000 000 рублей, ФИО2 – 1 000 000 рублей, ФИО4 – 1 000 000 рублей, ФИО7 – 1 000 000 рублей. 

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. В объяснениях суду дополнительно пояснили, что на момент смерти дочери 

<

данные изъяты> было 

<

данные изъяты> лет, она одна проживала в 

<

адрес> в своей квартире на 

<

адрес>, но регулярно в выходные и во время отпуска приезжала к ним в гости в 

<

адрес>, помогала по хозяйству в доме и на приусадебном участке, встречалась с семьей брата, ходила в гости к бабушке, помогала ей по дому. Между ними и дочерью были теплые, доверительные отношения. Утрата близкого и родного человека стала для них тяжелейшим ударом, от которого они до настоящего времени не оправились, боль от безвременной потери дочери не утихает. Они уже не могут рассчитывать в старости на помощь, содержание, внимание и заботу своей дочери, что усиливает их нравственные страдания. Дочь была добрым, отзывчивым человеком, у неё было много друзей. На её похороны пришло около 150 человек. Ответчик и его отец перечислили им 150 000 рублей на организацию похорон, а не в качестве компенсации морального вреда. Они обращались в страховую компанию за получением страховой выплаты по договору ОСАГО. Лицензия у страховой компании «

<

данные изъяты>» была отозвана, РСА выплатило страховое возмещение около 10 000 рублей, а также сообщили, что при не согласии с данной суммой они могут обратиться в суд. Они в суд не обращались. 

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал, в объяснениях суду пояснил, что хотя 

<

данные изъяты>, проживает отдельно от них с женой и двумя детьми. С сестрой у него были близкие, теплые отношения, они практически каждый созванивались по телефону, когда сестра приезжала к родителям в гости, они встречались, вместе отмечали праздники, дни рождения. Сестра была крестной матерью одного из его детей, старший ребенок часто гостил у нее в 

<

адрес>. Безвременный уход из жизни сестры стал для него тяжелейшим ударом, он потерял родного и близкого человека, на помощь и совет которого он мог рассчитывать в любое время, сестра была очень добрым и отзывчивым человеком. 

Истец ФИО7 о времени, месте рассмотрения дела извещена, в судебное заседание не явилась, имеется заявление о рассмотрении дела в её отсутствие. От истца ФИО7 поступили письменные объяснения, в которых она указала, что её внучка Р.Е.Ю. была всегда очень доброй и заботливой внучкой. Всегда её навещала. Когда училась в 

<

адрес> приезжала на каникулы, обязательно приходила к ней в гости. А когда переехала жить в 

<

адрес> то часто приезжала или приходила к ней. Всегда с подарками и гостинцами (конфеты, печенья, фрукты). Они пили чай и разговаривали. Внучка помогала либо по дому, либо в огороде. 

<

данные изъяты> до сих пор стоит у неё перед глазами добрая, умная, заботливая. Истец не может передать словами как она переживает гибель своей внучки, боль до сих пор не утихает, а с годами только усиливается.

Представитель истцов ФИО1, ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО5 о времени, месте рассмотрения дела извещен, в судебное

заседание не явился. Суд определил рассмотреть дело в его отсутствие. 

Присутствуя при рассмотрении дела 10.11.2017г. ФИО5 суду пояснил, что факт и обстоятельства ДТП, указанные в постановлении о прекращении уголовного дела от 12.06.2015г., не оспаривает, признает вину в совершении ДТП, в результате которого погибла Р.Е.Ю.., однако, с учетом грубой неосторожности, допущенной данным лицом, выразившейся в переходе Р.Е.Ю. проезжей части дороги на запрещающий сигнал светофора, полагает, что размер компенсации морального вреда, предъявленный истцами к взысканию, завышен. Им и его родственником (отцом) в добровольном порядке родителям Р.Е.Ю. выплачена компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей. Также просит суд при определении размера компенсации учесть его тяжелое материальное положение, размер его заработной платы составляет 12 000 рублей, службой судебных приставов с него производится удержание по исполнительному листу, выданному на основании решения суду от 01.12.2016г. в отношении взыскателя ЕЕЕ он выплачивает кредит за автомобиль, его мать тяжело больна (

<

данные изъяты>), ей требуется дорогостоящее лечение. 

Представитель ответчика ФИО5 - ФИО6 в судебном заседании в объяснениях суду пояснил, что с учетом обстоятельств ДТП, грубой неосторожности, имевшей место со стороны Р.Е.Ю., тяжелого материального положения ответчика, выплаты компенсации морального вреда в добровольном порядке истцам ФИО1, ФИО2, требования истцов о возмещении компенсации морального вреда завышены и подлежат частичному удовлетворению.

Выслушав объяснения лиц, принявших участие в судебном заседании, исследовав материалы дела, заслушав прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Согласно абзацу второму статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что 20 октября 2014 года, примерно в 

<

данные изъяты>, водитель ФИО5, управляя автомобилем АВТО, принадлежащим на праве собственности его отцу 

<

данные изъяты>., следовал по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. В это время, впереди по ходу движения проезжую часть автодороги 

<

адрес> напротив дома № на запрещающий сигнал светофора, регулирующего движение пешеходов, справа налево, по ходу движения автомобиля АВТО, под управлением ФИО5, стали пересекать пешеходы Р.Е.Ю.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ЕЕЕ., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ППП, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Приближаясь к перекрестку 

<

адрес>, ФИО5 увидел, что на транспортном светофоре, регулирующем движения транспортных средств на указанном перекрестке, горит разрешающий сигнал светофора, продолжил движение в направлении 

<

адрес>. При этом, водитель ФИО5 в нарушение требований п.10.1 ПДД РФ не принял своевременных мер к снижению скорости управляемого им автомобиля, а принятые меры к экстренному торможению в данной дорожной ситуации оказались запоздалыми, в результате чего совершил наезд на пешеходов Р.Е.Ю.., ЕЕЕ., ППП

В результате данного дорожно-транспортного происшествия Р.Е.Ю. получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте происшествия, а пешеходы ЕЕЕ и ППП с полученными телесными повреждениями были госпитализированы в медицинское учреждение г.Рязани.

Указанные обстоятельства подтверждаются: постановлением о прекращении уголовного дела от 12.06.2015г., согласно которому уголовное дело № в отношении подозреваемого ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ., уроженца 

<

данные изъяты> прекращено по основанию, предусмотренному п.3. ч.1 ст.27 УПФ РФ, вследствие акта об амнистии – постановления Государственной Думы от 24.04.2015г. № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов»; Заключением эксперта № от 19.01.2015г. 

<

данные изъяты>; протоколом осмотра места происшествия от 21.10.2014г.; Заключением эксперта № от 24.10.2014г. 

<

данные изъяты>», а также решением Железнодорожного районного суда г.Рязани от 01.12.2016г., вступившим в законную силу 22.03.2017г., принятым по иску ЕЕЕ у ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья. Указанное решение в силу положений ч.2 ст.61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение для истца ФИО2 и ответчика ФИО5, поскольку данные лица участвовали при рассмотрении указанного спора, остальные участники процесса не оспаривают установленные решением суда от 01.12.2016г. обстоятельства и выводы суда.

Согласно заключению эксперта № от 19.01.2015г. определить точную скорость автомобиля АВТО, при движении по 

<

адрес> в момент, когда его водителем ФИО5 были приняты меры к торможению, то есть перед началом торможения, не представилось возможным. Можно лишь утверждать, что она составляла более 80 км/ч, но менее 90 км/ч. Водитель автомобиля АВТО, ФИО5, двигаясь бы в момент выхода пешеходов на проезжую часть в соответствии с требованиями ПДД РФ (без превышения скоростного режима) – с максимально-разрешенной скоростью в населенном пункте 60 км/ч, располагал технической возможностью предотвращения наезда на пешеходов Р.Е.Ю.., ЕЕЕ., ППП. путем применения торможения. В условиях данного ДТП с технической точки зрения его участники для обеспечения безопасности дорожного движения должны были действовать в соответствии со следующими требованиями Правил дорожного движения РФ:

- пешеходы Р.Е.Ю.., ЕЕЕ ППП. – в соответствии с требованиями п.1.3 Правил дорожного движения РФ, согласно которым «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования … сигналов светофора…», а именно – они должны были:

- отказаться от начала пересечения проезжей части на запрещающий для них сигнал светофора;

- начать пересечение проезжей части только после включения разрешающего для них сигнала светофора.

Водитель автомобиля «АВТО, ФИО5 – в соответствии с требованиями 10.1 и 10.2 Правил согласно которым: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства» и «В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч…», а именно он должен был:

- двигаться со скоростью не более 60 км/ч,

- при обнаружении опасности для своего движения в виде пересекающих дорогу перед ним пешеходов Р.Е.Ю.., ЕЕЕ и ППП – применить торможение своего автомобиля с необходимой эффективностью вплоть до остановки. 

С технической точки зрения действия всех участников ДТП не соответствовали требованиям ПДД РФ:

- пешеходы Р.Е.Ю.., ЕЕЕ., ППП стали переходить проезжую часть на запрещающий сигнал светофора;

- водитель ФИО5 двигался с превышением скоростного режима. 

Согласно заключению эксперта № от 24.10.2014г. смерть гр-ки Р.Е.Ю. наступила от 

<

данные изъяты> – 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Обнаруженные при судебно – медицинском исследовании трупа Р.Е.Ю. повреждения образовались незадолго до наступления смерти от воздействия каких – либо твердых тупых предметов, возможно, в условиях дорожно- транспортного происшествия – воздействия на тело частей движущегося автотранспортного средства с последующим падением пострадавшей на дорожное покрытие (не противоречат обстоятельствам причинения травмы, указанным в постановлении). Телесные повреждения, рассматриваемые в своей совокупности, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

У суда не имеется оснований не доверять выводам экспертов, поскольку они произведены в соответствии с требованиями ФЗ РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», компетенция экспертов не вызывает сомнения, выводы мотивированы, обоснованны, не оспариваются сторонами по делу.

Таким образом, судом установлена вина в дорожно-транспортном происшествии ответчика ФИО5, нарушившего п. 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ, что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства.

При этом, суд, на основании исследованных материалов дела, в том числе объяснений сторон, заключения эксперта № от 19 января 2015 года, решения Железнодорожного районного суда г.Рязани от 01.12.2016г., приходит к выводу о наличии в действиях погибшей Р.Е.Ю. грубой неосторожности, выразившейся в переходе Р.Е.Ю. проезжей части по пешеходному переходу на запрещающий для неё сигнал светофора, что является нарушением п.п. 1.3, 6.2. Правил дорожного движения РФ. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 20 октября 2014 года в 

<

данные изъяты> у дома 

<

адрес>, произошедшего по вине водителя ФИО5, при наличии грубой неосторожности в действиях пешехода Р.Е.Ю.., последней были причинены телесные повреждения, от которых она скончалась на месте происшествия.

Истцы являются родственниками Р.Е.Ю.., а именно ФИО1, ФИО2 – родителями, ФИО4 - братом, ФИО7 – бабушкой, что подтверждается следующими документами: 

- свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> 

- свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> 

- свидетельством 

<

данные изъяты> 

- свидетельством о заключении брака 

<

данные изъяты> 

- свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> 

свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> 

- свидетельством о заключении брака 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля Свидетель 1 следует, что она является давней знакомой семьи Рождественских. Супруги воспитали двоих детей. Это хорошая, дружная семья, в которой все помогают и заботятся друг о друге. Гибель дочери 

<

данные изъяты> стала для всех членов семьи огромным стрессом и невосполнимой утратой. 

<

данные изъяты> была заботливой и внимательной дочерью, сестрой и внучкой. Часто навещала родственников, помогала родителям и бабушке. Занималась воспитанием племянников. 

Из показаний свидетеля Свидетель 2 следует, что она знакома с семьей Рождественских, проживает с ними в одном доме. Это порядочная, дружная семья, они хорошо воспитали своих детей – сына 

<

данные изъяты>, дочь 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> после окончания школы училась в 

<

адрес>, затем жила и работала в 

<

адрес>, но постоянно приезжала к родителям, помогала им по хозяйству, навещала бабушку, общалась с семьей брата, занималась с племянниками. Гибель дочери 

<

данные изъяты> стала для всех членов семьи тяжелым ударом, невосполнимой утратой. Родители через день ходят на кладбище, на могиле 

<

данные изъяты> постоянного живые цветы.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку данные лица были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не имеют заинтересованности в рассматриваемом споре. 

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, объяснения сторон в судебном заседании, показания свидетелей, приходит к выводу, что вследствие гибели Р.Е.Ю. в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего с участием источника повышенной опасности - АВТО, принадлежащего на праве собственности 

<

данные изъяты>., под управлением ФИО5, истцам причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях в связи со смертью близкого родственника.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем причиненных истцам нравственных страданий, степень вины ответчика, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе степень родственных отношений погибшей с истцами, характер их взаимоотношений при жизни погибшей, индивидуальные особенности истцов, а также наличие грубой неосторожности в действиях Р.Е.Ю.., содействовавшей возникновению вреда, её степень вины, принятые ответчиком меры по возмещению причиненного вреда после ДТП. Кроме этого, суд учитывает материальное положение ответчика, который в настоящее время работает, размер его заработной платы составляет 

<

данные изъяты> рублей (л.д.81), из которой службой судебных приставов производятся удержания по исполнительному документу, выданному на основании решения суда от 01.12.2016г. (л.д.80), наличие кредитных обязательств, что подтверждается копией кредитного договора № от 09 сентября 2015 года (л.д.82-84), а также наличие тяжелого заболевания родственника ответчика (матери), что подтверждается медицинским документом 

<

данные изъяты> (л.д.78).

Суд приходит к выводу, что истцам ФИО2, ФИО1 причинены нравственные страдания, вызванные гибелью дочери, с которой они совместно не проживали, но были очень близки, часто общались, помогали и поддерживали друг друга. Суд учитывает невосполнимость понесенной потери, утрату семейных связей, конкретные обстоятельства дела, а также то, что истцы являются пенсионерами, в результате смерти дочери лишились опоры и поддержки в старости со стороны дочери. Суд принимает во внимание материальное положение ответчика, а также учитывает, что в досудебном порядке ответчиком данным истцам были перечислены денежные средства в размере 150 000 руб. (л.д.90), как утверждает ответчик, данные денежные средства перечислялись в возмещение морального вреда. Истцы утверждают, что эти средства были переданы в возмещение расходов на погребение. Истцам на основании ст.56 ГПК РФ предлагалось представить суду доказательства несения расходов на погребение Р.Е.Ю.., таких доказательств суду не представлено. Кроме этого, суд учитывает, что на момент ДТП гражданская ответственность ответчика как владельца ТС была застрахована по договору ОСАГО, что подтверждается полисом ОСАГО № от 16.12.2013г. Из объяснений истцов в судебном заседании следует, что страховая выплата в возмещение расходов на погребение около 10 000 рублей ими получена, правом на обращение в суд за получением страхового возмещения в объеме, предусмотренном законом, они не пожалели воспользоваться. При таких обстоятельствах, суд расценивает выплаченные ответчиком в досудебном порядке денежные средства в размере 150 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного истцам вследствие смерти дочери. На основании изложенного, с учетом требований разумности и справедливости, частичного возмещения вреда в добровольном порядке, а также грубой неосторожности Р.Е.Ю.., пересекавшей проезжую часть по пешеходному переходу на запрещающий сигнал светофора, суд полагает, что с ответчика в пользу каждого из истцов ФИО2, ФИО1 должна быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в размере 150 000 рублей. 

Истцу ФИО4 причинены нравственные страдания, вызванные гибелью родной сестры, с которой он совместно не проживал, но они были близки, общались, помогали и поддерживали друг друга. Суд, учитывая невосполнимость понесенной потери, утрату семейных связей, конкретные обстоятельства дела, материальное положение ответчика, наличие грубой неосторожности со стороны Р.Е.Ю.., пересекавшей проезжую часть по пешеходному переходу на запрещающий сигнал светофора, с учетом требований разумности и справедливости, полагает, что с ответчика в пользу истца ФИО4 должна быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в размере 80 000 рублей. 

Истцу ФИО7 причинены нравственные страдания, вызванные гибелью внучки, с которой она совместно не проживала, но внучка её навещала, заботилась о ней, оказывала помощь. Суд, учитывая преклонный возраст истца, невосполнимость понесенной потери, утрату семейных связей, конкретные обстоятельства дела, материальное положение ответчика, наличие грубой неосторожности со стороны Р.Е.Ю.., пересекавшей проезжую часть по пешеходному переходу на запрещающий сигнал светофора, с учетом требований разумности и справедливости, полагает, что с ответчика в пользу истца ФИО7 должна быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в размере 80 000 рублей. 

Кроме того, на основании ст.ст. 88, 103 ГПК РФ с ответчика ФИО5 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 1 200 рублей 00 копеек. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, судья

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО7 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в результате дорожно-транспортного происшествия - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО7 морального вреда в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В остальных исковых требованиях ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО7 к ФИО5 – отказать. 

Взыскать с ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 200 (одна тысяча двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Рязани в апелляционном порядке в течении месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме (ДД.ММ.ГГГГ

<

данные изъяты>