Дело №2-1851/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 ноября 2017 года

Заднепровский районный суд города Смоленска

в лице председательствующего судьи Осипова А.А.,

с участием прокурора Корнеевой И.В.,

при секретаре Равинской Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО6 к муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению «Детский сад №24» города Смоленска (далее - Детский сад №24) о признании увольнения с работы незаконным, о восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО6 обратилась в суд с вышеизложенными исковыми требованиями, ссылаясь на то, что работала в указанном учреждении 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. 

С 14 августа по 24 сентября 2017 года находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске. 

22 сентября 2017 года ею было подано на имя заведующей учреждением ФИО7 заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработка продолжительностью 14 дней с 25 сентября 2017 года в связи с тем, что она одна воспитывает малолетнего ребенка, который в текущем году пошел в школу, в 1-й класс. Указанная информация ею доведена до заведующей, которая не возражала против предоставления этого отпуска, по телефону распорядилась принять соответствующее заявление, а 25 сентября 2017 года сама позвонила ей по телефону и разрешила уйти в отпуск.

9 октября 2017 года она вышла из отпуска на работу, а 13 октября 2017 года заведующая ФИО7 объявила об увольнении за прогулы.

Считает увольнение незаконным, поскольку в соответствии с коллективным договором и правилами внутреннего трудового распорядка она, как одинокая мать, воспитывающая ребенка, имеет право на отпуск без сохранения зарплаты.

Кроме того истица обращает внимание суда на следующие обстоятельства.

За все время ее отсутствия на работе никто по телефону ей не сообщил, что она совершает прогулы, а 9 октября 2017 года она была допущена до работы. Ответчиком не был соблюден порядок увольнения, что выражается в том, что отсутствуют докладные записки об ее отсутствии на рабочем месте, не создана комиссия для объективного расследования факта совершения дисциплинарного проступка, а все акты об отсутствии на работе составлены одним днем, не представлены ей для ознакомления, в них не указано время ее отсутствия на работе, письменные объяснения от нее самой не истребовались. Все это указывает на предвзятое отношение к ней со стороны руководителя учреждения.

Истица также сослалась на то, что уволена она была в период временной нетрудоспособности ь(л.д. 2-3, 107).

В судебном заседании истица и ее представители ФИО8, ФИО9 исковые требования поддержали, вышеприведенные доводы подтвердили, дополнительно сослались на то, что ответчик должен был довести до сведения истицы информацию об отказе в удовлетворении в письменном виде, как то предусмотрено Типовым положением о ведении делопроизводства по предложениям, заявлением и жалобам граждан в государственных органах, на предприятиях, в учреждениях и организациях. 

Кроме того истица пояснила, что 

<

данные изъяты> ФИО1 через которую она передавала заявление о предоставлении отпуска без сохранении зарплаты, заверила ее в том, что она имеет право на этот отпуск и может идти спокойно и отдыхать, ни о чем не переживая. 

Представитель ответчика ФИО7 иск не признала. Из ее объяснений следует, что истица не выходила на работу без уважительных причин в период с 25 сентября до 9 октября 2017 года. Решение о предоставлении истице отпуска без сохранения зарплаты не принималось, заявление на этот отпуск она передала через 

<

данные изъяты> ФИО1 22 сентября 2017 года, и в этот же день в телефонном разговоре ей было сообщено, что отпуск ей не предоставляется. От дачи объяснений о причинах невыхода на работу она отказалась. Коллективный договор на 2017 год в учреждении не заключен, а прежним коллективным договором на 2013-2016 годы, как и правилами внутреннего трудового распорядка, не была установлена обязанность работодателя предоставлять такой отпуск в обязательном порядке. 

Представитель ответчика также ссылаясь на то, что отпуск без сохранения зарплаты предоставляется по соглашению сторон трудового договора, а такого в данном случае не было.

Заслушав объяснения истицы, ее представителей, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора Корнеевой И.В., полагавшей необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО6, суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае такого однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей как прогул, т.е. отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены) независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Истица работала 

<

данные изъяты> в Детском саду №24 с ДД.ММ.ГГГГ, приказом № от 13 октября 2017 года была уволена по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ, что, помимо объяснений обеих сторон, подтверждается копиями трудового договора, соответствующих приказов о приеме на работу, об увольнении, трудовой книжки (л.д. 4-7, 22, 25-27, 39-41, 74).

Как усматривается опять же из объяснений обеих сторон, показаний свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3ФИО4. ФИО5, а также из копий табеля учета рабочего времени, актов о прогуле (л.д. 61-70, 112), истица в период с 25 сентября по 6 октября 2017 года на работу действительно не выходила.

В такой ситуации в силу части 1 статьи 56 ГПК РФ она должна была доказать уважительность причины своего отсутствия в указанный период на рабочем месте.

Как выше указано, истица ссылается на то, что в данный период находилась в отпуске без сохранения заплаты.

Согласно части первой статьи 128 ТК РФ по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения зарплаты, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем, т.е. относительно предоставления работнику такого отпуска должно состояться соглашение сторон трудового договора.

Между тем, истицей не доказано, что между ней и работодателем имелось соглашение о предоставлении ей отпуска без сохранения зарплаты на период с 25 сентября по 6 октября 2017 года, и работодателем издавался приказ о предоставлении отпуска.

22 сентября 2017 года она действительно подавала заявление о предоставлении такого отпуска с 25 сентября по 8 октября 2017 года, однако, судя по имеющейся на заявлении резолюции, руководитель учреждения ФИО7 отказала в предоставлении отпуска (л.д. 44).

Как следует из объяснений истицы, представителя ответчика, истица лично к руководителю учреждения с просьбой о предоставлении отпуска не обращалась, а оставила заявление о предоставлении отпуска у 

<

данные изъяты> ФИО1

При этом нельзя утверждать о том, что истица не была осведомлена о существующем в учреждении порядке решения вопроса о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы. 

До этого, согласно устоявшейся практике, с подобными заявлениями истица, как и все другие работники учреждения, обращалась непосредственно к ФИО7, и та в течение 2017 года неоднократно разрешала истице покидать рабочее место на определенное время, уходить в отпуск без сохранения зарплаты, что усматривается из объяснений представителя ответчика, копий соответствующих заявлений (л.д. 91-96), не отрицается ею самой. 

Данное обстоятельство, кроме того, опровергает доводы истицы о предвзятом отношении к ней со стороны руководителя учреждения. 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО1 показала, что 22 сентября 2017 года во время отсутствия руководителя учреждения (убыла на совещание) к ней подошла ФИО6 с заявлением о предоставлении отпуска без сохранения зарплаты на две недели. Несмотря на то, что она говорила истице, что не правомочна решать такой вопрос, что нужно дождаться прибытия руководителя, истица вместе с присоединившейся к ней работницей учреждения ФИО2 настояли на том, чтобы она приняла указанное заявление. При этом она, ФИО1, предложила истице обязательно связаться с руководителем учреждения по вопросу предоставления отпуска.

В тот же день она передала данное заявление руководителю ФИО7, которая сразу же заявила, что не сможет отпустить истицу в отпуск, а несколько позже присутствовала при телефонном разговоре ФИО6 и ФИО7, в ходе которого последняя прямо заявила, что не дает своего согласия на отпуск истицы, предупредила, что та может быть уволена в случае невыхода на работу.

Оснований подвергнуть сомнению показания свидетелей у суда не имеется. Свидетель была знакома с истицей только по совместной работе в детском саду, находилась с ней в нормальных, бесконфликтных отношениях, что следует из объяснений истицы и показаний этого свидетеля. Показания свидетеля достаточно последовательны, непротиворечивы. Каких-либо обстоятельств, в силу которых свидетель ФИО1 была бы заинтересована в исходе дела, истицей не приведено, не установлено их также и судом.

Судом по ходатайству истицы в качестве свидетеля также была допрошена 

<

данные изъяты> Детского сада №24 ФИО2, из показаний которой следует, что 22 сентября 2017 года она помогла истице добиться того, чтобы 

<

данные изъяты> ФИО1 приняла заявление о предоставлении отпуска. 

Кроме того свидетель ФИО2 показала, что ФИО1, приняв заявление, сказала, что истица имеет право на такой отпуск, однако в этой части показания свидетеля, как и соответствующие вышеприведенные объяснения самой истицы, судом не могут быть приняты во внимание в силу своей противоречивости. Как усматривается опять же из объяснений истицы, показаний свидетелей ФИО1, ФИО2 и ФИО3, изначально ФИО1 даже не хотела принимать у истицы это заявление, утверждая, что отпуск не предоставят, если просто так оставить ей документы. По словам ФИО2, они по этому поводу даже «немного поругались» с ФИО1

Оценивая данную ситуацию с подачей истицей указанного заявления, суд также учитывает, что у ФИО1 отсутствовали распорядительные полномочия по принятию решения о предоставлении отпуска, и истица не могла этого не осознавать.

Утверждение истицы о том, что 25 сентября 2017 года заведующая детским садом ФИО7 сама ей позвонила и сообщила, что разрешает уйти в отпуск, опровергает сама ФИО7, не согласуется с вышеприведенными показаниями свидетеля ФИО1, не подтверждается никаким другими доказательствами. 

Таким образом, доводы истицы о ее пребывании в отпуске без сохранения зарплаты являются несостоятельными, такой отпуск ей на самом деле не предоставлялся. Нет также оснований полагать, что она находилась в заблуждении относительно результата рассмотрения ее заявления на отпуск.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истица имеет ребенка, родившегося в ДД.ММ.ГГГГ, сведения об отце в актовой записи о рождении которого указаны со слов матери ребенка (л.д. 115).

Суд исходит из того, что увольнение за прогул, в частности, может быть произведено даже в случае самовольного использования дней отгулов, самовольного ухода в отпуск (основной или дополнительный). При этом не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования таких дней не зависело от усмотрения работодателя (подпункт «д» пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В силу части второй статьи 128 ТК РФ работодатель обязан на основании поданного письменного заявления работника предоставить отпуск без сохранения заработной платы лишь участникам Великой Отечественной войны, работающим пенсионерам по старости, родителям и женам (мужьям) военнослужащих и приравненных к ним лиц, погибших при исполнении служебных обязанностей, работающим инвалидам, работникам в случае рождения ребенка, регистрации брака, смерти близких родственников, а также в других случаях, предусмотренных законом или коллективным договором.

Не закреплено право одинокой матери, воспитывающей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, на предоставление отпуска без сохранения зарплаты также и в статье 263 ТК РФ, в которой лишь указано, что такой отпуск может устанавливаться коллективным договором.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на 2017 год в Детском саду №24 коллективный договор не заключен.

При этом следует учитывать, что даже действовавший в 2013-2016 годах коллективный договор, на который ссылаются истица и ее представители, не устанавливал конкретно категорий работников, имеющих право на отпуск без сохранения заработной платы. Пункт 4.11. лишь содержал ссылку на положения статей 128 и 263 ТК РФ (л.д. 118, 120). 

Таким образом, причину отсутствия истицы в вышеуказанный период на рабочем месте нельзя признать уважительной.

Не может служить основанием для признания причины неявки истицы на работу то обстоятельство, что ответчик за все время прогула не предпринимал попыток связаться с ней.

За время работы в Детском саду №24 истица поощрений, как и дисциплинарных взысканий, не имела.

В то же время следует иметь в виду, что истица совершила длительный прогул продолжительностью в несколько дней.

С учетом изложенного суд не находит, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения с работы в данном случае было наложено без учета тяжести совершенного проступка и обстоятельств, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ).

Судом не выявлено сколь-нибудь существенных нарушений порядка расторжения трудового договора со стороны ответчика, которые могут повлечь признание увольнение истицы незаконным и восстановление ее на работе. 

Трудовое законодательство не содержит норму, обязывающую работодателя в процессе привлечения работника к дисциплинарной ответственности в обязательном порядке создавать комиссию для расследования обстоятельств совершения дисциплинарного проступка.

Согласно показаниям допрошенной в качестве свидетеля 

<

данные изъяты> ФИО4 она в октябре 2017 года после выхода истицы на работу по поручению руководителя подходила к истице и пыталась вручить ей оформленное в письменном виде требование о даче объяснения о причинах отсутствия на работе, но истица отказалась давать какие-либо объяснения.

Является несостоятельной ссылка представителя истицы на утвержденное постановление ГКНТ СССР, Госстандартом СССР и Главным архивным управлением при СМ СССР от 30.11.1981. Типовое положение о ведении делопроизводства по предложениям, заявлениям и жалобам граждан в государственных органах, на предприятиях, в учреждениях и организациях.

Данное Положение было принято во исполнение утратившего силу Указа Президиума Верховного Совета СССР «О порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан» и регулировало не трудовые отношения, а публичные отношения в сфере рассмотрения государственными организациями жалоб и предложений граждан.

Согласно части шестой статьи 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности.

Истица представила листок нетрудоспособности, согласно которому она была освобождена от работы на период с 13 по 18 октября 2017 года (л.д. 89).

Между тем, как усматривается из ее собственных объяснений, объяснений представителя ответчика, 13 октября 2017 года истица отработала полную смену до 16 часов, приказ об увольнении истицы был подписан, и она с ним была ознакомлена до окончании смены, и лишь после этого истица обратилась в лечебное учреждение с жалобами на состояние здоровья и была освобождена от работы по болезни.

Данные обстоятельства никак не свидетельствуют о нарушении ответчиком вышеприведенного законодательного запрета на увольнение работника в период временной нетрудоспособности. 

При подготовке ответчиком приказа № от 13.10.2017. о расторжении трудового договора с истицей была допущена явная описка в указании даты заключения с ней трудового договора (указана дата ДД.ММ.ГГГГ), что также само по себе не является основанием для признания увольнения истицы незаконным.

Таким образом, исковые требования о признании данного увольнения с работы незаконным, о восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не могут быть удовлетворены.

Принимая во внимание вышеизложенное и руководствуясь ст. ст. 194, 195, 197, 198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении иска ФИО6 к Детскому саду №24 о признании увольнения с работы незаконным, о восстановлении на работе, взыскании зарплаты за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, а прокурором может быть принесено апелляционное представление в Смоленский областной суд через районный суд в течение месяца.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ