Судья Кипкаев В.В. Дело 22-255/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 04 марта 2025 года

Ивановский областной суд в составе

председательствующего судьи Денисовой С.В., 

при секретаре Шарой А.А., 

с участием 

осужденного ФИО2,

адвоката Коткова А.Ю.,

прокуроров Кананяна А.А., ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Котковой А.Ю. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 01 ноября 2024 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в г.

<

адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к наказанию в виде 3 лет лишения свободы, на основании ч.2 ст.53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено наказанием в виде принудительных работ на срок 3 года с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

С ФИО2 в пользу ФИО7 и Потерпевший №2 взыскано по 1 500000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выслушав осужденного ФИО2, адвоката Коткову А.Ю., а также мнение прокуроров Кананяна А.А. и ФИО3, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО4 признан судом виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Коткова А.Ю. в интересах ФИО2 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду недоказанности виновности Кехтера в совершении преступления и произошедшем ДТП в силу несчастного случая. Отмечает, что Кехтер свою вину не признал, указывал о соблюдении скоростного режима, внезапной потере сознания, об отсутствии болезненного и утомленного состояния до этого, произошедшем несчастном случае; о его неосведомленности об имеющихся у него заболеваниях и их диагностики после ДТП; что показания Кехтера подтверждены заключениями дополнительной судебно-медицинской экспертизы №82, комиссионной судебно-медицинской экспертизы №25/09/23 от 30.11.2023 года, показаниями эксперта Свидетель №18, заключениями специалистов Свидетель №16 и Свидетель №15 о возможности внезапной утраты сознания Кехтером в силу заболеваний и невозможности контролировать свои действия; показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №9, Свидетель №12, Свидетель №10, картами вызова скорой помощи, содержанием видеозаписи ДТП, о траектории движения автомобиля Кехтера и его изначальных пояснениях об утрате сознания, об отсутствии у него потерь сознания до этого. Указывает на отсутствие доказательств нахождения Кехтера в день ДТП в болезненном состоянии и его осведомленности о наличии у него инкриминированных заболеваний и их возможности повлечь потерю сознания; отсутствие фактов потери сознания, в том числе, за рулем, до этого; предположительность выводов суда; немотивированность выводов суда, отвергнувших показания свидетеля Свидетель №12 по приведенным обстоятельствам. Полагает, что показания Кехтера и Свидетель №12 о наличии у осужденного проблем со здоровьем не подтверждают его болезненное состояние в день ДТП, что выводы суда об осведомленности Кехтера о его болезненном состоянии при управлении автомобилем противоречат выводу суда о том, что при ухудшении самочувствия осужденный не садился за руль. Отмечает противоречие в выводах суда, отвергнувшего доводы защиты о внезапной утрате сознания Кехтером и об отсутствии влияния механизма утраты сознания на квалификацию его действий; об обоснованности выводов суда о виновности Кехтера заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №46 от 11.03.2021 года и о непризнании выводов дополнительной СМЭ доказательством как виновности, так и невиновности. Указывает, что в приговоре не конкретизировано, в чем заключалось «болезненное состояние» и его проявления и вызвавшее его заболевание; что вывод автотехнического эксперта в заключении №3/281 от 16.10.2020 года о нецелесообразности установления соответствия действий потерпевшего ФИО9 требованиям ПДД сделан без учета всех обстоятельств дела о наличии достаточного промежутка времени для торможения ФИО34, но неприменения его, что подтверждено заключением специалиста №26/24, показаниями потерпевшей ФИО34, свидетеля Свидетель №2, протоколом осмотра места происшествия, результатами осмотра видеозаписи, и свидетельствует об уклонении эксперта от установления возможности потерпевшим избежать столкновения. В связи с этим полагает необоснованным и немотивированным вывод суда о наличии торможения по видеозаписи ДТП. Отмечает немотивированность выводов суда, отвергнувшего доводы защиты о том, что причиной ДТП стало несоблюдение ФИО34 требований ПДД, его нахождение в утомленном состоянии, непрохождение медицинского осмотра, наличие у него возможности избежать столкновения путем торможения. Отмечает, что вывод суда об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору противоречит требованиям закона; что новая редакция предъявленного обвинения существенно отличается от первоначальной, поскольку по-разному описана объективная сторона преступления, при описании субъективной стороны дополнено указание на то, что Кехтер не учел состояние здоровья; исключено указание на неустановление точной скорости автомобиля осужденного и создание его автомобилем опасности для машины потерпевшего; непонятно место столкновения. Считает, что изменение обвинения нарушает право Кехтера на защиту, поскольку он лишен возможности знать в чем он обвиняется, возражать против обвинения, давать показания по предъявленному обвинению и представлять доказательства. Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием состава преступления.

В поданных возражениях потерпевшие Потерпевший №2, ФИО7, Потерпевший №1 считают приговор законным, обоснованным и справедливым, просят апелляционную жалобу адвоката оставить без удовлетворения.

В поданных возражениях государственный обвинитель Трофимов А.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

В судебном заседании осужденный ФИО2 и его адвокат Коткова А.Ю. поддержали доводы жалобы, просили их удовлетворить, отменить приговор суда, прекратить уголовное дело за отсутствием в действиях Кехтера состава преступления. Дополнительно отметили полное возмещение морального вреда потерпевшим ФИО7 и Потерпевший №2, приобщили расписки об этом с ходатайством потерпевших о прекращении дела за отсутствием состава преступления. 

Прокуроры Кананян А.А и ФИО3, потерпевшая Потерпевший №1 возражали по доводам жалобы, просили оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела и судебное решение, выслушав участников процесса, обсудив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Фактические обстоятельства совершенного осужденным деяния, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, правильно установлены судом первой инстанции на основании исследованных доказательств. Выводы суда о виновности осужденного в совершении этого преступления подтверждены совокупностью приведенных в приговоре доказательств и никаких сомнений не вызывают. Все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного разрешения уголовного дела, судом учтены.

Виновность ФИО2 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, подтверждается:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1 о бодром состоянии мужа, когда тот отправился в поездку, предшествовавшем этому отдыхе, отсутствии жалоб на состояние здоровья и утомляемость как перед поездкой, так и в ходе нее; обеденном отдыхе супруга перед поездкой домой, его нахождении в машине вместе с Свидетель №2; об известных ей со слов обстоятельствах ДТП, в котором погиб ее муж;

- показаниями свидетеля ФИО13 о совместной поездке с братом ФИО9 на двух автомашинах; о периодическом отдыхе в ходе поездки, в том числе, обеденном отдыхе перед поездкой домой; о движении автомобиля брата перед его автомобилем; о нахождении в автомобиле брата их знакомого Свидетель №2; о наблюдении им момента, когда машина брата резко сменила направление вправо в сторону обочины и на ней загорелись стоп-сигналы; об увиденном им автомобиле Тойота, двигавшемся им навстречу, произошедшем столкновении Тойоты с машиной брата, а затем задней частью с его автомобилем; о вытаскивании им совместно с Свидетель №2 брата из машины, оказании ему помощи до приезда скорой помощи; о его осведомленности впоследствии о смерти брата;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 о его совместной поездке домой в автомобиле ФИО9; предшествовавшем этому обеденном отдыхе; о движении их автомобиля перед автомобилем ФИО13; о сказанной ФИО9 фразе и увиденном им автомобиле, двигавшемся им навстречу; о резком торможении ФИО9 и сворачивании вправо; о произошедшем столкновении, загоревшемся автомобиле ФИО9, которого он вытащил из машины; 

- показаниями свидетеля Свидетель №3 о его движении на автомобиле за машиной Тойота под управлением Кехтера; о плавном смещении автомобиля Тойота на полосу встречного движения без стоп-сигналов и поворотников; о произошедшем столкновении Тойоты с Газелью, которая загорелась; о вытаскивании водителя Газели из машины; о пояснениях Кехтера, что он потерял сознание во время управления машиной;

- показаниями свидетеля Свидетель №9 о выезде им на место ДТП, констатации смерти ФИО9;

- показаниями свидетеля Свидетель №12 о сообщении супругом о произошедшем ДТП вследствие потери им сознания; о вызове скорой помощи супругу за месяц до случившегося в связи с давлением; о проявлявшихся симптомах повышения давления у супруга, в том числе, головных болях, покалывании в затылке, после чего он старался не передвигаться самостоятельно и не совершать резких движений;

- показаниями свидетеля Свидетель №10 о приезде ею в составе бригад скорой помощи по вызову ФИО2 в связи с повышением давления; самостоятельном приеме им таблетки, в результате чего симптомы прошли; постановке ею диагноза; 

- показаниями свидетелей ФИО14, Свидетель №8 и Свидетель №7 о прибытии в составе дежурного экипажа на место ДТП с участием автомобилей «Тойота» под управлением ФИО2 и двух автомобилей «Газель» под управлением ФИО9 и ФИО46., установлении, что причиной ДТП стал выезд на полосу встречного движения автомобиля Тойота;

- картами вызова скорой помощи на место ДТП, согласно которым ФИО2 жаловался врачам на кратковременную потерю сознания, предшествовавших этому резком головокружении и тошноте; смерть ФИО9 ввиду полученных телесных повреждений наступила во время его транспортировки в больницу;

- картой вызова скорой помощи ФИО5 04 февраля 2020 года по его месту жительства в связи с повышением 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, принятии им медицинских препаратов, снявших симптомы; установленном диагнозе;

- протоколом осмотра места происшествия и схемой места совершения административного правонарушения, которыми зафиксировано расположение автомобиля «Тойота» частично на полосе встречного движения и частично на левой обочине, автомобиля потерпевшего в левом кювете, автомобиля ФИО13 на середине проезжей части, направление движения транспортных средств, место столкновения, повреждения автомобилей;

- содержанием видеозаписей с видеорегистраторов автомобилей ФИО13 и ФИО16, соответствующим протоколам их осмотров, которыми с двух ракурсов зафиксировано столкновение транспортных средств, в том числе, плавное перемещение автомобиля «Тойота» со своей полосы движения на встречную полосу, при отсутствии включенных стоп-сигналов и поворотников; при полном перемещении автомобиля «Тойота» на полосу встречного движения резкое сворачивание в сторону попутной обочины автомобиля «ГАЗ», двигавшегося навстречу, и продолжение движения в сторону этой же обочины автомобиля «Тойота»; произошедшее столкновение автомобилей при нахождении их частично на полосе встречного движения и частично на левой обочине автодороги; возгорание автомобиля «ГАЗ» и его съезд в левый кювет; разворачивание автомобиля «Тойота» и столкновение его задней частью со вторым автомобилем «ГАЗ», следовавшим за первым; после чего второй автомобиль «ГАЗ» переместился к середине дороги, автомобиль «Тойота» остался на полосе встречного движения; с ракурса видеорегистратора автомобиля ФИО13 отчетливо видно включение стоп-сигналов на автомобиле ФИО13 и одновременное с этим его резкое смещение в сторону попутной обочины; столкновение автомобиля «ГАЗ» под управлением ФИО9 с автомобилем «Тойота», двигавшимся навстречу на полосе движения автомобиля потерпевшего, в момент, когда частично оба автомобиля находились на полосе движения, частично на обочине, попутной движению автомобиля ФИО9; разворачивание автомобиля «Тойота» и столкновение его задней части с автомобилем ФИО13; 

- протоколами осмотров автомобилей «Тойота» и «ГАЗ», принадлежащего потерпевшему ФИО17, где зафиксированы полученные в ходе ДТП механические повреждения;

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего ФИО9, установившей наличие у потерпевшего телесных повреждений; их характер, степень тяжести, локализацию и механизм образования, их нахождение в прямой причинно-следственной связи со смертью потерпевшего; отсутствие этилового спирта в крови потерпевшего;

- заключением автотехнической экспертизы, о необходимости осужденного при данной дорожной ситуации следовать п.10.1 Правил дорожного движения; о невозможности избежать столкновения водителем автомобиля № (под управлением ФИО9) в случае снижения скорости и торможении, при движении на него встречного незаторможенного автомобиля «Тойота», отсутствии в действиях водителем автомобиля № несоответствия п.10.1 Правил дорожного движения;

- заключениями судебно-медицинских экспертиз ФИО2 №46 от 11.03.2021 года и №25/09/23 от 30.11.2023 года и показаниями эксперта Свидетель №18., о наличии у ФИО2 хронических заболеваний, связанных с нарушением 

<

данные изъяты>, подтвержденных фактами повышения 

<

данные изъяты> в динамике, сосудистыми изменениями, развивавшихся на протяжении нескольких лет; о том, что выявленные заболевания сопровождались периодами ухудшения кровоснабжения головного мозга, что могло приводить к утрате сознания, в том числе, внезапной;

- медицинскими документами ФИО2 об имеющихся у него заболеваниях, перечисленных в заключениях судебно-медицинских экспертиз, по поводу которых он проходил обследование и лечение;

- показаниями осужденного ФИО2 об ухудшении его самочувствия перед произошедшим ДТП, испытываемой жажде и желании попить воды, не обнаружении ее в салоне в зоне доступности, ощущении 

<

данные изъяты>, приливу крови к голове, возникшей головной боли, после чего он потерял сознание; о наличии у него в течение 2 лет хронических заболеваний, связанных с кровоснабжением сосудов головного мозга, вызывавших приступы повышения давления, о прохождении им обследований и лечения в связи с данными заболеваниями; о приеме им курсов лекарственных препаратов в соответствии с рекомендациями врачей по разработанной схеме их приема, о различных проявлениях заболеваний, в том числе, возникавших похрустываниях в шее при резком движении головой, приступах головной боли, приливах крови к голове, о его отказе от управления автомобилем при возникновении признаков заболеваний в течение нескольких дней; о периодических проблемах с давлением в течение 1 месяца до ДТП; о его приходе в себя после столкновения, сообщении очевидцам о потере сознания; 

а также другими доказательствами, полностью согласующимися между собой, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все представленные суду доказательства оценены в соответствии со ст.ст. 17, 87-88 УПК РФ. Приговор основан на относимых, допустимых и достоверных доказательствах, совокупности которых достаточно для вывода о виновности осужденного в инкриминируемом ему деянии. Все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного разрешения уголовного дела, судом учтены.

Версия осужденного ФИО2, поддержанная его защитником, о его невиновности в инкриминированном преступлении; о внезапной потере сознания, отсутствии болезненного и утомленного состояния до этого, неосведомленности об имеющихся у него заболеваниях и их диагностики только после ДТП; о произошедшем несчастном случае, была предметом проверки и оценки суда первой инстанции, и обоснованно отвергнута ввиду ее противоречия совокупности исследованных судом доказательств. 

Приведенная позиция осужденного противоречит его собственным показаниям, согласно которым о заболевании сосудистой системы, вызывающей повышение давление, резких симптомах данного заболевания, ограниченности движения головой при этом, Кехтер знал задолго до случившегося, неоднократно проходил лечение в связи с этим, при возникновении приступов заболеваний неукоснительно следовал рекомендациям врачей по курсам регулярного длительного приема лекарственных препаратов в течение нескольких дней, ранее при возникновении резких симптомов заболеваний незамедлительно отказывался от вождения; в течение 1 месяца до случившегося неоднократно испытывал симптомы заболевания и проблемы с давлением, требующие приема очередного курса лекарственных препаратов, не стал принимать таблетки в день случившегося, исходя из отсутствия симптомов заболевания с утра; почувствовав аналогичные симптомы заболевания (

<

данные изъяты>) и возникшее недомогание во время следования мимо АЗС, находящейся на противоположной стороне движения (на которую Кехтер хотел заехать, но отказался от этой мысли ввиду двойной сплошной разделительной линии), он оценил появившиеся симптомы, их очередность и локализацию, стал искать в салоне воду, чтобы утолить жажду, после этого потерял сознание. 

Предложенная суду апелляционной инстанции версия осужденного опровергается также медицинскими документами о состоянии здоровья ФИО2 в динамике, заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №46 от 12.02.2021 года о длительном периоде хронического сосудистого заболевания, сопровождавшегося нарушениями концентрации внимания, головными болями, с января 2020 года прогрессированием заболевания, о курсовых приемах им медицинских препаратов в связи с данным заболеванием; картой вызова скорой помощи от 04.02.2020 года, показаниями Свидетель №12 о достоверной осведомленности ФИО2 о симптомах ухудшения состояния в связи повышением давления, о его отказе от передвижений при появлении таких симптомов, о приемах лекарственных препаратов для их купирования. 

Из содержания видеозаписи с видеорегистратора свидетеля ФИО16, сообщения о происшествии КУСП №575 от 28.03.2020 года следует, что после проезда АЗС «Газпром», находящейся на противоположной обочине относительно направления движения автомобиля ФИО2, при наличии двойной сплошной разделительной линии на дорожном полотне, тот ехал до столкновения в течение 1 минуты. 

Исходя из совокупности вышеприведенных обстоятельств, установленных на основании исследованных доказательств, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что Кехтер знал о наличии у него заболеваний, сопровождающихся резкими периодами ухудшения кровоснабжения головного мозга, нарушениями концентрации внимания, которые могут приводить к утрате контроля за движением автомобиля, до этого при возникновении первых симптомов ухудшения самочувствия менял алгоритм своих действий, незамедлительно исключая самостоятельное передвижение и вождение транспортных средств; в предшествовавшее столкновению время после появления аналогичных хорошо известных ему симптомов заболевания, ФИО2 оценил их, прислушался к своим потребностям, при этом в нарушении п.2.7 Правил дорожного движения продолжил управлять автомобилем в болезненном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения, не предвидя наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, тем самым проявил преступную небрежность, вследствие чего произошло дорожно-транспортное происшествие, повлекшее смерть ФИО9

Пройденные после случившегося ФИО2 обследования в целях установления причины его 

<

данные изъяты> и исключения синкопатических проявлений в будущем на правильность выводов суда первой инстанции о достоверной осведомленности Кехтера о наличии у него таких заболеваний, их проявлениях и возможных осложнениях, курсах лекарственных препаратов, купирующих заболевания, алгоритме действий при появлении первых признаков болезненного состояния, не влияют, равно как соблюдение Кехтером скоростного движения во время поездки и отсутствие у него до этого случаев внезапной утраты сознания. 

Вопреки доводам осужденного и адвоката судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что сам по себе механизм утраты осужденным сознания с учетом описанной им самим хронологии событий, последовательности появления у него признаков ухудшения состояния и достаточности у него времени для их осмысления и формирования потребностей, доказательством его невиновности не является.

Принимая во внимание длительный период времени, в течение которого осужденный был осведомлен о наличии у него хронических заболеваний, связанных с ухудшением 

<

данные изъяты>, его беспокойство о своем состоянии здоровья, регулярные обследования и обращения за медицинской помощью к различным специалистам в области неврологии и кардиологии, разрабатывавшим для него курсы лечения по купированию симптомов заболеваний; неоднократно выполняемые осужденным до событий преступления действия при появлении у него резких симптомов заболеваний, направленные на незамедлительный отказ от самостоятельных передвижений и вождения автотранспорта, ФИО2 был в достаточной степени осведомлен о возможности внезапной утраты контроля за своими действиями ввиду проявлений этих хронических заболеваний. Доводы жалобы об обратном необоснованны.

Подтверждение экспертным путем возможности утраты сознания Кехтером в силу имеющихся у него заболеваний, как и сам факт утраты им сознания во время движения, сторонами не оспариваются и с учетом установленной судом первой инстанции совокупности обстоятельств, предшествовавших потере сознания осужденного, о его невиновности не свидетельствуют.

Ссылка в жалобе на немотивированность выводов суда, отвергнувших показания свидетеля Свидетель №12 необоснованна. 

Исходя из показаний осужденного ФИО2 и представленной медицинской документации об имеющихся у него на момент совершения преступления хронических заболеваниях 

<

данные изъяты>, прогрессировании данных заболеваний и ухудшения состояния здоровья ФИО2 в течение 1 месяца до случившегося, предпринимаемых им в связи с этим на регулярной основе мерах по купированию симптомов заболеваний и их лечению, к показаниям свидетеля Свидетель №12, касающимся ее субъективной оценки состояния здоровья супруга, отсутствия значимых хронических заболеваний 

<

данные изъяты>, единичности проявлений повышения давления, суд первой инстанции правильно отнесся критически, приведя достаточные с точки зрения принципа разумности мотивы своего решения.

Заявления осужденного и адвоката о противоречиях в выводах суда относительно осведомленности Кехтера о его болезненном состоянии при управлении автомобилем и о его отказе от вождения до этого при ухудшении самочувствия, несостоятельны. Каких-либо противоречий приведенные выводы суда не содержат. Напротив, предпринимаемые осужденным до случившегося меры по отказу от передвижения и вождения при появлении симптомов ухудшения самочувствия достоверно свидетельствуют о его осведомленности о возможных общественно-опасных последствиях его болезненного состояния.

Не имеется и отмеченных в жалобе противоречий в выводах суда, не согласившегося с доводами защиты о внезапности утраты Кехтером контроля за своими действиями при отсутствии предшествовавшего этому болезненного состояния, и об отсутствии влияния на квалификацию действий осужденного механизма утраты сознания при достоверно установленном судом появлении признаков ухудшения самочувствия Кехтера во время управления автомобилем и продолжении управления им автомобилем при его нахождении в болезненном состоянии. 

Заявления адвоката о противоречивости выводов суда о подтверждении виновности ФИО2 заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №46 от 11.03.2021 года и о непризнании выводов дополнительной СМЭ доказательством как виновности, так и невиновности, надуманны. Приведенные защитником фрагменты выводов суда по оценке заключения судебно-медицинской экспертизы №82 от 15.12.2020 года, основанного на неполных данных ввиду чего непринятых в качестве доказательств виновности или невиновности, но ставших основанием для проведения дополнительного экспертного исследования, вырваны из контекста.

Вопреки доводам осужденного и адвоката выводы суда о болезненном состоянии, появившемся у осужденного во время его управления автомобилем обоснованы достаточной совокупностью доказательств, а не единичным сведениями о наличии у осужденного проблем со здоровьем.

Доводы жалобы о неполноте выводов автотехнической экспертизы №3/281 от 16.10.2020 года в части оценки действий потерпевшего ФИО9 несостоятельны. Экспертом приведены полные и достаточные выводы, основанные на всесторонней и объективной оценке всех представленных эксперту материалов, об отсутствии в действиях потерпевшего несоответствия требованиям ч.2 п.10.1 Правил дорожного движения, поскольку ни предписанное Правилами дорожного движения (п.10.1) в случае возникновения опасности для движения снижение скорости, ни остановка автомобиля потерпевшего не исключали возможности избежать столкновения его автомобиля со встречным незаторможенным автомобилем осужденного. Избранные экспертом в заключении формулировки не свидетельствуют о ненадлежащем исполнении экспертом своих профессиональных обязанностей, не порождают каких-либо разночтений либо неясностей в выводах эксперта, как и их неполноты.

Ссылки осужденного и адвоката о неприменении потерпевшим торможения опровергаются показаниями свидетелей ФИО13, Свидетель №2, содержанием видеозаписи с видеорегистратора свидетеля ФИО13, об обратном.

Указанное в протоколе осмотра места происшествия отсутствие на дорожном полотне и обочине следов торможения автомобилей само по себе не опровергает приведенную совокупность доказательств достоверно установивших применение потерпевшим торможения. 

Заявления осужденного и адвоката о несоблюдении ФИО34 требований Правил дорожного движения вследствие его нахождение в утомленном состоянии, при отсутствии его медицинского осмотра, надуманны и опровергаются показаниями свидетелей ФИО13 и Свидетель №2, потерпевшей Потерпевший №1 о периодическом отдыхе потерпевшего ФИО9 как до поездки, так и во время ее, отсутствия у него признаков утомленности и какой-либо замедленности реакции. Это же следует и из представленных видеозаписей.

С учетом выводов автотехнической экспертизы, содержания видеозаписей и показаний свидетелей ФИО13 и Свидетель №2, судом первой инстанции обоснованно отвергнута позиция защиты о возможности избежать столкновения при применении потерпевшим ФИО9 торможения.

Суд подробно и всесторонне проанализировал показания потерпевших Потерпевший №1, ФИО48., свидетелей ФИО13, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №9, Свидетель №10, ФИО14, Свидетель №8 и Свидетель №7, эксперта Свидетель №18, об известных им обстоятельствах совершения преступления, а также показания свидетеля Свидетель №12 о проявлявшихся у осужденного признаках повышения давления и предпринимаемых им в этом случае мерах, и обоснованно признал их достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку их показания об обстоятельствах совершения преступления являются последовательными, логичными, обстоятельными, стабильными, согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении не выявлено. Оснований для признания показаний потерпевших и свидетелей недостоверными и недопустимыми доказательствами верно не установлено.

2Все заключения экспертов, положенные в основу приговора, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, экспертные исследования проведены с соблюдением требований закона. Оснований сомневаться в полноте и достоверности выводов экспертов не имеется.

Вопреки доводам осужденного и адвоката неполноты предварительного расследования и судебного следствия, оснований для возвращения уголовного дела прокурору, неконкретизированности предъявленного обвинения, суд апелляционной инстанции не усматривает. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, имеющие значение для дела, предусмотренные ч.1 ст.73 УПК РФ, в том числе, отражающие объективную и субъективную сторону преступления, равно, как и место преступления, судом первой инстанции достоверно установлены на основании достаточной совокупности исследованных доказательств. Какого-либо искажения фактических обстоятельств совершения преступления не допущено.

Все юридически значимые обстоятельства, позволившие достоверно установить фактические обстоятельства совершения осужденным преступления, судом первой инстанции учтены. Доводы осужденного и его защитника суду апелляционной инстанции о неустановлении значимых обстоятельств и их отсутствии в обвинении обусловлены избранной осужденным позицией защиты и на достоверность доказательств, полноту и конкретизированность обстоятельств, отраженных в обвинениии, правильность выводов суда о доказанности виновности осужденного в совершении преступления не влияют.

Редакционные поправки и уточнения обвинения прокурором в ходе судебного следствия в порядке ст.246 УПК РФ не привели ни к расширению объема обвинения, ни к внесению в него отличных от первоначального обвинения обстоятельств объективной и субъективной сторон преступления, значимых для юридической оценки его действий. Доводы жалобы в этой части надуманны. Никаких разночтений в определении места преступления уточнением обвинения не последовало. Нарушения права на защиту ФИО2 не допущено.

Вопреки доводам осужденного и адвоката все доказательства, исследованные в судебном заседании, подробно и правильно изложены в приговоре, тщательно проанализированы и обстоятельно оценены судом в совокупности, с изложением мотивов, по которым суд признал одни доказательства допустимыми и достоверными, а другие отверг. Каких-либо предположений, противоречий и сомнений выводы суда не содержат. Доводы осужденного и защитника, изложенные в апелляционной жалобе и высказанные суду апелляционной инстанции, о его невиновности в совершении преступления получили надлежащую судебную оценку и обоснованно отвергнуты.

Суд апелляционной инстанции считает правильной произведенную судом первой инстанции оценку всех исследованных доказательств. Сомнений в виновности ФИО2 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности смерть человека, и в правильности юридической квалификации его действий не имеется. 

Анализируя содержание апелляционной жалобы и доводов осужденного и его защитника в судебном заседании, суд апелляционной инстанции отмечает, что все они сводятся фактически к переоценке доказательств по делу, надлежащая и правильная оценка которым дана в приговоре. Однако несогласие осужденного и защитника с судебной оценкой доказательств не свидетельствует о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права. 

Исходя из фактических обстоятельств содеянного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для оправдания осужденного в совершении преступления, прекращения уголовного дела за отсутствием в его действиях состава преступления, и для изменения юридической квалификации его действий, данной судом первой инстанции по ч.3 ст. 264 УК РФ. Юридическая квалификация действий осужденного полностью соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам, содержащемуся в приговоре описанию преступного деяния, является правильной, в ее обоснование судом приведены убедительные и обстоятельные мотивы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

При назначении наказания ФИО2 суд первой инстанции учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, данные о личности осужденного, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также иные сведения, указанные в приговоре, в связи с чем пришел к правильному выводу о достижении в отношении ФИО2 целей наказания при назначении ему наказания в виде лишения свободы, поскольку в противном случае наказание не будет отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Назначение осужденному обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренного санкцией ч.3 ст.264 УК РФ, мотивировано в приговоре должным образом.

Смягчающими наказание осужденного обстоятельствами справедливо признаны совершение преступления впервые, выражение соболезнований о произошедшем, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие у осужденного малолетнего и несовершеннолетнего детей, его положительная характеристика, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, которым он оказывает помощь, наличие у него дипломов, сертификатов, грамот, благодарностей, благодарственных писем, общественных званий и наград; осуществление им благотворительной и меценатской деятельности, оказание помощи участникам СВО, участие в мероприятиях по реставрации и возрождению православных храмов и религиозных объектов, наличие спортивных достижений и звания кандидата в мастера спорта, а также в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ – возмещение морального вреда, причиненного преступлением, потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетнему ребенку потерпевшего ФИО9, а также потерпевшему Свидетель №2

Иных смягчающих наказание осужденного обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Вместе с тем, как следует из представленных суду апелляционной инстанции документов осужденным в полном объеме возмещен моральный вред, причиненный преступлением потерпевшим ФИО7 и Потерпевший №2

Принимая во внимание конкретизацию судом первой инстанции в приговоре о признании смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ – возмещение морального вреда, причиненного преступлением, потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетнему ребенку потерпевшего ФИО9, а также потерпевшему Свидетель №2, а учитывая установленные обстоятельства о полном возмещении морального вреда потерпевшим Потерпевший №2 и ФИО7, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о признании самостоятельным смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ – добровольное возмещение им морального вреда, причиненного преступлением, потерпевшим Потерпевший №2 и ФИО7, что влечет смягчение наказания осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, справедливо не усмотрено.

Принимая во внимание наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и,к» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судом первой инстанции верно при назначении наказания ФИО1 применены положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить ст.64 УК РФ, судом первой инстанции верно не установлено. Судом обсуждалась возможность применения к осужденному положений ч.6 ст.15 УК РФ, однако оснований к этому правильно не усмотрено. Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения указанных положений закона подробно и обстоятельно мотивированы в приговоре, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению в связи с его несправедливостью. 

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона. 

На основании ч.2 ст.389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УКРФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

В соответствии с ч.2 ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

Указанные выше требования закона судом при назначении наказания ФИО2 не выполнены. 

При назначении наказания судом обсуждался вопрос применения к назначенному осужденному наказанию в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ. 

Мотивируя вывод об отсутствии оснований к этому, суд первой инстанции сослался лишь на общую формулировку об отсутствии таковых ввиду применения к назначенному наказанию в виде лишения свободы положений ч.2 ст.53.1 УК РФ и замене его на наказание в виде принудительных работ, которое исполняется только реально. 

Вместе с тем в приговоре суд привел сведения о личности осужденного, об отсутствии у него привлечений к уголовной и административной ответственности и о его отсутствии на учетах у нарколога и психиатра; сведения о его социальной обустроенности, крепких социальных связях; о его значительном вкладе в культурную и общественную жизнь страны, активном участии в благотворительной и меценатской деятельности, о наличии у него множества общественных званий, признаний и наград, его положительные характеристики, обширную совокупность смягчающих наказание обстоятельств, полное добровольное возмещение всем потерпевшим морального вреда, причиненного преступлением. 

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения к назначенному осужденному наказанию в виде лишения свободы положений ст.73 УК РФ, не может быть признан должным образом мотивированным.

Учитывая вышеприведенные сведения о личности осужденного, его семейном положении и социальной обустроенности; ухудшении его состояния здоровья после событий преступления, полное добровольное возмещение всем потерпевшим морального вреда, причиненного преступлением, принимая во внимание установленную судом первой инстанции совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, с учетом того, что характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства его совершения, не могут выступать единственными и безусловными обстоятельствами, учитываемыми судом при назначении наказания виновному, суд апелляционной инстанции считает возможным назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ условно с установлением испытательного срока осужденному и возложением на него обязанностей в соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ - не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, куда являться один раз в месяц в дни, установленные этим органом.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что статьей 73 УК РФ предусмотрен порядок назначения условного осуждения, которое, в свою очередь, не означает освобождение от уголовной ответственности и наказания и предусматривает возложение на осужденного определенных обязанностей, ограничивающих его права и свободы.

При таких обстоятельствах приговор суда подлежит изменению в вышеуказанной части, выводы суда о замене ФИО2 наказания в виде лишения свободы принудительными работами подлежат исключению из приговора.

Принимая во внимание полное возмещение осужденным морального вреда, причиненного потерпевшим ФИО7 и Потерпевший №2, производство по гражданским искам потерпевших подлежит прекращению. 

Судебное разбирательство проведено полно, объективно и беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Какой-либо необъективности, формализма, предвзятости либо нарушения права на защиту осужденного, в ходе судебного разбирательства не допущено. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, все приводимые осужденным и его защитой доводы были судом проверены, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы явиться основанием к отмене обжалуемого решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 01 ноября 2024 года в отношении ФИО2 – изменить.

В соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, - добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, потерпевшим ФИО7 и Потерпевший №2

Снизить назначенное ФИО2 наказание до 2 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Исключить из резолютивной части приговора указание на замену ФИО2 наказания в виде лишения свободы принудительными работами.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы считать условным с испытательным сроком - 2 года.

На основании ч.5 ст.73 УК РФ в период испытательного срока возложить на осужденного ФИО2 обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, - 1 (один) раз в месяц в дни, установленные этим органом.

Этот же приговор в части гражданских исков ФИО7 и Потерпевший №2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, отменить, производство по гражданским искам прекратить.

В остальной части приговор - оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. В случае пропуска этого срока, кассационные жалоба и представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции и рассмотрены в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий