Судья Перов В.Л.

Дело № 22-4512/2020 (1-244/2020)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 13 августа 2020 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего судьи Белозерова В.А.,

при секретаре Северюхиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело ФИО1 по апелляционному представлению заместителя прокурора Индустриального района г. Перми Боголюбова В.В. на приговор Индустриального районного суда г. Перми от 25 июня 2020 года, которым

ФИО1, родившийся дата на ****, ранее судимый,

признан виновным в самовольном оставлении места жительства, совершенном в целях уклонения от административного надзора, и

осужден по ч. 1 ст. 314.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок четыре месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

заслушав выступление прокурора Лялина Е.Б. и возражения адвоката Медведева С.Н. в защиту ФИО1, 

УСТАНОВИЛ:

в апелляционном представлении прокурор Боголюбов В.В. поставил вопрос об изменении приговора путем:

дополнения его описательно-мотивировочной части «решением о применении (к осужденному) требований ч. 2 ст. 68 УК РФ и отсутствии оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ»;

исключения из предложения «ФИО1 … сменил свое место жительства (пребывания)» (при описании преступного деяния) слова, заключенного в скобки. 

Проверив материалы дела, суд находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Как видно из материалов уголовного дела, в момент ознакомления с ним на стадии досудебного производства ФИО1 в присутствии защитника заявил ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства.

Удостоверившись в том, что он уяснил характер и последствия своего ходатайства, а предъявленное ему обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, суд, дав правильную юридическую оценку его действиям, постановил приговор без проведения судебного разбирательства.

Таким образом, закон, регламентирующий условия, при которых допускается применение особого порядка принятия судебного решения, соблюдён.

Что касается наказания, то определяя осужденному его вид и размер, суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного им, конкретные обстоятельства дела, личность виновного, обстоятельства, смягчающие ответственность, и свой вывод о необходимости назначения ФИО1 лишения свободы, мотивировал.

Оснований для его снижения, принимая во внимание факт совершения им преступления при рецидиве, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Относительно представления.

Действительно, согласно п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", на который ссылается в обоснование своей позиции прокурор, суд обязан мотивировать в описательно-мотивировочной части приговора применение норм, ограничивающих срок или размер наказания определенной частью наиболее строгого вида наказания.

Однако это разъяснение Верховного Суда РФ касается лишь вопроса о необходимости мотивировать применение той или иной статьи Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания виновному, и не распространяет свое действие на случаи отсутствия в описательно-мотивировочной части приговора ссылки на норму Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, подлежащую применению.

Кроме того, основанием отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции является не всякое нарушение уголовного закона, а лишь неправильное его применение, под которым понимается нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации; применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению; назначение наказания более строгого, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (статьи 389.15 и 389.18 УПК РФ). 

Согласно ч. 2 ст. 68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части настоящего Кодекса, то есть применительно к рассматриваемому делу – не менее двух месяцев двадцати дней лишения свободы по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ. Суд назначил ФИО1 четыре месяца лишения свободы. 

Таким образом, очевидно, что уголовный закон (ч. 2 ст. 68 УК РФ), ограничивающий срок или размер наказания определенной частью наиболее строгого вида наказания при его назначении осуждённому, в его деле не нарушен. Тогда как невыполнение предписаний именно этого закона в силу статей 389.15 и 389.18 УПК РФ влечет изменение приговора.

Ну, а поскольку требования Уголовного кодекса, касающиеся назначения ФИО1 вида и размера наказания соблюдены, и справедливость приговора сторонами под сомнение не ставится, то само по себе отсутствие в приговоре ссылки на закон, «подлежавший применению», мотивов его применения, либо того и другого, как обстоятельство, не являющееся в данном деле юридически значимым, затрагивающим существо приговора, и по этому критерию не подпадающее под действие статьи 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, основанием изменения судебного решения служить не может.

С мнением прокурора о том, что суд обязан мотивировать в приговоре, в том числе и неприменение той или иной нормы Уголовного закона (в данном деле положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, предусматривающей случаи назначения наказания без учета правил о рецидиве), согласиться нельзя. 

Закон посредством его разъяснения Верховным Судом Российской Федерации обязывает суды к этому лишь при его применении (к исключению относится решение о неприменении дополнительного вида наказания, предусмотренного в качестве обязательного (статья 64 УК РФ, п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре»). Иное привело бы к неоправданному расширению предмета рассмотрения и круга вопросов, подлежащих разрешению судом при постановлении приговора.

По поводу требования прокурора об исключении из приговора слова «Пребывания», заключенного судом в скобки.

В скобки заключаются слова и предложения, вставляемые в предложение с целью пояснения или дополнения высказываемой мысли.

Проверка же обоснованности заключения правоприменителем того или иного слова текста документа в скобки на соответствие правилам русского языка осуществляется в ином порядке и в компетенцию суда, разрешающего вопросы права, не входит, в том числе и тогда, когда по общему мнению «пояснение или дополнение высказываемой мысли», облеченное в скобки, является избыточным, как в настоящем деле.

Редактирование приговора путем включения в его текст различного рода решений, сведений, слов, знаков препинания и т.п., не приведенных судом в своем решении и не являющихся для существа дела и правильного его разрешения юридически значимыми, уголовно-процессуальный закон не предусматривает.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Индустриального районного суда г. Перми от 25 июня 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление - без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) в порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Пермского краевого суда