Дело № 2-1381/2017

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 декабря 2017 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи: Юровского И.П.,

с участием помощника прокурора: Думлер Ю.Г.,

при секретаре: Маскалюк Н.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску Ёлгиной Е.А. к Обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, выдачи дубликата трудовой книжки, взыскании среднемесячного заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации утраченного заработка, компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением и компенсации морального вреда за причиненный вред здоровью,

УСТАНОВИЛ:

Ёлгина Е.А. обратилась в суд с иском к ООО «СтройИндустрия», указав, что она работала на предприятии ООО «СтройИндустрия» с 16 августа 2012 года по 07 апреля 2017 года, которое в настоящее время имеет юридический адрес: 630090, 

<

...>. Руководителем предприятия является ФИО1 Однако, весь указанный период ее рабочее место располагалось по адресу: , названия предприятий постоянно менялись, вначале ООО «Томполимер», ООО «Стройинком». Не менялись только сфера деятельности предприятий и выполняемые функции. Предприятие занималось производством экструдированных пенополистирольных плит, для изготовления которых используется газ под давлением и в больших объемах. Рабочий цех всегда располагался по адресу: , где истец работала в должности упаковщицы посменно: два дня в день – день отдыха, два дня в ночь – три дня отдыха. 03 февраля 2017 года истец заступила на работу в ночную смену в первый день ночных смен. Примерно в 23:00 часа, когда истец находилась в цехе на рабочем месте, произошел пожар, в результате которого помещение цеха полностью выгорело. Поскольку огонь стал распространяться очень быстро, в результате образования черного едкого дыма, видимость в цехе стала практически нулевой, эвакуационные выходы из цеха были завалены бракованной продукцией. Истец и другие работники не смогли быстро эвакуироваться из горящего помещения, в результате чего надышались продуктами горения химических веществ. Во время пожара все выбежали на улицу без верхней одежды, температура воздуха на улице была -10°С. Факт возгорания был зафиксирован МЧС, в связи с наличием признаков преступления, предусмотренного ст. 217 УК РФ, материал проверки был направлен в следственный отдел по Ленинскому району г. Томска для принятия решения. Чем закончилась проверка по данному факту, истцу неизвестно. 04 февраля 2017 года, истец должна была заступить на работу в следующую рабочую смену, но руководство ООО «СтройИндустрия» рекомендовало сотрудникам не приходить на работу, так как там работают специалисты МЧС и страховой компании. Также, истец почувствовала себя плохо и обратилась к врачу в поликлинику по месту жительства. Администрация предприятия инициировала собрание, на котором директор сообщил, что цех восстановлению не подлежит, средств на заработную плату нет. Директор предложил всем написать заявление об увольнении по собственному желанию, а когда цех восстановят, то сотрудников вновь пригласят работать. О причинах возгорания, в случае проверки компетентными органами, нас просили не говорить. Когда встал вопрос о выплате компенсации, то директор ответил, что у предприятия нет таких денег. Поскольку истец находилась на больничном, не спешила писать заявление об увольнении, а позднее стало известно, что увольнение при таких обстоятельствах происходит по другой процедуре и предприятие обязано компенсировать расторжение трудового договора по его инициативе. В этой связи истец не планировала прекращать по собственному желанию трудовые отношения с ООО «СтройИндустрия». До 29 марта 2017 года истец находилась на больничном, но принести листок о временной нетрудоспособности в администрацию предприятия смогла только 07 апреля 2017 года, что было согласовано с администрацией, а также и то, что в данный период истец будет ухаживать за отчимом, у которого случился инсульт. Была договоренность, что за этот период истец либо оформит больничный лист за уходом отчима, либо оформит отпуск без сохранения заработной платы. Окончательный диагноз до настоящего времени истцу не поставлен, истец продолжает лечение и дополнительное обследование, что является препятствием к дальнейшему трудоустройству. Повреждение здоровья истца явилось результатом воздействия горючих материалов во время пожара, вызванного несоблюдением правил противопожарной безопасности и переохлаждением на открытом воздухе, имевших место в ночь с 03 февраля на 04 февраля 2017 года. Ранее ничем, кроме сезонных простудных заболеваний, истец не болела. Незаконными действиями работодателя, а также в результате пережитого пожара, последующих проблем со здоровьем, истцу причинен моральный вред, который выражается в систематических болевых приступах, нарушении сна, дыхания, постоянных переживаниях в связи с потерей работы, невозможностью трудоустроиться на новую работу. Причиненный моральный вред истец оценивает в 500000,00 рублей.

На основании вышеизложенного истец просит восстановить ее на работе на предприятии ООО «СтройИндустрия» в должности упаковщицы; взыскать с ООО «СтройИндустрия» средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе; взыскать с ООО «СтройИндустрия» в счет возмещения вреда здоровью утраченный заработок в размере фактического среднемесячного заработка за период 3 месяца с 04 февраля по 04 мая 2017 года, в сумме 60580,50 рублей; взыскать с ООО «СтройИндустрия» компенсацию морального вреда в сумме 500000,00 рублей.

В дальнейшем, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просит признать увольнение Ёлгиной Е.А., 07 апреля 2017 года с должности упаковщицы ООО «СтройИндустрия» на основании п. 3 ст. 77 ТК РФ, незаконным; восстановить Ёлгину Е.А. в должности упаковщицы в ООО «СтройИндустрия» с 07 апреля 2017 года; выдать истцу дубликат трудовой книжки без недействительных записей в соответствии с п. 33 Правил ведения и хранения трудовых книжек, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225 «О трудовых книжках»; взыскать с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. за время вынужденного прогула с 07 апреля 2017 года и до даты принятия судом решения среднемесячный заработок в сумме 214473,60 рублей с НДФЛ (186591,30 рублей без НДФЛ) из расчета 1 218,60 рублей/день; взыскать с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. компенсацию за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года в количестве 28 дней в сумме 34120,80 рублей с НДФЛ (29684,80 рублей без НДФЛ); взыскать с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. компенсацию за утраченный заработок (доход), утраченный в связи с полученным вредом здоровью в результате инцидента (пожара) на производстве в сумме 34814,86 рублей; взыскать с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. в связи с незаконным увольнением компенсацию морального вреда в сумме 150000,00 рублей; взыскать с ООО «СтройИндустрия» 500000,00 рублей в пользу Ёлгиной Е.А. в счет компенсации морального вреда за вред здоровью, полученный в результате инцидента (пожара) на опасном производственном объекте по адресу: , в ночь с 03 на 04 февраля 2017 года.

В судебном заседании истец Ёлгина Е.А., её представитель ФИО13, действующая на основании доверенности 70 АА 1037934 от 21.07.2017, заявленные требования поддержали в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика ФИО14, действующая на основании доверенности от 11.12.2017, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме. В представленных письменных отзывах указала, что у работодателя имелись достаточные основания для увольнения истца по собственному желанию, порядок увольнения работодателем не нарушен, в связи с чем основания для восстановления на работе отсутствуют. Указала, что поскольку нарушение трудовых прав истца работодателем не допущено, то требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда также удовлетворению не подлежат. Кроме того, указала, что расчет среднего заработка за время вынужденного прогула истцом произведен неверно. Доводы истца о причинении вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве не подтверждены документально, основания для компенсации морального вреда отсутствуют. 

В дополнениях к отзыву на исковое заявление представитель ответчика указала, что согласно заключению экспертов № 188 от 31.10.2017 вред здоровью Ёлгиной Е.А. в результате пожара, произошедшего 03.02.2017, причинен не был. Доводы истца о нарушении работодателем прав работника при прекращении трудового договора являются несостоятельными. Также представитель ответчика указала, что требование истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск противоречит требованию о восстановлении на работе. 

Заслушав стороны, заключение помощника прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела установлено, что с 01 апреля 2015 года Ёлгина Е.А. была принята на работу в ООО «СтройИндустрия» на должность упаковщика без испытательного срока на основании трудового договора от 01.04.2015 № и приказа ООО «СтройИндустрия» о приеме на работу от 01 апреля 2015 года № /том 1 л.д. 26/.

Приказом ООО «СтройИндустрия» от 07 апреля 2017 года № Ёлгина Е.А. была уволена с должности упаковщика ООО «СтройИндустрия» по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника) /том 1 л.д. 28/. 

Основанием для увольнения Ёлгиной Е.А. послужило её личное заявление от 07 апреля 2017 года, поданное на имя директора ООО «СтройИндустрия» ФИО1, в котором Ёлгина Е.А. просила уволить её по собственному желанию 07 апреля 2017 года /том 1 л.д. 27/.

Согласно статье 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. В соответствии с данными конституционными положениями работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор с работодателем, предупредив его об этом заблаговременно в письменной форме.

В соответствии со статьей 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В силу ст.ст. 9, 56 ТК РФ регулирование трудовых отношений осуществляется путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. Трудовой договор, прежде всего, соглашение между работодателем и работником, основанное на добровольном волеизъявлении участников трудовых правоотношений, при котором добросовестность заключивших его лиц предполагается.

Расторжение трудового договора по собственному желанию (ст. 80 ТК РФ) является реализацией гарантированного работнику права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Как разъяснено в подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Единственным основанием для расторжения трудового договора в соответствии со ст. 80 Трудового кодекса РФ является инициатива работника, выраженная в письменной форме.

Оспаривая законность увольнения, истец указала, что 03 февраля 2017 года она заступила на работу в ночную смену в первый день ночных смен. Примерно в 23:00 часа, когда она находилась в цехе на рабочем месте, произошел пожар, в результате которого помещение цеха полностью выгорело. 04 февраля 2017 года, она должна была заступить на работу в следующую рабочую смену, но руководство ООО «СтройИндустрия» рекомендовало сотрудникам не приходить на работу, пояснив, что там работают специалисты МЧС и страховой компании. Так как истец почувствовала себя плохо, она обратилась к врачу в поликлинику по месту жительства и оформила больничный лист. Администрация предприятия инициировала собрание, на котором директор сообщил, что цех восстановлению не подлежит, средств на заработную плату нет и предложил всем написать заявление об увольнении по собственному желанию. Поскольку она находилась на больничном, то не спешила писать заявление об увольнении. Более того, позднее ей стало известно, что увольнение при таких обстоятельствах происходит по другой процедуре и предприятие обязано компенсировать расторжение трудового договора по его инициативе. В этой связи она не планировала прекращать по собственному желанию трудовые отношения с ООО «СтройИндустрия». До 29 марта 2017 года она находилась на больничном, но принести листок о временной нетрудоспособности в администрацию предприятия смогла только 07 апреля 2017 года, что было согласовано с администрацией, а именно, что за этот период истец либо оформит больничный лист по уходу за отчимом, либо оформит отпуск без сохранения заработной платы. 

В судебных заседаниях Ёлгина Е.А. и её представитель ФИО13 пояснили, что Ёлгина Е.А. увольняться не собиралась, 07 апреля 2017 года Ёлгина Е.А. приехала в офис ООО «СтройИндустрия» для того, чтобы сдать больничный лист и написать заявление о предоставлении отпуска без содержания. Написать заявление на увольнение по собственному желанию 07 апреля 2017 года Ёлгину Е.А. вынудили сотрудники ООО «СтройИндустрия», а именно ФИО2, которая кричала, говорила, что у Ёлгиной Е.А. никто никакого заявления не примет, кроме заявления на увольнение по собственному желанию, что после пожара им тяжело финансово, что Ёлгина Е.А. осталась одна, кто не уволился.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании пояснила, что она работала в ООО «СтройИндустрия» упаковщицей 6 разряда, без заключения с ней трудового договора, денежные средства по заработной плате приходили ей на карту, а часть она получала в бухгалтерии. В среднем размер заработной платы был от 12000,00 рублей до 18000,00 рублей. Также пояснила, что примерно через 10-15 дней после пожара было общее собрание, на котором всем предложили написать заявление на увольнение по собственному желанию. Все писали заявление в один день, а потом забрали трудовые книжки, получили расчет. Ёлгина Е.А. на собрании была, но так как была на больничном, она тогда не уволилась. Свидетель также пояснила, что со слов Ёлгиной Е.А. ей известно, что Ёлгину Е.А. заставили уволиться, однако как Ёлгина Е.А. писала заявление об увольнении, она не видела. По факту пожара пояснила, что ранее в цехе также возникали пожары, которые сотрудники тушили своими силами. После пожаров появлялась одышка, аллергия, сильный кашель. Ёлгину Е.А. в день пожара она не видела.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснил, что он работал в ООО «СтройИндустрия» оператором, трудовой договор с ним не заключали, часть заработной платы перечислялась на карту, а часть выдавалась в бухгалтерии. По поводу своего увольнения пояснил, что примерно через 2 недели после пожара было общее собрание, на котором сотрудников попросили написать заявление на увольнение. Он уволился по собственному желанию. Были ли люди, которые не хотели писать заявление на увольнение по собственному желанию, он не знает. По поводу того, говорили ли на собрании о том, что не выплатят заработную плату, если не сотрудник не напишет заявление на увольнение, он не слышал. По поводу пожаров пояснил, что практически каждую смену были небольшие пожары, которые сотрудники сами устраняли. После пожаров был кашель, одышка, сухость в горле.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила, что она работала в ООО «СтройИндустрия» старшей упаковщицей, трудовой договор с ней не заключался, заработная плата указывалась в приказе о приеме на работе, а условия труда были определены в должностной инструкции. По поводу заработной платы пояснила, что после 10 числа выдавали заработную плату, а после 25 числа аванс. Средний размер заработной платы у нее был 20000,00 рублей. После пожара, примерно через 1 неделю было собрание, на котором сотрудников попросили уволиться, сказав, что когда восстановят предприятие, примерно в сентябре всех возьмут обратно, однако предприятие не восстановили. Собрание проводил ФИО15, который сказал, что надо уволиться, потому что с финансами на предприятии тяжело, чтобы восстановиться, нужны деньги. Расторгнуть договор по сокращению не предлагали. Ёлгина Е.А. на собрании была, говорила, что находится на больничном в связи с тем, что болит желудок. Также пояснила, что ранее регулярно, примерно 3-4 раза в смену, были мелкие возгорания, которые тушились огнетушителями, пожарных не вызывали? После возгораний было ощущение жжения в горле, тошнота, рвота, понос, которые проходили через 2-3 дня. Пояснила, что когда возник пожар, она находилась в столовой, услышала крик мастера смены, видела, что сотрудники пытаются потушить пожар, однако потушить не удавалось. Позвав Ёлгину Е.А., они пошли в раздевалку и стали собирать вещи. Когда погас свет, они пытались найти выход в коридор и вышли, но могли потерять сознание и просто задохнуться. За оказанием медицинской помощи она в этот же день не обращалась, обращалась позднее в свою поликлинику. Ёлгина Е.А. также не обращалась в день пожара за оказанием ей медицинской помощи, потому что все были в шоке и о себе не подумали. По поводу увольнения Ёлгиной Е.А. пояснила, что Ёлгина Е.А. не высказывала намерений уволиться, 07 апреля они поехали на работу потому, что Ёлгиной Е.А. нужно было сдать больничный лист. В кабинете бухгалтера они выслушали большое количество претензий по больничному листу, а также Ёлгину Е.А. спросили о том, написала ли она заявление на увольнение, на что Ёлгина Е.А. ответила, что писать заявление не будет, хочет переговорить с ФИО6. Во время разговора с ФИО6, вышла ФИО2 (главбух) и, увидев, что они разговаривают с ФИО6, сказала, что Ёлгина Е.А. не уволена, больничный лист сдала с опозданием и, что ей теперь придется переписывать квартальный отчет. Также пояснила, что Ёлгина Е.А. после разговора с ФИО6 поднялась и написала заявление, которое было отдано ФИО6, трудовую книжку Ёлгина Е.А. получила через несколько дней. Что конкретно писала Ёлгина Е.А., текст заявления, она не видела. В кабинете была ФИО2, которая диктовала само заявление на увольнение по собственному желанию и забрала заявление. Пояснила, что Ёлгина Е.А. не хотела увольняться, говорила, что отзовет заявление на увольнение. Заявление на увольнение писала добровольно.

При повторном допросе свидетель ФИО5 пояснила, что 07 апреля ФИО2 пыталась задавить морально, Ёлгина Е.А. была на гране срыва. Ёлгина Е.А. говорила, что хочет написать заявление на отпуск без содержания, а не на увольнение. В кабинете, где Ёлгина Е.А. писала заявление, находились 2 сотрудницы, она тоже попыталась зайти вместе с Ёлгиной Е.А. в кабинет, однако ей сказали покинуть помещение, оттеснили от двери. Когда Ёлгина Е.А. осталась в кабинете, ФИО2, стала что-то диктовать Ёлгиной Е.А., и она поняла, что Ёлгина Е.А. пишет заявление на увольнение. Выйдя из кабинета, Ёлгина Е.А. сказала, что её уволили. Ёлгина Е.А. позвонила своей сестре, которая порекомендовала вернуться и забрать это заявление, однако Ёлгина Е.А. не пошла, сказав, что она их боится. Дополнительно пояснила, что трудовую книжку она увидела у Ёлгиной Е.А., когда та вышла из кабинета, запись в трудовой книжке Ёлгина Е.А. показала в машине в этот же день 07 апреля. В понедельник Ёлгина Е.А. сказала, что ее сестра убедила забрать заявление, для чего они поехали на предприятие писать заявление об отзыве заявления на увольнение. 

Свидетель ФИО7 пояснила, что 07 апреля, когда они поехали по магазинам, Ёлгина Е.А. захотела завести больничный лист на работу. О том, что Ёлгина Е.А. хочет уволиться, она не говорила, она лечилась. Ёлгина Е.А. с ФИО5 ходили отдать больничный лист, а когда вернулись, у Ёлгиной Е.А. началась истерика, она сказала, что ее уволили, она пришла с трудовой книжкой. Ёлгина Е.А. звонила сестре, которая сказала, чтобы она забрала заявление, но Ёлгина Е.А. отказалась, сказав, что она туда одна не пойдет. По поводу пожаров на предприятии Ёлгина Е.А. говорила, что пожары случались часто. После последнего пожара состояние здоровья Ёлгиной Е.А. ухудшилось, она стала задыхаться, она очень часто стала обращаться в больницу. Ёлгина Е.А. всегда рассказывала про пожар, говорила, что если бы не ФИО5, она там бы и осталась.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержала изложенные в отзыве на исковое заявление и дополнении к отзыву доводы, пояснив, что с учетом имеющихся в материалах дела документов и пояснений у работодателя имелись достаточные основания для увольнения истца, порядок увольнения работодателем нарушен не был, в связи с чем оснований для восстановления Ёлгиной Е.А. на работе нет. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что в ООО «СтройИдустрия» она работала с июля 2015 года по октябрь 2017 года, с Ёлгиной Е.А. знакома, присутствовала при написании истцом заявления на увольнение. Также пояснила, что в кабинет бухгалтерии, где находилась она и ФИО9, пришла Ёлгина Е.А. писать заявление на увольнение, в связи с чем она попросила ФИО9, продиктовать Ёлгиной Е.А. как написать заявление. Ёлгина Е.А. писала заявление собственноручно. Ёлгина Е.А. приносила за период с февраля месяца больничный, но было ли это в тот день, она не помнит. После того, как Ёлгина Е.А. написала заявление на увольнение, его отдали ФИО10, которая работает удалено, и которая, скорее всего, в этот же день все сделала. Кто выдавал трудовую книжку Ёлгиной Е.А. она не знает, но согласно подчерку, которым внесена запись об увольнении, трудовую книжку заполняла ФИО9 (сотрудник кадров ООО «Промполимер»), а расписался директор. О том, говорила ли Ёлгина Е.А., что хочет написать заявление об отпуске или что-то еще, она не такого не слышала, при ней заявление о предоставлении отпуска Ёлгина Е.А. не писала.

Как следует из материалов дела 07 апреля 2017 года Ёлгина Е.А. написала заявление об увольнении её по собственному желанию 07 апреля 2017 года, что подтверждается копией заявления от указанной даты /том 1 л.д. 27/. 

В этот же день 07 апреля 2017 года издан приказ (распоряжение) ООО «СтройИндустрия» № о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), которым Ёлгина Е.А. уволена с должности упаковщика ООО «СтройИндустрия» по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника) /том 1 л.д. 28/. С приказом об увольнении Ёлгина Е.А. ознакомлена 07 апреля 2017 года, о чем свидетельствует её личная подпись в приказе.

Согласно книге учета движения трудовых книжек и вкладышей в них, трудовая книжка Ёлгиной Е.А. выдана ей 07 апреля 2017 года /том 1 л.д. 77, 78/.

Истец утверждает, что заявление на увольнение 07 апреля 2017 года было написано ею, так как со стороны работников ООО «СтройИндустрия» не нее оказывалось психологическое давление. 

Вместе с тем каких-либо доказательств данному факту истцом суду не представлено.

Представленные истцом показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7 не могут быть приняты судом во внимание, как доказательства, подтверждающие оказание со стороны работников ООО «СтройИндустрия» психологического давления на Ёлгину Е.А. при написании Ёлгиной Е.А. 07 апреля 2017 года заявления на увольнение, поскольку ни один из вышеуказанных свидетелей при написании Ёлгиной Е.А. заявления на увольнение не присутствовал, ни обстоятельств написания заявления, ни текста заявления не видел. Более того, свидетели ФИО3, ФИО4 и ФИО5 пояснили о том, что написать заявление об увольнении по собственному желанию их попросило руководство предприятия еще на общем собрании, которое состоялось после пожара, произошедшего в ночь с 03 на 04 февраля 2017 года. Все сотрудники написали заявление на увольнение по собственному желанию, получили трудовые книжки, расчет, при этом никакого давления на них со стороны руководства предприятия не было. Все свидетели пояснили, что Ёлгина Е.А. также присутствовала на этом совещании, однако не уволилась, так как находилась на больничном.

Напротив, свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что Ёлгина Е.А. сама пришла написать заявление на увольнение, правильно написать заявление ей помогла ФИО9, Ёлгина Е.А. писала заявление собственноручно. Оснований не доверять показаниям данного свидетеля, у суда нет.

Оценив совокупность вышеприведенных доказательств, суд приходит к выводу, что истцом не представлено неопровержимых и достоверных доказательств в подтверждение своих доводов об оказании работодателем на нее давления при написании заявления об увольнении. До момента издания приказа об увольнении Ёлгиной Е.А. от 07.04.2014 г. Ёлгина Е.А. заявление на увольнение не отозвала. 

Таким образом, подача Ёлгиной Е.А. заявления об увольнении являлась добровольным её волеизъявлением. Доказательств обратного суду не представлено.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что у работодателя имелись достаточные основания для прекращения трудового договора с Ёлгиной Е.А. по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника), процедура увольнения работодателем соблюдена, в связи с чем в удовлетворении исковых требований Ёлгиной Е.А. о признании увольнения Ёлгиной Е.А., 07 апреля 2017 года с должности упаковщицы ООО «СтройИндустрия» на основании п. 3 ст. 77 ТК РФ, незаконным; восстановлении её в должности упаковщицы в ООО «СтройИндустрия» с 07 апреля 2017 года следует отказать.

Поскольку требования о выдачи дубликата трудовой книжки без недействительных записей в соответствии с п. 33 Правил ведения и хранения трудовых книжек, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225 «О трудовых книжках»; взыскании с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. за время вынужденного прогула с 07 апреля 2017 года и до даты принятия судом решения среднемесячного заработка в сумме 214473,60 рублей с НДФЛ (186591,30 рублей без НДФЛ) из расчета 1218,60 рублей/день; взыскании с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. в связи с незаконным увольнением компенсации морального вреда в сумме 150000,00 рублей являются производными от требований о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, то удовлетворению они также не подлежат.

Вместе с тем, истцом заявлено требование о взыскании с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года в количестве 28 дней в сумме 34120,80 рублей с НДФЛ (29684,80 рублей без НДФЛ)

Рассматривая данное требование истца, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Как следует из материалов дела, пояснений истца и её представителя, представителя ответчика, представленного расчета компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск, у истца при увольнении 07 апреля 2017 года не использованы 28 дней отпуска за период с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года. Представленный истцом расчет судом проверен и признан арифметически верным, представителем ответчика не оспорен, иной расчет также не представлен. 

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в указанной части и взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск за период с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года в сумме 34120,80 рублей.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд исходя из ст. 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2).

Принимая во внимание, что при увольнении 07 апреля 2017 года Ёлгиной Е.А. денежная компенсация за неиспользованный отпуск за период с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года выплачена не была, а ответчиком не были предприняты меры для ее выплаты, с учетом степени вины работодателя и фактических обстоятельств дела, а именно - срока задолженности с апреля по декабрь 2017 года, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет возмещения компенсации морального вреда сумму в размере 10000,00 рублей.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. компенсации за утраченный заработок (доход), утраченный в связи с полученным вредом здоровью в результате инцидента (пожара) на производстве в сумме 34 814,86 рублей; взыскании с ООО «СтройИндустрия» 500000,00 рублей в пользу Ёлгиной Е.А. в счет компенсации морального вреда за вред здоровью, полученный в результате инцидента (пожара) на опасном производственном объекте по адресу: , в ночь с 03 на 04 февраля 2017 года.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из материалов дела и установлено судом Ёлгина Е.А. работала на предприятии ООО «СтройИндустрия» с 16 августа 2012 года по 07 апреля 2017 года, весь указанный период ее рабочее место располагалось по адресу: . Предприятие занималось производством экструдированных пенополистирольных плит, для изготовления которых используется газ под давлением и в больших объемах. Рабочий цех всегда располагался по адресу: , где истец работала в должности упаковщицы посменно: два дня в день – день отдыха, два дня в ночь – три дня отдыха. 03 февраля 2017 года истец заступила на работу в ночную смену в первый день ночных смен. Примерно в 23:00 часа, когда истец находилась в цехе на рабочем месте, произошел пожар, в результате которого помещение цеха полностью выгорело. Сразу после пожара за медицинской помощью Ёлгина Е.А. не обращалась. Позднее Ёлгина Е.А. почувствовала себя плохо и 08 февраля 2017 года обратилась к врачу-гастроэнтерологу в поликлинику по месту жительства, где ей был поставлен диагноз: хронический гастрит, неполная ремиссия, эзофагит? (медицинская карта амбулаторного больного № из МЛПУ МСЧ № 2 на имя Ёлгиной Е.А., заключение экспертов № 188 от 31.10.2017 /том 2 л.д.73).

При рассмотрении дела для разрешения вопросов о том, какие заболевания были у Ёлгиной Е.А. до пожара и какие заболевания возникли у Ёлгиной Е.А. после пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, а также для установления был ли причинен вред здоровью Ёлгиной Е.А. в результате пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года; являются ли заболевания (бронхиальная астма и другие) следствием пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года; имеется ли причинно-следственная связь, а в случае, если в результате пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, здоровью Ёлгиной Е.А. был причинен вред, то какова степень тяжести причиненного вреда здоровью и какова степень утраты её профессиональной трудоспособности, судом была назначена комплексная судебно - медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ОГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области».

Согласно заключению экспертов ОГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» № 188 от 31.10.2017, судебно-медицинская комиссия, изучив представленные материалы гражданского дела, медицинскую документацию на имя Ёлгиной Е.А., в соответствии с поставленными судом вопросами пришла к следующим выводам: по данным представленной медицинской документации у Ёлгиной Е.А. в период с мая 2013 года до февраля 2017 года имели место следующие заболевания и патологические состояния: хронический пиелонефрит, остеохондроз шейного и грудного отделов позвоночника; эпизоды острых респираторных заболеваний с явлениями трахеобронхита (трижды в 2016 году), среднего отита, риносисунисита; с 2014 года в биохимических анализах крови – повышение печеночных проб. После произошедшего в ночь с 03 на 04 февраля пожара в представленной медицинской документации зафиксированы обращения Ёлгиной Е.А. и назначения лечения по поводу: хронического гастрита, остеохондроза поясничного и шейного отделов позвоночника, обострения хронического холецистита, хронического бронхита, подозрения на хроническую обструктивную болезнь легких за периоды с 08.02.2017 по 04.05.2017. Впервые за указанный период жалобы на одышку зафиксированы в записи врача терапевта от 04.05.2017, то есть спустя 3 месяца после пожара. В июле 2017 года при обследовании в пульмонологическом отделении ГКБ № 3 г. Томска Ёлгиной Е.А. впервые установлен диагноз «бронхиальная астма, неатопическая, средней степени тяжести». При изучении представленной документации сущность вреда, причиненного здоровью Ёлгиной Е.А. в результате пожара в ночь с 03 на 04 февраля 2017 года, не установлена. Имеющиеся у Ёлгиной Е.А. хронический гастрит, дуоденит, холецистит, остеохондроз позвоночника – самостоятельные, длительно текущие заболевания, следствием пожара не являются и в причинной связи с ним не состоят (возникли до указанного события). Неатопическая (эндогенная) бронхиальная астма, диагностированная Ёлгиной Е.А. в июле 2017 года, также в причинно-следственной связи с пожаром от 04.02.2017 г. не состоит. Данное заболевание имеет полигенно-наследственный характер, хроническое течение с периодами обострений и ремиссий. Обострение бронхиальной астмы отмечено у Ёлгиной Е.А. спустя три месяца после пожара – в мае 2017 года (жалобы на одышку при физической нагрузки зафиксированы 04.05.2017; до этого времени ни характерных жалоб, ни физических изменений не отмечено) и не может являться его следствием. 

Таким образом, проанализировав указанные обстоятельства, и установив, что факта причинения вреда здоровью Ёлгиной Е.А. в результате пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, не установлено, а также, что не выявлены заболевания (бронхиальная астма и другие), которые явились следствием данного пожара, что не установлена причинно - следственная связь пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, и имеющимися у Ёлгиной Е.А. заболеваниями, а также, что не установлен факт причинения вреда здоровью Ёлгиной Е.А., степень утраты её профессиональной трудоспособности, суд приходит к выводу, что в результате пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, вред здоровью Ёлгиной Е.А. причинен не был, в связи с чем исковые требования о взыскании с ООО «СтройИндустрия» в пользу Ёлгиной Е.А. компенсации за утраченный заработок (доход), утраченный в связи с полученным вредом здоровью в результате инцидента (пожара) на производстве в сумме 34814,86 рублей; взыскании с ООО «СтройИндустрия» 500000,00 рублей в пользу Ёлгиной Е.А. в счет компенсации морального вреда за вред здоровью, полученный в результате инцидента (пожара) на опасном производственном объекте по адресу: , в ночь с 03 на 04 февраля 2017 года, удовлетворению не подлежат.

Довод стороны истца со ссылкой на показания свидетеля ФИО11, о том, что в результате пожара, произошедшего в производственном помещении ООО «СтройИндустрия» по адресу: , в ночь с 3 на 4 февраля 2017 года, Ёлгиной Е.А. причинен вред здоровью, суд считает несостоятельным, противоречащим материалам дела (заключению экспертов ОГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» № 188 от 31.10.2017). Более того, как пояснил допрошенный в судебном заседании ФИО11, Ёлгиной Е.А. может и причинен легкий вред здоровью, но это экспертизой не установлено.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Льготы по уплате государственной пошлины предоставляются в случаях и порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (ст. 89 ГПК РФ).

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец, обратившийся в суд с требованиями, вытекающими из трудовых правоотношений, освобожден от уплаты государственной пошлины. 

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. При отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

С учетом изложенного, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход бюджета городского округа «Город Томск» государственную пошлину за удовлетворение требований имущественного характера в размере 1223,63 рублей и за удовлетворение требований неимущественного характера в размере 300,00 рублей, а всего в размере 1523,63 рублей.

Кроме того, согласно материалам дела при рассмотрении дела судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза. Проведение экспертизы было поручено экспертам ОГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» (

<

...>). Поскольку истец, обратившийся в суд с требованиями, вытекающими из трудовых правоотношений, освобожден от судебных издержек, расходы по проведению экспертизы были возложены на ООО «СтройИндустрия». 

Согласно письму начальника ОГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» ФИО12 от 31.10.2017 № стоимость экспертизы в соответствии с прейскурантом цен на медицинские услуги, оказываемые в ОГБУЗ «БСМЭТО», составила 20918,00 рублей. Доказательств оплаты судебной экспертизы ответчиком не представлено.

На основании вышеизложенного, руководствуясь вышеуказанными нормами права, суд приходит к выводу о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» расходов на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 20 918,00 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 196-199, 193 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Ёлгиной Е.А. к Обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, выдачи дубликата трудовой книжки, взыскании среднемесячного заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации утраченного заработка, компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением и компенсации морального вреда за причиненный вред здоровью удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Ёлгиной Е.А. компенсацию за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск за период с 01 апреля 2016 года по 31 марта 2017 года в сумме 34120,80 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10000,00 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Ёлгиной Е.А. к Обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, выдачи дубликата трудовой книжки, взыскании среднемесячного заработка за время вынужденного прогула, компенсации утраченного заработка, компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением и компенсации морального вреда за причиненный вред здоровью отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета городского округа «Город Томск» государственную пошлину в размере 1523,63 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно - медицинской экспертизы Томской области» расходы на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 20918,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: И.П. Юровский