РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 марта 2021 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе: 

председательствующего судьи Широковой М.В.,

при помощнике судьи Цуленковой Е.А.,

с участием прокурора Матвеевской М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-729/2021 (УИД 38RS0003-01-2021-000167-24) по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «РУСАЛ «Братский алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» (далее по тексту – ПАО «РУСАЛ Братск»), в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В обоснование иска ФИО1 указал, что он работал электролизником расплавленных солей по 6 разряду в серии корпусов электролиза № 17-18 Бизнес единицы в ПАО «РУСАЛ Братск». Стаж работы в указанной должности 25 лет 9 месяцев.

13 июля 2018 года комиссией медицинского центра ООО «РУСАЛ Медицинский центр» в г. Братске истца признали постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ, что подтверждается медицинским заключением № 32. Трудовой договор с истцом расторгнут 17 сентября 2018 года по инициативе истца в связи с выходом на пенсию.

Согласно акту от 23 ноября 2018 года о случае профессионального заболевания заболевание истца является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса получения алюминия электролитическим способом. Причиной заболевания послужило воздействие вредных веществ химической природы: гидрофториды, возгонов каменноугольных пеков и смол, солей фтористоводородной кислоты, пыли. Основной клинический диагноз истца - профессиональная хроническая обструктивная болезнь лёгких, смешанный тип, с преобладанием бронхиальной гиперреактивности, 3 стадии, с частыми обострениями, с выраженными симптомами (тест САТ 286), стадия ремиссии. Нарушение ФВД 2 ст. по смешанному типу. ДН 1.

ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро № 4 - филиал установила истцу степень утраты профессиональной трудоспособности до 01.01.2021 в размере 30%.

Вина истца в наличии профессионального заболевания не установлена. Наличие неблагоприятных производственных факторов негативно повлияло на здоровье истца. Истец не имеет возможности по состоянию здоровья работать и получать достойную заработную плату для содержания своей семьи. Вина ответчика в причинении вреда здоровью истца установлена актом о случае профессионального заболевания, надлежащим образом оформленным, и не оспоренным ответчиком. Профзаболевания на производстве ответчика выявляются регулярно. Случай истца далеко не единичный. Органами Роспотребнадзора неоднократно предписывалась ответчику - усилить контроль за содержанием в воздухе вредных веществ. Однако, ответчик не предпринимает должных мер. Истец оценивает причинённый моральный вред в 500 000 рублей.

В январе 2021 года по результатам медицинского освидетельствования Бюро № 4 ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России ФИО1 подтверждена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30%.

В связи с полученным профессиональным заболеванием, ФИО1 испытывает физические и нравственные страдания. Физические страдания у истца вызывает тяжелая отдышка при ходьбе, особенно в зимнее время года, незначительная физическая нагрузка обязательно вызывает спазмы в дыхательных путях. Нравственные страдания у истца вызывает нарушенный привычный жизненный ритм, поскольку ежемесячно вынужден посещать больницы, ежегодно проходить медицинские обследования в г.Ангарске, регулярно принимать большое количество лекарств, ежедневно делать ингаляции.

Истец более 25 лет работал на заводе, выполнял свою работу с ответственностью и полной отдачей, соблюдал технику безопасности, использовал предоставленные работодателем средства индивидуальной защиты. Ответчик не обеспечил безопасные условия труда.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске, суду пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием ему стало физически тяжело, активные действия вызывают удушье, зимой на улицу не выходит, так как на морозе не может дышать. Ему приходится постоянно принимать лекарства, делать ингаляции. Он лишен активной жизни и пострадал материально, при этом он всегда вел здоровый образ жизни. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании устного заявления, исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в иске, суду пояснила, что истец прошел освидетельствование в январе 2021 года, степень утраты трудоспособности в размере 30% была подтверждена. 

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «РУСАЛ Братск» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, суду пояснила, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ПАО «РУСАЛ Братск» в период с 19.03.1993 по 17.09.2018 в должности электролизника расплавленных солей. Общий стаж работы в ПАО «РУСАЛ Братск» составляет более 20 лет. 19 октября 2018 года Клиникой ФГБУ ВСИМЭИ г. Ангарск ФИО1 установлено профессиональное заболевание - Профессиональная ХОБЛ смешанный тип, с преобладанием бронхиальной гиперреактивности, 2-3 стадии, с частыми обострениями, с выраженными симптомами. Данное обстоятельство послужило поводом для организации и проведения на заводе расследования случая профессионального заболевания истца.

Актом расследования профессионального заболевания от 23.11.2018, составленным по результатам расследования случая профессионального заболевания, установлено, что случай заболевания ФИО1 является профессиональным. При этом в действиях ответчика отсутствовала преднамеренность в отношении причинения вреда здоровью истца. Актом расследования установлено, что профессиональное заболевание ФИО1 возникло в результате несовершенства технологического процесса получения алюминия электролитическим способом. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных веществ химической природы гидрофторид, возгоны каменноугольных пеков и смол, солей фтористоводородной кислоты, пыль. При этом со стороны ответчика не выявлено каких-либо нарушений государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов. Работа, которую выполнял ФИО1, отнесена к категории работ с вредными условиями труда. При этом законодательством возложены на ответчика дополнительные обязанности в области охраны труда, предусмотрены определенные льготы и компенсации. Это дополнительные дни к отпуску, регулярное медицинское освидетельствование, повышенный размер заработной платы, страховые выплаты за причинение вреда здоровью, сокращенная продолжительность рабочего времени, молочные продукты, средства индивидуальной защиты. Все названные выше меры направлены на компенсацию вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего свою трудовую деятельность во вредных условиях. Работник пользовался указанными выше компенсациями, а, следовательно, не мог не знать о наличии вредных факторов на его рабочем месте. Истец понимал и отдавал себе отчет, что продолжение работы во вредных условиях труда продолжительное время может негативно отразиться на его здоровье, но сознательно шел на риск, продолжая работать в условиях воздействия вредных факторов. Ответчик не имел возможности из-за отсутствия в Трудовом кодексе РФ соответствующей нормы права принудительно ограничить период работы ФИО1 во вредных условиях или принудительно перевести его на другую работу по профессии, условия труда по которой исключали бы воздействие на организм вредных факторов для здоровья, так как по заключению медицинских работников по результатам периодических медицинских осмотров он признавался годным к работе, допускался без ограничений.

Таким образом, считает, что именно продолжение ФИО1 трудовых отношений свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства привело к возникновению у него профессионального заболевания.

Учитывая, что ответчиком были предоставлены все предусмотренные льготы и компенсации вреда, причиняемого здоровью работника, осуществляющего свою трудовую деятельность во вредных условиях осознанное причинение вреда здоровью самим работником, выразившееся в продолжительных трудовых отношений свыше допустимых сроков трудовой деятельности в условиях вредного производства, считает, что сумма компенсации, заявленная ко взысканию с ПАО «РУСАЛ Братск» в пользу ФИО1, является существенно завышенной.

Выслушав стороны, изучив письменные материалы дела, предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца о взыскании компенсации морального вреда законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (ст. 7).

Здоровье человека – высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ), обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. ст. 22, 212 ТК РФ).

Положениями ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в том числе, в редакции, действовавшей на момент увольнения истца), возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Анализируя представленные доказательства, суд установил, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в период с 19.03.1993 по 17.09.2018 в должности электролизника расплавленных солей. 

19 октября 2018 года Клиникой ФГБУ ВСИМЭИ г. Ангарск ФИО1 установлено профессиональное заболевание - Профессиональная ХОБЛ смешанный тип, с преобладанием бронхиальной гиперреактивности, 2-3 стадии, с частыми обострениями, с выраженными симптомами. 

Данное обстоятельство послужило поводом для организации и проведения на заводе расследования случая профессионального заболевания истца.

Согласно акту расследования профессионального заболевания от 23.11.2018, составленным по результатам расследования случая профессионального заболевания, установлено, что случай заболевания ФИО1 является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса получения алюминия электролитическим способом. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных веществ химической природы гидрофторид, возгоны каменноугольных пеков и смол, солей фтористоводородной кислоты, пыль. 

На основании акта ФИО1 прошел освидетельствование в ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 - филиал. Как следует из справки серии МСЭ-2006 № 0531057, выданной по результатам освидетельствования, в связи с профессиональным заболеванием ФИО1 установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, с датой очередного освидетельствования 12.01.2022.

Изложенные обстоятельства не являются предметом спора между сторонами, ими признаны, письменные доказательства, подтверждающие данные обстоятельства, представлены суду и сторонами не оспариваются.

Разрешая исковые требования, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, в соответствии с которой если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами.

Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом (ст. 184 ТК РФ).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты морального вреда.

С принятием Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" указанные виды возмещения (кроме выплаты морального вреда) производятся не работодателями, а Фондом социального страхования РФ (из средств внебюджетного фонда).

Однако, в соответствии с ч. 3 ст. 8 указанного Закона № 125-ФЗ, возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Таким образом, оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что причинителем вреда здоровью истца является ответчик, при этом вина ответчика установлена письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных факторов и повышенной чувствительности организма истца к их воздействию. Непосредственной причиной заболевания явилось воздействие вредных веществ и повышенная чувствительность организма к их воздействию.

Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, исходя из положений абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 ТК РФ, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины, которая, как указано выше, установлена представленными в материалы дела доказательствами. 

Действующее законодательство предусматривает единственный способ компенсации морального вреда - выплату денежных средств.

При определении размера морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных работнику нравственных или физических страданий, подтвержденных материалами дела, а также индивидуальные особенности потерпевшего и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий. Также суд принимает во внимание, что в акте о случае профессионального заболевания выводы о вине работника в возникновении или увеличении вреда отсутствуют.

С учетом установленных обстоятельств по делу, исходя из положений п. 2 ст. 1101 ГК РФ, объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, суд находит размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб., разумным и справедливым. 

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 руб., в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере в сумме 200 000 руб. истцу следует отказать. 

При этом, доводы ответчика о том, что истцом самостоятельно было реализовано право на труд, истец по своему личному волеизъявлению работал на вредном производстве, пользовался предусмотренными законом компенсациями за работу в условиях вредного производства - не могут повлиять на выводы суда, поскольку, как установлено вышеназванными правовыми нормами, труд – свободен, и именно на работодателе лежит обязанность обеспечить работнику безопасные условия труда.

Иные доводы сторон, исходя из установленных по делу обстоятельств и выводов суда, учитывая вышеназванные правовые нормы, не имеют правового значения в рамках рассматриваемого спора. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобождена от уплаты госпошлины при подаче данного иска в суд, тогда как ответчик от уплаты судебных расходов не освобожден, с учетом положений абз. 10 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в доход муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей, исчисленном в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в его пользу компенсации морального вреда в большем размере - отказать. 

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в бюджет муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами, прокурор вправе принести апелляционное представление в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья М.В. Широкова