Судья Ловейко Н.С. Дело № 22-3406/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Владивосток 08 сентября 2021 года

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Чеснокова В.И.,

при участии

прокурора Зайцевой А.С.,

подсудимого Г.АГ посредством видеоконференц-связи,

его защитника адвоката Хмельницкого Д.П., удостоверение № 1855, ордер № 1/148, 

подсудимого В. СВ, посредством видеоконференц-связи,

его защитника адвоката Семенищева В.М., удостоверение № 2386, ордер № 1853

подсудимого Г. ВА посредством видеоконференц-связи,

его защитника адвоката Резниченко С.В., удостоверение № 2385, ордер № 272

при ведении протокола помощником судьи Эмухвари В.В.,

рассмотрел в судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - старшего помощника прокурора г. Спасска-Дальнего – Сутуло Ю.О., по апелляционным жалобам защитников подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА адвокатов соответственно Хмельницким Д.П., Старчуковым Д.А. и Резниченко С.В. на постановление Спасского районного суда Приморского края от 19 июля 2021 года, которым уголовное дело в отношении подсудимых

Г.АГ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, ранее не судимого,

В. СВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, ранее не судимого,

Г. ВА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, ранее не судимого,

обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ, 

возвращено прокурору города Спасска – Дальнего Приморского края в порядке ст. 237 УПК РФ для решения вопроса о соединении уголовных дел в порядке ст. 153 УПК РФ, а также для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В отношении подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА мера пресечения в виде заключения под стражу – оставлена без изменения, срок содержания под стражей каждому продлён на 2 месяца, то есть по 19 сентября 2021 года, включительно, с содержанием в ФКУ 

<

адрес> ГУФСИН России по Приморскому краю.

Заслушав доклад судьи Чеснокова В.И., 

выступления прокурора Зайцевой А.С., поддержавшей доводы апелляционного представления, просившей обжалуемое постановление – отменить, апелляционные жалобы об изменении мер пресечения – оставить без удовлетворения,

подсудимых Г.АГ В. СВ и Г. ВА, и соответственно их защитников адвокатов Хмельницкого Д.П., Семенищева В.М. и Резниченко С.В., просивших обжалуемое постановление в части сохранения меры пресечения – отменить, меры пресечения в виде заключения под стражу изменить на домашний арест, либо иную, не связанную с содержанием под стражей, апелляционное представление государственного обвинителя – оставить без удовлетворения,

суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

В производстве Спасского районного суда Приморского края находится уголовное дело в отношении подсудимых Г.АГ,В. СВ и Г. ВА, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ.

В судебном заседании 19 июля 2021 года защитниками адвокатами Хмельницким Д.П. Старчуковым Д.А. и Резниченко С.В., каждым в отдельности, были заявлены ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Постановлением Спасского районного суда Приморского края от 19 июля 2021 года ходатайства защитников были удовлетворены, уголовное дело в отношении подсудимых Г.АГ В. СВ Г. ВА, в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору города Спасска-Дальнего Приморского края для решения вопроса о соединении уголовных дел в порядке ст. 153 УПК РФ, а также для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Кроме того, этим же постановление в отношении подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА срок содержания под стражей продлен каждому на 2 месяца, по ДД.ММ.ГГГГ, включительно, с содержанием в ФКУ 

<

адрес> ГУФСИН России по Приморскому краю.

Государственный обвинитель старший помощник прокурора г.Спасска-Дальнего Сутуло Ю.О., защитники адвокаты Хмельницкий Д.П., Старчуков Д.А. и Резниченко С.В., обжаловали судебное решение в апелляционном порядке.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Сутуло Ю.О. просил обжалуемое постановление – отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд.

В обоснование своего апелляционного представления государственный обвинитель указал на то, что сам факт наличия в производстве следственного отдела других уголовных дел в отношении Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, не может являться безусловным основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, соединение уголовных дел должно осуществляться не всегда, а только тогда, когда это будет способствовать выяснению общей картины преступления, установлению истины по делу и в целях обеспечения быстрого, эффективного и справедливого правосудия.

Вывод суда о том, что при раздельном рассмотрении уголовных дел и неприменении обязательного процессуального института их соединения может оказать влияние на уголовно-правовую квалификацию инкриминируемых обвиняемым деяний, как единичного преступления или совокупности самостоятельных преступлений, является преждевременным, так как на данной стадии судебного разбирательства без исследования материалов уголовного дела, а также показаний лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, не возможно было поставить под сомнение правильность квалификации действий подсудимых в части совокупности самостоятельных преступлений.

Полагает, что данный вывод суда первой инстанции не согласуется с позицией Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», согласно которому не может квалифицироваться, как единое продолжаемое преступление одновременное получение незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе от нескольких лиц, если в интересах каждого из них должностным лицом или лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, совершается отдельное действие (акт бездействия). Содеянное при таких обстоятельствах образует совокупность преступлений.

Кроме того, при принятии судом решения о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судом не принято во внимание, что в настоящее время по данному уголовному делу Г.АГ, В. СВ и Г. ВА находятся под мерой пресечения в виде заключения под стражей более 12 месяцев, а по уголовному делу № 12102050020000015 мера пресечения в отношении указанных лиц не избиралась. В случае соединения указанных уголовных дел в одно производство и производство дополнительного следствия потребуется продление срока предварительного следствия и как следствие срока содержания подсудимых под мерой пресечения в виде заключения под стражей.

Невозможность соединения уголовных дел в одно производство, также обусловлена следующим.

Г.АГ, В. СВ и Г. ВА и их защитники 03.02.2021, 01.02.2021, 08.02.2021 соответственно были уведомлены следователем об окончании предварительного следствия по настоящему уголовному делу и было начато ознакомление Г.АГ, В. СВ и Г. ВА и их защитников с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ.

Г.АГ и его защитник Хмельницкий Д.П. ознакомились с материалами уголовного дела как совместно, так и раздельно в период с 10.02.2021 по 16.04.2021.

Г. ВА и его защитник Резниченко С.В. ознакомились с материалами уголовного дела совместно в период с 16.02.2021 по 14.04.2021,

В. СВ и его защитник Цыганов А.В. ознакомились с материалами уголовного дела как совместно, так и раздельно в период с 24.02.2021 по 15.04.2021.

19.04.2021 уголовное дело направлено прокурору в порядке ст. 220 УПК РФ.

Вместе с тем уголовное дело №12102050020000015, находящееся в производстве следственного отдела, которое суд посчитал необходимым соединить с настоящим уголовным делом, возбуждено только 17.02.2021 года, т.е. после окончания предварительного следствия и при выполнении с обвиняемыми требований ст. 217 УПК РФ.

Указание суда на проведение следственных действий при выполнении ст. 217 УПК РФ в полной мере не раскрыто, полагает необходимо учесть, что допрос Г. ВА от 14.04.2021 года проведен исключительно в связи с его ходатайством, и в данном допросе он высказался исключительно по обстоятельствам предъявленного обвинения.

Обращает внимание на то, что в настоящее время уголовное дело №12102050020000015 находится в производстве следственного отдела, лица находятся в статусе подозреваемых и следствие не располагает достаточными данными для привлечения их в качестве обвиняемых.

При этом, исходя из положений ст. 153 УПК РФ необходимость соединения в одно производство нескольких уголовных дел возникает, если раздельное рассмотрение уголовных дел может отразиться на всесторонности и объективности их рассмотрения, что в данном конкретном случае отсутствует.

Преступления, совершенные в рамках уголовного дела, поступившего в суд и в рамках расследуемого уголовного дела, никоим образом не связаны между собой, факты коммерческого подкупа зафиксированы в отношении разных предпринимателей, что никоим образом не может повлиять на всесторонность и объективность рассмотрения уголовного дела.

С учётом вышеизложенного полагает, что постановление о возвращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 237 УК РФ, т.е. ввиду того, что имеются основания, предусмотренные статьей 153 УПК РФ, подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение в Спасский районный суд.

Обращает внимание на то, что обвинение, предъявленное в ходе предварительного следствия по настоящему уголовному делу, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поэтому с иными выводами суда первой инстанции, изложенными в мотивировочной части обжалуемого постановления, согласиться нельзя по следующим основаниям.

В части доводов об отсутствии определенной конкретики в предъявленном обвинении, судом изложена формулировка, что при рассмотрении уголовных дел совершенных двумя и более лицами, суду с учётом положений статей 32, 33, 35 УК РФ надлежит выяснить, какие конкретно действия, непосредственно направленные на исполнение объективной стороны этих преступлений, выполнял каждый из соучастников, при этом указанное относится к уголовным делам о мошенничестве присвоении или растрате (п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»).

В рассматриваемом уголовном деле обвиняемым вменяется совершение получения коммерческого подкупа в составе организованной преступной группы.

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», в случае признания получения взятки либо предмета коммерческого подкупа организованной группой действия всех ее членов, принимавших участие в подготовке и совершении этих преступлений, независимо от того, выполняли ли они функции исполнителя, организатора, подстрекателя или пособника, подлежат квалификации по соответствующей части статьи 204 УК РФ без ссылки на статью 33 УК РФ. Преступление признается оконченным с момента принятия незаконного вознаграждения любым членом организованной группы.

Суд посчитал, что объем обвинения, в части конкретизации способа совершения каждого преступления, на занижение в интересах дающего реальных показаний расчетных приборов учета электрической энергии, а также сокрытие фактов нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтенного потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, являются элементами объективной стороны состава преступления, поэтому требуют индивидуализации в объёме обвинения относительно действий (бездействия) каждого из подсудимых, а равно конкретизации по каждому составу инкриминируемого преступления способа совершения выразившегося по версии стороны обвинения, в сокрытии неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса.

Однако, в описательно-мотивировочной части постановлений о привлечении в качестве обвиняемого четко указан способ совершения преступления: в виде незаконных действий Г.АГ, выраженных в умышленном занижении показаний расчётных приборов учета электрической энергии, а также в виде незаконных действий активных участников организованной группы В. СВ и Г. ВА, входящих в их служебные полномочия, в виде сокрытия фактов: нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемым энергоресурсом, что прямо предусмотрено их должностными обязанностями, а также за незаконное бездействие активных участников организованной группы Г. ВА и В. СВ, входящих в их служебные полномочия, в виде: не обеспечения исполнения условий договоров энергоснабжения, отсутствия контроля за выполнением клиентами предусмотренных договорами энергоснабжения режимов потребления энергии, мощности, оплаты за потребляемую энергию и других технических условий договора энергоснабжения.

Следователем в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, а также в материалах уголовного дела не установлены факты самовольного присоединения к электрическим сетям, а также бездоговорного пользования электрической энергией, допущенных с нарушением установленного порядка учёта электрической энергии со стороны потребителя, выразившемся:

во вмешательстве в работу прибора учета (системы учета), обязанность по обеспечению целостности и сохранности которого (которой) возложена на потребителя (покупателя), в том числе в нарушении (повреждении) пломб и (или) знаков визуального контроля, нанесенных на прибор учета (систему учета);

в несоблюдении установленных договором сроков извещения об утрате (неисправности) прибора учета (системы учета);

в совершении потребителем (покупателем) иных действий (бездействий), которые привели к искажению данных об объеме потребления электрической энергии (мощности).

Указанное, вытекает из определения «безучётного потребления», указанного в пункте 2 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 года № 442.

При этом, не является безучётным потребление энергоресурса, если отсутствуют доказательства, подтверждающие факт нарушения порядка технологического присоединения, выразившегося в несанкционированном подключении в обход приборов учёта сторонней нагрузки.

Однако, в ходе предварительного следствия достоверно установлено, что вмешательство в фактическую работу приборов учёта электрической энергии было допущено со стороны прямо подчиненного Г.АГ инспектора СУЭ АО «...» Б. СА, неосведомленного о преступных намерениях самого Г.АГ, а также не осведомленного о существовании и деятельности организованной группы, которым лично производились вмешательства в работу прибора учёта (системы учета), в том числе, прибора учета ИП Т. ВФ., а также иных приборов учета.

Обращает внимание на то, что в ходе предварительного следствия обвиняемые Г.АГ, В. СВ и Г. ВА не давали показаний по обстоятельствам совершения ими преступления, в том числе, в части выявления, а также последующего сокрытия ими фактов «безучётного пользования потребляемым энергоресурсом», что не исключает версию следователя о знании ими указанных фактов и сокрытии данных фактов «безучётного пользования потребляемым энергоресурсом».

Кроме этого, в ходе предварительного следствия установлено, что Г. ВА и В. СВ в ходе осуществления ими служебной деятельности по обследованию приборов учёта по всем 7 преступлениям нарушения не выявлялись, и что ими за это были получены денежные средства, что подтверждается отсутствием в составленных ими актах обследования указаний на данные нарушения, в связи с чем, каким-то образом конкретизировать в предъявленном обвинении факты сокрытия нарушений, не предоставляется возможным.

В связи с этим, по каждому из 7 преступлений, предусмотренных соответствующими пунктами ч. ч. 7, 8 ст. 204 УК РФ обвиняемым Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, вменены незаконные действия в виде сокрытия фактов нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, что полностью соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ в части описания способа совершения преступлений, и находит своё отражение в должностных инструкциях обвиняемых Г. ВА и В. СВ

В обвинении не приведено описание времени, места и способа вмененного сокрытия фактов нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, ввиду отсутствия показаний обвиняемых в указанной части, а также отсутствия фактов выявления обвиняемыми самих нарушений, при этом в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых приведены конкретные пункты должностных инструкций обвиняемых, обязывающие их выявлять факты, в том числе безучётного потребления энергоресурса.

Таким образом, какой-либо неопределенности в способе совершения преступления в предъявленном Г.АГ, В. СВ и Г. ВА обвинении отсутствует, не влечёт различного толкования изложенных обстоятельств и позволяет установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства.

Исходя их положений ст. 237 УПК РФ, а также правовой позиции Конституционного Суда РФ, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следует неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения.

Кроме того, по смыслу закона, как о том указано в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 51 от 19.12.2017 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства»), если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового судебного решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия.

Однако, таких нарушений в настоящем обвинительном заключении не имеется, поскольку предъявленное Г.АГ, В. СВ и Г. ВА обвинение, в том виде как оно сформулировано в обвинительном заключении, не препятствовало суду вынести решение, отвечающее требованиям законности и справедливости. При этом обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, имеющемся в материалах уголовного дела, не содержат ссылки на обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для квалификации действий обвиняемых, как иной состав или более тяжкие преступления.

Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно указывал, что основаниями для возвращения уголовного дела прокурору являются такие нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, в частности, существенные нарушения уголовно- процессуального закона, допущенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения по уголовному делу. 

В апелляционной жалобе защитник подсудимого Г.АГ - адвокат Хмельницкий Д.П. считая обжалуемое постановление в части продления срока содержания под стражей в отношении подзащитного Г.АГ, не соответствующим фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, просит обжалуемое постановление в данной части - отменить, избрать в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста, с исполнением по адресу: 

<

адрес> наложением необходимых ограничений.

В обоснование своей жалобы защитник ссылается на то, что при продлении срока содержания под стражей в отношении подзащитного Г.АГ суд в качестве основания для принятия своего решения, указал, что Г.АГ обвиняется в совершении семи тяжких и особо тяжких преступлениях, в составе организованной преступной группы, указанное обстоятельство имеет повышенную общественную опасность, также как и инкриминируемые ему деяния против интересов службы в коммерческих организациях, он имеет реальную возможность создать условия по изменению показаний свидетелей преступления, а равно уничтожить доказательства или скрыться от органов предварительного следствия и суда, основания по которым ранее была избрана мера пресечения не отпали.

Вместе с тем, судом не учтено, что, несмотря на то, что Г.АГ предъявлено обвинение в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, эти преступления не относятся к разряду насильственных. За время сроков предварительного следствия (почти год) и содержания под стражей (составил уже более года) доказательств того, что Г.АГ намерен скрыться от органов следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей или иным способом воспрепятствовать расследованию, не представлено. С места работы он уволен. Положительно характеризуется по месту жительства. Имеет глубокие социальные связи, проживает с женой и малолетней дочерью, которые не имеют отношения к деятельности, в которой он обвиняется. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что Г.АГ, возможно, применить более мягкую меру пресечения.

В апелляционной жалобе защитник подсудимого В. СВ - адвокат Старчуков Д.А., будучи не согласным с постановлением в части оставления в отношении обвиняемого В. СВ меры пресечения в виде заключения под стражу, также просит изменить меру пресечения на домашний арест.

В обоснование своей жалобы защитник ссылается на то, что суд, принимая решение о продлении срока содержания под стражей, ограничился лишь надуманными выводами о наличии реальной возможности у В. СВ каким-либо образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, в случае применения к нему более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, не выяснив при этом сохранилась ли вероятность совершения последним действий, перечисленных в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, и подтверждается ли это материалами уголовного дела. Между тем, в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения, свидетельствующие о возможности В. СВ воспрепятствовать производству по данному делу или скрыться от органов следствия или суда. Исходя из изложенного, имело место безосновательное вменение возможности скрыться от следствия и суда, уничтожить доказательства или оказать давление на свидетелей без подтверждения объективными доказательствами по делу, что является явным нарушением требований уголовно-процессуального законодательства. По мнению защиты, мера пресечения в виде домашнего ареста с наложением запретов и осуществления соответствующими органами контроля может в полном объеме гарантировать в период производства по делу надлежащее поведение В. СВ, его явку в органы предварительного расследования и суд.

Защитник подсудимого Г. ВА - адвокат Резниченко С.В., также считая постановление об оставлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого Г. ВА и продлении срока содержания под стражей, незаконным и необоснованным, подал апелляционную жалобу в которой просил обжалуемое постановление – в части сохранения и продления меры пресечения – изменить, избрать в отношении Г. ВА иную меру пресечения, не связанную с заключением под стражу - в виде домашнего ареста, либо ограничение свободы.

В обоснование своей жалобы защитник ссылается на то, что обстоятельства, на которые суд указал при принятии своего решения в отношении Г. ВА, не основаны на материалах уголовного дела, являются только предположениями и фактически противоречат выводам суда, как первой так и второй инстанции, принятым ранее при проверке обоснованности избрания меры пресечения.

Считает обоснованным, обратить внимание на то, что судом оставлено без внимания такое существенное обстоятельство, как то, что его подзащитный обвиняется в совершении преступлений экономического характера, каких-либо последствий для кого-либо фактически не наступило, что указывает на явно не соразмерный баланс интересов общества и государства с интересами и соблюдением личных прав его подзащитного.

При вышеуказанных обстоятельствах, считает возможным избрать в отношении Г. ВА такую меру пресечения, как домашний арест, либо ограничение свободы, что может реально исключить опасения суда, которые он изложил в своем постановлении.

Защитник адвокат Хмельницкий Д.П. на апелляционное представление государственного обвинителя принес свои возражения, полагая необходимым апелляционное представление – оставить без удовлетворения.

В обоснование своих возражений защитник ссылается на то, что возвращая уголовное дело прокурору, суд указал, что из обвинения, предъявленного Г.АГ, В. СВ и Г. ВА следует, что преступления совершены ими в составе организованной группы, созданной в 2017 году, а исходя из вновь возбужденных уголовных дел следует, что Г.АГ, Г. ВА и В. СВ совершили преступления в составе организованной группы, созданной в 2016 году. Таким образом, раздельное расследование указанных уголовных дел препятствует достоверно установить обстоятельства и собрать доказательства как оправдывающие, так и подтверждающие обвинение в создании, руководстве и деятельности обвиняемых в составе организованной преступной группы.

Полагает, что длительность расследования не может служить оправданием невозможности соединения уголовных дел в связи с длительностью содержания обвиняемых под стражей. Считает, что в ходе предварительного следствия по уголовному делу, находящемуся в настоящее время в производстве суда, правоохранительным органам было известно о причастности Г.АГ, В. СВ и Г. ВА к совершению иных преступлений, однако следственным органом намеренно не предпринимались действия по расследованию известных им преступлений.

Обвинение вменяет Г.АГ совершение незаконных действий, однако обвинением не конкретизировано какую именно норму закона, постановления или иного нормативно-правового акта нарушил Г.АГ своими действиями, которые орган предварительного следствия считает незаконными.

Из предъявленного обвинения не следует, что Г.АГ незаконно занижал в ежемесячных ведомостях полезного отпуска электрической энергии потребителям -показания расчетных приборов учёта электрической энергии. Вместе с тем в обвинении указано, что в служебные полномочия Г.АГ входит руководство формированием полезного отпуска электрической энергии потребителям, при этом заполнение ведомостей не входит в служебные обязанности Г.АГ и не является деятельностью по формированию полезного отпуска электрической энергии, в то время как ведомости полезного отпуска электроэнергии заполняет ФИО1, который является непосредственным начальником Б. СА

Несмотря на то, что в каждом из инкриминируемых Г.АГ преступлений, ему вменяется совершение незаконных действий, в резолютивной части обвинения указывается, что Г.АГ получил коммерческий подкуп за совершение действий (бездействие) в интересах дающего или иных лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию).

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что формулировка обвинения, предъявленного Г.АГ по преступлениям, предусмотренным частями 7 и 8 статьи 204 УК РФ не в полной мере отвечает требованиям закона относительно изложения обстоятельств фактической стороны совершенного преступного деяния и перечня обстоятельств, определяющих юридическую квалификацию инкриминируемого деяния, на что и указал суд в обжалуемом постановлении. Данные противоречия не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, поскольку потребуют от суда выполнения несвойственных ему функций обвинения, а именно самостоятельно, вне рамок предъявленного обвинения, определить и дополнить обвинение указанием на то: какие нормы закона или иного нормативно-правового акта нарушены Г.АГ при незаконном занижении в ежемесячных ведомостях полезного отпуска электрической энергии потребителям - показаний расчётных приборов учёта электрической энергии; что относится к действиям и бездействию Г.АГ; какие действия, способствовали Г.АГ, как лицу, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, в силу своего служебного положения совершению указанных действий.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб и возражений, выслушав доводы сторон, исследовав процессуальный документ, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность и обоснованность иных решений суда первой инстанции. 

Согласно пунктам 1, 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: обвинительное заключение, составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения; имеются предусмотренные статьей 153 настоящего Кодекса основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, предусмотренного статьей 239.2 настоящего Кодекса.

Суд первой инстанции в обоснование удовлетворения ходатайств стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору указал на то, что Г.АГ, В. СВ и Г. ВА по каждому из инкриминируемых им преступлений обвиняются в незаконном получении лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение незаконных действий (бездействие) в интересах дающего, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), совершенное организованной группой, при этом, в диспозиции конкретизируется органом предварительного следствия только размер незаконно полученных денег - значительный, крупный, особо крупный. При описании события преступления, в обвинительном заключении указано на сокрытие фактов нарушения нормативных требований по учёту «потребляемого энергоресурса», неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, а также за незаконное бездействие активных участников организованной группы В. СВ и Г. ВА, входящих в их служебные полномочия в виде необеспечения исполнения условий договоров энергоснабжения, отсутствия контроля за выполнением клиентами предусмотренных договорами энергоснабжения режимов потребления энергии, мощности, оплаты за потребляемую энергию и других технических условий договора энергоснабжения, то есть в интересах дающего. При этом, в объёме предъявленного обвинения не раскрыто в чём выразилось незаконное бездействие Г.АГ, которое согласно обвинительному заключению указано по семи преступлениям, инкриминируемых Г.АГ.

Кроме того, вменение в предъявленном объеме обвинения, в части конкретизации способа совершения каждого преступления, стороной обвинения указано на занижение в интересах дающего реальных показаний расчетных приборов учёта электрической энергии, а также на сокрытие фактов нарушения нормативных требований по учету потребляемого энергоресурса, неучтенного потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса. Суд считает, что указанные элементы являются объективной стороной состава преступления и требуют индивидуализации в объёме обвинения относительно действий (бездействия) каждого из подсудимых, а равно необходима и конкретизация по каждому составу инкриминируемого преступления, способа совершения, выразившегося по версии стороны обвинения, в сокрытии неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса.

Вменяя Г.АГ, В. СВ и Г. ВА по каждому из семи преступлений, предусмотренных соответствующими пунктами ч. ч. 7, 8 ст. 204 УК РФ, сокрытия фактов нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, вопреки требованиям статьи ст.220 УПК РФ, стороной обвинения, в указанной части не детализирован способ совершения преступлений, не указано, в чём выразилось безучётное потребление энергоресурса, а равно не приведены описания времени места и способа вмененного сокрытия фактов нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтённого потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, а также не приведены сами нормативные требования, вопреки которым обвиняемые скрывали безучётное потребление энергоресурса, что свидетельствует о существенном нарушении прав обвиняемых на защиту их законных интересов, и исключает рассмотрение судом уголовного дела по существу и возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Кроме того, суд первой инстанции, установив, что в производстве следственного органа находятся три уголовных дела возбужденных 17 февраля 2021 года (2 дела) и 26 апреля 2021 года (одно дело) в отношении Г.АГ, В. СВ и Г. ВА по однотипным и однородным обстоятельствам и событиям в части места, времени способа, круга лиц обвиняемых в совершении преступлений и произведенной квалификации деяний, пришёл к выводу, что раздельное рассмотрение уголовных дел в отношении них может отразиться на всесторонности судебного следствия, правильности установления фактических обстоятельств дела, послужить препятствием для постановления справедливого приговора или принятия иного решения, в связи с чем, указанные уголовные дела на основании ст. 153 УПК РФ подлежат соединению в одно производство с уголовным делом, находящимся в производстве суда. 

С учётом вышеизложенного, суд первой инстанции полагал, что указанные процессуальные нарушения не могут быть самостоятельно устранены судом в ходе судебного разбирательства путем исследования доказательств, поскольку суд лишен возможности восполнить недостающие в предъявленном обвинении сведения, не иначе как путем изменения объема обвинения в сторону смягчения, в связи с чем, уголовное дело на основании пунктов 1, 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ подлежит возвращению прокурору г.Спасска-Дальнего Приморского края для устранения препятствий рассмотрения дела судом. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции, а постановление не может признаваться законным и обоснованным, соответствующим положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Согласно части 1 статьи 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого лишь по предъявленному обвинению, при этом в соответствии с частью 2 статьи 171 УПК РФ и статьи 220 УПК РФ постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение должны содержать описание преступного деяния, с указанием времени его совершения, а также иные обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, и подлежащие обязательному доказыванию в соответствии с пунктами 1-4 части первой статьи 73 УПК РФ.

По смыслу закона, предъявленное лицу обвинение может быть признано соответствующим требованиям ст. 171 УПК РФ, если оно содержит достаточно полное изложение фактических обстоятельств содеянного, а также является конкретным и составлено в понятных выражениях с целью соблюдения права обвиняемого на защиту от конкретного обвинения.

Помимо прочего, согласно пунктам 5 и 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает, перечень доказательств, подтверждающих обвинение и краткое изложение их содержания, а также перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания.

Как следует из материалов уголовного дела, предъявленные Г.АГ, В. СВ и Г. ВА обвинения и обвинительное заключение по инкриминируемым им преступлениям, соответствуют требованиям части 2 статьи 171 и ст. 220 УПК РФ, а именно, содержат все необходимые сведения, в том числе на описание преступлений с указанием времени, места, способ, форму вины, и другие обстоятельства совершения преступлений, подлежащие доказыванию в соответствии со статьей 73 УПК РФ, позволяющие суду, при исследовании доказательств, проверить и оценить их; текст обвинительного заключения соответствует постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, оно утверждено прокурором и направлено в суд с соблюдением правил подсудности.

Вопреки доводам стороны защиты, в изложенных ими ходатайствах и в обжалуемом судебном решении суда первой инстанции о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом, в обвинительном заключении указан способ совершения преступлений: в виде незаконных действий Г.АГ, выраженных в умышленном занижении показаний расчетных приборов учета электрической энергии, а также в незаконных умышленных действиях участников организованной группы Г. ВА и В. СВ, входящих в их служебные полномочия, в сокрытии фактов: нарушения нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса; неучтенного потребления энергоресурса; безучётного пользования потребляемых энергоресурсов, что прямо предусмотрено их должностными обязанностями, а также за их незаконное бездействие в виде: необеспечения исполнения условий договоров энергоснабжения, отсутствия контроля за выполнением клиентами, предусмотренных договорами энергоснабжения режимов потребления энергии, мощности, оплаты за потребляемую энергию и других технических условий договора энергоснабжения.

В обвинении указано, за какие незаконные умышленные действия и бездействия Г.АГ, В. СВ и Г. ВА в ходе осуществления их служебной деятельности получали денежные средства. В связи с чем, по каждому преступлению обвиняемым Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, вменены умышленные незаконные действия в виде сокрытия фактов нарушений нормативных требований по учёту потребляемого энергоресурса, неучтенного потребления энергоресурса и безучётного пользования потребляемого энергоресурса, что полностью соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ в части описания способа совершения преступлений, и находит своё отражение в пунктах должностных инструкций обвиняемых Г. ВА и В. СВ, указанных в предъявленных им обвинениях, из которых следует, что ни обязаны были выявлять в том числе, и безучётное потребление энергоресурсов. 

Таким образом, какая-либо неопределенность в способе совершения преступления в предъявленном Г.АГ, В. СВ и Г. ВА обвинении, отсутствует, не влечет различного толкования изложенных обстоятельств и позволяет установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства.

Вывод суда первой инстанции о том, что составленное следователем обвинительное заключение, с учетом выявленных судом нарушений, которые возможно устранить не иначе, как путем изменения объёма обвинения в сторону смягчения, также не препятствует рассмотрению дела. Все обстоятельства преступлений, в которых обвиняются Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, подлежат установлению при исследовании доказательств, указанных в обвинительном заключении, с учётом того, что стороны в ходе судебного следствия вправе предоставлять суду и другие свои доказательства, а прокурор вправе изменить объём обвинения в сторону его уменьшения. Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 252 УПК РФ изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Доводы апелляционных возражений защитника адвоката Хмельницкого Д.П. в части несоответствия обвинения фактическим обстоятельствам дела, о незаконности действий (бездействий), вмененных обвиняемому Г.АГ, судом апелляционной инстанции приниматься во внимание не могут, поскольку касаются вопроса исследования доказательств, в то время как это возможно только в ходе судебного заседания при рассмотрении уголовного дела по существу предъявленного обвинения. 

Вывод суда первой инстанции о том, что настоящее уголовное дело подлежит соединению с уголовными делами, возбужденными в отношении Г.АГ, В. СВ и Г. ВА после завершения расследования настоящего дела и находится в производстве следственного органа, со ссылкой на то, что указанные уголовные дела возбуждены по однотипным и однородным обстоятельствам, событиям в части места, времени способа, круга лиц обвиняемых в совершении преступлений и произведенной квалификации деяний, а раздельное рассмотрение уголовных дел в отношении них может отразиться на всесторонности судебного следствия, правильности установления фактических обстоятельств дела, квалификации содеянного, суд апелляционной инстанции находит необоснованным.

Как следует из материалов уголовного дела следственным органом действительно в отношении Г.АГ, В. СВ и Г. ВА в период их ознакомления с материалами настоящего уголовного дела были возбуждены уголовные дела: 17 февраля 2021 года № 1210205002000015 по ст. 204 ч. 8 УК РФ, 17 февраля 2021 года № 1210205002000017 по ст. 204 ч. 7 п. «а,в» УК РФ, 26 апреля 2021 года № 1210205002000027 по ст. 204 ч. 7 п. «а,в,г» УК РФ, которые согласно сведениям из следственного органа поступившим в суд апелляционной инстанции 27 апреля 2021 года, соединены в одно производство с присвоением № 1210205002000015, обвинение указанным лицам не предъявлялось, мера пресечения не избиралась, по делу проводятся следственные и процессуальные действия, направленные на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию. 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 153 УПК РФ в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении нескольких лиц, совершивших одно или несколько преступлений в соучастии, в то же время соединение уголовных дел в одном производстве является не обязанностью следственных органов, а их правом, реализуемым ими по своему усмотрению при наличии определенных обстоятельств.

При этом следует учитывать, что возвращение уголовного дела прокурору по причине наличия оснований для его соединения с другим делом возможно только с целью необходимости устранения препятствий его рассмотрения судом, допущенных в досудебном производстве по делу, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела и не могут быть устранены в судебном заседании. 

Однако по настоящему уголовному делу таких неустранимых препятствий, исключающих возможность принятия решения по делу, не установлено, а сам по себе факт наличия в отношении Г.АГ, В. СВ и Г. ВА другого уголовного дела, находящегося в производстве следственного органа, не является, по смыслу ст. 153 УПК РФ, безусловным основанием для соединения уголовных дел в одном производстве и, как следствие, для возвращения уголовного дела.

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что наличие у органа предварительного следствия другого уголовного дела, не свидетельствует о том, что предварительное следствие по данному делу неминуемо будет окончено путем его направления в суд с обвинительным заключением. Несоединение уголовных дел в одно производство не нарушает права обвиняемых на справедливое решение по делу.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в пунктах 1-6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, неустранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Между тем, выводы суда первой инстанции, содержащиеся в обжалуемом постановлении, о том, что в целях обеспечения полноты, объективности и правильности оценки доказательств, а также воизбежании установления взаимоисключающих обстоятельств, уголовное дело необходимо направить прокурору г.Спасска –Дальнего Приморского края для решения вопроса о соединении уголовных дел в порядке ч. 1 ст. 153 УПК РФ, фактически направлены на восполнение неполноты предварительного следствия, побуждение органа предварительного следствия к собиранию новых доказательств, что противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. 

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что выводы суда первой инстанции, послужившие основанием для принятия обжалуемого решения о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, поэтому, обжалуемое постановление не может признаваться законным и обоснованным, и подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство со стадии подготовки дела к судебному заседанию.

Поскольку председательствующий судья не высказывал своего мнения, связанного с оценкой доказательств, судебное решение принято до начала судебного следствия, а также отсутствуют обстоятельства, предусмотренные ст. 63 УПК РФ, оснований для изменения состава суда не усматривается.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит доводы апелляционного представления государственного обвинителя об отмене обжалуемого постановления о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ, обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Обсуждая выводы суда первой инстанции о необходимости продления сроков содержания под стражей обвиняемым Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, каждому на срок 2 месяца, с учетом того обстоятельства, что предельные сроки содержания обвиняемых под стражей в досудебном производстве, установленные ч. 3 ст. 109 УПК РФ, не истекли, суд апелляционной инстанции находит обжалуемое постановление в данной части подлежащим отмене, в связи с отменой постановления о возвращении уголовного дела прокурору.

С учетом того, что при поступлении уголовного дела в суд, 17 мая 2021 года было вынесено постановление о назначении судебного заседания по уголовному делу, срок содержания под стражей в отношении подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА, в судебном заседании постановлением Спасского районного суда Приморского края от 19 мая 2021 года продлён каждому на шесть месяцев, до 14 ноября 2021 года, основания для рассмотрения вопроса о мере пресечения в настоящее время отсутствуют, поскольку данного срока достаточно для решения вопроса о назначении судебного заседания и проведения судебного следствия.

Обсуждая доводы апелляционных жалоб защитников адвокатов Хмельницкого Д.П., Старчукова Д.А. и Резниченко С.В. об изменении подзащитным Г.АГ, В. СВ и Г. ВА меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, либо иные, не связанные с заключением под стражу, суд апелляционной инстанции считает, что данные ходатайства удовлетворению не подлежат, поскольку оснований для этого, исходя из представленных материалов, в том числе и по доводам подсудимых и их защитников в суде апелляционной инстанции, не усматривается. Иная мера пресечения, не связанная с временной изоляцией от общества, не обеспечит в должной степени достижение цели установления фактических обстоятельств по делу и надлежащего поведения подсудимых в период судебного разбирательства по делу, которые могут воспрепятствовать объёктивному судебному разбирательству, исходя из обстоятельств дела на данный момент. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Спасского районного суда Приморского края от 19 июля 2021 года о возвращении прокурору города Спасска-Дальнего Приморского края в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в» ч. 7 ст. 204, ч. 8 ст. 204, ч. 8 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204, п. «а, в, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ - отменить, уголовное дело уголовное дело направить на новое судебное разбирательство со стадии подготовки дела к судебному заседанию, в тот же суд.

Ходатайства защитников адвокатов Хмельницкого Д.П., Старчукова Д.А. и Резниченко С.В. об изменении подзащитным Г.АГ, В. СВ и Г. ВА ранее избранной меры пресечения в виде заключения под стражу на содержание под домашним арестом, либо иные меры пресечения, не связанные с заключением под стражу – оставить без удовлетворения.

Меру пресечения в виде заключения под стражу, ранее избранную судом в отношении подсудимых Г.АГ, В. СВ и Г. ВА до 14 ноября 2021 года – оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя старшего помощника прокурора г. Спасска-Дальнего Приморского края Сутуло Ю.О. – удовлетворить, апелляционные жалобы защитников адвокатов Хмельницкого Д.П., Старчукова Д.А. и Резниченко С.В. - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу, путем подачи кассационных представления или жалобы, а подсудимыми, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии настоящего судебного решения. В случае подачи кассационной жалобы подсудимые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в кассационной жалобе.

Председательствующий: В.И. Чесноков

Справка: подсудимые Г.АГ, В. СВ и Г. ВА содержатся под стражей в ФКУ 

<

адрес> ГУФСИН России по Приморскому краю.