Дело № 2-775/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Тверь 23 июня 2017 года

Заволжский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Грачева С.О., 

при секретаре Шредер Ю.В.,

с участием:

истца - БайзаковаБобурбекаКамолидинаугли,

представителя истца БайзаковаБобурбекаКамолидинаугли – Павловой О.Л.,

переводчика – ФИО1,

представителя прокуратуры Центрального района города Твери - Обиход И.Д.,

представителя УМВД по Тверской области – ФИО2,

представителя УМВД России по г. Твери – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б.Б.К. к Министерству финансов Российской Федерации, Казне Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, возмещении судебных расходов,

установил:

БайзаковБ.К.у. обратился в Заволжский районный суд г. Твери с иском к Министерству финансов Российской Федерациив лице Управлению Федерального казначейства по Тверской области в котором просит взыскать за счет средств казны РФ в свою пользу, в порядке реабилитации компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что 16 июля 2014 года в 5 час. 40 мин. истец был незаконно задержан и доставлен в Центральный РОВД города Твери, в 16 час. 05 мин. следователем отдела № 3 СУ УМВД РОССИИ по городу Твери был оформлен протокол задержания. 17 июля 2014 года Центральным райсудом г. Твери истцу была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и он был помещен в учреждение 

<

данные изъяты>, где содержался до 18 час. 40 мин. 30.12.2014 г. 24 июля 2014 года БайзаковБ.К.у. было предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного п. г ч.2 ст. 161 УК РФ (уголовное дело № 0400725).

Постановлениями старшего следователя отдела №3 СУ УМВД РОССИИ по г. Твери ФИО4 от 30.12.2014 года уголовное преследование в отношении БайзаковаБ.К.у. было прекращено на основании ст. ст. 212, 213 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления, и БайзаковБ.К.у. был освобожден из-под стражи. За БайзаковымБ.К.у. признано право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием, в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

В январе 2015 года я обратился в Центральный районный суд г. Твери с заявлением о возмещении имущественного вреда в сумме 

<

данные изъяты> рубля, и производство по заявлению постановлением судьи от 25.02.2015 года было прекращено в связи с тем, что 10 февраля 2015 года прокурором Центрального района г. Твери было отменено постановление о прекращении уголовного преследования от 30.12.2014 года., и материалы уголовного дела направлены для производства дополнительного расследования. 

26 июля 2016 года получено постановление о прекращении уголовного преследования от 15 июля 2015 года, в котором признано право БайзаковаБ.К.у. на реабилитацию. Незаконное уголовное преследование длилось 365 дней. Из них 168 дней в отношении БайзаковаБ.К.у. действовала мера пресечения - содержание под стражей. Истец вынужден был доказывать свою невиновность по обвинению, принимать участие в следственных действиях в качестве обвиняемого, трижды истца подвергли психиатрической экспертизе. С целью принуждения к даче признательных показаний в преступлении, которого истец не совершал, БайзаковаБ.К.у. неоднократно подвергали избиению, унижали, моральным воздействием старались убедить в безвыходности и беззащитности. Меру пресечения - содержание под стражей, истец неоднократно обжаловал. БайзаковБ.К.у. вынужден был участвовать в судебных заседаниях Центрального райсуда г. Твери при неоднократных продлениях срока стражи, в апелляции в Тверском облсуде, постоянно заявлял, что не совершал преступления, и арест является ошибкой. Это приводило истца в состояние бессилия и неполноценности, причиняло душевные страдания. Каждое заседание было для БайзаковаБ.К.у. огромным стрессом.

Кроме того, истец не владеет русским языком, что в условиях изолятора г. Твери причиняло ему большие неудобства. Истец не курит, является мусульманином, был вынужден находиться в тесной прокуренной камере, без движения воздуха, не мог молиться, не понимали сокамерники. Отец истца не мог прийти к нему на свидание - можно было говорить только по-русски, а истец не понимает языка. Истец был совершенно изолирован от общения на родном языке, от общества, своих близких, друзей, не понимал команд администрации СИЗО, чувствовал себя совершенно беспомощным. На следственных действиях и в судебных заседаниях истец пользовался услугами переводчика. На протяжении всего времени нахождения под стражей, кроме декабря 2014 г., когда следователь ФИО4 отказала в разрешении свидания с участием переводчика, только защитник адвокат Павлова О.Л. с переводчиком постоянно посещала истца в учреждении ФБУ И3-69\1 г. Твери, и тогда он мог говорить на языке, обсуждать позицию по делу, узнавать что-то о родных.

Истец никогда не нарушал закон, не привлекался к уголовной административной ответственности. Будучи лишен основного Конституционного права гражданина – свободы, находясь в непривычных для себя условиях строгой изоляции от общества, он испытал стрессовое состояние от одиночества, общения с уголовными элементами-рецидивистами, совершившими тяжкие и особо тяжкие преступления. Испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала ИВС. Периодически подвергался процедуре обыска, от чего претерпевал стыд и унижение. Особую горечь и разочарование истец испытал из-за невозможности доказать следствию свою невиновность, т.к. машина обвинения оказалась безразличной к достоверным доказательствам его непричастности к преступлению, за которое грозило наказание до 7 лет лишения свободы.

Осознание своего бессилия перед необоснованным обвинением, крайняя сложность в условиях СИЗО, при незнании русского языка, защищать свои интересы, при отсутствии защиты интересов личности со стороны государства, приводили истца в состояние полного отчаяния. Содержание в ограниченном пространстве, в прокуренной камере для истца, человека некурящего, при хроническом дефиците нормального воздуха и движения, было мучительной пыткой. В результате уголовного преследования по тяжкому обвинению истцу причинена моральная травма, которая сказывается до сих пор на его здоровье и психологическом состоянии, а воспоминания о следствии, судебных процессах и условиях содержания в камере СИЗО служат причиной бессонницы, головной боли и депрессий, снижения трудоспособности. Из-за моральной травмы истец боится выходить их дома, постоянно опасаясь нового задержания и обвинения. По причине своего болезненного душевного состояния он не смог приступить к работе, которой занимался до ареста.

В ходе судебного разбирательства стороной истца уточнены заявленные требования.

В уточненном иске, принятым к производству суда протокольным определением от 14 марта 2017 года истец просил взыскать с ответчика понесенные издержки - расходы по оплате услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> рублей. 

Определением суда, занесенными в протокол судебного заседания от 14.03.2017 года, для участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Тверской области, Управление МВД России по Тверской области, Управление МВД России по г. Твери, старший следователь отдела № 3 СУ УМВД России по г. Твери ФИО4, СО № 3 СУ УМВД России по г. Твери, так же Казна РФ привлечена к участию в деле в качестве ответчика. 

Определением суда, занесенными в протокол судебного заседания от 14.03.2017 года, для участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство Внутренних дел РФ.

В судебном заседании истец БайзаковБ.К.у. и его представитель Павлова О.Л. поддержали заявленные требования, обосновав доводами изложенными в иске, просила при определении размера компенсациям морального вреда учесть принцип разумности, степень понесенных истцом нравственных и физических страданий.

Представитель УМВД по Тверской области ФИО2 полагал заявленную истцом сумму компенсации морального вреда необоснованной, не отвечающая принципам разумности и справедливости, поддержал доводы представленного суду возражения, из которого следует, что заявляя требования о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей, истец не только не обосновал, но и не доказал размер компенсации морального вреда. Так же, из возражения следует, что размер компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей завышен, является неразумным и не соответствует фактическим обстоятельствам, при которых был причинен моральный вред и индивидуальным особенностям потерпевшего. Согласно правовой позиции судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ от 28.11.2000 №5-В00-227, в случае причинения морального вреда не только предполагается, но и подлежит доказыванию истцом размер компенсации этого вреда.

Представитель УМВД России по г. Твери ФИО3 не согласилась с размером компенсации в заявленном истцом сумме, полагая ее несоразмерной моральному вреду и не отвечающей принципам разумности и справедливости. 

Представитель прокуратуры Центрального района города Твери Обиход И.Д., полагая о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование, полагал необходимым при определении размера подлежащей взысканию компенсации учесть характер причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а так же требования разумности и справедливости.

Остальные участники процесса, уведомленные о времени и месте судебного заседания, не явились.

Представителем Министерства финансов Российской Федерации представлены возражения, а так же дополнения к ним, из которых следует, что истцом, не доказан и не подтвержден размер денежной компенсации, тем самым нарушены нормы гражданско-процессуального законодательства. Так же из возражения следует, что истцом, не доказан и не подтвержден факт причинения ему нравственных зданий. Истцом не представлены документы, подтверждающие причинно - следственную связь между ухудшением его здоровья и незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным содержанием его под стражей, не представлены документы, подтверждающие причинно - следственную связь между нетрудоспособностью незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным содержанием его под стражей.Удовлетворение требований о компенсации морального вреда возможно при совокупности условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Истцом не доказана вина причинителя вреданезаконность действий (бездействие) сотрудников учреждения ФБУ ИЗ - 69/1 г. Твери, где истец находился под стражей. Не доказан факт избиения, унижения и других противоправных действий сотрудников учреждения в период нахождения истца под стражей.Сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей за оказание юридической помощи представителя не подтверждена, несоразмерно завышена и не отвечает критерию разумности. В связи с чем, представитель Министерства финансов Российской Федерации просил в удовлетворении исковых требований о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, возмещении судебных расходов, отказать в полном объеме, и дело рассмотреть в его отсутствие.

Судом определено рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают, в том числе и вследствие причинения вреда другому лицу.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав, одним из которых, является компенсация морального вреда.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1 статья 46).

В силу пункта 1 статьи 8 и положений статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 года№ 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5) и Протокола № 7 и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «а» пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

Согласно п. 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

На основании статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Способ и размер компенсации морального вреда определяются в соответствии с правилами, установленными статьей 1101 ГК РФ.

По смыслу п. 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В развитие данных положений статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Положениями статьи 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию, включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет подозреваемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным в том числе пунктом 1 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Частью 2 ст. 136 УПК РФ регламентировано, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в томчисле продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Судом установлено, чтопостановлением старшего следователя отдела СУ УМВД России по г. Твери от 16 июля 2014 года было возбуждено уголовное дело № 0400725по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Основанием к возбуждению уголовного дела послужили данные, содержащиеся в материале предварительной проверки по сообщению о преступлении, зарегистрированному в КУСП № 7641 от 16 июля 2014 года. Из мотивировочной части постановления о возбуждении уголовного дела следует, что основанием для уголовного преследования явились данные о том, что 16 июля 2014 года в период времени с 04 часов 20 минут, но не позднее 04 часов 55 минут, неустановленное лицо, находясь в подъезде 

<

адрес>, применив к ФИО5 насилие, не опасное для жизни и здоровья, открыто похитило из кармана, надетых на ней джинсовых брюк, мобильный телефон марки 

<

данные изъяты> стоимостью 

<

данные изъяты> рублей, причинив своими действиями ФИО5 физическую боль и материальный ущерб в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

16 июля 2014 года в порядке ст. ст. 91 - 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, задержан БайзаковБ.К.у., что подтверждается протоколом задержания и допрошен в качестве подозреваемого, что подтверждается протоколом допроса подозреваемого от 16 июля 2014 года.

24 июля 2014 года БайзаковуБ.К.у. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

17 июля 2014 года БайзаковуБ.К.у. Центральным районным судом г. Твери избрана мера пресечкения в виде заключения под стражу сроком на два месяца, то есть до 15 сентября 2014 года включительно. 

09 сентября 2014 года Центральным районным судом г. Твери срок содержания под стражей БайзаковаБ.К.у. продлен на один месяц, а всего до трех месяцев, то есть до 15 октября 2014 года включительно. 

13 октября 2014 года Центральным районным судом г. Твери срок содержания под стражей БайзаковаБ.К.у. продлен на один месяц, а всего до четырех месяцев, то есть до 15 ноября 2014 года включительно. 

11 ноября 2014 года Центральным районным судом г. Твери срок содержания под стражей БайзаковаБ.К.у. продлен на один месяц, а всего до пяти месяцев, то есть до 15 декабря 2014 года включительно. 

12 декабря 2014 года Центральным районным судом г. Твери срок содержания под стражей БайзаковаБ.К.у. продлен на 15 суток, а всего до пяти месяцев 15 суток, то есть по 31декабря 2014 года включительно. 

30 декабря 2014 года мера пресечения в отношении БайзаковаБ.К.у. отменена.

Постановлением старшего следователя отдела № 3 СУ УМВД России по г. Твери от 30 декабря 2014 года уголовное преследование по уголовному делу в отношении БайзаковаБ.К.у. было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью к совершению преступления. За БайзаковымБ.К.у. в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Впоследствии данное постановление было отменено заместителем прокурора Центральногорайона города Твери.

Постановлением старшего следователя отдела № 3 СУ УМВД России по г. Твери от 17 марта 2015 года уголовное преследование по уголовному делу в отношении БайзаковаБ.К.у. было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью к совершению преступления. За БайзаковымБ.К.у. в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Данное постановление было отменено заместителем прокурора Центрального района города Твери.

Постановлением старшего следователя отдела № 3 СУ УМВД России по г. Твери от 15 июля 2015 года уголовное преследование по уголовному делу в отношении БайзаковаБ.К.у. было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с непричастностью к совершению преступления. За БайзаковымБ.К.у. в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Указанные обстоятельства подтверждены материалами дела и сторонами не оспаривались.

Таким образом, уголовное преследование в отношении БайзаковаБ.К.у.прекращено по реабилитирующим основаниям, что не оспаривается сторонами по данному гражданскому делу.

Установив, что уголовное преследование в отношении истца было прекращено в связи с непричастностью истца к совершению преступления, суд, принимая во внимание положения ст. ст. 151, 1070, 1100, 1101 ГК РФ, ст. 133 УПК РФ, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд учитывает следующее.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При определении размера подлежащей взысканию компенсациисудпринимает во внимание конкретные обстоятельства дела, характер причиненных истцу страданий, а именно: то, что истец пребывал в статусе подозреваемого в совершении преступления, которое он не совершал, тяжесть предъявленного обвинения, длительность уголовного преследования.

Представленные по делу доказательства, в том числе пояснения свидетелейБайзакова К. и СолиевойЗ.Х.к., безусловно указывают на то, что следствие в отношении истца и нахождение его в условиях следственного изолятора повлияло на жизньБайзаковаБ.К.у.

Оценивая степень испытанных истцом нравственных страданий, суд так же, учитывает, что в период времени с 16 июля 2014 года по 30 декабря 2014 года истец содержался под стражей, был лишен возможности вести привычный образ жизни, ограничен в свободе передвижения, испытывал тревогу и страх перед будущим, негативные переживания.

В то же время судом не принимаются во внимание доводы относительно нарушения права и законных интересы истца в части оказания физического воздействия и психологического давления при проведении следственных действий и нахождении в СИЗО, поскольку доказательств, подтверждающих данные факты, в материалы дела не представлено. Доказательств наличия прямой причинно-следственной связис имеющимся ухудшением здоровья не имеется.

Так же, суд находит несостоятельными доводы истца, что в период расследования уголовного дела у него ухудшилось состояние здоровья и возникло заболевание, поскольку доказательств данного факта стороной истца не представлено. Наличие заболевания само по себе не свидетельствует о том, что оно стало следствием нахождения в условиях изоляции либо уголовного преследования. Кроме того, в материалы дела представлена информация администрацией следственного изолятора, из которой следует, что за медицинской помощью истец не обращался. 

Вопреки доводам истца доказательствневозможности трудоустройства вследствие уголовного преследования не имеется.

Обстоятельства причинения морального вреда в результате незаконного уголовного преследования подтверждаются собранными по делу доказательствами

Суд учитывает, что размер компенсации морального вреда должен быть адекватен степени и продолжительности периода ограничения прав истца, причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости и приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в части взыскания в пользу истца денежной суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд, установив факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности и незаконного применения к нему в качестве меры пресечения, приходит к выводу о наличии причинной связи между действиями органов следствия и перенесенными истцом нравственными и физическими страданиями.

При определении размера компенсации морального вреда в указанной выше сумме суд так же учитывает и характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом всех фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и его индивидуальных особенностей.

При определении размера расходов на оплату услуг представителя, суд руководствуется специальной нормой закона - ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которую суд находит завышенной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Взыскание судебных расходов должно быть соразмерным, справедливым и не должно преследовать цель неосновательного обогащения, поскольку носит компенсационный характер с учетом таких оценочных категорий как фактически понесенные расходы, а также объем реально оказанных услуг.

В определении Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2004 года N 454-О разъяснено, что обязанность суда взыскивать расходы в разумных пределах направлена против необоснованного завышения оплаты услуг представителей.

Суд приходит к выводу о взыскании расходов по оплате юридических услуг в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Учитывая характер и сложность спора, количество судебных заседаний по данному гражданскому спору, объем выполненной представителем истца работы, суд полагает, что определенный к взысканию размер расходов на оплату услуг представителя в указанном выше размере отвечает принципу разумности и справедливости и не находит оснований для взыскания расходов на оплату услуг представителя в большем размере.

Руководствуясь 194-198 ГПК РФ, суд, 

решил:

Исковые требования Б.Б,К. к Министерству финансов Российской Федерации, Казне Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Тверской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным содержанием под стражей, возмещении судебных расходов,– удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу БайзаковаБобурбекаКамолидинаугли в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Б.Б.К. судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В удовлетворении остальной части требований – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Заволжский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 27 июня 2017 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

Судья С.О. Грачева

Секретарь Ю.В. Шредер