РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 октября 2017 года с. Ивановка

Ивановский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Скобликовой Н.Г.

при секретаре Ермакове А.Н.

с участием прокурора Колесникова Е.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-516/2017 по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о компенсации морального вреда, причинённого в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о компенсации морального вреда, причинённого в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, мотивируя удовлетворение иска следующим. 

14 сентября 2016 года в отношении неё сотрудниками СО ОМВД России по Ивановскому району возбуждено уголовное дело по ч.3 ст. 160 УК РФ. 

28 апреля 2017 года следователем СО ОМВД России по Ивановскому району майором юстиции ФИО2 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении неё (ФИО1) по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, - в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, и в соответствии со ст. 134 УК РФ признано право на реабилитацию. 

05.05.2017 прокурором Ивановского района ФИО7, во исполнение требований ч.1 ст.136 УПК РФ, от имени государства ей принесены официальные извинения как реабилитированному лицу за причинённый вред.

В статусе обвиняемой она находилась в период с 14.09.2016 по 28.04.2017, то есть 7 месяцев 17 дней. Ведением в отношении неё уголовного преследования ей был причинён моральный вред.

Она являлась педагогом, руководителем дошкольного учреждения, знакома со значительной частью населения села. В период осуществления ею трудовой деятельности в должности заведующей детским садом «Буратино», и совмещением обязанностей в должности заведующей детского сада «Солнышко» и детского сада «Малышок», в отсутствие заведующих в указанных детских садах, она встречалась с родителями, проводила родительские собрания, отвечала за организацию воспитательного процесса и т.д. После возбуждения в отношении неё уголовного дела и увольнения с работы, были распространены порочащие сведения о её преступной деятельности, что умаляло её честь, достоинство, доброе имя, в связи с чем, она испытывала нравственные страдания, была оторвана от работы, от которой получала моральное удовлетворение. Находясь в непривычном для себя положении, безработной и обвиняемой в совершении уголовного преступления, она испытала стрессовое состояние. Испытала крайне негативное отношение общества, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на её психологическом здоровье, а воспоминания о допросах и иных следственных действиях периодически служат причиной бессонницы и депрессий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация, должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, следует руководствоваться не только нормами Гражданского Кодекса РФ, но и в силу того, что международные договоры РФ, являются частью ее правовой системы (ст. 7 ГК РФ), постановлениями Европейского суда по правам человека от 24.07.2003 по делу «Смирнова против России» (Жалобы № 46133/99 и 48183/99), от 3.02.2011 по делу «Кабанов против России» (Жалоба № 8921/05), которые в соответствии со ст. 7 ГК РФ, и ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются не только составной частью российской правовой системы, действуют непосредственно, но и имеют высшую юридическую силу, по отношению к нормам российского законодательства. В вышеназванных Постановлениях ЕСПЧ, в частности говорится, что: «некоторые формы морального ущерба, включая эмоциональные страдания, по своей природе не всегда могут быть доказаны чем-то конкретным (см. дело Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. the United Kingdom, судебное решение от 28 мая 1985 года, Серии А nо. 94, § 96). Это не мешает Суду присудить возмещение, если он сочтет разумным полагать, что заявительнице был причинен вред, требующий финансовой компенсации». Сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека.

Получение достойной компенсационной суммы есть достижение справедливости. Компенсация морального вреда есть мера реабилитации потерпевшего. Получение достойной суммы компенсации морального вреда есть возможность испытать положительные эмоции, которых она была лишена на протяжении ведения в отношении меня уголовного преследования.

Полагает, что справедливой, достойной компенсационной суммой за потерю имиджа, уважения и доверия её коллег, за потерю работы является денежная сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В соответствии с вышеизложенным и на основании ч. 1 и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, ст. 151, п. 1 ст. 1070, абз. 3 ст. 1100, п. 2 ст. 1101 ГК РФ ФИО1 просит взыскать в её пользу с Управления Федерального казначейства по Амурской области за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей и судебные расходы в сумме 

<

данные изъяты> рублей (за составление иска и представительство её интересов адвокатом в суде). 

15.08.2017 в адрес суда от истицы поступило заявление, в котором она указывает, что в мотивировочной части искового заявления, обосновывая причинение морального вреда, она также ссылалась на то, что в результате уголовного преследования она была оторвана от работы, от которой получала моральное удовлетворение, также указывала на то, что испытала стресс, оказавшись безработной. В действительности она была уволена на основании приказа начальника отдела образования администрации Ивановского района от 05.10.2015 № 121, в связи с возникновением установленных ТК РФ и исключающих возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору ограничений 

на занятие определёнными видами трудовой деятельности, по п. 13 ст. 83 ТК РФ. Формально основание её увольнения не связано с уголовным преследованием, поэтому она исключает из мотивировочной части иска вышеперечисленные доводы. 

В последующем – 28.08.2017 истицей предоставлены суду письменные пояснения, обосновывающие размер исковых требований, согласно которым при оценке размера причинённого ей морального вреда, она просила учесть следующие обстоятельства.

Во-первых, общая продолжительность до следственной проверки и предварительного следствия имела место с мая 2015 года по 28.04.2017, о чём прокуратура Ивановского района уведомила её официально 05.05.2017, то есть составляет три года. Всё это время из-за неопределенности она переживала, находилась стрессовой ситуации.

В мае 2015 года к ней, как к заведующей МАДОУ д/с № 1 «Буратино», обратился о/у ЭБ и ПК ОМВД России по Ивановскому району майор полиции ФИО8 при предъявлении служебного удостоверения с устным требованием предъявить ему платёжные ведомости, приказы и иные документы, касающиеся выплат ей зарплаты за период с июня по август 2014 года. Не усматривая никаких противоправных действий при начислении и выплатах ей зарплаты, она добросовестно предъявила ФИО8 все интересующие его документы. Он снял ксерокопии документов, забрал подлинники учредительных документов МАДОУ. После этого ОМВД России по Ивановскому району началась проверка законности выплат ей сумм. На основании отношения начальника ОМВД России по Ивановскому району от 26.05.2014 была проведена документальная проверка МАДОУ детский сад «Буратино». Как следует из постановления о прекращении уголовного дела от 28.04.2017, ОУ ЭБ и ПК ОМВД России по Ивановскому району майор полиции ФИО8 обратился к начальнику ОМВД с рапортом от 16.06.2015 об имеющихся в её действиях признаках преступления, который послужил поводом для возбуждения уголовного дела. Данное сообщение зарегистрировано в КУСП ОМВД России по Ивановскому району № 2376 от 16.06.2015. Так, 26.06.2015 она вызывалась повесткой к ФИО8. Начиная с мая 2015 года и до конца апреля 2017 года с неё и с сотрудников детского сада, отдела образования брались объяснения, вызывались на допросы, проводились иные следственные действия. Всё это время её действия органами предварительного следствия расценивались как противоправные.

Во-вторых, незаконное уголовное преследование в отношении неё всё-таки явилось причиной её увольнения, круто изменившего её судьбу, поставившее её семью в тяжёлое материальное положение.

В ходе расследования ОМВД проверял наличие у неё судимости. Неожиданно для неё выяснилось, что ранее в отношении неё было прекращено уголовное дело по ст. 116 УК РФ. Эту информацию начальник ОМВД России по Ивановскому району письмом от 30.07.2015 № 41/16-5764/1 довёл до сведения начальника отдела образования, в связи с чем она 12.08.2015 приказом начальника отдела образования была отстранена от работы. Она находилась в психотравмирующей ситуации. Результаты камеральной проверки, проведённой Министерством образования и науки Амурской области в период с 20.07.2015 по 31.07.2015, лишь усилили груз психического на неё давления. Проведение камеральной проверки в июле 2015 года она расценивала как один из этапов расследования. На этот акт камеральной проверки ссылались все допрашиваемые в качестве свидетелей по уголовному делу лица.

Официально она была уволена 05.10.2015 на основании п. 13 ст. 83 ТК РФ с формулировкой «в связи с возникновением установленных ТК РФ и исключающих возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору ограничений 

на занятие определёнными видами трудовой деятельности» из-за того, что в 1999 году привлекалась к уголовной ответственности по ст. 116 и ст. 167 УК РФ. Однако, если бы в отношении неё ФИО8 не проводилось проверка по данному уголовному делу, то и не всплыло бы никакой информации о фактах привлечения её к уголовной ответственности по этим статьям, соответственно не возник бы вопрос о её увольнении.

По тому уголовному делу в 1999 году, наоборот, она была потерпевшей. Она проживала в г. Благовещенске в общежитии, в секции из трёх комнат, из которых две комнаты занимала она, а третья комната была свободной. В выходной день, когда она находилась в своей секции со своим малолетним сыном, она открыла на стук дверь. За дверью находились трое женщин и трое мужчин, которые сказали, что вселяются в секцию. Она потребовала разрешительные документы на вселение - никаких документов на вселение у них не было. На её требования покинуть помещение, эти граждане втащили её в секцию, на глазах ребёнка избили её, причинив ей сотрясение головного мозга, кровоподтёки. Она вызвала милицию - их всех доставили в отделение милиции, где им предложили обратиться в суд по вопросу законности вселения в секцию. На следующий день она обратилась в больницу, где ей поставили диагноз: сотрясение головного мозга. На стационарном лечении она находилась 10 дней. Из-за болезненного состояния, занятости с ребёнком, с рядом жизненных трудностей она не обратилась в суд для разрешения вопроса по факту её избиения. Она выехала из общежития. Лично ей ничего не было известно о привлечении её к уголовной ответственности и о прекращении в отношении неё уголовного дела. Однако из-за истечения сроков хранения документов, срока давности обжалования она не может оспорить незаконность внесения информации в ГИЦ о судимостях.

Судьёй Ивановского районного суда ФИО9 делались запросы в октябре 2015 года в Управление МВД России по Амурской области о предоставлении материалов по факту привлечения её к уголовной ответственности. Однако на запрос суда пришёл ответ об отсутствии такой документации за истечением срока хранения. На запрос суда ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» от 06.11.2015 в суд направлялась её история болезни № 1480, записями в которой подтверждается факт причинения сотрясения головного мозга и стационарного лечения. Комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав при Правительстве Амурской области от 26.02.2016 было принято решение о её допуске к трудовой деятельности, связанной с несовершеннолетними.

Она долго не могла поверить, что в её действиях имеются признаки преступления, в связи с чем неоднократно обжаловала действия сотрудника полиции ФИО8. Так, на её жалобу ВРИО начальника ОУР ОМВД России по Ивановскому району от 27.08.2015 был дан ответ, что фактов нарушения со стороны сотрудника не установлено. 29.09.2015 она обращалась в прокуратуру Ивановского района. В ответ на её обращение из прокуратуры от 01.10.2015 было сообщено, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.09.2015 в отношении неё отменено прокурором района, а материал до следственной проверки возвращён для проведения дополнительной проверки…

Представителем ответчика – руководителем УФК по Амурской области ФИО3 представлен отзыв на иск, в котором указывается на наличие правовых оснований для обращения ФИО1 с указанным иском в суд, вместе с тем обращается внимание на следующее. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. В силу абз. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Доводы истицы о том, что она претерпела физические и нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием, изложенные в исковом заявлении, не подтверждены доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости (ст. ст. 55, 59, 60 ГПК РФ).

Несомненно, сам факт возбуждения уголовного дела и привлечение ФИО1 к уголовной ответственности свидетельствуют о причинении ей нравственных страданий, но размер компенсации морального вреда подлежит доказыванию. Такая обязанность установлена нормами ст. 56 ГПК РФ, предусматривающей, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Однако при предъявлении искового заявления доказательств, обосновывающих размер морального вреда, то есть, почему именно 

<

данные изъяты> рублей, истицей не предоставлено. Истицей не доказана причинно-следственная связь между ее уголовным преследованием по ч. 3 ст. 160 УК РФ и моральной травмой, стрессовым состоянием, бессонницей и депрессией, на которые она ссылается в своих доводах.

По мнению Минфина России, размер компенсации морального вреда является завышенным.

Статьей 1101 ГК РФ установлено правило, в соответствии с которым, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Безусловно, несоразмерна степень нравственных страданий, связанных с возбуждением уголовного дела, любого гражданина, пользующегося уважением в обществе и отличающегося примерным поведением. При рассмотрении настоящего спора необходимо исследовать документы, содержащиеся в материалах уголовного дела, которые характеризуют истицу как личность, поскольку поведение ФИО1 в обществе относится к ее индивидуальным особенностям, и может повлиять на размер морального вреда.

Судебные расходы в сумме 12 000 рублей, по мнению представителя ответчика, являются необоснованно завышенными и не имеют документального подтверждения.

Также в своем отзыве представитель ответчика обращает внимание на то, что истец просит взыскать судебные расходы с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами, причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

По смыслу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации Управление Федерального казначейства по Амурской области не является органом, выступающим от имени казны Российской Федерации.

На основании изложенного, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области просит разрешить дело с учетом представленных доказательств, применить принципы разумности и справедливости, рассмотреть дело без участия представителя, в соответствии с ч. 5 ст. 167, ст. 214 ГПК РФ копию судебного акта направить в адрес Управления.

Представителем третьего лица ОМВД России по Ивановскому району – ФИО4 представлен отзыв на иск аналогичный по своему содержанию отзыву, направленного в адрес суда представителем ответчика. 

В судебных заседаниях, состоявшихся по делу, ФИО1 на удовлетворении иска настаивала. Считала, что увольнение явилось следствием проведения в отношении неё до следственной проверки. Она является гипертоником 2 ст., и соответственно весь период до следственной проверки, следствия принимала медикаментозное лечение, назначенное врачом. Обращалась в больницу в связи с ухудшением самочувствия, периоды обращения совпали по времени с прохождением медицинских профосмотров. 

Поддерживает уточнение адвоката относительно указания лица, с которого подлежит взысканию сумма морального вреда, и обоснования исковых требований. 

Представитель истицы – адвокат Кильян В.Я. на удовлетворении иска настаивала, по основаниям в нем указанным, и изложенным в письменных пояснениях от 28.08.2017. Уточнила, что заявленную сумму компенсации морального вреда, она и её доверитель просят взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, а заявление от 15.08.2017 они отзывают, и просят соответственно не учитывать. 

Представитель ОМВД России по Ивановскому району – ФИО4 придерживалась отзыва, поданного ею на иск.

Прокурор Колесников Е.А. пояснил, что никоим образом не подвергает право ФИО1 на компенсацию морального вреда, причиненного ей в результате незаконного преследования, вместе с тем, сумму заявленную ко взысканию считает завышенной, полагая, что сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей компенсирует ей нравственные и/или физические страдания. Считал, что сумма судебных расходов подлежит взысканию с ответчика в полном объеме, поскольку не является завышенной. 

Третье лицо – ФИО5 о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в него не явилась, сведений о причинах неявки суду не предоставило.

Суд, руководствуясь ч.3 и ч.5 ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело по существу в отсутствие представителя ответчика и третьего лица. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы уголовного дела 635401, материалы гражданского дела № 2 – 1083/2015 по иску ФИО1 к отделу образования администрации Ивановского района о восстановлении на работе, суд установил следующее. 

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц. 

Эта гарантия прав личности обеспечена также положением п.5 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая в силу ч.4 ст. 15 Конституции РФ является составной частью правовой системы Российской Федерации. 

Пункт 3 ч.2 ст. 133 УПК устанавливает, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренными пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. 

Согласно абз. 2 п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 (в ред. от 02.04.2013 N 6) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Ивановскому району ФИО5 от 14.09.2016 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Ивановскому району ФИО15 от 28.04.2017 в отношении подозреваемой ФИО1 уголовное дело № 635401 прекращено, по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствие в её действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ.

Данным постановлением за ФИО1, в соответствии с ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию. 

В силу положений ч.1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с ч.1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Системное толкование положений ст. 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно ч.1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на министерство финансов Российской Федерации. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание следующие обстоятельства.

Согласно материалов уголовного дела № 635401, исследованных судом, уголовное дело возбуждено - 14.09.2016, а прекращено по реабилитирующему основанию (отсутствие состава преступления) - 28.04.2017. Меры пресечения к ФИО1 не избирались.

В ходе предварительного расследования с участием ФИО1 были совершены следующие процессуальные действия: 

- 31.10.2016 в период времени с 15 часов 00 минут до 15 часов 40 минут допрошена в присутствии защитника ФИО16 в качестве подозреваемой (в этот же день её было написано заявление о назначении адвоката за счет средств государства и она была уведомлена о порядке заявления ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве);

-31.10.2016 в период времени с 15 часов 50 минут до 16 часов 10 минут ознакомлена с постановлением о назначении судебной экспертизы;

-31.10.2016 в период времени с 16 часов 10 минут до 16 часов 20 минут ознакомлена с заключением эксперта;

-10.12.2016 ФИО1 ознакомлена с постановлением о получении образцов для сравнительного исследования и от неё в этот же день взяты образцы подписи (данная процедура длилась 15 минут);

-10.12.2016 в период времени с 10 часов 40 минут до 10 часов 45 минут и с 10 часов 50 минут до 10 часов 55 минут ознакомлена с постановлениями о назначении судебной экспертизы;

-15.12.2016 в период времени с 12 часов 20 минут до 13 часов 15 минут дополнительно допрошена в присутствии защитника ФИО16 в качестве подозреваемой; 

-26.12.2016 в период времени с 16 часов 15 минут до 16 часов 25 минут ознакомлена с заключением эксперта.

В период времени предварительного расследования в адрес ФИО1 направлялись следующие уведомления/сообщения:

- о возбуждении в отношении неё уголовного дела по ч.3 ст. 160 УК РФ и возможности обжалования данного решения в прокуратуру или в суд от 14.09.2016 № 41/4 – 6973/л;

- о продлении срока предварительного следствия от 11.11.2016 № 1882-16;

- о направлении уголовного дела по подследственности от 14.11.2016 № 1922/16;

- о продлении срока предварительного следствия от 13.12.2016 № 41/4 – 10067;

- о частичном прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 14.01.2017 № 41/4-69 /в этот же день следователем СО ОМВД России по Ивановскому району вынесено постановление о приостановлении предварительного следствия, в соответствии с п.1 ч.1 ст. 208 УПК РФ, постановлением начальника СО ОМВД России по Ивановскому району от 30.03.2017 постановления от 14.01.2017 отменены/;

- об отмене постановления о приостановлении уголовного дела и возобновлении предварительного следствия, с установлением срока предварительного следствия на 1 месяц (до 30.04.2017), от 30.03.2017 № 41/4-158;

- о прекращении уголовного дела, в связи с отсутствием состава преступления (по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ) и разъяснением права на реабилитацию от 28.04.2017 № 41/4-2211. 

Кроме того, следователем в отношении ФИО1 производились запросы: 

- в ОГИБДД ОМВД России по Ивановскому району, Гостехнадзор Ивановского района и Центр Государственной инспекции по маломерным судам МЧС РФ по Амурской области на предмет зарегистрированных транспортных средств, сельскохозяйственной техники и маломерных судах за ФИО1; 

- в ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Амурской области о наличии недвижимого имущества у ФИО1; в ОАО АКБ «Тембр-Банк» филиал «Амурский», ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк», ОАО АКБ «Связь – банк» филиал «Благовещенский», ООО ИКБ «Совкомбанк», ООО «Крона – Банк» Амурский филиал, ООО «Благовещенский» филиал 2754 ВТБ 24, Благовещенский филиал ОАО «Промсвязьбанк», Филиал Банка ВТБ ОАО в. г. Благовещенске, ОАО КБ «Восточный экспресс банк» Дальневосточный филиал, Дальневосточный ПАО «Росбанк», ОАО «Хоум Кредит финанс Банк» с требованием о сообщении наличия счетов и сумм денежных средств на них; 

- в ИЦ УМВД России, ГИАЦ МВД России (о предоставлении справки о судимости в отношении ФИО1, а также ФИО17, ФИО18, ФИО19); 

- в ГАУЗ АО «Ивановская больница» относительно того, состоит ли на учете у врачей: нарколога и психиатра ФИО1 (ФИО6, ФИО10, ФИО11). 

Из сообщения главного врача ГБУЗ АО «Ивановская больница» от 05.10.2016 следует, что ФИО1 в данном медицинском учреждении с 2009 года получала лечение по поводу НЦД по гипертоническому типу, с 2012 года состоит на учете с диагнозом: Гипертоническая болезнь, с 2013 года с диагнозом: Остеохондроз шейного отдела позвоночника. Дисциркуляторная энцефалопатия. Вертебробазилярная недостаточность. 

Из медицинской карты № 122339 ФИО1, которая была исследована в ходе рассмотрения дела, видно, что в период следствия (с 14.09.2016 по 28.04.2017) за оказанием медицинской помощи в ГБУЗ АО «Ивановская больница» истица не обращалась. 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, замужем, имеет несовершеннолетнею дочь, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживает с семьей по адресу: 

<

адрес>.

Администраций Ивановского сельсовета, работодателем - директором ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения», характеризуется исключительно положительно. 

На момент возбуждения уголовного дела – 14.09.2016 ФИО1, по специальности – воспитатель, работала в должности социального педагога в ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения», где и продолжает работать по настоящее время (согласно записи № 3 в трудовой книжки №). 

До трудоустройства в ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения», ФИО1 17.07.2007 была принята на должность воспитателя в Муниципальное дошкольное образовательное учреждение комбинированного вида детский сад № 1 «Буратино» (с 25.04.2013 МАДОУ д/с № 1 «Буратино» комбинированного вида с. Ивановка), впоследствии - 01.08.2012 временно, а с 01.11.2012 постоянно переведена на должность заместителя заведующего данного дошкольного учреждения; 28.07.2014 приказом начальника Отдела образования администрации Ивановского района от 25.07.2014 № 179 назначена на должность заведующего МАДОУ д/с № 1 «Буратино» с. Ивановка (согласно записям № № 27-35 в трудовой книжке №, принадлежащей ФИО1). 

05.10.2015 трудовой договор с ФИО1 расторгнут, в связи с возникновением установленных Трудовым кодексом Российской Федерации и исключающих возможность исполнения работником обязанностей по трудовому ограничений на занятие определенными видами трудовой деятельности по п.13 ч.1 ст. 83 ТК РФ.

10.05.2016, после принятия в отношении неё комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав при Правительстве Амурской области – 24.02.2016 соответствующего решения о допуске, ФИО1 принята в ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения» на должность социального педагога. 

Как следует из материалов гражданского дела № 2 – 1083/2015 по иску ФИО1 к отделу образования администрации Ивановского района о восстановлении на работе, основанием расторжения с ней трудового договора послужило следующее: 04.08.2015 в адрес Отдела образования администрации Ивановского района поступило представление прокурора Ивановского района Амурской области «Об устранении нарушений трудового законодательства и законодательства об охране здоровья несовершеннолетних», в котором указано на обнаружение в ходе проверки факта наличия сведений о привлечения ФИО1 в 1999 году к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ст. ст. 116, 167 УК РФ. В виду наличия сведений о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ст. 116 УК РФ, что в силу ст. 351.1 ТК РФ является основанием для запрета лицу осуществлять педагогическую деятельность, и отсутствием у ФИО1 допуска к работе в МАДОУ ДС № 1 «Буратино» комбинированного вида с. Ивановка в должности заведующей, прокурором выдвинуты требования: рассмотреть представление с участием представителя прокуратуры района и принять незамедлительные меры по устранению указанных в нем нарушений закона по недопущению их впредь; решить вопрос об ограничении допуска к трудовой деятельности ФИО1, работающей в должности заведующей МАДОУ ДС № 1 «Буратино» комбинированного типа с. Ивановка, либо прекращения с ней трудового договора. 

Решением Ивановского районного суда от 10.12.2015, вступившим в законную силу 18.03.2016, расторжение трудового договора с ФИО1 по п.13 ч.1 ст. 81 ТК РФ признано законным, и соответственно в удовлетворении исковых требований ей было отказано.

Анализируя выше приведенные обстоятельства, суд считает необходимым отметить, что доводы истицы, приведенные в обоснование размера компенсации морального вреда, о том, что срок до следственной проверки и предварительного следствия продолжались с мая 2015 по 28.04.2017, о чем она была уведомлена прокурором, составил три года, и соответственно период стрессовой ситуации был намного продолжительнее, чем период следствия, а также то, что незаконное уголовное преследование явилось причиной её увольнения, круто изменившим её судьбу…, несостоятельными.

Несмотря на то, что с 16.06.2015 имело место проведение проверки по факту выявления нарушений финансово – хозяйственной деятельности МАДОУ детский сад № 1 «Буратино» комбинированного вида с. Ивановка, в ходе которой с ФИО1 1 раз брались объяснения – 26.06.2015 (с 14 час.10 мин. – до 15 чс.20 мин.) и в её адрес, как заведующей, 17.06.2015 был направлен запрос на предоставление ряда документов о/у ЭБ и ПК ФИО8, уголовное дело в отношении ФИО1 было возбуждено 14.09.2016, и именно с этого периода времени она приобрела статус «подозреваемой», трудовые отношения с ней работодателем прекращены не были, напротив директором ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения» в материалы уголовного дела дана положительная характеристика на ФИО1

Увольнение ФИО1 было осуществлено задолго до возбуждения уголовного дела (05.10.2015), в связи с фактом привлечения её, ранее в 1999 году, к уголовной ответственности по ст. ст. 116, 167 УК РФ, и сам факт привлечения к уголовной ответственности, без соответствующего допуска к деятельности с участием несовершеннолетних, препятствует трудовой деятельности в сфере образования…, в связи с чем, никоим образом не стоит в причинно-следственной связи между возбуждением уголовного дела и её увольнением, знание или не знание истицы о факте её привлечения к уголовной ответственности правового значения в рассматриваемом случае значения не имеют. 

Доводы истицы о невозможности трудоустройства в связи с привлечением её к уголовной ответственности бездоказательствены, противоречат выше установленным судом обстоятельствам. 

Таким образом, суд, принимая во внимание конкретные установленные в ходе разбирательства дела обстоятельства, степень и характер нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истицы (в том числе и с учетом того обстоятельства, что она на момент возбуждения уголовного дела являлась социальным педагогом ГАУ АО «Ивановский центр социального обслуживания населения», а до устройства на данное место работы, длительное время работала в Муниципальном дошкольном образовательном учреждении как в должности воспитателя, так и в должности заведующего, что предполагает знакомство с большей частью населения с. Ивановка и других сел, где нет детских садов и родители водят их в детский сад с. Ивановка, наличие у неё заболеваний: гипертоническая болезнь, остеохондроз шейного отдела позвоночника. Дисциркуляторная энцефалопатия. Вертебробазилярная недостаточность гипертоническая болезнь), продолжительность периода следствия и временное участие ФИО1 в них, с учетом принципа разумности и справедливости, считает подлежащей взысканию с ответчика Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В удовлетворении остальной части иска следует отказать. 

Принимая указанное решение, суд считает необходимым отметить, что обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В соответствии ст. 100 ГПК РФ, с Министерства финансов российской Федерации в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты> рублей – оплата услуг адвоката за составление искового заявления (по квитанции от 12.05.2017), и 

<

данные изъяты> рублей за представление интересов истицы в суде адвокатом Кильян В.Я. (квитанция от 03.08.2017, соглашению об оказании юридической помощи от 03.08.2017).

Данную сумму суд, с учетом сложности рассматриваемого дела, временных затрат на составление иска, заявлений о взыскании судебных расходов, письменных пояснений и участие представителя в судебных заседаниях и критерии определения размера вознаграждения при заключении соглашений…, утв. Решением Совета адвокатской палаты Амурской области № 6 от 25.05.2012, считает разумной, не завышенной. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 

<

данные изъяты> рублей, а всего 

<

данные изъяты> рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Ивановский районный суд в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 13.10.2017. 

Судья: Скобликова Н.Г.