Дело № 10-5301/2020 Судья Закорчемная А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Челябинск 19 октября 2020 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Савина А.А.,

судей Рочева А.С. и Ковальчук О.П.,

при помощнике судьи Закольской Д.В.,

с участием прокурора Мухина Д.А.,

представителей потерпевшего ФИО18 и КМЮ,

осужденной ФИО1,

адвоката Кустикова М.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе представителя потерпевшего 

<

данные изъяты> ФИО18 на приговор Тракторозаводского районного суда г.Челябинска от 30 октября 2019 года, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>

- осуждена по ч. 4 ст. 160 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 5 лет и возложением соответствующих обязанностей. 

Исковые требования потерпевшего 

<

данные изъяты> удовлетворены, постановлено взыскать с ФИО1 в пользу 

<

данные изъяты> в счет возмещения материального ущерба 1 441 500 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Савина А.А., выступление представителей потерпевшего ФИО18 и КМЮ, поддержавших доводы апелляционной жалобы, пояснения осужденной ФИО1, выступление адвоката Кустикова М.Г., заключение прокурора Мухина Д.А., полагавших приговор суда подлежащим оставлению без изменения, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

судом первой инстанции ФИО1 признана виновной и осуждена за присвоение и растрату, то есть хищение имущества 

<

данные изъяты>, вверенного виновной, с использованием своего служебного положения на общую сумму 1 489 000 рублей, то есть в особо крупном размере.

Преступление совершено в период с 29 октября 2015 года по 18 августа 2017 года в г. Челябинске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего 

<

данные изъяты> ФИО18 считает приговор незаконным, необъективным и несправедливым ввиду неправильного применения норм материального права, нарушения норм процессуального права, а также вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. Ссылаясь на положения п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 апреля 1996 года № 1 и п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 октября 2009 года № 20, просит изменить приговор суда, исключить из резолютивной части указание на применение к ФИО1 положений ст. 73 УК РФ.

Указывает, что к работе ФИО1 изначально возникали претензии, а в дальнейшем вся ее деятельность была направлена на искажение бухгалтерской информации с целью личного обогащения, чем поставила предприятие в тяжелое финансовое положение.

Заявляет, что вследствие неисполнения осужденной закрепленных за ней должностных обязанностей, ею были растрачены денежные средства предприятия, предприятие потеряло множество клиентов, что также сказалось на финансовом состоянии компании, весь бухгалтерских учет был приведен в ненадлежащее состояние, что в результате причинило вред деловой репутации предприятия.

Полагает, что признание вины ФИО1 не носило характер раскаяния, а было направлено на возможность уйти от ответственности или избежать сурового наказания, кроме того, на протяжении всего предварительного и судебного следствия осужденная не давала показаний по обстоятельствам дела.

Считает, что осужденная искусственно пыталась создать смягчающие наказание обстоятельства, однако нахождение ее матери в тяжелом состоянии не подтвердилось истребованными судом документами, а причиненный ей материальный ущерб до настоящего времени не возмещен.

Кроме того, полагает, что суд незаконно и необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору для усиления обвинения ФИО1 и решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности иных лиц в рамках данного уголовного дела.

Проверив материал уголовного дела, выслушав мнение участников процесса и обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим отмене, в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, повлиявшими на выводы суда о квалификации действий ФИО1, а также в связи с не соответствием изложенным в приговоре фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, то есть по п.п. 1 и 2 ст. 389.15 УПК РФ, по следующим основаниям.

Согласно требованиям ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования при постановлении приговора по настоящему уголовному делу соблюдены не в полной мере.

Согласно ст. 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

В соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд также должен решить вопрос – является ли совершенное подсудимым деяние преступлением, и какими пунктом, частью, статьей УК РФ оно предусмотрено.

В приговоре должна быть дана оценка всем доказательствам, а также приведенным сторонами доводам, в том числе показаниям подсудимого и доводам, приведенным им в свою защиту.

Согласно принципу презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям, суд обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака. При этом необходимо мотивировать выводы о квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту.

Данные требования при постановлении приговора в отношении ФИО1 соблюдены не в полной мере.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялась в совершение хищения денежных средств 

<

данные изъяты> путем, как присвоения, так и растраты, на общую сумму 1 489 000 рублей. 

Вместе с тем, суд первой инстанции, признавая ФИО1 виновной по ч. 4 ст. 160 УК РФ, пришел к неверному выводу о квалификации всего объема инкриминируемых ей действий по хищению денежных средств на общую сумму 1 489 000 рублей, как присвоение и растрата, то есть двумя различными, взаимоисключающими способами совершения преступления, тем самым не дал надлежащей юридической оценки действиям ФИО1

Таким образом, суд первой инстанции в нарушение п. 3 ч. 1 ст. 299, ст. 307 УПК РФ при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, не установил способ совершения преступления. 

Кроме того, приговор не содержит указания на обстоятельства, послужившие основанием для вывода о совершении ФИО1 преступления с использованием своего должностного положения со ссылкой на конкретные доказательства. 

Исследуя материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу, что суд первой инстанции вышел за пределы обвинения, предъявленного осужденной, нарушив требования ст. 252 УПК РФ, поскольку ФИО1 признана виновной, в том числе в хищении денежных средств платежными поручениями № 1879899 от 15 апреля 2016 года и № 8799377 от 13 мая 2016 года в адрес УФК по Челябинской области (Советский районный отдел судебных приставов г.Челябинска), тогда как обвинение в совершении данных действий ей не предъявлялось. 

Указанные нарушения влекут отмену обвинительного приговора в полном объеме, учитывая, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые, путем ограничения гарантированных ст. 6, ст. 252 УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения. 

Принимая во внимание, что данные нарушения могут быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия считает необходимым постановить новый обвинительный приговор, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что в период с 29 октября 2015 года по 18 августа 2017 года ФИО1, совершила хищение вверенных ей денежных средств 

<

данные изъяты> с использованием своего служебного положения в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

Преступление совершено ФИО1 в г. Челябинске при следующих обстоятельствах.

10 октября 2014 года ФИО1 принята на должность главного бухгалтера в 

<

данные изъяты>, на основании трудового договора № 11, а также трудового договора № 11, заключенного между теми же участниками на тех же условиях 09 января 2017 года.

В соответствии с условиями данного трудового договора, а также инструкции главного бухгалтера 

<

данные изъяты> от 10 октября 2014 года осужденная обязалась бережно и в соответствии с правилами эксплуатации относиться к вверенному в служебных целях имуществу работодателя, осуществлять контроль сохранности используемого оборудования, материальных ценностей и денежных средств; осуществлять прием, контроль, учет и обработку всех видов входящей и исходящей документации, следить за сохранностью документов, отчетов, обеспечивать своевременность и максимальную достоверность предоставляемой информации; была обязана: осуществлять организацию бухгалтерского учета хозяйственно – финансовой деятельности и контроль за экономным использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов, сохранностью собственности предприятия; организовать учет имущества, обязательств и хозяйственных операций, поступающих основных средств, товарно-материальных ценностей и денежных средств, исполнения смет расходов, выполнения работ (услуг), результатов финансово-хозяйственной деятельности предприятия, а также финансовых, расчетных и кредитных операций, своевременное отражение на счетах бухгалтерского учета, связанных с их движением; принимать меры по предупреждению недостач, незаконного расходования денежных средств и товарно-материальных ценностей, нарушений финансового и хозяйственного законодательства; вести работу по обеспечению строгого соблюдения штатной, финансовой и кассовой дисциплины, смет административно-хозяйственных и других расходов, законности списания со счетов бухгалтерского учета недостач, дебиторской задолженности и других потерь, сохранности бухгалтерских документов, оформления и сдачи их в установленном порядке в архив.

В силу выполнения своих должностных обязанностей главного бухгалтера 

<

данные изъяты> ФИО1 исполняла служебные полномочия, включающие административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации на рабочем месте, расположенном по адресу: 

<

адрес>, при этом ФИО1 имела доступ к расчетным счетам 

<

данные изъяты>, открытым в кредитных учреждениях: 

- ПАО «Сбербанк России» №, в Челябинском отделении ПАО «Сбербанк России» по адресу: 

<

адрес> (далее по тексту №); 

- ПАО «Челябинвестбанк» №, в Тракторозаводском филиале ПАО «Челябинвестбанк» по адресу: 

<

адрес> (далее по тексту №).

29 октября 2015 года у осужденной возник противоправный корыстный умысел, направленный на хищение вверенных ей денежных средств принадлежащих 

<

данные изъяты>, находящихся на указанных счетах, с использованием своего служебного положения, путем их безвозмездного изъятия и обращения путем присвоения в свою пользу, а так же растраты в пользу ЧМВ 

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, в период с 29 октября 2015 года по 15 июня 2017 года, в рабочее время, находясь в офисном помещении 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, используя своё служебное положение, действуя умышленно, из корыстных побуждений, совершила фиктивные платежные операции с расчетного счета 

<

данные изъяты> №, на расчетный счет УФК по Челябинской области (Советский районный отдел судебных приставов г.Челябинска) №, в Челябинском отделении Уральского главного управления Банка России по 

<

адрес>, по исполнительному производству за ЧМВ, не являющегося сотрудником 

<

данные изъяты>, по основанию платежа - перечисление алиментов за содержание детей платежными поручениями: № от 29 октября 2015 года, № от 09 ноября 2015 года, № от 27 ноября 2015 года, № от 15 декабря 2015 года, № от 15 января 2016 года, № от 16 февраля 2016 года, № от 15 марта 2016 года, № от 14 июля 2016 года, № от 09 августа 2016 года, № от 15 сентября 2016 года, № от 14 октября 2016 года, № от 15 ноября 2016 года, № от 15 декабря 2016 года, № от 16 января 2017 года, № от 15 февраля 2017 года, № от 15 марта 2017 года, № от 14 апреля 2017 года, № от 15 мая 2017 года, № от 15 июня 2017 года на общую сумму 51 000 рублей, растратив указанные вверенные ей и принадлежащие 

<

данные изъяты> денежные средства в пользу другого лица.

Кроме того, реализуя единый умысел на хищение, в период с 22 августа 2016 года по 14 марта 2017 года ФИО1, подыскала с помощью ТАГ, организации 

<

данные изъяты> (ИНН №) и 

<

данные изъяты> (ИНН №), занимающиеся реализацией запасных частей в г.Челябинске. 

В указанный период ФИО1 по договоренности с ТАГ осуществила переводы денежных средств с расчетного счета 

<

данные изъяты> № и № на расчетные счета 

<

данные изъяты> №, открытый в ПАО «Челябинвестбанк», расположенном по адресу: 

<

адрес>, пл.Революции, 

<

адрес>, №, открытый в операционном офисе «Челябинский №» Екатеринбургского филиала ПАО «АК Барс» Банк, расположенном по адресу: 

<

адрес> платежными поручениями № от 30 августа 2016 года, № от 06 сентября 2016 года, № от 22 ноября 2016 года, № от 22 августа 2016 года и № от 02 декабря 2016 года на общую сумму 183 000 рублей. 

Кроме того ФИО1 произвела перечисления с расчетного счета 

<

данные изъяты> № и № на расчетные счета 

<

данные изъяты> №, открытый в операционном офисе «На Ленина» Уральского филиала АО «Райффайзенбанк» по адресу: 

<

адрес>, №, открытый в ПАО АКБ «Авангард» по адресу: 

<

адрес> платежными поручениями № от 10 января 2017 года, № от 20 января 2017 года, № от 30 января 2017 года, № от 14 марта 2017 года, № от 19 декабря 2016 года, № от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 270 000 рублей.

Указанные денежные средства после каждого перечисления на расчетные счета 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, получены осужденной от ТАГ, по причине отказа в поставке запасных частей в адрес 

<

данные изъяты> и были переданы ей в виде наличных денежных средств.

Кроме того, в период с 28 сентября 2016 года по 18 августа 2017 года ФИО1, совершила перечисление денежных средств с расчетных счетов 

<

данные изъяты> № и №, на расчетный счет 

<

данные изъяты> № (далее по тексту №), открытый в ООО Банк «Нейва» по адресу: 

<

адрес>, находящийся в ее распоряжении, платежными поручениями № от 28 сентября 2016 года, № от 06 октября 2016 года, № от 19 октября 2016 года, № от 27 октября 2016 года, № от 27 декабря 2016 года, № от 06 марта 2017 года, № от 10 марта 2017 года, № от 22 марта 2017 года, № от 28 марта 2017 года, № от 31 марта 2017 года, № от 11 апреля 2017 года, № от 14 апреля 2017 года, № от 28 апреля 2017 года, № от 12 мая 2017 года, № от 16 мая 2017 года, № от 19 мая 2017 года, № от 23 мая 2017 года, № от 26 мая 2017 года, № от 02 июня 2017 года, № от 09 июня 2017 года, № от 16 июня 2017 года, № от 23 июня 2017 года, № от 21 июля 2017 года, № от 10 августа 2017 года, № от 18 августа 2017 года, № от 25 апреля 2017 года, № от 28 апреля 2017 года, № от 30 июня 2017 года, № от 07 июля 2017 года, № от 28 июля 2017 года, № от 02 августа 2017 года, на общую сумму 980 000 рублей. 

С момента получения денежных средств от ТАГ, а также поступления на 

<

данные изъяты>, у ФИО1 появлялась реальная возможность распорядиться похищенными денежными средствами, которые она обращала в свою пользу и тратила на личные нужды. 

Своими умышленными действиями ФИО1, используя административно-хозяйственные функции главного бухгалтера 

<

данные изъяты>, совершила растрату денежных средств указанного юридического лица на общую сумму 51 000 рублей, а так же присвоила денежные средства указанной организации на общую сумму 1 433 000 рублей, таким образом, похитив вверенные ей денежные средства на общую сумму 1 484 000 рублей, причинив вред имуществу 

<

данные изъяты> в указанном размере, который является особо крупным. 

ФИО1 полностью признала вину в судебном заседании первой и апелляционной инстанции, от дачи показаний в суде первой инстанции отказалась на основании ч. 1 ст. 51 Конституции РФ. 

Из показаний ФИО1, оглашенных в суде на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, данных в период предварительного расследования (т. 3 л.д. 205-207, 233-235), следует, что вину осужденная не признавала, подтвердила наличие трудовых отношений с 

<

данные изъяты>. Показала, что расчетным счетом 

<

данные изъяты> распоряжался СРМ, он же потребовал от нее признаться на видеозапись в том, что банковской картой к счету указанной организации она пользовалась единолично.

Помимо признания вины, вина ФИО1 в совершении хищения имущества 

<

данные изъяты> подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом первой и апелляционной инстанции. 

Так, представитель потерпевшего ФИО18, в суде показал что он является собственником и руководителем организации 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В октябре 2015 года на должность главного бухгалтера принята ФИО1, сообщившая, что до этого работала на предприятии 

<

данные изъяты>. При приеме на работу и при последующем переоформлении с ней было заключено два трудовых договора. 

<

данные изъяты> работает с двумя счетами, открытыми в ПАО «Сбербанк России» и ПАО «Челябинвестбанк». ФИО1 имела доступ к указанным расчетным счетам, при этом ФИО18 ей полностью доверял, для перевода денежных средств подписывал платежные поручения, за ее работой не наблюдал. В период нахождения ФИО1 в отпуске ФИО18 был открыт сайт банка и обнаружены финансовые операции, к которым он не имел отношения, а именно, он обнаружил денежные переводы в организацию 

<

данные изъяты> с которой у 

<

данные изъяты> не было взаимоотношений. Сумма перевода составляла около 300 000 рублей. Для проведения аудита деятельности 

<

данные изъяты> был приглашен специалист. Во время проведения аудита ФИО1 вышла из отпуска, она проработала два дня и оформила больничный лист, после этого больше на рабочее место не возвращалась. В ходе проверки было установлено осуществление переводов на расчетные счета компаний 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, а также в пользу ЧМВ - физического лица. В соответствии с условиями производства расчетов, при появлении новых плательщиков им в организацию звонит сотрудник ПАО «Сбербанк России» и запрашивает подтверждение в случае, если сумма перевода превышает 50 000 рублей, однако, если сумма перевода не превышает 50 000 рублей, подтверждение не запрашивают. Было установлено, что звонки осуществлялись на телефонный номер организации, которым чаще всего пользовалась сама ФИО1 Указывает, что, минуя его как руководителя, ФИО1 могла провести денежную операцию, не оформляя платежное поручение посредством программы дистанционной связи с банком. По результатам аудита, было установлено, что сумма по фиктивным операциям, проведенным ФИО1, составила 1 489 000 рублей. Ущерб, причиненный 

<

данные изъяты> был частично возмещен последней на сумму 7 500 рублей. 

В суде апелляционной инстанции с учетом дополнительного возмещения ущерба, ФИО18 просил удовлетворить заявленные им исковые требования за вычетом сумм добровольного возмещения в сумме 1 397 347 рублей. 

Показания представителя потерпевшего подтверждают имеющиеся в материалах уголовного дела трудовые договоры от 10 октября 2014 года и 09 января 2017 года между 

<

данные изъяты> и осужденной (т. 1 л.д. 76-80, 81-86). В соответствии с трудовыми договорами ФИО1 принята на должность главного бухгалтера указанной организации, в соответствии с разделом 4 (11) трудового договора приняла на себя обязательства в силу занимаемой должности обеспечивать сохранность и правильное расходование вверенного ей имущества организации.

В соответствии с должностной инструкцией главного бухгалтера 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 73-75) ФИО1 обязалась осуществлять организацию бухгалтерского учета хозяйственно-финансовой деятельности и контроль за экономным использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов, сохранностью собственности предприятия. 

Виновность ФИО1 также подтверждают следующие доказательства: 

- показания свидетеля СДА – заместителя директора 

<

данные изъяты>, согласно которым доступ к операциям по расчетным счетам организации в ПАО «Сбербанк России» и ПАО «Челябинвестбанк» осуществлялся путем дистанционного банковского обслуживания, посредством программного обеспечения, установленного на персональный компьютер главного бухгалтера ФИО1; ключи электронно-цифрового доступа организации были у ФИО1; расчетным счетом ПАО «Сбербанк России» СДА не пользовался до момента ухода ФИО1 в отпуск; за неделю до ухода в отпуск ФИО1 передала рабочие пароли для входа в систему расчетного счета, а также показала технологию производства расчетов. Также свидетель подтвердил отсутствие взаимоотношений 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> поскольку заключение договорных обязательств, а также поиск покупателей и поставщиков, является его обязанностями и он бы знал об этом (т. 2 л.д. 203-205);

- показаниями свидетеля ПТЕ, согласно которым она является аудитором; по поручению 

<

данные изъяты> ею проводилась проверка расчетов в безналичной и наличной форме 

<

данные изъяты> за период с 01 января 2015 года по 30 сентября 2017 года; на основании первичных документов выявлены многочисленные нарушения в ведении бухгалтерского учета, часть утраченных сведений не подлежала восстановлению; в ряде платежных поручений имелись ссылки на счета фактуры, однако не был указан счет или договор, в которых ставится подпись директора организации; такие договоры предоставлены не были, и, поскольку не было подписи руководителя, соответственно и не было согласия последнего на проведение данных финансовых операций; в документах фигурировали такие организации как 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, на их расчетные счета, а также на расчетный счет 

<

данные изъяты>, имели место переводы денежных средств без какого-либо документального подтверждения; были обнаружены переводы по алиментным платежам за лицо, не являвшееся сотрудником 

<

данные изъяты>;

- отчетом по аудиторской проверке, проведенной 

<

данные изъяты>, согласно которому за период с 01 января 2015 года по 30 сентября 2017 года 

<

данные изъяты> в период с 01 октября 2015 года по 30 сентября 2017 года перечислены алименты за ЧМВ на сумму 56 000 рублей; с 22 августа 2016 года по 02 декабря 2016 года перечислены денежные средства на счета 

<

данные изъяты> в размере 183 000 рублей; с 19 декабря 2016 года по 14 марта 2017 года на счета 

<

данные изъяты> в размере 270 000 рублей; в период с 28 сентября 2016 года по 02 августа 2017 года на счета 

<

данные изъяты> в размере 850 000 рублей (т. 1 л.д. 41-52);

- справкой об исследовании документов № 636 от 17 сентября 2018 года, согласно которой общие суммы денежных средств, перечисленных с расчетных счетов 

<

данные изъяты> в адрес УФК по Челябинской области (Советский район отдел судебных приставов г.Челябинска) по исполнительному производству в отношении ЧМВ, на расчетные счета 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, соответствуют сведениям, изложенным в отчете 

<

данные изъяты>, размер денежных средств, перечисленных на счета 

<

данные изъяты> составил 980 000 рублей, таким образом, объем незаконно изъятых денежных средств 

<

данные изъяты> за период с 29 октября 2015 года по 18 августа 2017 года составил 1 489 000 рублей (т. 4 л.д. 101-109);

- показаниями свидетеля ЧМВ - супруга осужденной, согласно которым от первого брака у него имеется 

<

данные изъяты> дочь, в пользу которой он выплачивает алименты; до заключения брака с ФИО1 они около двух лет проживали совместно; к 06 сентября 2015 года у него накопилась задолженность по выплате алиментов в сумме около 120 000 рублей; ФИО1 было об этом известно; ему не было известно, что ФИО1 платила за него алименты; в 

<

данные изъяты> он не был трудоустроен, отношения к этой организации он не имел; однажды ФИО1 в разговоре пояснила, что просто хотела ему помочь (т. 3 л.д. 33-34);

- протоколом обыска жилища ЧМВ от 11 мая 2018 года, в ходе которого обнаружена и изъята копия судебного приказа от 10 октября 2005 года мирового судьи судебного участка № 4 Советского района г.Челябинска (т. 3 л.д. 20-21) о взыскании с ЧМВ алиментов в размере ? части всех видов заработка и иного дохода ежемесячно, начиная с 10 октября 2005 года до совершеннолетия ЧЯМ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 3 л.д. 10-12); протоколом осмотра указанных документов от 18 мая 2018 года (т. 3 л.д. 17-28);

- показаниями свидетеля ТАГ, согласно которым он длительное время знаком с ФИО1; примерно в 2016 году ФИО1 обратилась к нему с просьбой о поставке автозапчастей для 

<

данные изъяты>, он согласился, поскольку работал с организациями 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, непосредственно с их директорами МОВ и СИО; по поручению ФИО1 от имени 

<

данные изъяты> он делал заявки в 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, после чего на расчетный счет указанных организаций поступали денежные средства на оплату необходимых автозапчастей со счетов 

<

данные изъяты>; после этого ФИО1 сообщала ему, что необходимость в автозапчастях отпадала и сделку необходимо аннулировать; он сообщал об этом МОВ и СИО, которые возвращали ему перечисленные на счет их организаций ранее денежные средства в наличной форме, а полученные денежные средства он передавал ФИО1; ни одна из сделок завершена не была, в каждом случае последняя отменяла сделку и получала денежные средства в наличной форме; подобную практику он считал допустимой, поскольку доверял ФИО1;

- показаниями свидетеля МОВ, согласно которым ранее она являлась собственником и руководителем 

<

данные изъяты>; свидетель указала, что с 

<

данные изъяты> заключались сделки, представителем этой организации выступал ТАГ; сделки совершались в 2016 и 2017 годах; суммы поступали с расчетного счета 

<

данные изъяты> на расчетный счет 

<

данные изъяты>; после перевода денежных средств ТАГ сообщал, что данная организация не нуждается в товаре, а сделку необходимо аннулировать; в таком случае МОВ отменяла сделку, снимала денежные средства со счета организации и наличными денежными средствами отдавала сумму ТАГ для передачи руководителю 

<

данные изъяты>; при отмене сделок и передаче денежных средств ТАГ составлялись расписки (т. 2 л.д. 213-215);

- расписками о передаче денежных средств ТАГ по взаимоотношениям с 

<

данные изъяты>, указывающие на суммы, которые по срокам и размерам соотносятся с суммами, перечисленными ФИО1 с расчетных счетов 

<

данные изъяты> в адрес 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 216-217);

- показаниями свидетеля СИО, согласно которым ранее он являлся учредителем и директором 

<

данные изъяты>; в 2016 году от 

<

данные изъяты> на счет 

<

данные изъяты> поступали денежные средства в общей сумме около 183 000 рублей с основанием платежа: «за покупку запасных частей»; от имени 

<

данные изъяты> выступал ТАГ; после каждого перевода денежных средств ТАГ сообщал, что надобность в данном товаре уже отсутствует, после чего писал расписку и получал денежные средства в наличной форме (т. 2 л.д. 206-208);

- показаниями свидетеля СРМ, согласно которым с 2017 года он состоит в должности генерального директора предприятия - 

<

данные изъяты>; осужденная является учредителем и собственником 

<

данные изъяты> с момента регистрации; первая организация - 

<

данные изъяты> была учреждена в 2013 году, учредителем которой являлся он, а затем ФИО1 выкупила у него 100% доли уставного капитала, вследствие чего стала учредителем данной организации, а он остался в должности генерального директора; расчетный счет организации был открыт в ООО Банк «Нейва»; ФИО1 пользовалась им после продажи предприятия единолично и сама осуществляла коммерческую деятельность от имени этого предприятия; к основному расчетному счету 

<

данные изъяты> была привязана банковская карта и карта-ключ электронной подписи, находившиеся у ФИО1; поскольку ранее у СРМ был доступ к счету, на его телефон приходили информационные сообщения и он видел о происходящих расчетных операциях, в том числе с участием 

<

данные изъяты>; в ноябре 2017 года, полномочия генерального директора в 

<

данные изъяты> у СРМ были прекращены в связи с учреждением нового предприятия 

<

данные изъяты>; в начале января 2018 года он забрал карту у ФИО1 для закрытия банковского счета 

<

данные изъяты>; карта - электронный ключ была у него изъята во время обыска, поскольку использовалась им для работы с расчетным счетом нового предприятия; подозревая совершение ФИО1 незаконных действий, он сделал видеозапись, где она призналась что сама управляла расчетным счетом 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 52 - 57); 

- протоколом выемки, согласно которому у СРМ изъят оптический диск с видеозаписью, датированной 12 мая 2018 года (т. 3 л.д. 62-64); 

- протоколом осмотра видеозаписи от 11 июня 2018 года, согласно которому установлено признание ФИО1 в том, что она самостоятельно распоряжалась расчетным счетом 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 68-70);

- иными доказательствами. 

Указанные доказательства суд признает допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, достоверными, а в совокупности – достаточными для вывода о виновности ФИО1 в хищении имущества 

<

данные изъяты>.

Проанализировав совокупность исследованных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение правдивость показаний вышеуказанных лиц об обстоятельствах преступления, так как их показания последовательны, согласуются между собой и не опровергаются никакими другими объективными данными.

Кроме того, данные доказательства непротиворечивы, соответствуют друг другу и подтверждаются письменными материалами дела, в том числе платежными документами кредитных учреждений, которые наглядно демонстрируют факты изъятия ФИО1 денежных средств с расчетных счетов потерпевшей организации при отсутствии законных оснований производства данных операций, обосновывают размеры похищенных сумм и причиненного вреда имуществу организации.

Согласно исследованным материалам уголовного дела, ФИО1, выполняя обязанности главного бухгалтера 

<

данные изъяты>, обладала фактическим доступом к расчетным счетам 

<

данные изъяты> и имела возможность осуществлять платежные операции, используя электронные ключи доступа к системе дистанционного банковского обслуживая. 

В силу исполнения вышеуказанных трудовых обязанностей, а также доверительного отношения к ней, ФИО1 имела возможность производить перечисления денежных средств без получения разрешения руководителя предприятия, тем самым для целей хищения она использовала свои служебные полномочия, включающие административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации. 

Данные обстоятельства указывают на совершение преступления с использованием своего служебного положения. 

Из представленных доказательств следует, что, осуществив операции перечисления денежных средств на сумму 51 000 рублей на расчетный счет УФК по Челябинской области (Советский районный отдел судебных приставов г.Челябинска) за ЧМВ, ФИО1 противоправно растратила данную сумму вверенных ей денежных средств против воли собственника 

<

данные изъяты> в лице ФИО18, путем передачи в пользу другого лица.

Хищение вверенных денежных средств на указанную сумму суд апелляционной инстанции квалифицирует как растрату.

Кроме этого, перечисление денежных средств 

<

данные изъяты> на счета 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> с последующей передачей их ФИО1 в виде наличных денежных средств, а также перечисление денежных средств на расчетный счет 

<

данные изъяты>, находившийся в распоряжении ФИО1, суд апелляционной инстанции квалифицирует как присвоение, поскольку совершая противоправные действия по перечислению вверенных ей денежных средств путем совершения фиктивных платежных операций с расчетных счетов, находящихся в ее ведении, ФИО1 безвозмездно и с корыстной целью обращала денежные средства, принадлежащие 

<

данные изъяты> в размере 1 433 000 рублей в свою пользу.

Несмотря на то, что одна часть имущества была растрачена ФИО1, а другая присвоена, эти действия совершены с единым умыслом, поэтому хищение вверенного ФИО1 имущества 

<

данные изъяты> суд апелляционной инстанции квалифицирует как присвоение и растрата. 

При постановлении апелляционного приговора подлежит исключению из обвинения указание на хищение путем растраты денежных средств на основании платежного поручения № от 15 апреля 2016 года на сумму 2 500 рублей, а также платежного поручения № от 13 мая 2016 года на сумму 2 500 рублей, так как обвинение в хищении денежных средств организации на основании данных платежей ФИО1 не предъявлено не было (т. 4 л.д. 122-128), не смотря на то, что сведения по данным операциям и суммам отражены в обвинительном заключении.

В соответствии с примечанием № 1 к ст. 158 УК РФ размер причиненного ФИО1 ущерба на общую сумму 1 484 000 рублей является особо крупным.

Суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 160 УК РФ - как присвоение и растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенные лицом, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. 

Доводы представителя потерпевшего ФИО18 о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ в связи с необходимостью квалифицировать действия ФИО2 как совершенные группой лиц по предварительному сговору, удовлетворению не подлежат. 

При этом, суд апелляционной инстанции исходит из того, что судебное разбирательство по уголовному делу проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Кроме этого, обвинение, предъявленное ФИО1, а также фактические обстоятельства, установленные судом первой и апелляционной инстанции, не указывают на возможность совершения хищения денежных средств 

<

данные изъяты>, составляющих объем обвинения последней, иными лицами, помимо ФИО1 

При назначении наказания ФИО1. суд апелляционной инстанции в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства его совершения, данные о личности осужденной, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд апелляционной инстанции учитывает: иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, выразившиеся в частичном возмещении ущерба, причиненного преступлением, а также принесении извинений, полное признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, положительные характеристики, а также 

<

данные изъяты> состояние здоровья осужденной и ее близких родственников, в том числе наличие у ее матери 

<

данные изъяты>.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, судом апелляционной инстанцией не установлено.

Оснований для применения к ФИО1 положений, предусмотренных п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется, так как по смыслу закона указанное смягчающее наказание обстоятельство может быть учтено судом лишь в случае полного возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

В качестве данных о личности суд апелляционной инстанции учитывает возраст ФИО1, ее семейное положение, наличие постоянного места жительства и регистрации, трудоустройство после освобождения из мест лишения свободы, а также то, что на учете 

<

данные изъяты> она не состоит.

Совершенное ФИО1 деяние относится в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ к категории тяжких. Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, носящего продолжительный характер, а также личности ФИО1, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, данные о ее личности, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает, что решение задач и осуществление целей, указанных в ст. 43 УК РФ, в том числе целей восстановления социальной справедливости, исправления последней и предупреждения совершения ей новых преступлений, может быть достигнуто при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы. При этом, учитывая вышеуказанные обстоятельства, в том числе отбывание ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы по апелляционному приговору Челябинского областного суда от 24 января 2020 года, а также принятие ею мер по погашению ущерба от преступления как в период отбывания наказания по вышеуказанному приговору, так и после его отмены и освобождения из мест лишения свободы, суд апелляционной инстанции считает возможным применение к ФИО1 положений ст. 73 УК РФ.

Оснований для назначения дополнительных видов наказания в виде штрафа и ограничения свободы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении ФИО1 наказания суд не находит, так как при наличии совокупности всех смягчающих обстоятельств, установленных в судебном заседании, они не явились исключительными, существенно уменьшившими степень общественной опасности совершенного преступления.

Заявленный представителем потерпевшего 

<

данные изъяты> ФИО18 гражданский иск о взыскании суммы материального ущерба от преступления в суде апелляционной инстанции был скорректирован с учетом частичного добровольного возмещения и поддержан в размере 1 397 347 рублей.

Гражданский иск ФИО1 признала в полном объеме.

На основании ст. 1064 ГК РФ исковые требования представителем потерпевшего 

<

данные изъяты> подлежит удовлетворению.

Вопрос о вещественных доказательствах суд апелляционной инстанции разрешает в соответствии с ч. 2 ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п р и г о в о р и л:

приговор Тракторозаводского районного суда г.Челябинска от 30 октября 2019 года отношении ФИО1 отменить, постановить новый обвинительный приговор.

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, за которое назначить наказание в виде лишения свободы на срок ТРИ года ШЕСТЬ месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ считать назначенное ФИО1 наказание условным с установлением испытательного срока ЧЕТЫРЕ года ШЕСТЬ месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на ФИО1 обязанности: являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за условно осужденными и не менять без уведомления этого органа постоянное место жительства.

Срок отбывания ФИО1 наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ. 

В случае отмены условного осуждения подлежит зачету в срок наказания период отбывания ФИО1 в исправительной колонии общего режима наказания - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Гражданский иск представителя потерпевшего 

<

данные изъяты> ФИО18 Взыскать с ФИО1 в пользу 

<

данные изъяты> сумму материального ущерба в размере 1 397 347 (один миллион триста девяносто семь тысяч триста сорок семь) рублей 00 копеек.

Вещественные доказательства: оптические диски, копии документов, хранящиеся в материалах уголовного дела, продолжать хранить в материалах уголовного дела; карту ООО Банк «Нейва», переданную на ответственное хранение свидетелю СРМ, возвратить указанному лицу. 

Апелляционный приговор вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжалован в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий

Судьи