Дело № 12-448/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Ярославль 22 сентября 2017 года

Судья Кировского районного суда г. Ярославля Сергеева Е.А.,

при секретаре Шаповаловой О.М.,

с участием:

лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО7,

защитника лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО7 Краснокутского Д.В., 

потерпевшего ФИО1,

переводчика ФИО2,

рассмотрев жалобу защитника ФИО7 адвоката Краснокутского Дмитрия Валерьевича на постановление о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ,

у с т а н о в и л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Кировского судебного района г. Ярославля от 12 июля 2017 года ФИО7 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на один год за то, что он 15 июня 2017 года в 17 часов 45 минут у 

<

...> управляя автомашиной 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, произвел наезд на припаркованный автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, после чего в нарушение п. 2.5 Правил дорожного движения РФ покинул место дорожно-транспортного происшествия, участником которого являлся. 

Считая указанное постановление по делу об административном правонарушении незаконным, защитник ФИО7 адвокат Краснокутский Д.В. в установленный законом срок обратился в суд с жалобой, в которой просит постановление мирового судьи судебного участка № 2 Кировского судебного района г. Ярославля от 12 июля 2017 года отменить. В обоснование доводов жалобы указал, что ни при составлении протокола об административном правонарушении, ни при рассмотрении дела ФИО7 не был предоставлен переводчик, тогда как русским языком ФИО7, являющийся гражданином Таджикистана, владеет лишь на бытовом уровне. Кроме того, составление протокола об административном правонарушении и рассмотрение дела имело место в один день, в связи с чем ФИО7 не имел возможности ознакомиться с материалами дела, представить доказательства, воспользоваться помощью защитника, то есть реализовать свои права, предоставленные ему КоАП РФ. Также заявитель полагает, что в ходе производства по делу об административном правонарушении не была доказана субъективная сторона состава вмененного ФИО7 административного правонарушения. Сам ФИО7 и пассажир автомобиля, которым управлял ФИО7, ФИО3 факт совершения ФИО7 дорожно-транспортного происшествия отрицают. ФИО7 при этом управлял автомобилем с металлическим фургоном с ограниченной видимостью, а потому столкновения с другим автомобилем мог не увидеть и не услышать. Кроме того, в материалах дела отсутствуют материалы фотофиксации, на наличие которых в своих объяснениях ссылается свидетель ФИО4, а также протокол осмотра автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, с указанием полученных данным автомобилем повреждений и оценка существенности последних, не проведена автотехническая экспертиза на предмет механизма их образования, что, по мнению заявителя, ставит под сомнение сам факт наличия на автомобиле таких повреждений. Более того, в ходе производства по делу об административном правонарушении не было установлено время его совершения. Так свидетель ФИО4 указала, что дорожно-транспортное происшествие имело место в 17 часов 25 минут 15 июня 2017 года, тогда как протоколом об административном правонарушении и постановлением по делу об административном правонарушении установлено иное время – 17 часов 45 минут. Кроме того объяснения ФИО7, ФИО4 и ФИО3, полученные в ходе производства по делу об административном правонарушении, не могут быть признаны надлежащими доказательствами по делу, поскольку из них не следует, в качестве кого указанные лица опрашивались и имелись ли у должностного лица ГИБДД ФИО5 полномочия для опроса указанных лиц. При этом утверждения ФИО4 в ходе производства по делу об административном правонарушении экспериментальным путем на месте дорожно-транспортного происшествия не проверялись. Также заявитель ссылается на то, что в постановлении мирового судьи не указано гражданство ФИО7 и обстоятельство, смягчающее административную ответственность последнего, – наличие троих 

<

данные изъяты> детей. С учетом изложенного, заявитель считает вывод мирового судьи о доказанности вины ФИО7 в совершении административного правонарушения не основанным на законе. При этом указывает на то, что при представленных доказательствах протокол об административном правонарушении и иные материалы дела подлежали возвращению должностному лицу, их составившему. 

В судебном заседании ФИО7 и его защитник адвокат Краснокутский Д.В. доводы и требования жалобы поддержали по изложенным в ней основаниям. ФИО7 подтвердил, что не почувствовал имевшего место столкновения автомобилей, поэтому покинул место дорожно-транспортного происшествия.

Потерпевший ФИО1 с жалобой не согласился, показал, что об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия ему известно исключительно со слов своего внука ФИО6, который и пользовался принадлежащим ему автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. Вместе с тем, пояснил, что исходя из характера и локализации причиненных его автомобилю повреждений (вмятина и царапина на переднем правом крыле, трещина переднего правого указателя поворота (поворотника), с учетом особенностей кузова (металлический кузов) автомобиля, на котором передвигался ФИО7 и нахождение автомобиля под управлением ФИО7 в момент столкновения в процессе движения по небольшой по размерам дороге, имеющей ямы и выбоины, ФИО7 мог и не заметить, что произвел наезд задней частью своего автомобиля на припаркованный автомобиль, который находился в пользовании его внука. 

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, полагаю, что постановление мирового судьи подлежит отмене с прекращением производства по делу в виду отсутствия в действиях ФИО7 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Согласно основным понятиям и терминам, изложенным в пункте 1.2 общих положений Правил дорожного движения РФ под дорожно-транспортным происшествием следует понимать событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Пунктом 2.5 Правил дорожного движения РФ установлено, что при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан: немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию; принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать «Скорую медицинскую помощь», а в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшее лечебное учреждение, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия; освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно. При необходимости освобождения проезжей части или доставки пострадавших на своем транспортном средстве в лечебное учреждение предварительно зафиксировать в присутствии свидетелей положение транспортного средства, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия; сообщить о случившемся в полицию, записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.

Оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения РФ места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

На основании исследованных доказательств, а именно объяснений ФИО4, ФИО6 и самого ФИО7, не оспаривавшего при рассмотрении дела суть административного правонарушения, протокола об административном правонарушении, справки о дорожно-транспортном происшествии, схемы места совершения дорожно-транспортного происшествия, протокола осмотра транспортного средства, которым управлял ФИО7, в части имеющихся повреждений, в судебном заседании установлено, что именно ФИО7 и никто другой, управляя автомашиной 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, в указанные в протоколе об административном правонарушении время и месте совершил наезд на автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № то есть действительно являлся участником дорожно-транспортного происшествия и покинул его, не выполнив предусмотренные Правилами дорожного движения РФ обязанности. 

Все исследованные доказательства, вопреки доводам жалобы, являются относимыми и допустимыми, поскольку добыты в соответствии с требованиями закона, касаются исследуемого события. 

Все объяснения от участников производства по делу об административном правонарушении были получены надлежащим должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административном правонарушении. При этом перед началом получения от участников производства по делу об административном правонарушении сведений, имеющих значение для дела об административном правонарушении, последним исчерпывающим образом были разъяснены их права, обязанности и ответственность, что прямо следует из текста самих объяснений. Вопреки изложенному в жалобе, излишнее разъяснение тем или иным участникам производства по делу об административном правонарушении их прав, обязанностей и ответственности, никоим образом не свидетельствует о наличии каких-либо неясностей применительно к процессуальному положению каждого из опрашиваемых лиц (то есть в качестве кого такое лицо опрашивалось). Очевидно, что таких сомнений не возникло и у самих опрашиваемых лиц, что прямо следует из существа данных ими объяснений. 

Разночтения во времени совершения дорожно-транспортного происшествия, установленном при составлении протокола об административном правонарушении – 17 часов 45 минут 15 июня 2017 года, и указанном в объяснениях свидетеля ФИО4 – около 17 часов 25 минут 15 июня 2017 года, существенными не являются и установленные по делу обстоятельства не порочат. В этой связи представляется заслуживающим внимание тот факт, что в своих объяснениях свидетель ФИО4 и не указывала точного времени, когда она являлась очевидцем наезда автомобиля, под управлением ФИО7, на автомобиль, владельцем которого являлся ФИО6. 

Отсутствие в материалах дела об административном правонарушении сведений об осмотре автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и иных сведений, на которые имеется ссылка в жалобе, установленные по делу обстоятельства о том, что именно ФИО7 и никто другой, управляя автомашиной 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, совершил наезд на автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, и место дорожно-транспортного происшествия покинул, не искажает.

Вместе с тем в судебном заседании установлено, что о том, что ФИО7 стал участником дорожно-транспортного происшествия, последний узнал через определенное время – на следующий день от владельца автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО6 и в ходе дальнейшего разбирательства и проведения сотрудниками полиции административных процедур. 

В свою очередь рассматриваемое правонарушение характеризуется исключительно наличием вины в форме умысла, однако таковой в действиях ФИО7 представленными доказательствами не установлен. 

Напротив, обстоятельства дела свидетельствуют об обратном, а именно о том, что ФИО7 не был осведомлен о том, что стал участником дорожно-транспортного происшествия. Об этом свидетельствует, прежде всего, само столкновение, которое, исходя из возникших повреждений, имело непродолжительный, касательный, а не ударный характер, а также те обстоятельства, которые при таком столкновении объективно не позволили ФИО7 определить, что последнее в действительности имело место (габариты автомобиля, особенности кузова (металлический) автомобиля, ограниченное пространство для движения транспортного средства, наличие на проезжей части ям и выбоин, механизм дорожно-транспортного происшествия). 

Более того, дальнейшие действия ФИО7 также свидетельствуют о том, что каких-либо действительных намерений скрыться с места происшествия в целях уклонения от разбирательства и возможной ответственности он не имел, поскольку своему обнаружению не препятствовал, на следующий день по рабочей необходимости прибыл по тому же адресу, где произошло дорожно-транспортное происшествие, и как только узнал, что стал участником такового, прибыл для разбирательства в органы ГИБДД, где дал те же самые объяснения, что и в настоящем судебном заседании, а именно о том, что столкновения транспортных средств не заметил. 

Сам потерпевший ФИО1 (собственник автомобиля) также допускает, что при сложившихся обстоятельствах ФИО7 мог и не заметить произошедшего дорожно-транспортного происшествия. 

Из объяснения очевидца ФИО4, которая непосредственно наблюдала факт совершения дорожно-транспортного происшествия, не следует, что непосредственно сразу после дорожно-транспортного происшествия она каким-либо образом сообщала ФИО7 о том, что тот стал участником дорожно-транспортного происшествия. 

Сам ФИО7 и находившийся в автомобиле под управлением ФИО7 пассажир ФИО3 факт своей осведомленности о том, что ФИО7 стал участником дорожно-транспортного происшествия, последовательно отрицали. 

Иных объективных доказательств осведомленности ФИО7 о своей причастности к дорожно-транспортному происшествию, опровергающих доводы ФИО7, материалы дела не содержат, в связи с чем наличие умышленной вины в оставлении места дорожно-транспортного происшествия со стороны ФИО7 считаю недоказанным. 

Поскольку вина является одним из элементов состава административного правонарушения, ее отсутствие влечет прекращение производства по делу об административном правонарушении ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

В свою очередь каких-либо нарушений требований КоАП РФ и соответственно прав ФИО7 при составлении в отношении ФИО7 протокола об административном правонарушении и рассмотрении дела, в том числе, в отсутствии переводчика, не допущено. 

Согласно положениям ч. 2 ст. 24.2 КоАП РФ право выступать и давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на родном языке либо на другом свободно избранном языке общения, а также пользоваться услугами переводчика обеспечивается лицам, участвующим в производстве по делу об административном правонарушении и не владеющим языком, на котором ведется производство по делу.

По смыслу закона приведенная норма направлена на реализацию участвующими в производстве по делу об административном правонарушении и не владеющими языком лицами возможности понимать суть совершаемых в ходе производства по делу действий и в полной мере пользоваться своими процессуальными правами. При этом, следует отметить, что речь в названной норме КоАП РФ идет исключительно о лицах, не владеющих языком, на котором ведется производство по делу.

В данном случае установлено, что ФИО7 действительно является гражданином Таджикистана, однако, начиная с 2009 года, в течение каждого года пребывает в Российской Федерации значительный период времени; сдавал экзамен на знание русского языка.

Более того, ни при составлении протокола об административном правонарушении, ни при рассмотрении дела об административном правонарушении в суде первой инстанции, ФИО7 о том, что он не владеет русским языком, не заявлял, напротив, пояснял об обратном, что следует из содержания самого протокола об административном правонарушении, по поводу которого каких-либо замечаний у ФИО7 не было, а также из постановления по делу об административном правонарушении, согласно которому суть вменяемого административного правонарушения ФИО7 была понятна. 

Кроме того, из объяснений ФИО7, отобранных у последнего в ходе производства по делу об административном правонарушении, прямо следует, что ФИО7 на русском языке объяснялся свободно, отвечал на поставленные вопросы. 

Приведенные, таким образом, обстоятельства и факты объективно свидетельствуют о том, что языком, на котором ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО7 владеет. 

Тот факт, что ФИО7 является гражданином Таджикистана и заявил в суде второй инстанции ходатайство о привлечении к участию в рассмотрении дела переводчика, которое судьей было удовлетворено, так как в силу ч. 2 ст. 24.2 КоАП РФ ФИО7 имеет право выступать и давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы на родном языке либо на другом свободно избранном языке общения, данного обстоятельства не опровергает. 

Соответственно, как при возбуждении производства по делу об административном правонарушении, так и в ходе судебного разбирательства, нарушений права ФИО7 на защиту допущено не было; каких-либо объективных оснований для привлечения к участию в производстве по делу об административном правонарушении переводчика у должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, и суда первой инстанции не имелось. 

С учетом изложенного доводы жалобы защитника ФИО7 Краснокутского о допущенных при производстве по делу об административном правонарушении существенных нарушениях, выразившихся в отсутствии переводчика, не состоятельны, а потому во внимание не принимаются. 

Каких-либо существенных нарушений требований КоАП РФ, в том числе и тех, на которые обращено внимание в жалобе, при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО7 допущено не было; все требования КоАП РФ были выполнены; права ФИО7, как лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, соблюдены. 

С учетом всех приведенных обстоятельств, иные доводы жалобы какого-либо правового значения не имеют.

На основании изложенного и руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, суд

р е ш и л:

Жалобу защитника ФИО7 адвоката Краснокутского Дмитрия Валерьевича на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Кировского судебного района г.Ярославля от 12 июля 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Кировского судебного района г.Ярославля от 12 июля 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, в отношении ФИО7 отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить за отсутствием в действиях ФИО7 состава административного правонарушения. 

Решение вступает в законную силу с момента его вынесения.

Судья

Е.А. Сергеева