№2-1300/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«21» июля 2021 г. г.Тамбов

Тамбовский районный суд Тамбовской области в составе:

судьи Дробышевой Е.В.,

при секретаре Шебуняевой Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес>, к Российской Федерации в лице МВД России о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> с требованием о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного административного задержания, в размере 500 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице МВД России.

В обоснование своих требований в заявлении истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ года в Отделе полиции № 

<

адрес> он был задержан за совершение правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.1 КоАП РФ. Примерно с 21 до 23 часов он находился в КАЗ ОП №. Затем его перевезли в КАЗ отдела полиции по 

<

адрес>, где он находился примерно до 12 часов ДД.ММ.ГГГГ. Оттуда был доставлен в Ленинский районный суд. В процессе задержания на него были надеты наручники. Во время транспортировки в спец.автомобиле на него тоже были надеты наручники, руки были за спиной. В ходе рассмотрения дела Ленинским районным судом, судебные заседания неоднократно откладывались по его ходатайствам для представления доказательств невиновности. В результате рассмотрения дела Постановлением Ленинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административно правонарушении в отношении истца прекращено на основании п.1 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, за отсутствием события правонарушения. Решением Тамбовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ постановление Ленинского районного суда оставлено без изменения. В результате незаконных действий сотрудников полиции ДД.ММ.ГГГГ он утратил веру в законность и справедливость власти, в свою социальную безопасность. Эти события причинили ему нравственные страдания. У него на иждивении находятся трое малолетних детей, его семья имеет статус малообеспеченной. Помимо основной работы, на которую он не смог выйти ДД.ММ.ГГГГ, у него имеется подсобное хозяйство, которое требует ежедневного неотложного ухода, поскольку он отсутствовал, домашние животные остались без вечернего и утреннего кормления. Также он был лишен возможности исполнять родительские обязанности. Во время содержания в КАЗ он испытывал нравственные страдания от того, что рядом находился человек низкого социального статуса. У него поднялось давление, о чем он сообщил сотруднику полиции и попросил вызвать врача, однако медицинская помощь ему не была обеспечена. Информация о его задержании стала известна в селе, где он проживает. 

В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ по вопросу поданной им жалобы около 18 часов приехал в УМВД по 

<

адрес>, зашел в фойе и направился к контрольно-пропускному пункту, подойдя к стойке, за которой находился оперативный дежурный. Рядом с ним находился полковник внутренней службы ФИО5 Он (истец) обратился к дежурному и попросил вызвать ответственного, однако по требованию ФИО5 ему предложили выйти в фойе, он возмутился, но его вывели в фойе. Затем туда вышел ФИО5 с несколькими сотрудниками полиции и сказал, чтобы истца задержали, потому что он находится в состоянии опьянения. ФИО5 вел себя агрессивно по отношению к нему (истцу). При этом истец на мобильный телефон вел видеозапись всего происходящего в фойе УМВД. Через некоторое время он вышел на улицу и по телефону № сообщил о том, что у него в УВД отказались брать заявление, через некоторое время по его вызову прибыли сотрудники полиции, он написал заявление и ему было предложено пройти в отдел полиции № УМВД России по 

<

адрес> для дачи объяснений, он проследовал за ними. В отделе полиции сотрудники установили его личность, но не опрашивали. Пробыв в отделе около часа, он позвонил по телефону дежурной части ФСБ России, сообщив, что его необоснованно держат в отделе полиции. После звонка в ФСБ сотрудники полиции отобрали у него телефон и применили к нему физическую силу и специальные средства – наручники. Сотрудники полиции из его телефона уладили подтверждающие недостойное поведения ФИО5, видеозаписи. Через некоторое время приехал сотрудник полиции ФИО11 и составил в отношении него протокол об административном правонарушении по ч.2 ст.20.1 КоАП РФ. Во время составления протокола он находился в наручниках, после составления протокола его препроводили в патрульный автомобиль и отвезли в КАЗ в отдел полиции по 

<

адрес>, где он провел ночь. В машине его везли в наручниках, руки были за спиной. На следующий день из Октябрьского отдела полиции его отвезли в Ленинский районный суд. Судебное заседание было отложено, и его отпустили, из суда он поехал в Ленинский межрайонный следственный отдел и написал заявление о неправомерности действий сотрудников полиции. При рассмотрении дела Ленинским районным судом было установлено, что противоправных действий он не совершал. Просит взыскать с Российской Федерации в лице МВД России компенсацию морального вреда, поскольку необоснованным задержанием ему причинены нравственные страдания, у него многодетная семья – трое малолетних детей, которым он в течение суток не могу уделить внимание, также у него подсобное хозяйство, домашние животные, за которыми он осуществляет уход, остались без присмотра. Размер компенсации морального вреда он оценивает в 500 000 рублей.

Представитель УФК по 

<

адрес> ФИО6 в судебном заседании иск не признала, указав, что Федеральное казначейство не является ответчиком по настоящему иску.

В судебном заседании представитель МВД России по доверенности ФИО7, представлявшая также третье лицо - УМВД России по 

<

адрес>, в судебном заседании иск не признала и пояснила, что ввиду отсутствии вины должностного лица, составлявшего протокол об административном правонарушении в отношении истца, оснований для взыскания компенсации морального вреда в его пользу не имеется. Командир отделения ОБППСП УМВД России по 

<

адрес> ФИО11, составляя протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1, действовал в пределах своих полномочий в соответствии с нормами КоАП РФ. На момент составления протокола имелись все основания для возбуждения дела об административном правонарушении. Ни при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1, ни при проведении проверки Следственным комитетом, ни при рассмотрении настоящего спора, незаконных действий сотрудников полиции не установлено. Составление протокола об административных правонарушениях никаких правовых последствий для истца не повлекло. Факт составления протокола не мог повлечь для истца негативных последствий. Действия сотрудников полиции не признаны незаконными, а прекращение производства по делу об административном правонарушении, само по себе, не свидетельствует о незаконности действий государственного органа и должностного лица. При отсутствии вины должностного лица, заявленные требования удовлетворению не подлежат. Кроме того, истцом не подтвержден факт причинения ему нравственных или физических страданий, не установлено, какими действиями сотрудников полиции они причинены. Истец ранее привлекался к уголовной и административной ответственности, доказательств в подтверждение размера компенсации морального вреда истец не представил. 

Привлеченный судом к участию в деле в качестве третьего лица сотрудник полиции ФИО11, составлявший протокол об административном правонарушении, в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он заступил на службу, вечером его вызвали в отдел полиции № по 

<

адрес>, его ознакомили с обстоятельствами дела и он составил протокол в отношении ФИО1 по ч.2 ст.20.1 КоАП РФ. Протокол был составлен на основании показаний свидетелей – двух сотрудников полиции. Во время составления протокола, ФИО1 был возбужден, но вел себя спокойно, факта нахождения его в состоянии опьянения установлено не было. После составления административного материала, ФИО12 был препровожден в патрульную машину для отправки в КАЗ в отдел полиции по 

<

адрес>, поскольку в ОП № не было условий. ФИО1 был задержан, для доставки на следующий день в Ленинский районный суд для рассмотрения протокола об административном правонарушении. ФИО8 был задержан с целью предотвращения возможной неявки его в суд на следующий день. Основанием для задержания ФИО1 было право сотрудника полиции на осуществление задержания до 48 часов. Также ФИО11 указал, что в его присутствии к ФИО1 наручники не применялись. 

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц сотрудники полиции ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2).

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления (часть 1 статьи 21).

Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (части 1 и 2 статьи 22).

В силу ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ, каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд, что прямо предусмотрено ч.ч.1 и 2 ст. 46 Конституции РФ.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 151 ГК РФ в том случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренные законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностные лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно конституционно-правовому смыслу положений ст.ст. 1070, 1100 ГК РФ, изложенному Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении N9-П от 16.06.2009г., правила, установленные данными нормами закона во взаимосвязи со ст. 27.1 КоАП РФ, распространяются на случаи возмещения материального и морального вреда, причиненного гражданину незаконным административным задержанием.

В соответствии с п.2 ч.1 ст. 27.1 КоАП РФ в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять такую меру обеспечения производства по делу об административном правонарушении как административное задержание.

Вред, причиненный незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством (ч.2 ст. 27.1 КоАП).

Согласно нормам Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ, а именно п.п. "с" п.1 ст.5 - задержание является законным, если оно произведено, чтобы лицо предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения.

Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении N9-П от ДД.ММ.ГГГГ административное задержание, предусмотренное ч.3 ст. 27.5 КоАП РФ, не может быть признано законным, если оно применялось должностным лицом, хотя и в рамках установленных законом полномочий, но с нарушением целей и критериев, вытекающих из ст. 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с п.п. "с" п.1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при отсутствии достаточных оснований, произвольно или тем более сопровождалось злоупотреблением властью.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9-П, положения пункта 1 статьи 1070 и абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не исключают возможность возмещения гражданам вреда, причинённого незаконным административным задержанием на срок не более 48 часов как мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест, независимо от вины соответствующих органов публичной власти и их должностных лиц.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 9-П отмечено, что прекращение дела об административном правонарушении не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства. Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причинённый ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причинённого вреда.

В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Следовательно, при рассмотрении гражданско-правового спора, вытекающего из административного дела, не подлежат доказыванию лишь два факта: имело ли место определенное действие (правонарушение) и совершено ли оно конкретным лицом.

Как следует из материалов дела, командиром отделения ОБППСП УМВД России по 

<

адрес> прапорщиком полиции ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 05 мин. был составлен протокол ТО № об административном правонарушении в отношении ФИО1 (л.д.181), предусмотренном ч.2 ст.20.1 КоАП РФ. В протоколе указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 20 минут по адресу: 

<

адрес> у 

<

адрес> ФИО1 публично, демонстративно выражался грубой нецензурной бранью, вел себя агрессивно, на неоднократные замечания сотрудников полиции не реагировал, продолжая сквернословить, чем выразил явное неуважение к обществу, сопряженное с неповиновением законным требованиям представителя власти.

В рамках указанного административного материала помощником дежурного УМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ был составлен протокол об административном задержании ФИО1 (л.д. 191), на основании которого с 22:30 часов ДД.ММ.ГГГГ до 9:20 часов ДД.ММ.ГГГГ содержался в помещении для административно задержанных отдела полиции с целью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении.

Административный материал на основании определения от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.178) направлен в Ленинский районный суд 

<

адрес>.

Постановлением Ленинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л.д.227-228), производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.1 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено за отсутствием в его действиях события административного правонарушения. При этом судом было установлено, что отсутствуют достаточные доказательства того, что ФИО1 совершены действия, образующие состав административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.1 КоАП РФ. 

В материалах проверки, проведенной Ленинским межрайонным следственным отделом СУ СК России по 

<

адрес> по заявлению ФИО1, имеются письменные объяснения сотрудников полиции, доставивших ФИО1 в отдел полиции № 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ для составления административного материала, ФИО2 и ФИО3

В объяснениях ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.144-150) указано, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве по охране общественного порядка с ФИО2 (с 8 до 20 часов). Примерно в 18 часов 30 минут по радиостанции им поступило сообщение от оперативного дежурного ОП № УМВД России по 

<

адрес>, что около входа в УМВД по 

<

адрес> совершено административное правонарушение и им необходимо проследовать к месту совершения правонарушения. Они с ФИО2 направились к входу в УМВД по 

<

адрес>. Прибыв на место, они установили, что ФИО1, находясь в фойе здания УМВД, вступил в словесный конфликт с сотрудниками полиции. Когда они прибыли на место, в фойе УМВД находились он с ФИО2 и ФИО1, личность ФИО1 устанавливалась около здания УМВД. Находясь около входа в УМВД им было составлено письменной объяснение ФИО1, которое он отказался подписывать. Заполненный бланк объяснения он (ФИО3) уничтожил, как испорченный. После этого они доставили ФИО12 в ОП № УМВД России по 

<

адрес>, где ФИО3 также пытался опросить ФИО12, но тот отказался знакомиться с объяснениями и заполненный бланк не подписывал, так как выражался грубой нецензурной бранью, размахивал руками. После составления административного материала ФИО1 был передан следующей смене. Также ФИО3 указал, что в отношении ФИО1 были применены спецсредства – наручники, которые были ему (ФИО3) возвращены после окончания его смены. ФИО3 пояснил, что в отношении него ФИО1 грубой нецензурной бранью не выражался, в конфликт с ним не вступал, ФИО12 не выполнил требования сотрудника дежурной части, который ему сделал замечание о необходимости прекратить видеосъемку. До доставления ФИО9 в ОП № по 

<

адрес> состава административного правонарушения в действиях ФИО1 не было, также не было признаков алкогольного опьянения. 

ФИО2 давал объяснения ДД.ММ.ГГГГ (л.д.95-98), согласно которым он вместе с ФИО3 по сообщению оперативного дежурного ОП № 

<

адрес> прибыли к зданию УМВД по 

<

адрес>, около входа был обнаружен ФИО1, который выражался грубой нецензурной бранью, чем нарушал общественный порядок. Он бросался драться на ФИО3, выражался грубой нецензурной бранью в отношении оперативного дежурного, ФИО3 и него (ФИО2). К нему были применены спец.средства – наручники, руки были за спиной. Они доставили ФИО1 в отдел полиции для составления административного материала, где ФИО3 начал составлять протокол об административном правонарушении, рапорт и объяснения. В этот момент ФИО1 продолжал сквернословить, кидался драться на ФИО3 После составления административного материала они передали ФИО1 другой смене и уехали. После доставления в отдел полиции, ФИО1 начал агрессивно себя вести, в связи с чем был задержан.

Как следует из рапорта сержанта полиции ФИО3 (л.д.184) отношении ФИО1 применено специальное средство – наручники, так как последний при задержании вел себя агрессивно, размахивал руками,

При этом, из содержания постановления Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л.д.227-228) следует, что из представленной видеозаписи камер видеонаблюдения фойе здания УМВД Росси по 

<

адрес> и 

<

адрес>, на участке, где зафиксировано как сотрудники полиции сопровождают ФИО1 в ОП № по 

<

адрес> для установления его личности, не усматривается агрессивное поведение ФИО1, о котором указано в протоколе об административном правонарушении и в письменных свидетельских показаниях ФИО2 и ФИО3, где свидетели указывают о попытках ФИО1 учинить драку. 

В судебном заседании сотрудник полиции ФИО11, составивший протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1, пояснял, что при составлении прокола об административном правонарушении ФИО1 не находился в состоянии опьянения, вел себя спокойно. В качестве причины административного задержания указал – обеспечение своевременного рассмотрения административного дела судом.

Согласно пункту 274 Устава патрульно-постовой службы полиции, утверждённого приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ N 80, в целях составления протокола об административном правонарушении, предусмотренного Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях при невозможности составления его на месте выявления административного правонарушения в соответствии со статьёй 27.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях осуществляется доставление физических лиц в служебные помещения ближайшего органа внутренних дел или в помещение органа местного самоуправления.

Как указано в постановлении Европейского Суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ по делу "ФИО4 и другие против Российской Федерации", сотрудник полиции может принудительно доставить лицо в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным. Лицо должно быть освобождено при первой возможности.

При наличии возможности установления личности нарушителя, наличии необходимых документов, подходящей обстановки на месте совершения правонарушения (включая погоду) протокол об административном правонарушении составляется на месте его совершения без применения доставления. Таким образом, правонарушитель может быть доставлен в отдел полиции в соответствии со статьёй 27.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, только если эта мера является необходимой при данных обстоятельствах и оправданной.

Однако каких-либо объективных причин, по которым административный протокол не мог быть составлен на месте предполагаемого выявления административного правонарушения, судом не установлено.

Согласно части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного задержания не должен превышать три часа, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 настоящей статьи.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест или административное выдворение за пределы Российской Федерации, может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

Учитывая, что целью доставления в орган внутренних дел является составление административного протокола, дальнейшее содержание лица под стражей до судебного разбирательства требует конкретного обоснования; в отсутствие явных причин не освобождать заявителя такое содержание следует рассматривать как необоснованное, даже если оно укладывалось в 48-часовой срок.

Проанализировав все обстоятельства по делу и правовые положения в совокупности, суд приходит к выводу, что административное задержание ФИО1 в указанный период с 22:30 часов ДД.ММ.ГГГГ до 9:20 часов ДД.ММ.ГГГГ, основанием для которого явилось "рассмотрение материала", объективно не было связано с необходимостью применения данной меры обеспечения по делу. Учитывая, что административное задержание может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении, оценивая фактические обстоятельства административного задержания ФИО1, данные о его личности, имеющем постоянное место жительства, ранее не совершавшего подобных административных правонарушений, суд приходит к выводу, что отсутствовали исключительные обстоятельства административного задержания, направленные на своевременное рассмотрение дела.

Сам факт административного задержания ФИО1 на срок более 3-х часов и нахождение в камере для административно задержанных УМВД России по 

<

адрес> в условиях содержания в изоляции при отсутствии достаточных оснований влечет нарушение прав истца на свободу и личную неприкосновенность, а также на свободу передвижения, гарантированных ст.ст. 22 и 27 Конституцией РФ, и предполагает наличие нравственных страданий.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ представителем ответчика Управления МВД России не представлено доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства.

Вопреки доводам представителя Управления МВД России для наступления ответственности в соответствии со ст.1070 ГК РФ установления вины в причинении вреда действиями должностных лиц в пределах их дискреционных полномочий отдельным судебным актом не требуется.

Кроме того, Конституционный Суд РФ В Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П отметил, что согласно статьям 151, 1064, 1070 и 1100 ГК Российской Федерации причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) компенсируется при наличии вины причинителя такого вреда, за исключением случаев, предусмотренных законом. Применительно к случаям компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации, это - в соответствии со статьями 1.6, 3.2, 3.9, 27.1, 27.3 КоАП Российской Федерации и с учетом выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9-П конституционно-правового смысла статьи 27.5 данного Кодекса - означает, что в системе действующего правового регулирования компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц во всяком случае, когда к гражданину было незаконно применено административное наказание в виде административного ареста либо он незаконно был подвергнут административному задержанию на срок не более 48 часов в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест (с учетом того что административное наказание в виде исправительных работ, также указанное в абзаце третьем статьи 1100 ГК Российской Федерации, в настоящее время законодательством об административных правонарушениях не предусмотрено).

Такое законодательное решение вопроса о порядке компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к административной ответственности, исходит из необходимости повышенной правовой защиты свободы и личной неприкосновенности граждан (статья 22 Конституции Российской Федерации). При незаконном применении к гражданину вследствие привлечения к административной ответственности иных - не затрагивающих эти ценности - мер административного принуждения гражданин не лишен возможности использовать общие основания и порядок компенсации причиненного морального вреда, предусмотренные статьями 151 и 1064 ГК Российской Федерации. Следовательно, установленные данным Кодексом правила компенсации гражданину морального вреда, в том числе причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, не выходят за пределы дискреционных полномочий законодательной власти и не могут быть признаны противоречащими Конституции Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание вышеуказанные положения закона, у суда имеются правовые оснований для возложения на ответчика ответственности в рамках спорных правоотношений, поскольку факт необоснованного применения должностными лицами УМВД России по 

<

адрес> в отношении ФИО1 мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, установлен. Следовательно, заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Устанавливая размер компенсации морального вреда, суд исходит из характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, принимает во внимание отсутствие негативных последствий для здоровья истца, учитывая индивидуальные особенности потерпевшего, его семейное положение (является многодетным отцом), требования разумности и справедливости, и приходит к выводу о снижении размера заявленной к взысканию денежной суммы до 50 000 руб.

Такой размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является соразмерным причиненному вреду, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П Конституционный Суд РФ обращает внимание, что в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, государство несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N 18-П, Определение от ДД.ММ.ГГГГ N 1005-О-О), ни государственные органы, ни должностные лица этих органов не являются стороной такого рода деликтного обязательства. Субъектом, действия (бездействие) которого повлекли соответствующие расходы и, следовательно, несущим в действующей системе правового регулирования гражданско-правовую ответственность, является государство или иное публично-правовое образование, а потому такие расходы возмещаются за счет соответствующей казны.

Таким образом, обязанность по выплате компенсации морального вреда, в данном случае, подлежит возложению на Российскую Федерацию в лице Министерства внутренних дел России за счет казны Российской Федерации.

Отсюда оснований для удовлетворения требований истца за счет Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей 

В удовлетворении исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Тамбовский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 26 июля 2021 года.

Судья Е.В.Дробышева