П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 марта 2017 года г. Ставрополь

Ставропольский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего Мамонтова Д.В.,

при секретаре судебного заседания – Чеботаеве А.В., 

с участием государственного обвинителя – заместителя военного прокурора Ставропольского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, 

подсудимого ФИО2, защитника – адвоката Шафранова Д.Н., 

в открытом судебном заседании рассмотрел уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего филиала Военной академии связи (г. Новочеркасск) 

<

данные изъяты> 

ФИО3 Д,М., 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

у с т а н о в и л:

В июле 2004 года ФИО2 зарегистрировал право общей долевой собственности в размере одной третьей доли на жилое помещение – квартиру №, расположенную в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, общей площадью 52,2 кв. метра, а в июне 2009 года указанную долю собственности в названной квартире подарил своему брату. В дальнейшем в сентябре 2010 года, в связи с предстоящим увольнением с военной службы, в связи с организационно-штатными мероприятиями, ФИО2, будучи включенным, с учетом членов его семьи – жена и дочь, решением жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 23 декабря 2009 года в списки нуждающихся в получении жилых помещений, обратился к начальнику Ставропольского военного института связи с рапортом о включении его в состав участников предусмотренной постановлением Правительства РФ от 21 марта 2006 года № 153 «О некоторых вопросах реализации подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» федеральной целевой программы «Жилище». При этом, желая получить предусмотренную указанным постановлением Правительства РФ от 21 марта 2006 года № социальную выплату на приобретение жилья, право на получение которой удостоверяется государственным жилищным сертификатом (далее ГЖС), в большем, чем положено размере, ФИО2 скрыл об отчуждении в 2009 году принадлежавшей ему одной третьей доли собственности на жилое помещение – квартиру №, расположенную в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, общей площадью 52,2 кв. метров. По результатам рассмотрения данного рапорта и приложенных к нему документов, ФИО2 решением жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 17 сентября 2009 года был включен в состав участников подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством». В последующем в январе 2011 года ФИО2 обратился к начальнику ФГУ «314 КЭЧ района» МО РФ по вопросу выдачи ГЖС на приобретение жилья, заполнив при этом документ о наличии (отсутствии) жилых помещений, в котором, в целях реализации задуманного на получение социальной выплаты на приобретение жилья посредством выдачи ГЖС, в большем размере, указал несоответствующие действительности сведения о том, что ранее не имел жилых помещений на праве собственности. После этого 20 января 2011 года ФИО2 поучил в ФГУ «314 КЭЧ района» МО РФ выданный 24 декабря 2010 года Министерством обороны РФ государственный жилищный сертификат серии № о предоставлении ему с учетом членов его семьи – жена и дочь социальной выплаты на сумму 1568700 рублей для приобретения жилого помещения общей площадью 54 кв. метра, исходя из стоимости 1 кв. метра общей площади жилья 29050 рублей, а 9 февраля 2011 года приобрел, с использованием предоставленной по указанному ГЖС социальной выплаты, по договору купли-продажи часть жилого помещения общей площадью 93,2 кв. метра и земельного участка, расположенные по адресу: 

<

...> и 15 февраля 2011 года зарегистрировал право общей долевой собственности на указанные жилое помещение и земельный участок. В результате вышеуказанных действий ФИО2, выразившихся в сокрытии совершенной в 2009 году сделки по отчуждению принадлежавшей ему в квартире №, расположенной в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, общей площадью 52,2 кв. метра, одной третьей доли собственности на названное жилое помещение, то есть 17,4 кв. метра, последний незаконно получил по ГЖС социальную выплату на отчужденные 17, 4 кв. метра, исходя из стоимости 1 кв. метра общей площади жилья 29050 рублей в размере 505470 рублей, чем причинил Министерству обороны РФ ущерб на указанную сумму.

Подсудимый ФИО2 виновным себя в содеянном признал и дал показания, по своему содержанию соответствующие изложенному выше. 

Помимо признания ФИО3 своей вины, его виновность подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Представитель потерпевшего – Министерства обороны РФ И. на предварительном следствии показал, что об обстоятельствах совершения ФИО3 преступления ему известно из постановления о возбуждении уголовного дела. 

Свидетель С. Е.М. – брат подсудимого на предварительном следствии показал, что после смерти в 2002 году матери, он, его брат, ФИО2, и их отец в 2003 году получили по наследству двухкомнатную квартиру №, расположенную в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, а в последующем оформили на эту квартиру право собственности, по одной третьей доли собственности на каждого. Поскольку ФИО2 в указанной квартире не проживал он, ФИО4, в 2009 году обратился к ФИО2 с просьбой подарить ему свою долю, на что последний, согласившись, подарил ему, ФИО4, свою одну третью доли в квартире №, расположенной в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе. Кроме этого ФИО4 показал, что в 2010 году ему от ФИО2 стало известно, что последний планирует уволиться из рядов Вооружённых сил РФ, в связи с организационно-штатными мероприятиями, ему положена квартира от государства, которую тот должен приобрести путём использования ГЖС. В дальнейшем в начале 2011 года его, ФИО4, брат ФИО2 реализовал полученный ГЖС путем приобретения в собственность жилого помещения в №, расположенного по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, где и проживает по настоящее время со своей семьей. 

Свидетели О. А.А, М. А.А. – бывшие военнослужащие Ставропольского военного института связи ракетных войск, и Р. В.С. – бывший работник названного института, на предварительном следствии, каждый в отдельности, показали, что в 2010 году на заедании жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск, где они, О. А.А., являлся её председателем, М. А.А. – членом жилищной комиссии, а Р. В.С. – секретарем, рассматривался рапорт, ранее поставленного в 2009 году на учет нуждающихся в получении жилых помещений составом семьи три человека, ФИО2, в котором последний ходатайствовал о включении в состав участников программы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством», а также приложенные к нему документы. Поскольку ФИО2 имел выслугу более 10 лет, подлежал увольнению по организационно-штатным мероприятиям, поданный им рапорт и приложенные к нему документы содержали сведения об отсутствии у последнего и членов его семьи жилых помещений, а сам ФИО2 на заседании жилищной комиссии не сообщал о дарении в 2009 году принадлежащей последнему одной третьей доли собственности в жилом помещении своему брату, жилищной комиссией было принято решение о включении ФИО2 составом семьи три человека в списки кандидатов на получение ГЖС.

Свидетель П. А.В. – бывший начальник ФГУ «314 КЭЧ района» г. Анапы на предварительном следствии показал, что с 2001 года ФГУ «314 КЭЧ района» обслуживало Ставропольский институт связи ракетных войск, в том числе выдавало ГЖС военнослужащим данного института, которые были признаны в установленном порядке нуждающимися в получении жилых помещений и изъявили желание участвовать в программе обеспечения жильем по ГЖС. Кроме этого П, А.В. показал, что в 2010 году он согласовал список граждан – получателей ГЖС по Ставропольскому военному институту связи ракетных войск, подписанный начальником указанного учреждения, в котором в качестве кандидата на получение ГЖС в 2010 году был указан ФИО2 При этом в приложении к названному документу имелись персональные данные на ФИО2, срок календарной службы, основания для увольнения – ОШМ, состав семьи, избранное место жительства, сведения о необеспеченности жильем, заверенные ФИО2 В дальнейшем согласованные документы были направлены в КЭЧ г. Москвы для выписывания на имя этого военнослужащего именного ГЖС, а затем оформленный ГЖС поступил в ФГУ «314 КЭЧ района», где был выдан непосредственно ФИО2 под роспись. Помимо этого П. А.В. показал, что об отчуждении ФИО2 в 2009 году принадлежавшей последнему одной третьей доли собственности в жилом помещении, расположенном в г. Ставрополе, последний ни ему, П. А.В., ни сотрудникам ФГУ «314 КЭЧ района» не сообщал, а указанные обстоятельства в жилищном деле ФИО2 отсутствовали. 

Допрошенный в качестве специалиста Б. С.Н. – бывший начальник Ставропольской КЭЧ района ВВС и ПВО Министерства обороны РФ в судебном заседании показал, что в 2010 году для получения ГЖС на приобретение жилого помещения, военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, имеющий выслугу более 10 лет и подлежащий увольнению с военной службы в связи организационно-штатными мероприятиями, должен был подать на имя командира части рапорт с приложенными к нему документами, содержащими, в том числе сведения о нуждаемости как самого военнослужащего так и членов его семьи в улучшении жилищных условий. После чего данный рапорт и приложенные к нему документы рассматривались на заседании жилищной комиссии части, которой, при наличии к тому оснований, принималось решение о включения этого военнослужащего в состав участников программы обеспечения жильем по ГЖС. Затем воинская часть составляла сводную таблицу военнослужащих, подлежащих включению в эту программу, и данная таблица вместе с жилищными делами этих военнослужащих представлялась в КЭЧ района на согласование. После проверки КЭЧ района представленных жилищных дел и согласования сводной таблицы, КЭЧ района направляла данную таблицу в Главное квартирно-эксплуатационное управление г. Москвы, где на военнослужащего выписывался именной ГЖС. После оформления ГЖС на военнослужащего, он направлялся непосредственно в КЭЧ района и по его поступлению КЭЧ района проводила дополнительную проверку жилищного дела военнослужащего, на которого выписан ГЖС, в том числе на предмет наличия документов, свидетельствующих о нуждаемости последнего и членов его семьи в получении жилого помещения, и при наличии таких документов, выдавала этому военнослужащему ГЖС под роспись. После этого военнослужащий с использованием полученного государственного жилищного сертификата установленным порядком приобретал жилое помещение. 

Кроме этого Б. С.Н. показал, что в соответствии с Правилами выпуска и реализации государственных жилищных сертификатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 марта 2006 года № 153 «О некоторых вопросах реализации подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» федеральной целевой программы «Жилище», социальная выплата предоставляется военнослужащим и членам его семьи признанным нуждающимися в получении жилого помещения в размере, эквивалентном расчетной стоимости жилого помещения, определяемом, исходя из норматива общей площади жилого помещения, установленного для семей разной численности, который при численности семьи 3 человека и более в соответствии с п. 16 названных Правил составляет по 18 кв. метра на каждого члена семьи, а также норматива стоимости 1 кв. метра общей площади жилого помещения. При этом в соответствии с п. 16.2 указанных Правил, в случае отчуждения военнослужащим или членами его семьи жилого помещения, принадлежащего им на праве собственности, либо принадлежащей им доли в праве общей собственности на жилое помещение, размер общей площади жилого помещения, принимаемый для расчета размера социальной выплаты, определяется как разница между общей площадью жилого помещения, установленного этими Правилами норматива общей площади жилого помещения и общей площадью отчужденного жилого помещения либо доли в праве общей собственности на жилое помещение, приходящейся на военнослужащего и члена его семьи. 

Помимо этого Б. С.Н. показал, что, поскольку в декабре 2010 года ФИО2 на состав семьи три человека был выдан государственный жилищный сертификат на сумму 1568700 рублей, исходя из нормативов общей площади жилого помещения 54 кв. метра и стоимости 1 кв. метра общей площади жилого помещения 29050 рублей, но при этом последний в 2009 году подарил имевшуюся у него в жилом помещении общей площадью 52,2 кв. метра одну третью доли собственности, размер которой составляет 17,4 кв. метра, то в соответствии с вышеприведенными нормами, ФИО2 правом на получение социальной выплаты, исходя из норматива общей площади жилого помещения 54 кв. метра, не обладал, а с учетом совершенной сделки по отчужденной доли в праве общей собственности на жилое помещение в размере 17,4 кв. метра, последнему, с учетом членов семьи, могла быть предоставлена по ГЖС социальная выплата на приобретение 36,6 кв. метра общей площади жилого помещения. Учитывая, что норматив стоимости 1 кв. метра общей площади жилого помещения по социальной выплате составлял 29050 рублей, а ФИО2 правом на предоставление ранее отчужденных 17,4 кв. метра общей площади жилого помещения не обладал, то получение последним социальной выплаты на указанные 17,4 кв. метра общей площади жилого помещения, в размере 505470 рублей, свидетельствует о причинении Министерству обороны РФ ущерба на указанную сумму.

Согласно исследованным в ходе судебного заседании вещественным доказательствам – свидетельств о праве на наследство по завещанию от 15 октября 2003 года, договору раздела наследственного имущества от 15 октября 2003 года, свидетельств о государственной регистрации права на недвижимое имущество от 1 июля 2004 года серии №, серии №, №, договору дарения недвижимости от 2 июня 2009 года, свидетельству о государственной регистрации права от 9 июня 2009 года серии № ФИО2, его брат и отец 15 октября 2003 года вступили в наследство, состоящее из двухкомнатной квартиры №, расположенной в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, общей площадью 52,2 кв. метра в равных долях, по одной третьей доли на каждого, 1 июля 2004 года последними было зарегистрировано право общей долевой собственности на указанную квартиру по одной третьей доле в праве, а 9 декабря 2009 года ФИО2 подарил принадлежащую ему одну третью долю в праве собственности на жилое помещение – квартиры №, расположенной в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, своему брату, ФИО5, после чего последним было оформлено соответствующее право собственности.

Из исследованных в судебном заседании вещественных доказательств – рапорта ФИО3 от 18 ноября 2009 года, выписки из протокола заседания жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 23 декабря 2009 года, рапорта ФИО2 от 8 сентября 2010 года на имя начальника Ставропольского военного института связи ракетных войск, выписки из протокола заседания жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 17 сентября 2009 года, списка граждан – получателей государственных жилищных сертификатов в 2010 году, утверждённого 17 сентября 2010 года начальником Ставропольского военного института связи ракетных войск, заявления (рапорта) ФИО2 на имя начальника ФГУ « 314 КЭЧ района» МО РФ от января 2011 года, письменных сведений о наличии (отсутствии) жилых помещений, подписанных 19 января 2011 года ФИО2, следует, что 18 ноября 2009 года ФИО2 обратился по команде с рапортом о принятии его и членов его семьи – жена и дочь на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, решением жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 23 декабря 2009 года последний составом семьи 3 человека был включен в списки нуждающихся в получении жилых помещений, после чего 8 сентября 2010 года ФИО2 обращался с рапортом на имя начальника Ставропольского военного института связи ракетных войск о включении его и членов его семьи в состав участников программы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством», указав при этом об отсутствии у них жилых помещений на территории Российской Федерации, и на основании решения жилищной комиссии Ставропольского военного института связи ракетных войск от 17 сентября 2010 года, последний, как имеющий выслугу более 10 лет и подлежащий увольнению в связи с проведением организационно-штатных мероприятий, вместе с членами семьи включен в списки кандидатов на получение ГЖС, а в январе 2011 года ФИО2 обратился с рапортом на имя начальника ФГУ « 314 КЭЧ района» МО РФ о выдаче ему, с учетом членов его семьи – жена и дочь, ГЖС на приобретение жилого помещения на территории Ставропольского края и представил документ о наличии (отсутствии) жилых помещений, в котором сведения о том, что ранее в период с 2004 года по июнь 2009 года ему принадлежала одна третья доля в праве общей долевой собственности на квартиру №, расположенную в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, не указал.

По заключению эксперта от 7 ноября 2016 года №, рукописные записи и подписи в рапорте на имя начальника Ставропольского военного института связи ракетных войск от 8 сентября 2010 года, а также в сведениях о наличии (отсутствии) жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих на праве собственности военнослужащему и членам его семьи выполнены ФИО2

Как следует из исследованных в судебном заседании вещественных доказательств – копии государственного жилищного сертификата о предоставлении социальной выплаты на приобретение жилья серии №, а также корешка к государственному жилищному сертификату о предоставлении социальной выплаты на приобретение жилья серии №, названный сертификат выдан 24 декабря 2010 года Министерством обороны РФ и 20 января 2011 года получен ФИО2 При этом, указанным ГЖС ФИО2, с учетом двух совместно проживающих с ним членов – супруга и дочь, предоставлена социальная выплата в размере 1568700 рублей на приобретение жилого помещения общей площадью 54 кв. метра из норматива стоимости 1 кв. метра общей площади жилья 29050 рублей.

Из осмотренного в ходе судебного заседания вещественного доказательства – договора купли-продажи недвижимости от 9 февраля 2011 года, ФИО2 и члены его семьи приобрели, в том числе с использованием ГЖС серии № от 24 декабря 2010 года, которым последним предоставлена социальная выплата в размере 1568700 рублей, в собственность часть жилого дома общей площадью 93,2 кв. метра и одна двадцатая доля в праве на земельный участок, общей площадью 656 кв. метров, находящиеся по адресу: 

<

...> № и 15 февраля 2011 года на указанное жилое помещение и земельный участок ФИО2 и членами его семьи было зарегистрировано право собственности. 

Кроме этого свидетельствами о государственной регистрации права от 10 апреля 2011 года серии №, серии №, серии 26 №, серии №, серии №, серии №, согласно которым на основании договора купли-продажи недвижимости от 9 февраля 2011 года, ФИО2 и членами его семьи 15 февраля 2011 года зарегистрировано право общей долевой собственности на часть жилого дома, общей площадью 93,2 кв. метра, находящегося по адресу: 

<

...> №, в размере по одной третьей доли на каждого, а также на земельный участок общей площадью 656 кв. метров, расположенный по указанному адресу, в размере по одной шестидесятой доли, подтверждаются указанные выше обстоятельства.

Согласно приказам начальника Ставропольского военного института связи ракетных войск от 3 февраля 2009 года №, начальника Главного управления связи ВС РФ от 13 октября 2010 года №, начальника филиала Военной академии связи г. Ставрополь от 1 ноября 2010 года №, статс-секретаря – заместителя Министра обороны РФ от 9 июня 2011 года №, начальника филиала военной академии связи (г. Новочеркасск) от 4 июля 2011 года №, копии контракта о прохождении военной службы, ФИО3 с 3 февраля 2009 года проходил военную службу по контракту в Ставропольском военном институте связи ракетных войск, с 13 октября 2010 года был зачислен в распоряжение начальника филиала Военной академии связи (г. Новочеркасск) и, будучи 9 июня 2011 года уволенным с военной службы, в связи с проведением организационно-штатных мероприятий, с 4 июля 2011 года исключен из списков личного состава филиала военной академии связи (г. Новочеркасск). 

Оценив вышеприведенные доказательства, представленные стороной обвинения, военный суд находит их достоверными и достаточными для обоснования виновности подсудимого в содеянном. 

Органами предварительного следствия подсудимый ФИО2 обвинялся в мошенничестве, то есть в хищения денежных средств, выделенных Министерством обороны Российской Федерации, посредством предоставления ГЖС на покупку жилого помещения, путем обмана, в сумме 522900 рублей и его действия квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Государственный обвинитель в судебном заседании, реализуя предоставленные ему ст. 246 УПК РФ полномочия, уменьшил размер причинённого ФИО2 преступлением ущерба до 505470 рублей. При этом государственный обвинитель обосновал свою позицию тем, что, как установлено в судебном заседании, размер отчужденной подсудимым одной третьей доли собственности в жилом помещении – квартире №, расположенной в доме № по ул. Льва Толстого в г. Ставрополе, общей площадью 52,2 кв. метра, составляет 17,4 кв. метра, на указанные метры, в связи с их отчуждением, ФИО2 правом на получение посредством ГЖС социальной выплаты на покупку жилого помещения не обладал, а поскольку стоимость 1 кв. метра общей площади жилья по предоставленной последнему социальной выплаты составляет 29050 рублей, то сумма причиненного Министерству обороны РФ ущерба составляет 505470 (17,4 х 29050) рублей.

Выслушав мнение подсудимого и его защитника, которые не возражали против уменьшения размера причинённого ФИО2 ущерба, военный суд, давая оценку указанным обстоятельствам, приходит к выводу о соблюдении в ходе судебного разбирательства по данному делу требований уголовно-процессуального закона и продолжает рассматривать уголовное дело в отношении подсудимого в рамках предъявленного ему обвинения. 

Давая юридическую оценку содеянному подсудимым ФИО2, военный суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, ФИО2, с целью получения ГЖС на социальную выплату в большем, нежели ему было положено по закону, размере, предоставил 19 января 2011 года заведомо ложные сведения об отсутствии у него ранее в собственности жилого помещения, в связи с чем Министерством обороны РФ последнему был выдан ГЖС на социальную выплату в размере 1568700 рублей для покупки жилого помещения общей площадью 54 кв. метра, использовав которую, ФИО2 приобрел 9 февраля 2011 года в г. Ставрополе жилое помещение, а 15 февраля 2011 года оформил на него право собственности. Похитив, таким образом, путем обмана, денежные средства в виде предоставленной социальной выплаты для покупки жилья на 17,4 кв. метра общей площади жилого помещения (размер отчужденного в 2009 году жилого помещения) в сумме 505470 рублей, ФИО2 причинил Министерству обороны РФ ущерб на указанную сумму.

Указанные действия подсудимого военный суд расценивает как мошенничество – то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере и квалифицирует их по ч. 3 ст.159 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 07.03.2011 года № 26 ФЗ).

При назначении ФИО3 наказания военный суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

В соответствии с п.п. «г, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, военный суд признает наличие у него малолетнего ребёнка, а также добровольное, до возбуждения уголовного дела, возмещение имущественного ущерба, причиненного преступлением. 

Кроме этого, в качестве смягчающих наказание обстоятельств, военный суд учитывает, что ФИО3 вину свою признал, в содеянном раскаивается, ранее ни в чём предосудительном замечен не был, к уголовной ответственности привлекается впервые, как в период службы, так и после увольнения с неё характеризуется положительно.

Признавая совокупность вышеприведенных обстоятельств исключительной, военный суд полагает возможным назначить подсудимому с применением ст. 64 УК РФ наказание ниже низшего предела, чем это предусмотрено санкцией ч. 3 ст. 159 УК РФ, в виде штрафа.

При этом, определяя размер назначенного ФИО2 наказания в виде штрафа, военный суд учитывает тяжесть совершенного преступления, имущественное положение, как самого подсудимого, так и его семьи, а также возможность получения им заработной платы или иного дохода.

Вместе с тем, учитывая обстоятельства совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, степени его общественной опасности, военный суд не находит оснований для изменения в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ категории этого преступления на менее тяжкую.

Принимая решение по ранее избранной подсудимому ФИО2 мере пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, военный суд, в целях обеспечения вступления приговора в законную силу, полагает необходимым оставить названную меру пресечения без изменения.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств военный суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд, - 

п р и г о в о р и л:

ФИО2 признать виновным в мошенничестве, то есть в хищении чужого имущества путем обмана в крупном размере, то есть в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 159 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 07.03.2011 года № 26 ФЗ), и с применением ст. 64 УК РФ назначить ему наказание в виде штрафа в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей. 

Меру пресечения осужденному ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

- жилищное дело ФИО2 вернуть по принадлежности в ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ.

- личное дело ФИО2 вернуть по принадлежности в Военный комиссариат Ставропольского края по г. Ставрополю.

- дела правоустанавливающих документов на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> №, №, земельный участок и жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> №, вернуть по принадлежности в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в течение 10 суток со дня постановления приговора.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке, осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий по делу 

Д.В. Мамонтов