Дело №33-1551/2025

УИД № 71RS0016-01-2024-001345-68 судья Михалина Е.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 декабря 2025 г. г. Тула

Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего Кабанова О.Ю.,

судей Черенкова А.В., Крымской С.В.,

при секретаре Харченко А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-22/2025 по иску СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в порядке суброгации, по апелляционной жалобе третьего лица ФИО2 на решение Новомосковского районного суда Тульской области от 17 января 2025 г.

Заслушав доклад судьи Черенкова А.В., судебная коллегия

установила:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения автомобилю «Mercedes-Benz GLE», государственный регистрационный номер №, застрахованному на момент ДТП в СПАО «Ингосстрах» по полису №. Указанное ДТП произошло виду нарушения водителем ФИО1 Правил дорожного движения. Риск гражданской ответственности ответчика был застрахован в САО «ВСК». Истцом потерпевшему была произведена выплата страхового возмещения в размере 816 808,76 руб., однако размер причиненного ущерба превышает лимит ответственности причинителя вреда по договору ОСАГО (400000,00 руб.)

На основании изложенного СПАО «Ингосстрах» просило суд взыскать с ответчика ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в порядке суброгации в размере 416808,76 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины 7368 руб.

Решением Новомосковского районного суда Тульской области от 17 января 2025 г. исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО2 просит решение суда отменить, как постановленное с нарушением норм материального права, в том числе выражая несогласие, с проведенной по делу судебной экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав ответчика ФИО1, представителя третьего лица ФИО2 – адвоката Бородко К.А., обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, судебная коллегия приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ в 18:03 час. по адресу: 

<

адрес>, произошло ДТП, в результате которого были причинены механические повреждения автомобилю «Mercedes-Benz», г/н №, принадлежащему Тамм Н.Е., автогражданская ответственность которого застрахована на момент ДТП в СПАО «Ингосстрах», полис №.

Согласно постановлению № по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, инспектор ДПС 5 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по 

<

адрес> установил, что ДД.ММ.ГГГГ в 18:03 час. по адресу: 

<

адрес>, Ломоносовский проспект, 

<

адрес>, ФИО1, управляя транспортным средством БМВ Х1 XDRIVE 20D, г/н №, совершила нарушение п.8.1 ПДД РФ, а именно: осуществляя выезд с парковочного кармана, не предоставила преимущество транспортному средству БМВ Х3, г/н №, под управлением водителя ФИО2, двигающемуся по дублеру Ломоносовского проспекта от Мичуринского проспекта в направлении проспекта Вернадского, в результате чего произошло столкновение. После чего автомобиль БМВ Х1 XDRIVE 20D, г/н №, совершает столкновение с автомобилем Мерседес, г/н №, и автомобилем Шкода, г/н №. Далее, автомобиль БМВ Х3, г/н № совершает столкновение с автомобилем Киа, г/н №. Тем самым, ФИО1 совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 руб.

В соответствии с определением 

<

адрес>8 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждалось дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.24 КоАП РФ и проводилось административное расследование.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, на основании п.2 ч.1 ст.25.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, прекращено, в соответствии с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.24 КоАП РФ.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобилю «Mercedes-Benz», г/н №, были причинены механические повреждения. Транспортное средство на момент происшествия было застраховано по договору страхования транспортных средств (полис) №АI230501734 в СПАО «Ингосстрах», страховая сумма по договору составляет 5 688 199 руб.

Гражданская ответственность причинителя вреда ФИО1 была застрахована по договору ОСАГО в САО «ВСК».

Во исполнение обязательств по договору страхования №АI230501734, СПАО «Ингосстрах», произвело выплату страхового возмещения ООО «Лукавто» в размере 816808,76 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование размера ущерба, причиненного транспортному средству «Mercedes-Benz», г/н №, истцом представлены: экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, счет на оплату № ЗН-0175650 от ДД.ММ.ГГГГ, счет № ЗН-0175650 от ДД.ММ.ГГГГ к заказу – наряду № ЗН-0174158, согласования скрытых повреждений от ДД.ММ.ГГГГ к ЗН -0174158, смета на ремонт.

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ страховая компания ФИО1 - САО «ВСК» по выставленному требованию СПАО «Ингосстрах» осуществило выплату по суброгационному требованию № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 400 000 руб.

Согласно решению Хамовнического районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, постановление № по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное инспектором ДПС 5 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по 

<

адрес>, о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, отменено, производство по делу прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

По ходатайству ответчика в целях определения вины участников ДТП (ФИО1 и ФИО2), размера причиненного ущерба, судом назначена комплексная экспертиза.

Эксперт ООО «Тульская Независимая Оценка» ФИО6 и эксперт ФИО7 провели комплексную судебную экспертизу, составили экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ. Эксперт ФИО6 отвечал на вопросы суда с № по №, в выводах указал, что механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 18:03 час. по адресу: 

<

адрес>, с участием транспортного средства БМВ Х1, г/н №, под управлением ФИО1, и транспортного средства БМВ Х3, г/н №, под управлением ФИО2, описан в исследовании по первому вопросу и проиллюстрирован на рисунке 2 (ответ на вопрос №).

Скорость движения автомобиля БМВ Х3, г/н №, под управлением ФИО3, на момент ДТП составляла 129 км/ч (ответ на вопрос №).

В сложившейся ситуации водитель автомобиля БМВ Х1, г/н №, должен был руководствоваться п.8.1 ПДД РФ, водитель автомобиля БМВ Х3, г/н №, должен был руководствоваться п.10.1 и п.10.2 ПДД РФ (ответ на вопрос №).

Причинно-следственная связь действий водителя автомобиля БМВ Х1, г/н №, под управлением ФИО1, связанных с выездом на проезжую часть из парковочного кармана, в соответствии с п.8.1 ПДД РФ и факта возникновения самого ДТП- отсутствует. Причинно-следственная связь действий водителя БМВ Х3, г/н №, под управлением ФИО3, не соответствующих п.10.1 и п.10.2 ПДД РФ и факта возникновения самого ДТП, присутствует (ответ на вопрос №).

У водителя автомобиля БМВ Х1, г/н №, в сложившейся дорожной ситуации отсутствовала возможность избежать ДТП, у водителя автомобиля БМВ Х3, г/н №, имелась техническая возможность избежать ДТП (ответ на вопрос №).

Перечень повреждений автомобиля «Mercedes-Benz», г/н №, отраженных в документах (счет от ДД.ММ.ГГГГ к заказ-наряду № ЗН-0174158, акты согласования скрытых повреждений от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, счет от ДД.ММ.ГГГГ), с указанием причинно-следственной связи с механизмом ДТП от ДД.ММ.ГГГГ находится в таблице 7 исследования по шестому вопросу (ответ на вопрос №).

Эксперт ООО «Тульская Независимая Оценка» ФИО7 отвечал на вопрос №, в выводах экспертного заключения указал, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Mercedes-Benz», г/н № на момент ДТП без учета износа деталей, с учетом выводов эксперта об обстоятельствах (механизме) ДТП составляет 813 313 руб. (ответ на вопрос №).

Эксперт ФИО6 в судебном заседании суда первой инстанции подтвердил выводы экспертного заключения.

При этом эксперт пришел к выводу, что выезжающий на проезжую часть из парковочного кармана автомобиль БМВ Х1 не создавал помехи для автомобиля БМВ Х3. Тем самым причинно-следственная связь действий водителя автомобиля БМВ Х1 ФИО1, связанных с выездом на проезжую часть из парковочного кармана, в соответствии с п.8.1 ПДД РФ и факта возникновения самого ДТП, отсутствует. Движение автомобиля БМВ Х3 со скоростью V01=57 км/ч и последующим ускорением до 129 км/ч, и действия водителя ФИО2, не соответствующие п.10.1 и п.10.2 ПДД РФ, находятся в причинно-следственной связи с фактом возникновения ДТП. У водителя ФИО1 отсутствовала возможность избежать ДТП, поскольку она начала выезд из парковочного кармана, пропустив автомобиль такси сервиса «Яндекс Такси», и убедившись, что она не создает помехи автомобилю БМВ Х3 под управлением ФИО2 После этих действий внимание водителя автомобиля БМВ Х1 направлено на движение вперед с соблюдением безопасного интервала до стоящего впереди припаркованного автомобиля. У водителя БМВ Х3 с технической точки зрения имелась возможность избежать ДТП, если бы он отказался от ускорения и двигался в соответствии с п.10.1 и п.10.2 ПДД РФ.

Третье лицо ФИО2, не согласившись с вышеуказанной экспертизой, представил в суд экспертное заключение (рецензию) №.12-24 АТ Рец от ДД.ММ.ГГГГ на заключение экспертов ООО «Тульская Независимая Оценка» № от ДД.ММ.ГГГГ. Рецензия выполнена специалистами ООО «Научно-исследовательский центр «МоиЭксперты» ФИО9 и ФИО10, которые указали, что выводы в части вопросов 1-5, сделанные экспертом ООО «Тульская Независимая Оценка» ФИО6 в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не обоснованы и не достоверны, так как сделаны с методическими ошибками и лицом, не обладающим специальными знаниями в необходимой области экспертных специальностей.

Суд первой инстанции не нашел оснований поставить под сомнение экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, изготовленное экспертом ФИО6 в части ответов на вопросы суда с 1 по 6, экспертом ФИО11 в части ответа на вопрос 7. Эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения, им разъяснялись права, в том числе в судебном заседании при допросе в качестве эксперта ФИО6, который имеет высшее образование по специальности «Технологические машины и оборудование», ученую степень доктора наук, включен в реестр автотехнических экспертов, стаж работы в качестве эксперта с 2003 года.

Разрешая данный спор и отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований СПАО «Ингосстрах», руководствуясь нормами ст. ст. 15, 1064, 1072 ГК РФ, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, оценив экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности со всеми представленными доказательствами, по правилам ст.67 ГПК РФ, пришел к выводу, что факт повреждения транспортного средства «Mercedes-Benz», г/н №, принадлежащего Тамм Н.Е., не свидетельствует о возникновении у ФИО1 обязанности по возмещению материального вреда истцу, поскольку в рассматриваемом случае отсутствует ее вина и причинно-следственная связь между заявленными обстоятельствами ДТП и полученными повреждениями на автомобиле.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции третье лиц ФИО2 заявил ходатайство о производстве по делу повторной экспертизы.

Апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ назначена повторная судебная экспертиза, производство которой поручено АНО «ЛЭИ «Центр» и согласно заключению № АТ С от ДД.ММ.ГГГГ сделаны следующие выводы:

В сложившейся ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля БМВ ХЗ, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО2 должен был руководствоваться требованиями абзаца 2 пункта 10.1 и пункта 10.2 Правил дорожного движения.

В сложившейся ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля БМВ X1 XDRIVE 20D, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО1 усматриваются несоответствия требованиями пунктов 8.1 и 8.4 Правил дорожного движения.

В сложившейся ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля БМВ ХЗ, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО2 несоответствий требованиям абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения не усматривается.

В сложившейся ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля БМВ ХЗ, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО2 усматриваются несоответствия требованиям пункта 10.2 Правил дорожного движения.

В сложившейся ситуации, с технической точки зрения, несоответствия действий водителя автомобиля БМВ X1 XDRIVE 20D, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО1 требованиям пунктов 8.1 и 8.4 Правил дорожного движения, и несоответствия действий водителя автомобиля БМВ ХЗ, государственный регистрационный номер 

<

***>, ФИО2 требованиям пункта 10.2 Правил дорожного движения, привело к контактному взаимодействию транспортных средств БМВ X1 XDRIVE 20D и БМВ ХЗ, и последующего их наезду на автомобили Мерседес, Шкода и Киа.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля БМВ ХЗ, государственный регистрационный номер №, ФИО2 (при фактической скорости его движения) не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем БМВ X1 XDRIVE 20D, государственный регистрационный номер №.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля БМВ ХЗ, г/н №, ФИО2 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем БМВ X1 XDRIVE 20D, государственный регистрационный номер 

<

***>, при условии движения автомобиля БМВ ХЗ, г/н №, со скоростью, не превышающей установленное пунктом 10.2 Правил дорожного движения ограничение 60 км/ч.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, решение вопроса о технической возможности предотвратить столкновение водителем автомобиля БМВ X1 XDRIVE 20D, государственный регистрационный номер 

<

***>, не имеет технического смысла (для водителя автомобиля БМВ X1 XDRIVE 20D отсутствует момент/момент возникновения опасности/, начиная с которого он должен был принять меры к снижению скорости), поэтому решить его не предоставляется возможным.

Ответчик ФИО1 представила в адрес судебной коллегии рецензию № от ДД.ММ.ГГГГ на заключение эксперта АНО «ЛЭИ «Центр» № АТ С от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому данное заключение составлено с нарушением Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001 № 73-ФЗ, что говорит о том, что оно составлено не объективно, не на строго научной и практической основе, не всесторонне и не в полном объеме.

Судебная коллегия, установив указанные выше обстоятельства приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из п.1 ст.387 ГК РФ следует, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

По смыслу п. 1 ст. 965 ГК РФ страховщик, выплативший страховое возмещение, ограничен в размере возмещения, взыскиваемого с причинителя вреда (не свыше произведенной им страховой выплаты), однако при этом основания для возмещения ущерба и его размер определяются по общим правилам, установленным гражданским законодательством - статьи 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.2 ст.965 ГК РФ, перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки. Так, пунктом 23 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что лицо, возместившее потерпевшему вред, причиненный в результате страхового случая, имеет право требования к страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в размере, определенном в соответствии с данным законом, в пределах выплаченной суммы. Реализация перешедшего права требования осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации с соблюдением положений данного закона, регулирующих отношения между потерпевшим и страховщиком (абзац 1). С лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным законом (абзац 2).

Если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 ГК РФ) (пункт 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").

В силу положений Правил осуществления страховых выплат в счет возмещения вреда в порядке суброгации, утвержденных Президиумом Российского Союза Автостраховщиков 18.12.2008 (протокол N 5), в случае, когда сумма выплаченного Страховщиком КАСКО страхового возмещения превышает размер страховой суммы по договору ОСАГО, страховщик КАСКО вправе предъявить к причинителю вреда иск о возмещении разницы между суммой страхового возмещения, выплаченной потерпевшему, и суммой возмещения, полученной от Страховщика ОСАГО по требованию Страховщика КАСКО (пункт 2.3.3).

На основании изложенного страховщик, выплативший страховое возмещение по договору КАСКО и занявший в правоотношении место потерпевшего, обладает правом требовать от причинителя вреда возмещения причиненных ему убытков в части, непокрытой страховой выплатой по ОСАГО.

В силу закрепленного в статьях 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, и, следовательно, лицо, к которому перешло его право требования, может требовать полного возмещения понесенных им расходов.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В развитие указанных принципов часть 1 статьи 56 названного кодекса предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам.

Постановление Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 утверждены Правила дорожного движения" (вместе с "Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения") в целях обеспечения порядка и безопасности дорожного движения, повышения эффективности использования автомобильного транспорта.

Согласно п. 1.3 ПДД участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п.1.5).

В п. 8.1 ПДД указано, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п.8.2).

В том числе согласно п. 8.3 ПДД при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает.

В соответствии с п. 9.10 ПДД водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1).

В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч. (п. 10.2).

Как усматривается из обстоятельств дела, в том числе заключений судебных экспертиз водитель ФИО1, управляя автомобилем БМВ Х1, выезжала из парковочного кармана на проезжую часть, а автомобиль БМВ Х3 под управлением ФИО2 двигался прямо по дороге.

Столкновение указанных транспортных средств произошло на проезжей части дублера Ломоносовского проспекта на полосе движения автомобиля БМВ ХЗ примерно посередине этой полосы.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении №

<

адрес>3 (административный материал № по ст. 12.24 КоАП РФ) согласно которому она, управляя транспортным средством БМВ Х1 г/н№ нарушила п. 8.1 ПДД РФ, а именно осуществляя выезд с парковочного кармана, не предоставила преимущество транспортному средству БМВ г/н № под управлением ФИО2, двигающемуся по дублеру Ломоносовского проспекта от Мичуринского проспекта в направлении проспекта Вернадского, в результате чего произошло столкновение транспортных средств.

ФИО1 не согласилась с данным протоколом, о чем ей подано соответствующее объяснение.

Вместе с тем на основании Постановления ИДПС 5 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (Невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 12.13 и статьей 12.17 КоАП РФ) и ей назначено наказание в виде административного штрафа.

Решением Хамовнического районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, постановление № по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, отменено, производство по делу прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, за истечением срока давности привлечения к административной ответственности

Так, судья, учитывая, что на момент рассмотрения дела должностным лицом двухмесячный срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности истек, пришел к выводу, что после истечения данного срока вопрос об ответственности за совершение административного правонарушения обсуждаться не может.

В том числе из рапорта старшего инспектора ДПС 5 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ административный материал № по ст. 12.24 КоАП РФ) следует, что при проведении освидетельствования на алкогольное опьянение ФИО2 результат показал 0,222 мг./л., что также подтверждается актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, показаниями алкотектора, и в отношении него составлен административный материал по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ (управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния). В этот же день, то есть ДД.ММ.ГГГГ составлен протоколы об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, задержании транспортного средства, административном правонарушении.

Согласно примечанию к ст. 12.8 КоАП РФ, употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и ч. 3 ст. 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

В силу ч.1, 2 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 67 ГПК РФ).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3 ст. 67 ГПК РФ).

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Из приведенных норм процессуального закона следует, что заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое должно оцениваться судом не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в системе действующих положений закона.

Заключение экспертов АНО «ЛЭИ «Центр» № С от ДД.ММ.ГГГГ отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенных исследований, в обоснование сделанного вывода эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, таким образом оно отвечает признакам относимости и допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности, отсутствуют.

При этом, оценивая доказательства, суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.

Из исследовательской части, представленных в дело судебных экспертиз ООО «Тульская Независимая Оценка» и АНО «ЛЭИ «Центр» следует, что водитель ФИО2 двигался в черте населенного пункта с превышением скорости.

При этом в экспертизе ООО «Тульская Независимая Оценка» указано на то, что действия ФИО2 не соответствовали п. 10.1 и п. 10. ПДД РФ, а действия ФИО1 соответствовали п. 8.1. ПДД РФ.

Вместе с тем в экспертизе АНО «ЛЭИ «Центр» сделаны выводы о том, что действия ФИО2 не соответствовали абз. 2 п. 10.1 и п. 10.2 ПДД РФ, а ФИО1 п. 8.1. и п. 8.4 ПДД РФ.

При этом рецензия, представленная ответчиком, относительно заключения судебной экспертизы не является опровержением выводов судебной экспертизы, поскольку является лишь мнением лица, не привлеченного в качестве специалиста к участию в деле. Специалист не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Гражданское процессуальное законодательство не предусматривает такого вида доказательства, как рецензия специалиста на заключение судебной экспертизы, а поэтому представленная рецензия на заключение судебной экспертизы не является допустимым доказательством, поскольку рецензия не является экспертным заключением.

Анализируя экспертные заключения в совокупности с другими, представленными в материалы дела доказательствами судебная коллегия приходит к выводу, что водитель ФИО1 видела, как приближается транспортное средство, однако в нарушение правил дорожного движения, выезжая из парковочного кармана не проявила должной осмотрительности, не убедилась в отсутствии транспортных средств, движущихся по дороге в попутной ей направлении, в то же время водитель ФИО2, в нарушение правил дорожного движения, находясь в состоянии алкогольного опьянения, при виде выезжающего впереди него с парковочного кармана автомобиля, под управлением ФИО1, не избрал безопасную скорость движения и необходимую дистанцию до движущегося впереди автомобиля, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, что позволило бы избежать столкновения.

Таким образом судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия обоих водителей находятся в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств и причинением автомобилю третьего лица механических повреждений, вследствие чего в данном случае усматривается обоюдная вина ФИО1, и ФИО2, которая определяется в размере 50% каждого.

Определяя размер убытка, подлежащего возмещению истцу в порядке суброгации, судебная коллегия, руководствуясь положениями ст. 196 ГПК РФ, исходит из заявленных СПАО «Ингосстрах» исковых требований – 416808,76 руб.

Исходя из вышеизложенного с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» подлежит взысканию убытки в размере 208404,38 руб. (416808,76 х 50%).

В соответствии с положениями ст. 333.19 НК РФ (действующими на момент обращения СПАО «Ингосстрах» в суд) госпошлина, подлежащая взысканию в пользу истца, составит 5284,04 руб.

В ввиду вышеизложенного решение Новомосковского районного суда Тульской области подлежит отмене, с вынесением по делу нового решения о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

Руководствуясь ч. 1 ст. 327.1, ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Новомосковского районного суда Тульской области от 17 января 2025 г. отменить.

Постановить по делу новое решение, которым исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в порядке суброгации удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» убытки в размере в 208404,38 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5284,04 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований СПАО «Ингосстрах» отказать.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 декабря 2025 г.