РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 октября 2018 года г.Кузнецк

Кузнецкий районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Себряевой Н.А.,

при секретаре Маньковой С.А.,

с участием прокурора Шаульского В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение» Нефтегазовое машиностроение и специальное автомобилестроение» о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение» Нефтегазовое машиностроение и специальное автомобилестроение» (далее по тексту – ООО «НПО «НГМА») с данным иском, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер ее супруг - ФИО5, смерть которого наступила от тупой травмы головы, полученной при осуществлении им своей трудовой деятельности в должности 

<

данные изъяты> производственного филиала ООО «НПО «НГМА» при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 11.30 часов до 12.30 часов ФИО5 находился на рабочем месте, на предприятии по производству сосудов и емкостей, где во время проведения гидравлических испытаний емкости сорвало металлическую заглушку, которая ударила ФИО5 по голове, от удара супруг упал с емкости на пол. Таким образом, ФИО5, находясь на участке сборки в помещении цеха производственного филиала ООО «НПО «НГМА», расположенного по адресу: 

<

адрес>, получил открытую черепно-мозговую травму головы с размозжением головного мозга в результате срыва с резьбы, находящейся под давлением заглушки, установленной на месте предохранительного клапана емкости.

27.10.2017 руководителем ООО «НПО «НГМА» был утвержден Акт №1 о несчастном случае на производстве в котором указано, что причинами несчастного случая являются, в том числе: 

- нарушение технологического процесса, выразившееся в проведении гидроиспытания сосуда, находившегося под давлением, одним человеком; в осуществлении мероприятий, связанных с устранением течи сосуда, находящегося в это время под давлением (п.9.1);

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в допуске работника к работе с сосудами, находящимся под давлением, без специального обучения по соответствующей программе (п.9.2);

- неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившееся в отсутствии специальных площадок (лесов) при монтаже, оборудовании и осмотре изделия на высоте более 1.5м. (п.9.3).

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ директор по производству ПФ ООО «НПО «НГМА» ФИО6, осуществлявший непосредственное руководство слесарями механосборочных работ на участке П1 группы сборки изделий, допустил определенные нарушения, вместе с тем его действия не образуют состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ, в связи с чем постановлением следователя Кузнецкого межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области уголовное дело № по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24,ст.212 УПК РФ было прекращено.

Выводы постановления о прекращении уголовного дела обоснованы приведенным заключением эксперта №№ от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому ФИО5 допустил грубую неосторожность. Вместе с тем, действия и (или) бездействие ответственного должностного лица - директора по производству ПФ ООО «НПО «НГМА» ФИО6, не обеспечившего производственный контроль за безопасностью производственного (технологического) процесса и за соблюдением трудовой дисциплины, способствовали возникновению аварии и несчастного случая со смертельным исходом.

В результате гибели ФИО5 ей (истцу) причинен моральный вред, который ответчик должен компенсировать, поскольку ей причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильном переживании в связи с потерей близкого человека, нарушением целостности семьи и семейных связей. ФИО1 считает, что работодатель обязан обеспечивать безопасные условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также с учетом фактических обстоятельств произошедшего, степени вины погибшего ФИО5, требований разумности и справедливости, степени нравственных страданий, она (истец) оценивает размер компенсации причиненного ей морального вреда в 800000,00 руб.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также положения ст.ст. 212, 232, 237 ТК РФ, ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, ФИО1 просила суд взыскать в свою пользу с производственного филиала ООО «НПО «НГМА» компенсацию морального вреда в размере 800000,00 руб.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования уточнила, просила суд по основаниям, указанным ею в иске, компенсацию морального вреда в размере 800000,00 руб. взыскать с ООО «НПО «НГМА», дополнительно пояснив, что потеряла очень близкого для нее человека. Её супруг - ФИО5 был крепким, здоровым мужчиной, в возрасте 53 его не стало. Она (истец) видела супруга ДД.ММ.ГГГГ после случившегося в реанимационном отделении после проведения ему операции. При этом ФИО5 находился в тяжелом состоянии: голова была непропорционально большого размера, отекшая, в области лба разбита, он был подключен к аппаратам искусственной вентиляции легких, а ДД.ММ.ГГГГ его не стало. Смерть супруга для неё (истца) стала невосполнимой утратой, при жизни они с ФИО5 строили совместные планы, хотели вместе в комфорте встретить и прожить старость, сделав ремонт дома. В настоящее время в доме много недоделок, с которыми она осталась одна и не в состоянии справится. В результате переживаний из-за смерти близкого человека ухудшилось её здоровье. Она до сих пор сильно переживает смерть супруга, поскольку жили они очень дружно, заботясь друг о друге. Полагает, что в смерти ФИО5 кроме его вины имеется вина ответчика. ФИО1 не отрицает того обстоятельства, что в связи со случившимся ответчиком ей была оказана материальная помощь на погребение, были также оплачены поминальные обеды. В счет компенсации морального вреда ответчиком было предложено ей заключить мировое соглашение на сумму 100000,00 руб., однако считает данную сумму несоразмерной для полной компенсации перенесенных ею моральных страданий. Просила об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Представитель истца ФИО2 – адвокат Елина И.А., действующая на основании ордера, в судебном заседании поддержала доводы, изложенные истцом, просила о полном удовлетворении заявленных исковых требований. 

Представитель ответчика ООО «НПО «НГМА» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что имевший место ДД.ММ.ГГГГ на предприятии - ООО «НПО «НГМА», несчастный случай произошел по вине самого потерпевшего – ФИО5, вина работодателя документально не подтверждена. При расследовании уголовного дела по данному факту было установлено, что директор по производству ФИО6 нарушил требования безопасности, которые должны были контролироваться с его стороны, но в выводах эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ указано, что в прямой причинно-следственной связи, в том числе с технической точки зрения, с произошедшей аварией ДД.ММ.ГГГГ, повлекшей смерть ФИО5 находятся лишь действия самого пострадавшего, допустившего грубую неосторожность при неисполнении требований охраны труда, техники безопасности и трудовой дисциплины. Кроме того, также документально было подтверждено, что ФИО5 в момент произошедшего находился в нетрезвом состоянии, он без поручения и задания руководителя осуществил гидроиспытания, изменил технологический процесс и причинил себе тем самым вред. После случившегося ООО «НПО «НГМА» по заявлениям истца ФИО1 была оказана материальная помощь, а именно выплачена материальная помощь в размерах: 10090,00 руб., когда ФИО5 находился в больнице; после его смерти единовременная материальная помощь на погребение в размере 91702,28 руб.; социальное пособие на погребение в размере 5562,00 руб.; по заявлению истца также была выплачена неполученная ФИО5 заработная плата; оплачен больничный лист. ФИО3 полагает, что сумма компенсации морального вреда, которую просит взыскать истец, является завышенной, просила о снижении указанной суммы. В ходе обсуждения условий заключения мирового соглашения ответчиком была предложена ФИО1 компенсация морального вреда в размере 101792,28 руб., с чем истец не согласилась. При вынесении решения суда просила учесть также финансовое положение ООО «НПО «НГМА» по представленной суду документации, согласно которой за второй квартал 2018 года ООО «НПО «НГМА» получен убыток в размере 290507,02 руб.

Представитель ответчика ООО «НПО «НГМА» ФИО4, действующая на основании доверенности, была согласна с доводами представителя ответчика ФИО3, исковые требования признала частично, не согласна с суммой заявленной компенсации морального вреда, считая ее завышенной, просила о ее снижении. Не возражала против частичного удовлетворения заявленных исковых требований, с учетом разумности и справедливости.

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчика, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела №, возбужденного по факту получения ДД.ММ.ГГГГ производственной травмы ФИО5, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу абз. 1-6 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

создание и функционирование системы управления охраной труда;

применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников;

соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Согласно абз. 1, 2 ст. 214 ТК РФ работник обязан соблюдать требования охраны труда.

В силу с. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 229 ТК РФ по требованию пострадавшего или в случае смерти пострадавшего по требованию лиц, состоявших на иждивении пострадавшего, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве, в расследовании несчастного случая может также принимать участие их законный представитель или иное доверенное лицо.

В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 151 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда (физических и нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, на нарушителя может быть возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 и ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в браке, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 скончался, что подтверждено свидетельством о его смерти серии II-ИЗ № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом смерть ФИО5 наступила в результате полученных им травм от произошедшего ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая на производстве предприятия ООО «НПО «НГМА», на котором погибший работал.

Так, на основании приказа (распоряжения) о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ и трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 был принят на работу на должность 

<

данные изъяты> в филиал ООО «НПО «НГМА», в производство П1 группы сборки изделий.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 11 часов 30 минут до 12 часов 30 минут, ФИО5, находясь на участке сборки в помещении цеха производственного филиала ООО «НПО «НГМА», расположенного по адресу: 

<

адрес> при осуществлении им своей трудовой деятельности – проведении гидравлических испытаний емкости, в нарушение разработанных технических норм и правил, регулирующих данный вид деятельности, получил открытую черепно-мозговую травму головы с размозжением головного мозга, в результате срыва с резьбы, находящейся под давлением металлической заглушки, установленной на месте предохранительного клапана емкости. От данных телесных повреждений ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ скончался в реанимационном отделении ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница». Данные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела № и не отрицаются сторонами по делу.

В соответствии с заключением эксперта ГБУЗ ОБСМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО5, наступила от тупой травмы головы: 

<

данные изъяты>. При судебно-химическом исследовании крови ФИО5, взятой в приемной отделении при поступлении в стационар, обнаружено 1,6% этилового спирта, соответственно на момент поступления в стационар у ФИО5 имелось алкогольное опьянение средней тяжести.

Согласно п.9 Акта о несчастном случае на производстве № № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного генеральным директором ООО «НПО «НГМА» ФИО11, причинами несчастного случая явились:

- нарушение технологического процесса, выразившееся в проведении гидроиспытания сосуда, находящегося под давлением, одним человеком; в осуществлении мероприятий, связанных с устранением течи сосуда, находящегося в это время под давлением. (п.9.1)

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаясяс в допуске работника к работе с сосудами, находящимися под давлением, без специального обучения по соответствующей программе (п.9.2)

- неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившееся в отсутствии специальных площадок (лесов) при монтаже, оборудовании и осмотре изделия на высоте более 1,5 м. (п.9.3).

При этом в качестве лиц, допустивших нарушения требований охраны труда указан директор по производству ФИО6, который являясь в соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ответственным за обеспечение требований охраны труда в группе сборки П1, не обеспечил соблюдение требований безопасности при проведении гидравлических испытаний сосудов.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 высказала свое несогласие с виной предприятия в произошедшем несчастном случае, указывая на то, что допущенные ФИО6 нарушения не находятся в прямой причинно –следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти работника ФИО5

Вместе с тем, суд считает указанные доводы представителя ответчика об отсутствии вины ООО «НПО «НГМА», в произошедшем несчастном случае, несостоятельными. У суда не имеется оснований не доверять вышеуказанному акту о несчастном случае на производстве, в котором отражены выявленные нарушения, явившиеся причинами несчастного случая. Данный акт составлен и подписан, в том числе представителем ответчика и им не оспорен.

Кроме того, виновные действия ООО «НПО «НГМА» подтверждаются выводами эксперта, отраженными в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым, директор по производству ПФ ООО «НПО «НГМА» ФИО6, при отсутствии по уважительным причинам на рабочем месте мастера участка и бригадира слесарей механосборочных работ, являлся должностным лицом, уполномоченным работодателем организовать безопасные условия труда на участке П1 группы сборки изделий, не выполнил возложенные на него обязанности по руководству и контролю за соблюдением ФИО5 производственной (технологической) дисциплины и не осуществлял текущее наблюдение и (или) периодический контроль за производственной деятельностью и трудовой дисциплиной пострадавшего в период с 08.00 до 12.00 ДД.ММ.ГГГГ, чем нарушил п.п. 2.2, 2.22 Должностной инструкции директора по производству ДИР 4.2.2-2015, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, п.п. 2,5, 2.28, 2.36 Должностной инструкции мастера группы сборки изделий ДИР 4.2.63-2015, утвержденной 0106.2015 и п.2 приказа от ДД.ММ.ГГГГ № «О назначении ответственных лиц за охрану труда». 

Согласно выводам данной экспертизы слесарь механосборочных работ участка П1 группы сборки изделий ПФ ООО «НПО «НГМА»» ФИО5 во время проведения испытаний при подаче пробного давления находился в непосредственной близости от испытываемого изделия, в том числе напротив заглушки, при этом производил работы по устранению дефектов без снятия давления на сосуде, чем нарушил требования п.п. 5.6, 5.23, 5.24 Технологической инструкции испытаний сосудов работающих под давлением ТИ 04-2015, утвержденных 02.11.2015, разделов 1У,У1 паспорта стенда для гидравлических испытаний емкостей Н09.2246.00.000ПС, п.3.2.2 Инструкции по охране труда по проведению гидравлических испытаний на прочность и герметичность сосудов и аппаратов, работающих под давлением 0420.12.2.24-2016, утвержденные 01.04.2016, то есть устранял дефект сосуда, находившегося под давлением, чем нарушил требование п. 5.8 СП 75.13330.2011 (СНиП 3.05.05-84). В действиях работника ФИО5 экспертом усмотрена грубая неосторожность.

Выявленные в результате расследования несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО5, нарушения, допущенные со стороны работодателя суд считает существенными, поскольку при наличии должного контроль за производственной деятельностью и трудовой дисциплиной пострадавшего в период с 08.00 до 12.00 ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 не смог допустить нарушений производственной (технологической) и трудовой дисциплины, что в конечном итоге позволило бы предотвратить причинения вреда здоровью. 

Отсутствие в действиях директора по производству производственного филиала ООО «НПО «НГМА» ФИО14 состава уголовно наказуемого деяния не является основанием для освобождения от гражданско-правовой ответственности ООО «НПО «НГМА» при установленных судом обстоятельствах.

При этом, действия ФИО5 по производству гидравлического испытания емкости, осуществленные им самовольно, в состоянии алкогольного опьянения с нарушением правил охраны труда, промышленной безопасности и безопасных условий производства работ, суд расценивает как грубую неосторожность.

В силу абз.2 п.2 ст. 1083 ГК РФ в случае грубой неосторожности самого потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Пунктами 1 и 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В пункте 8 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий учитывается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Принимая во внимание, что гибель близкого человека (супруга) сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в данном случае истца ФИО1, которая лишилась своего супруга, являвшегося для неё близким и дорогим человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

С учетом изложенного, поскольку размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, суд, с учетом неосторожной формой вины ответчика, а также грубой неосторожности погибшего полагает, что размер подлежащей взысканию в пользу истца денежной компенсации морального вреда должен составлять 180000,00 руб. Данный размер определен судом с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, соразмерен причиненным истцу нравственным страданиям и отвечает принципам разумности и справедливости. 

Согласно абз. 5 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Таким образом, поскольку в данном случае в силу ст. 1068 ГК РФ лицом, ответственным за вред, причиненный в результате смерти работника является ответчик ООО «НПО «НГМА», положения п. 3 ст. 1083 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с юридического лица, вопреки доводам представителя ответчика ФИО3, применению не подлежат.

На основании ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы (которые состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела). 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче искового заявления истцом ФИО1 была уплачена государственная пошлина в размере 300,00 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в соответствии со ст. 98 ГПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение» Нефтегазовое машиностроение и специальное автомобилестроение» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 180000 (сто восемьдесят тысяч) рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Кузнецкий районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме, то есть с 09.10.2018.

Судья .

.

. 

.