2-359/2021 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июля 2021года г. Кяхта

Кяхтинский районный суд Республики Бурятии в составе

председательствующего судьи Бутухановой Н.А., 

при секретаре Бадмаевой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Российской Федерации в лице Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии к ФИО1 о взыскании убытков в порядке регресса, 

УСТАНОВИЛ:

Российская Федерация в лице Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании убытков в порядке регресса, указывая, что апелляционным определением Верховного суда Республики Бурятии от ДД.ММ.ГГГГ года, которым было отменено решение суда 1 инстанции, а также определением Восьмого Кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ года, с Российской Федерации в лице Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в пользу ФИО 1 взысканы убытки в сумме 

<

данные изъяты> рублей на основании ст. 1069 ГК РФ. 

Истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ года гр. ФИО 1 и гр. ФИО 2 обратились в Управление Росреестра по Республике Бурятия за государственной регистрацией права собственности ФИО 1 на жилое помещение, расположенное в Республике Бурятия в г

<

адрес>. В качестве правоустанавливающего документа заявителями был представлен договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ года. 

ДД.ММ.ГГГГ года государственный регистратор прав Управления ФИО1 зарегистрировала право собственности ФИО 1 на данное жилое помещение. 

При этом решением Гусиноозерского городского суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года по иску ФИО 3 к ФИО 2 и ФИО 1 признан недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ года, прекращено право собственности ФИО 1. на квартиру. 

В связи с указанными событиями ФИО 1 обратилась в суд с требованием о возмещении стоимости квартиры. Решением Гусиноозерского горсуда от ДД.ММ.ГГГГ года иск оставлен без удовлетворения; Апелляционным определением Верховного суда РБ указанное решение отменено, с Российской Федерации в лице Росреестра за счет казны РФ в пользу ФИО 1. взысканы убытки в сумме 

<

данные изъяты> рублей. 

Истец обращает внимание на п. 3 части 3 статьи 3 Федерального закона от 13.07.2015 года №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», где предусмотрено, что к компетенции федерального органа государственной регистрации прав относятся, в том числе, проверка наличия ранее зарегистрированных и ранее заявленных прав. 

Истец отмечает, что на момент вынесения государственным регистратором ФИО1 решения о государственной регистрации права собственности ФИО 1 у регистратора имелись данные о зарегистрированном ранее договоре купли-продажи, заключенном ДД.ММ.ГГГГ года между продавцом ФИО 2. и покупателями ФИО 4 и др. Однако никаких сомнений у государственного регистратора не возникло при регистрации перехода права собственности. 

Истец просит учесть, что по данному факту состоялось решение Гусиноозерского горсуда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года и определением Восьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ года, которыми подтвержден факт незаконности действий ФИО1, наличие вреда, причиненного гражданке ФИО 1 а также наличие прямой причинной связи между указанными действиями и причиненным вредом. 

С учетом изложенного представитель истца считает, что незаконными действиями ФИО1, выразившимися в незаконной регистрации права собственности ФИО 1. на квартиру, Российской Федерации в лице Росреестра причинены убытки, взысканные за счет казны Российской Федерации. 

Истец указывает, что судебные акты о взыскании с РФ в лице Росреестра за счет средств казны РФ убытков в пользу ФИО 1 имеют преюдициальное значение и вновь не подлежат доказыванию. 

Представитель истца ссылается на положение ст.ст. 1069, 1064 ч. 1, 1081 ч. 3.1 ГК РФ и считает, что поскольку причиненный вред был возмещен за счет средств казны Российской Федерации, у Росреестра возникло право регресса к ФИО1

Также представитель просит учесть, что положения Трудового кодекса РФ к возникшим правоотношениям не применяются, а правоотношения регулируются нормами Гражданского Кодекса РФ, а именно ст.ст. 15,1069,1081 ГК РФ.

В этой части истец отмечает, что между истцом в лице Росреестра и ответчиком служебный контракт не заключался, Росреестр не выступает по отношению к ответчику прямым работодателем либо представителем нанимателя. При этом трудовые отношения имелись между ответчиком и Управлением Росреестра по Республике Бурятии. Кроме того, Росреестр и Управление являются разными юридическими лицами, обладают самостоятельной процессуальной правоспособностью и дееспособностью. Поэтому считает, что между сторонами возникли именно гражданские правоотношения, а не трудовые. 

На основании изложенного истец просит взыскать в пользу Российской Федерации в лице Росреестра в счет средств казны Российской Федерации денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей. 

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании настаивала на заявленных требованиях, изложив те же обоснования, что отражены в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, направила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие, с участием представителя Скидан А.А.

Представитель ответчика Скидан А.А. в судебном заседании выразила несогласие с заявленными требованиями, представила письменные возражения. Согласно позиции ответчика следует, что она исполняла трудовые обязанности по контракту о прохождении службы в Росреестре на основании должностного регламента. Ее деятельность была регламентирована Федеральным законом от 21.07.1997 №122-ФЗ (в ред. от 03.07.2016 года) «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в ред. от 03.07.2016 года). На момент регистрации спорного объекта ответственность регистратора была прописана в ст. 31: органы, осуществляющие государственную регистрацию прав, в соответствии с настоящим Федеральным законом несут ответственность за своевременное, полное и точное исполнение своих обязанностей, указанных в настоящем Федеральном законе, а также за полноту и подлинность предоставляемой информации о зарегистрированных правах на недвижимое имущество и сделках с ним, необоснованный (не соответствующий основаниям, указанным в настоящем Федеральном законе) отказ в государственной регистрации прав или уклонение от государственной регистрации прав (в ред. Федерального закона от 29.12.2004 №196-ФЗ). 

Федеральный орган в области государственной регистрации в соответствии с настоящим законом несет ответственность за своевременность и точность записей о праве на предприятие как имущественный комплекс, объект недвижимого имущества, расположенный на территории более одного регистрационного округа, в едином государственном реестре прав, за необоснованный (не соответствующий основаниям, указанным в настоящем Федеральном законе) отказ в государственной регистрации прав и уклонение от государственной регистрации прав на данные объекты недвижимого имущества, за полноту и подлинность выдаваемой информации о правах на недвижимое имущество и сделках с ним. 

По мнению ответчика, она как регистратор представляла государственный орган регистрации в целом. Обращает внимание на положение п. 30 Постановления Пленума ВС РФ №2 от 17.03.2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации», исходя из ст. 73 ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» Трудовой Кодекс РФ, другие федеральные законы, иные нормативные трудовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, могут применяться к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

Ответчик считает, что исходя из изложенного, нормы ТК РФ применяются к правоотношениям, возникшим при прохождении службы в органах Росреестра, в случаях, предусмотренных специальными правовыми актами либо тогда, когда эти правоотношения не урегулированы ими и требуется применение норм трудового законодательства по аналогии. В этой части просит учесть, что специальными законами материальная ответственность должностных лиц Управления Росреестра не регулируется, поэтому при рассмотрении данного дела применению подлежат нормы главы 39 ТК РФ. 

Ответчик просит учесть норму ст. 243 ТК РФ, а также положение п. 15 Пленума Верховного Суда РФ №52 от 16.11.2006 года (в ред. от 28.09.2010 года) «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», где разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Поэтому считает, что она является ненадлежащим ответчиком по делу, согласно действующему законодательству непосредственную ответственность перед казной РФ должно нести Управление Росреестра, другие виновные работники Управления – перед своим работодателем согласно положениям трудового законодательства. Обращает внимание, что служебная проверка в отношении нее не инициировалась, к дисциплинарной ответственности она не привлекалась. Иные проверки, в том числе правоохранительными органами, в отношении нее также не проводились.

С учетом положений ст. 1084 п. 3.1, ст. 1081 п. 3 ГК РФ считает, что право регресса к виновному лицу ограничивается тем, что его вина должна быть установлена приговором суда, вступившим в законную силу. При этом право государства предъявлять регрессные требования к должностным лицам иных государственных органов никак не регламентируется, что исключает такое взыскание с конкретных должностных лиц. 

В силу изложенного считает, что отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований. 

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из позиции истца, ответчик ФИО1 как бывший работник межмуниципального Селенгинского отдела Управления Росреестра по Республике Бурятии, находясь в должности специалиста-эксперта, совершила незаконные действия, выразившиеся в незаконной регистрации права собственности гражданки ФИО3 на жилое помещение, право собственности на которое уже было зарегистрировано за другим лицом, причинила убытки казне РФ в лице Росреестра в сумме 

<

данные изъяты> рублей в связи с возмещением указанной суммы гражданке ФИО 1

Из решения Гусиноозерского горсуда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года видно, что исковые требования ФИО 1 к Министерству финансов Российской Федерации, межмуниципальному Селенгинскому отделу Управления Росреестра по Республике Бурятии о возмещении причиненного вреда за счет казны РФ оставлены без удовлетворения. 

Апелляционным определением Верховного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года решение суда первой инстанции отменено, вынесено новое решение, которым исковые требования ФИО 1. к Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии удовлетворены частично, в пределах 

<

данные изъяты> рублей, в иске к Минфину РФ, межмуниципальному Селенгинскому отделу Управления Росреестра по Республике Бурятия отказано.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ года апелляционное определение Верховного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ года оставлено без изменения. 

В соответствии с требованиями ст. 61 ч. 2 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Анализ указанных судебных постановлений позволяет сделать вывод о том, что государственный служащий ФИО1, работая в должности специалиста-эксперта, «не увидела запись о регистрации договора купли-продажи спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ года, что повлекло государственную регистрацию права собственности ФИО3 на указанную квартиру». 

Довод представителя истца о том, что ответчик ФИО1 должна нести ответственность в рамках гражданского законодательства, поскольку она не состояла в трудовых отношениях с Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии, а заключала контракт с Управлением Росреестра по Республике Бурятия, суд находит необоснованным. В этой части суд учитывает следующее.

При исследовании положений Федерального закона №79-ФЗ от 27.07.2004 г. «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Федерального закона №58-ФЗ от 27.05.2003 г. «О системе государственной службы Российской Федерации», суд считает, что названными законами регламентируется деятельность специалиста–эксперта отдела регистрации прав Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ как государственного гражданского служащего.

В этой части суд находит обоснованным аргумент представителя ответчика Скидан А.А. о том, что указанные федеральные законы, а равно Федеральный закон «О государственной регистрации недвижимости» не содержат положений, конкретизирующих порядок и пределы материальной ответственности, ее основания в отношении государственных гражданских служащих при причинении ущерба нанимателю, в том числе и при предъявлении регрессных требований по вопросу возмещения вреда. 

При этом суд обращает внимание на положение ст. 11 часть 7 Трудового Кодекса Российской Федерации, где прописано, что на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральным законами иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе. 

Статьей 73 Федерального закона от 27.07.2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предусмотрено, что федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной названным федеральным законом, в связи с чем суд считает, что правоотношения, связанные с государственной гражданской службой, в этой части подлежат регулированию трудовым законодательством. 

В частности, в статье 233 Трудового кодекса РФ отмечено, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. 

Каждая сторона трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. 

Кроме того, статья 238 ТК РФ указывает, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежит. 

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. 

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 52 от 16.11.2006 г. «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» имеются разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которое возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. 

Таким образом, из содержания указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что бремя доказывания факта причинения работником работодателю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей лежит на работодателе. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

В соответствии со ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации либо условиями трудового договора на работника может возлагаться также материальная ответственность в размере причиненного ущерба.

Между тем в судебном заседании установлено и не оспаривается истцом, что служебное расследование по факту регистрации ответчиком права собственности на квартиру за ФИО 1. в отношении ФИО1 работодателем не проводилось. 

Довод истца в этой части о том, что работник ФИО1 к этому моменту уже уволилась, в связи с чем проводить проверку в отсутствие работника стало невозможным и что указанное положение законом не предусмотрено, суд расценивает как неубедительный. 

При этом суд считает, что служебная проверка могла быть проведена и в отсутствие уволившегося работника по факту совершенного этим работником нарушения, выявленного после его увольнения. Данные выводы суда не противоречат требованиям ст.247 ТК РФ.

Согласно ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Поэтому данную позицию истца суд связывает с ошибочным толкованием норм закона. 

Исходя из изложенного, с учетом вышеприведенных норм закона и представленных доказательств, ссылка на которые сделана выше, суд приходит к выводу о том, что вина ответчика ФИО1 в причинении вреда не установлена - не подтвержден факт ненадлежащего исполнения ею должностных обязанностей на момент совершения действий, связанных с регистрацией спорной квартиры, также материалами данного дела не подтверждается факт заключения с ответчиком договора о полной материальной ответственности.

Кроме этого суд учитывает, что и правовых решений правоохранительных органов по данному факту в деле не имеется. Сведения о вступившем в законную силу приговоре суда в отношении ФИО1 по указанным событиям также отсутствуют. 

Поэтому суд считает, что иных доказательств истцом по делу не представлено. Между тем положение ст. 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений. 

В статье 57 части 1 ГПК РФ также разъяснено, что доказательства представляются сторонами, участвующими в деле. 

Таким образом, учитывая вышеизложенное, суд не усматривает правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, понесенных истцом в порядке регресса, в связи с чем заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Российской Федерации в лице Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии к ФИО1 о взыскании убытков в порядке регресса – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятии в течение месяца со дня принятия, а стороной, не присутствовавшей в судебном заседании – в тот же срок со дня получения копии решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Кяхтинский районный суд РБ.

Судья Бутуханова Н.А.