Дело № 2а-1102/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 ноября 2019 года г. Хабаровск

Кировский районный суд г. Хабаровска в составе: председательствующего судьи Наконечного С.И., при секретаре Баландиной Е.И., с участием административного истца ФИО2, представителя административных ответчиков по доверенностям ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО4 ФИО12 к начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Хабаровскому краю, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Хабаровскому краю о признании незаконными и нарушающими личные неимущественные права действий, выразившихся в переводе в камеру с содержанием лиц, оказывающих содействие оперативной части СИЗО и сотрудникам УФСИН, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с требования, с учетом привлечения соответчика, к начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Хабаровскому краю, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Хабаровскому краю о признании незаконными и нарушающими личные неимущественные права действий, выразившихся в переводе в камеру с содержанием лиц, оказывающих содействие оперативной части СИЗО и сотрудникам УФСИН. В обоснование требований административный истец указал, что в 2013 году в нарушение положений ст. 33 Федерального закона №103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", являясь подозреваемым в совершении преступления, в том числе 

<

данные изъяты>, в период с ДАТА и с ДАТА был распределен начальником учреждения в камеру № где содержались лица, оказывающие содействие оперативному аппарату СИЗО-1 из числа осужденных и следственно-арестованных. Действия этих лиц сильно отличались от простого информирования сотрудников, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность о готовящихся либо совершенных преступлениях. Иными словами начальник учреждения СИЗО-1 г. Хабаровска поместил его в так называемую пресс хату. Как указал административный истец, факт нарушения ст. 33 Федерального закона №103-ФЗ при его перемещении из камеры в камеру установлен в результате проверки прокуратуры Хабаровского края. Согласно указанных сведений, в камере № СИЗО-1 г. Хабаровска он содержался в период с ДАТА и с ДАТА, в этот период с ним содержались осужденные, которые в силу ст. 33 Федерального закона №103-ФЗ не могли находиться с ним вместе. Установлено содержание с ним ФИО1 осужденного по ч.2 ст. 158 УК РФ, который за помощь оказываемую оперативному отделу СИЗО в «раскрытии» преступлений был освобожден из СИЗО условно-досрочно. Кроме этого, в камере № содержались и другие лица, подобные ФИО1 То обстоятельство, что он содержался с ФИО1, косвенно подтверждает и то, что он находился в разработке у лиц, которые оказывали добровольное содействие органам, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Истец считал, что принимая решение о переводе его в указанную камеру начальник учреждения действовал в интересах следственного комитета, за которым он (ФИО4) числился в тот момент. Принимая решение о переводе его в камеру № начальник СИЗО-1 намерено лишил его права на личную безопасность, поскольку он не мог не знать того, что лица 

<

данные изъяты> постоянно подвергаются избиениям и другому воздействию со стороны других лиц. Незаконное перемещение его из камеры в камеру является грубым посягательством на достоинство личности, вследствие указанных нарушений, начальник учреждения лишил его права на личную безопасность, а также было нарушено его право эффективно противостоять выдвинутому обвинению. По этим основаниям ФИО2 просил признать действия начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Хабаровскому краю, выразившиеся в переводе дважды в камеру №, где содержались лица, оказывающие содействие оперативной части СИЗО и сотрудникам УФСИН в нарушение ст. 33 Федерального закона №103-ФЗ незаконными. Признать нарушенными указанными действиями его права на личную безопасность и право не подвергаться обращению, направленному на то, чтобы вызвать у жертв чувства страха, боли и неполноценности, которые могут унизить, сломать их физически или сломать их моральное сопротивление.

Административный истец, участвующий в судебном заседании с использованием средств видеоконференцсвязи требования поддержал. Дополнительно пояснил, что по прибытию в СИЗО-1 г. Хабаровска его вызвали оперативники и начали с ним разговаривать. Он ничего не скрывал от следствия и от преступления совершенного им не отказывался. Но ему говорили, что он будет отвечать за те преступления, которых не совершал. Он отказался. Перед распределением его избили оперативники, и к начальнику СИЗО он пришел уже побитый. Начальник СИЗО на это никак не отреагировал. После распределения его опять избили, после чего он оказался в камере №, в которой просидел одни сутки. Следующим утром его перевели в камеру №. Зайдя в камеру №, его унизили и отнесли к лицам не традиционной ориентации. Он встал возле двери, к нему подошел ФИО1 и начал спрашивать за совершенное им преступление. Он ответил, что все рассказал следователю и рассказывать ничего не будет. ФИО1 это не понравилось, и они начали его избивать. Избивали его до прибытия ФИО8 в СИЗО-1. Как пояснил административный истец, 29.07.2013 его перевели в камеру №, а 30.07.2013 опять перевели в камеру №, в которой находился ФИО8, являвшийся его подельником. Между ними провели очную ставку, и начали избивать, пояснив, что он обманывал следователей и что-то им не договаривал. При этом заставляли их писать бумаги и сверять показания. В этот же день у ФИО8 прошло распределение, и его направили в камеру №, нигде не отобразив, что он находился в камере №. Как пояснил ФИО2, во время нахождения его в камере № с ним находилось ряд осужденных кроме ФИО1. Подельник ФИО1 также находился с ними в камере № и на протяжении длительного времени его, ФИО4, избивали, жалобы он не писал, так как опасался за свою жизнь и здоровье. В 2018 году начал писать жалобы, была проведена проверка. По итогам он обращался во все органы, ему отвечали, что никаких нарушений не было. Просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель административных ответчиков по доверенностям иск не признала и просила в удовлетворении требований отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск и дополнительным пояснениям в судебном заседании, согласно которым ФИО2, ДАТА года рождения, осужден 

<

данные изъяты> к 25 годам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строго режима (с ограничением свободы на 1 г. 6 мес., 10 лет тюрьма), по апелляционному определению Верховного Суда РФ от ДАТА приговор 

<

данные изъяты> от ДАТА изменен – срок лишения свободы снижен до 24 лет 10 мес. (первые 10 лет тюрьмы, с ограничением свободы на 1 г. 6 мес.) содержался в учреждении с ДАТА по ДАТА, с ДАТА по ДАТА. Лица, прибывшие в учреждение, водворяются в камеры сборного отделения для осуществления необходимых мероприятий: оформления учетных документов, обыск, досмотр личных вещей, санитарная обработка. После проведения данных мероприятий лица, вновь прибывшие в учреждение, размещаются в камеры карантинного отделения учреждения, где содержался с ДАТА до ДАТА. В период с ДАТА по ДАТА осужденный ФИО2 содержался в следующих камерах: №, №. В период с ДАТА по ДАТА осужденный ФИО2 содержался в следующих камерах: №. Все камеры, в которых содержался осужденный ФИО2, находятся в исправном состоянии, материально-бытовое обеспечение камер соответствует требованию п. 42 гл. V приказа № 189 от 14.10.2005 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС». Санитарное оборудование в камере установлено согласно приказу №161 Минюста РФ от 2001 года «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 1501». Все камеры учреждения оборудованы кроватями; столом для приема пищи; скамейкой; санитарным узлом, обеспечивающим приватность; умывальником с подводом холодного, горячего водоснабжения и сливом в общую канализацию; полочками для хранения продуктов питания; полочками для туалетных принадлежностей; розеткой; радио; тазами для гигиенических целей; бачком для питьевой воды; вёдрами для мусора и мытья полов; зеркалом, вмонтированным в стену; радиаторами водяного отопления. За период содержания осужденного ФИО2 в данных камерах лимит наполнения камер не превышался. Осужденный ФИО2 был обеспечен спальным местом и постельными принадлежностями в полном объеме. Согласно данным ПТК АКУС в 2013 году осужденный ФИО2 содержался в камере № в период с ДАТА до ДАТА и с ДАТА по ДАТА. Согласно данным ПТК АКУС СИЗО-1 в камере № в период с ДАТА по ДАТА содержался ФИО1 (ДАТА осужден за совершение преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> к 4 годам и 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строго режима, ДАТА освобожден условно досрочно). Физическая сила и (или) специальные средства в отношении ФИО2 не применялись. Согласно прилагаемой справки начальника канцелярия ФКУ СИЗО-1 №б/н от ДАТА, по учетным данным электронного документооборота «СЭД УИС» от административного истца поступило 5 обращений, но заявлений, жалоб на действия (бездействие) сотрудников ФКУ СИЗО-1 в адрес администрации не поступало. Кроме того, административный истец не указал в своем административном иске какие именно действия или без действий должностных лиц и в чем заключается нарушение его законных прав и интересов. При этом административный истец пропустил срок исковой давности, предусмотренный ст. 219 КАС РФ, а именно три месяца как ему стало известно о нарушении его законных прав и интересов действий или бездействий должностных лиц, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. 

Выслушав пояснения, исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод" и ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В статье 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст. 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемого под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подвергалось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Как следует из ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 17 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые имеют право в том числе: на личную безопасность в местах содержания под стражей; обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми.

В соответствии с положениями ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований:

1) раздельно содержатся:

мужчины и женщины;

несовершеннолетние и взрослые; в исключительных случаях с согласия прокурора в камерах, где содержатся несовершеннолетние, допускается содержание положительно характеризующихся взрослых, впервые привлекаемых к уголовной ответственности за преступления небольшой и средней тяжести;

лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы;

подозреваемые и обвиняемые, а также осужденные, приговоры в отношении которых вступили в законную силу;

подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу;

2) отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся:

подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества;

подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества;

подозреваемые и обвиняемые при особо опасном рецидиве преступлений;

осужденные к смертной казни;

лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации;

по решению администрации места содержания под стражей либо по письменному решению лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, подозреваемые и обвиняемые, жизни и здоровью которых угрожает опасность со стороны других подозреваемых и обвиняемых;

больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

В силу п. 18 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (утвержденных Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 г. N 189) размещение по камерам осуществляется в соответствии с требованиями ст. 33 Федерального закона на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных, утвержденного начальником СИЗО либо лицом, его замещающим. В течение всего срока нахождения в следственном изоляторе подозреваемые и обвиняемые содержатся, как правило, в одной камере. Перевод подозреваемых и обвиняемых из одной камеры в другую допускается в следующих случаях: а) необходимости обеспечения соблюдения требований раздельного размещения подозреваемых и обвиняемых, предусмотренных статьей 33 Федерального закона, либо при изменении плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных; б) необходимости обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого, обвиняемого или осужденного либо других подозреваемых, обвиняемых или осужденных; в) необходимости оказания медицинской помощи подозреваемому, обвиняемому или осужденному в условиях стационара; г) наличия достоверной информации о готовящемся преступлении либо ином правонарушении. Перевод осуществляется по письменному разрешению начальника СИЗО либо лица, исполняющего его обязанности.

Из текста искового заявления административного истца и его пояснений в судебном заседании следует, что в период нахождения его в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Хабаровскому краю до вынесения приговора суда он незаконно, по решению начальника учреждения содержался в камере № с осужденным ФИО1, со стороны которого в отношении него применялась физическое и психологическое насилие, с целью склонения к даче признательных показаний, в том числе в совершении преступлений, которые он не совершал, чем было нарушено его право на личную неприкосновенность, безопасность, достоинство личности и его право защищаться от предъявленного обвинения.

Ответом УФСИН России от ДАТА № № на обращение административного истца доказано, что осужденный ФИО2 в камере № ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Хабаровскому краю находился с ДАТА по ДАТА и с ДАТА по ДАТА.

Как достоверно установлено судом, административный истец ФИО2 действительно, в нарушение положений ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ содержался совместно с осужденным ФИО1 в камере №, что не оспаривалось административными ответчиками, и также подтверждается ответом прокуратуры Хабаровского края от ДАТА № административному истцу о несогласии последнего с ответом УФСИН России от ДАТА №. В данном ответе прокуратуры также указано, что информация о том, что ФИО2 в период с ДАТА по ДАТА содержался в камерах № не соответствует действительности, поскольку из ответа врио начальника УФСИН России по Хабаровскому краю следует, что заявитель (ФИО5) содержался в указанных камерах в период с ДАТА по ДАТА. Перевод заявителя в вышеперчисленные камеры следственного изолятора производился на основании требований Приказа Минюста России от 14.10.2005 №189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», в том числе, для обеспечения безопасности жизни и здоровья, в связи с имеющимся заявлением ФИО2 

Как следует из ответа УФСИН России от ДАТА № административному истцу, в период с ДАТА по ДАТА ФИО2 содержался в следующих камерах: № А также ДАТА ФИО2 подал заявление о применении к нему мер безопасности, в связи с тем, что он обвиняется в совершении преступлений связанных с нарушением полой свободы и убийством женщин. Согласно полученному от ФИО2 заявлению он был переведен в маломестную камеру №. 

Представленными административными ответчиками карточками учета обращений доказано, что в период нахождения в СИЗО -1 в камере № ФИО2 жалоб, связанных с условиями содержания в следственном изоляторе, действия (бездействие) должностных лиц учреждения, не предъявлял, о применении в отношении него физической силы и психологического давления со стороны других осужденных, в том числе, ФИО1, не заявлял, доказательств обратного суду не представлено.

Ссылка истца на показания свидетеля ФИО8, который содержался в одно время с ним под стражей в СИЗО-1, и мог бы подтвердить изложенные истцом в исковом заявлении обстоятельства, проверена судом. 

Как указано административным ответчиком ФИО8, ДАТА г.р. совместно с ФИО2, не содержался. Данное обстоятельство следует также из ответа УФСИН России от ДАТА № административному истцу, из которого следует, что ФИО8, ДАТА г.р. прибыл в учреждение ДАТА. При прибытии в учреждение был размещен в камеру № карантинного отделения. ДАТА решением комиссии ФИО8 был переведен в камеру №. В камере № ФИО8 содержался в период с ДАТА по ДАТА, с ДАТА по ДАТА, с ДАТА по ДАТА.

Оценивая установленные обстоятельства с учетом исследованных доказательств суд приходит к выводу о том, что факт нарушения ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Хабаровскому краю положений ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ при содержании ФИО2 в камере № в период с ДАТА по ДАТА и с ДАТА по ДАТА, что связано с совместным содержанием административного истца с осужденным ФИО1, должным образом установлен и доказан.

Вместе с тем, сам по себе факт нарушения требований ст. 33 Федерального закона № 103-ФЗ не является бесспорным подтверждением наличия оснований для вывода суда о том, что вследствие данного обстоятельства были нарушены право истца на личную безопасность, а также его право не подвергаться обращению, направленному на то, чтобы вызвать у жертв чувства страха, боли и неполноценности, которые могут унизить, сломать их физически или сломать их моральное сопротивление.

Данных о том, что в отношении административного истца применялась физическая сила и (или) специальные средства не установлено.

Поскольку доказательств, подтверждающих, что в результате действий (бездействия) должностных лиц ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Хабаровскому краю в период нахождения в следственном изоляторе были нарушены его личные неимущественные права либо принадлежащие ему иные нематериальные блага, административным истцом не представлено. 

Кроме того, суд установил, что административным истцом пропущен срок на обращение в суд с административным иском, о чем заявлено административным ответчиком.

В соответствии со статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) гражданин вправе обратиться с административным исковым заявлением в суд в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении прав, свобод и законных интересов (часть 1).

Установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку в соответствии с частями 5 и 7 статьи 219 КАС РФ несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений: вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года N 2599-О, от 28 февраля 2017 года N 360-О, от 25 июня 2019 года N 1533-О).

В судебном заседании административный истец о восстановлении срока не заявлял, утверждал, что ранее в суд не обращался в связи с опасением за свою жизнь. Данные утверждения административного истца не имеют оснований, поскольку, как установлено судом, с заявлением о применении мер защиты он обратился в 2013 году, а настоящий иск предъявлен в суд в 2019 году.

С учетом изложенного суд считает установленным, что административный истец пропустил срок на обращении в суд с требованиями об оспаривании действий должностных лиц, имевших место в период с ДАТА, оснований для восстановления срока судом не установлено.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Иск не подлежит удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО2 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Кировский районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, то есть с 27 ноября 2019 года.

Судья С.И. Наконечный