Дело № 1-5/2020 (11901320046440073)

УИД 42RS0022-01-2019-000401-26 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Ленинск-Кузнецкий «20» января 2020 год

Ленинск-Кузнецкий районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Долгих Н.В.,

с участием:

государственного обвинителя помощника прокурора Ленинск-Кузнецкого района Кемеровской области Шадеева Д.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката НО № 32 «Коллегия адвокатов «Адвокат» г.Ленинска-Кузнецкого Кемеровской области» ФИО2, представившей ордер №*** от "ххх", удостоверение №*** от "ххх",

при секретаре Купцовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, "***", судимого 29.07.2019 года Ленинск-Кузнецким городским судом Кемеровской области по ст. 158 ч.3 п. «г» УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком один год шесть месяцев, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком два года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч.2 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину при следующих обстоятельствах.

Подсудимый ФИО1 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, способствовавшем совершению преступления, 06.03.2019 года около 21 часа 59 минут, находясь в квартире З.Е.В. по адресу: *** ***, имея умысел на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, используя свою просьбу как предлог для завладения смартфоном, попросил у З.Е.В. на время принадлежащий ей смартфон для осуществления звонка, заведомо решив обратить данное имущество в свою пользу, тем самым, введя в заблуждение потерпевшую относительно своих намерений, умышленно, из корыстных побуждений, завладел принадлежащим потерпевшей З.Е.В. смартфоном «"***"» с находящейся в нем сим-картой оператора сотовой связи «"***"», подготовив, таким образом, к хищению, после чего 06.03.2019 года около 22 часов 28 минут, находясь в том же месте, из корыстных побуждений, умышленно, путем злоупотребления доверием З.Е.В., похитил принадлежащий потерпевшей З.Е.В. смартфон «"***"», стоимостью 7990 рублей с находящейся в нем, не представляющей для потерпевшей материальной ценности, сим-картой оператора сотовой связи «"***"», причинив потерпевшей З.Е.В. материальный ущерб на сумму 7990 рублей, являющийся для потерпевшей значительным.

С похищенным имуществом ФИО1 с места совершения преступления скрылся и распорядился им по своему усмотрению. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении признал в полном объеме и, с учетом поставленных перед ним дополнительных вопросов, пояснил, что действительно при указанных обстоятельствах, находясь 06.03.2019 года в вечернее время в *** у З.Е.В., где вместе с ней и знакомым Ж.В.В. употреблял спиртное, попросил у З.Е.В. смартфон под предлогом позвонить и вызвать такси. Она дала телефон и он, ФИО3 вышел на улицу, где действительно вызвал знакомого таксиста. Вместе с тем, фактически, обратившись с просьбой о передаче телефона для звонка, уже преследовал цель, не возвращая телефон, его похитить. Телефон хотел продать и купить еще алкоголь. После звонка, вернулся в дом. Телефон оставил у себя, рассчитывая, что потерпевшая, будучи в алкогольном опьянении, не вспомнит о том, что дала телефон для звонка. Если бы она вспомнила, то телефон вернул бы. Но поскольку она ничего не сказала, то в 22 часа 28 минут по приезду такси, сел в автомобиль и уехал в ***. Понимал, что завладел имуществом потерпевшей, злоупотребляя ее доверием, введя ее в заблуждение относительно своих намерений. По дороге телефон выключил, извлек из него сим-карту оператора «"***"» и, открыв окно, выкинул сим-карту. В начале "***" ночи "ххх", зайдя в дом, где на тот момент проживал, увидел там знакомого Ш.В.Ю., которого попросил помочь сдать телефон. Он согласился. Телефон сдали на имя Ш.В.Ю. в ломбард. О том, откуда телефон, не говорил. Ш.В.Ю. отдал ему за телефон 

<

***> рублей. "ххх" утром Ш.В.Ю. приехал к нему. Они распивали спиртное и он, ФИО3 рассказал о том, что телефон краденный. В момент совершения преступления был в алкогольном опьянении и это повлияло на то, что он совершил преступление. Был бы трезвый, то преступление бы не совершил. В настоящий момент материальный ущерб в сумме 7990 рублей, причиненный З.Е.В., не возместил, но возмещать ущерб согласен. С потерпевшей общался, извинился пред ней. В содеянном раскаивается. Просит учесть его состояние здоровья, а также, что имеет на иждивении малолетнего ребенка.

Проанализировав показания подсудимого ФИО1, суд приходит к выводу о том, что его показания объективны и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, поскольку согласуются со всей совокупностью доказательств, исследованных и проанализированных судом.

Так, к числу указанных доказательств, подтверждающих обоснованность предъявленного ФИО1 обвинения, суд отнёс показания потерпевшей, свидетелей, которые ими были даны в период предварительного расследования и которые были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя и с согласия сторон.

Потерпевшая З.Е.В. в период предварительного расследования пояснила, что "ххх" в магазине «"***"» в *** купила себе смартфон «"***"», стоимостью 7990 рублей. Установила одну сим-карту оператора «"***"». "ххх" со знакомым Ж.В.В., который проживает в ***, поехала в *** в магазин. Около "***" 06.03.2019 года, когда шли в сторону автовокзала, около кафе «"***"» встретили общего знакомого ФИО4, с которым около "***" 06.03.2019 года на такси приехали в ***. После чего, зашли в её квартиру и начали распивать спиртное. Около 22 часов 06.03.2019 года ФИО3 сказал, что ему нужно ехать домой и попросил её телефон, чтобы позвонить таксисту. Она ввела пароль и передала ФИО3 смартфон. ФИО3 вышел на улицу и через некоторое время зашел обратно, пояснив, что такси сейчас приедет. Из-за алкогольного опьянения не запомнила, отдавал ФИО3 смартфон или нет. На тот момент не думала, что он может забрать смартфон. Примерно через 30 минут ФИО3 сказал, что поехал. Ни она, ни Ж.В.В. его не провожали. После того, как Пономареву ехал, решила позвонить, но смартфона не было. Вставив в другой телефон вторую сим-карту, начала звонить на свой номер телефона. Гудки шли, но трубку никто не брал. Затем, после очередного звонка, смартфон стал недоступен. Сразу поняла, что смартфон похитил ФИО3, так как кроме него смартфон никто не брал и никого в квартире не было. Позвонив оператору, заблокировала сим-карты. О краже сообщила в полицию. Ни она, ни Ж.В.В. не видели, как ФИО3 похитил смартфон. Затем от сотрудников полиции узнала, что смартфон «"***"» похитил ФИО4, как и предполагала. Смартфон «"***"» оценивает в 7990 рублей, сим-карта материальной ценности не представляют, баланс на номере был около 20 рублей. Смартфон был без повреждений, в исправном состоянии. Ущерб в сумме 7990 рублей является для нее значительным, так как кроме дохода в виде пенсии по потери кормильца на каждого ребенка, сумма которого составляет около "***", и пособия на себя, так же по потери кормильца в сумме "***", больше доходов нет. Имеются кредитные обязательства, ежемесячный платеж - "***". На иждивении четверо малолетних детей (л.д.23-26 т.1).

Свидетель Ж.В.В. в период предварительного расследования, аналогично показаниям потерпевшей, пояснил, что 06.03.2019 года с З.Е.В. был в ***. Около "***" 06.03.2019 года, когда шли в сторону автовокзала, около кафе «"***"» встретили ФИО4. Когда З.Е.В. предложила поехать к ней в гости, ФИО3 согласился. Около "***" 06.03.2019 года на такси приехали в ***. Затем, зашли в квартиру и начали распивать спиртное. Около 22 часов 06.03.2019 года ФИО3 сказал, что ему нужно ехать домой и попросил для звонка смартфон З.Е.В.. ФИО3 вышел на улицу, но через некоторое время зашел, пояснив, что такси сейчас приедет. Потом он, Ж.В.В. не видел смартфон З.Е.В.. Примерно через 30 минут ФИО3 сказал, что поехал. Ни он, Ж.В.В., ни З.Е.В. его не провожали. После того, как ФИО3 уехал, З.Е.В. сказала, что ей нужно позвонить, но смартфона не было. Осмотрев зальную комнату, смартфона не нашли. З.Е.В. вставила в другой телефон вторую сим-карту и начала звонить на свой номер телефона. Гудки шли, но трубку никто не брал. Затем, когда она позвонила в очередной раз, смартфон был недоступен. Кроме ФИО3, похитить смартфон никто не мог, так как посторонних в квартире не было. После этого, З.Е.В. вызвала сотрудников полиции. Он, Ж.В.В. не видел, как ФИО3 похитил смартфон (л.д.53-55 т.1);

Свидетель Ш.В.Ю. в период предварительного расследования пояснил, что "ххх" в начале "***" ночи ФИО4, будучи в алкогольном опьянении, рассказал, что у него есть смартфон, который надо продать, чтобы на вырученные деньги можно было приобрести спиртное. Они пошли в сторону центра в ***, где напротив магазина «"***"» в подвале есть круглосуточный комиссионный магазин. Он, Ш.В.Ю. знал, что там принимают любую бытовую технику круглосуточно. Около магазина ФИО3 попросил именно на его, Ш.В.Ю. имя продать смартфон. Почему сам не стал продавать, не знает. Паспорта с собой не было, но его, Ш.В.Ю. данные были в компьютере в магазине, а потому понимал, что телефон купят, просто посмотрев по базе, что ранее у него товар покупали. Находясь у магазина, ФИО3 передал смартфон фирмы «"***"». Передав смартфон продавцу, она осмотрела его и сказала, что купит за 

<

***> рублей. Так как других вариантов не было, согласился. ФИО3, который стоял рядом, тоже ничего против не сказал. Продавец спросила паспорт. Он Ш.В.Ю. пояснил, что при себе паспорта нет, но назвал свои данные. Продавец, подтвердив, что действительно его данные есть в компьютере, передала ему 

<

***> рублей. После чего, они ушли, договорившись, что, поскольку ночью купить спиртное негде, он, Ш.В.Ю. приедет к нему на следующий день. "ххх" при распитии спиртного ФИО3 рассказал, что данный смартфон краденный, на что он, Ш.В.Ю. отреагировал криком, так как понимал, что смартфон был продан по его данными. В полицию не сообщил, так как решил, что у кого украден смартфон, заявит сам, а если к нему приедут сотрудники полиции, то расскажет правду, то есть по чьей просьбе продал краденый смартфон. ФИО3 не сказал о том, у кого именно украл смартфон (л.д.58-60 т.1).

Свидетель М.А.Д. в период предварительного расследования пояснила, что работает у ИП «М.А.А.» в магазине «"***"» по адресу: *** в должности "***". Товар можно сдать в залог или продать, но в каждом случае составляется договор, в котором указываются паспортные данные лица, который продает имущество, наименование товара. Все договоры сохраняются в компьютере, а потому, если приходит клиент, который ранее сдавал товар, и у него нет при себе паспорта, а договор имеется в компьютере, то паспортные данные переносятся в новый договор. Согласно книги учета, находилась на сутках с "***" "ххх" до "***" "ххх". "ххх" также находилась на работе, когда пришли сотрудники полиции из Ленинск-Кузнецкого районного отдела и спросили о том, продавал ли Ш.В.Ю. смартфон марки «"***"». В базе компьютера был найден договор комиссии №*** от "ххх" на имя Ш.В.Ю.. Если клиент выкупает свою вещь, то в договоре делается пометка. В договоре комиссии на имя Ш.В.Ю. такой пометки нет, из чего можно сделать вывод, что смартфон продан. Однако, кому продан, пояснить не может, так как никаких документов при продаже не составляется (л.д.97-98 т.1).

Свидетель Л.М.В. в период предварительного расследования пояснила, что в период с "ххх" проживала в фактическом браке с ФИО1, "ххх" года рождения. От совместной жизни у них родилась дочь З.А.Е., "ххх" года рождения. Биологическим отцом является ФИО1, хотя в свидетельстве о рождении он в качестве отца ребенка не указан. Такое решение было принято ею, Л.М.В.. ФИО3 зарегистрирован по адресу: ***. Дом принадлежит ей, ФИО1 в нем не проживает "ххх". В "ххх" ФИО1 было назначено наказание в виде лишения свободы. После освобождения из мест лишения свободы, еще некоторое время жила с ФИО1 Затем они разошлись, не общаются. Отношения с ребенком он не поддерживает, на алименты и установление отцовства заявлений не подавала (л.д.91-92 т.1).

В судебном заседании также в качестве свидетеля был допрошен В.А.В., который, исходя из его показаний, точную дату не помнит, но подтверждает, что ему позвонил ФИО4 и он приехал на *** в ***, откуда забрал ФИО3 со знакомыми, повозил их по городу, а затем отвез в ***. После этого, ночью ФИО1 снова позвонил и попросил забрать его, так как он собрался ехать в город. Приехав в *** за ФИО3, постоял, затем увидел ФИО1 Он вышел один, сел в автомобиль и он, В.А.В. увез его в ***. Позже его вызвали сотрудники РОВД, от которых узнал, что ФИО1 совершил кражу телефона.

Показания потерпевшего, свидетелей суд также находит объективными и достоверными, поскольку они согласуются с показаниями подсудимого, не противоречат друг другу, а также соответствуют тем доказательствам, которые содержатся в письменных материалах дела. В связи с чем, суд признает показания данных лиц доказательствами по делу, из которых усматривается обоснованность предъявленного подсудимому обвинения.

Также виновность подсудимого в содеянном подтверждается письменными материалами дела.

Так, на л.д.5 т.1 протокол принятия устного заявления о преступлении от "ххх", согласно которого потерпевшая обратилась в органы полиции с заявлением, в котором просит привлечь к уголовной ответственности ФИО4, который 06.03.2019 года в вечернее время, находясь в *** в ***, путем свободного доступа, похитил принадлежащий ей смартфон «"***"», стоимостью 7990 рублей, причинил значительный ущерб.

На л.д. 35 т.1 имеется копия чека на смартфон «"***"», согласно которого стоимость смартфона, приобретенного "ххх", составляет 7990 рублей.

На л.д. 11-12 т.1 протокол осмотра места происшествия от "ххх", согласно которого объектом осмотра является квартира по адресу: ***, где произошла кража смартфона «"***"», принадлежащего З.Е.В. В ходе осмотра ничего не изъято. 

Согласно протокола выемки от "ххх" на л.д. 42-43 т.1, у потерпевшей З.Е.В. изъята детализация предоставленных услуг ее абонентского номера на 9 листах, как средство установления обстоятельств по уголовному делу.

Из протокола осмотра документов от "ххх" на л.д. 44-45 т.1 усматривается, что вышеуказанная детализация предоставленных услуг абонентского номера потерпевшей на 9 листах осмотрена. В ходе изучения детализации предоставленных услуг абонентского номера З.Е.В. установлено, что "ххх" в 21:59:59 и "ххх" в "***" были соединения с абонентским номером, принадлежащий В.А.В., что подтверждает время хищения смартфона.

На л.д. 47 т.1 детализация предоставленных услуг абонентского номера за период с "ххх" по "ххх", которая приобщена к уголовному делу, как иной документ, в качестве вещественного доказательства, о чем на л.д.46 т.1 имеется соответствующее постановление. 

В соответствии с протоколом обыска от "ххх" на л.д.100-101 т.1, изъят договор комиссии №*** от "ххх" на 1 листе, как средство установления обстоятельств уголовного дела. 

В материалах уголовного дела на л.д. 104 т.1 данный договор комиссии №*** от "ххх" имеется. Указанный договор подтверждает реализацию предмета хищения через торговую организацию «"***"», а также, что договор был оформлен на имя Ш.В.Ю. Указанный договор в ходе предварительного расследования был осмотрен, о чем свидетельствует протокол осмотра документов на л.д.102-103 т.1, и приобщен к уголовному делу, как иной документ, в качестве вещественного доказательства, о чем на л.д. 105 т.1 также имеется соответствующее постановление. 

Приведенные письменные доказательства суд находит объективными и достоверными, поскольку все указанные документы отличаются полнотой и обоснованностью, согласуются с другими доказательствами по делу, а потому, по мнению суда, также являются доказательствами виновности подсудимого в совершенном им преступлении.

Таким образом, суд, оценив каждое представленное доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, пришёл к выводу о том, что указанных доказательств в их совокупности достаточно, чтобы прийти к выводу о том, что виновность подсудимого ФИО1 полностью доказана.

По мнению суда, указанные доказательства, приведенные в описательной части приговора, которые были исследованы и проанализированы в судебном заседании, свидетельствуют о том, что ФИО1 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину, а потому его действия в отношении потерпевшей З.Е.В. судом квалифицируются по ст.159 ч.2 УК РФ.

Судом учитывается, что согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом.

Согласно п.3 указанного Постановления, злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например его личными отношениями с потерпевшим.

Из п.4 данного Постановления следует, что в случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него. Указанные обстоятельства сами по себе не могут предрешать выводы о виновности лица в совершении мошенничества. Необходимо с учетом всех обстоятельств дела установить, что лицо заведомо не намеревалось исполнять свои обязательства.

Согласно п.5 Постановления, мошенничество, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению.

Кроме того, из п.26 Постановления усматривается, что обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным.

Пункт 31 указанного Постановления Пленума ВС указывает на то, что при решении вопроса о наличии в действиях лица квалифицирующего признака причинения гражданину значительного ущерба наряду со стоимостью похищенного имущества надлежит учитывать имущественное положение потерпевшего, в частности наличие у него источника доходов, их размер и периодичность поступления, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство. Мнение потерпевшего о значительности или незначительности ущерба, причиненного ему в результате преступления, должно оцениваться в совокупности с материалами дела, подтверждающими стоимость похищенного имущества и имущественное положение потерпевшего.

Таким образом, учитывая вышеуказанные разъяснения, доказательства, исследованные в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что сомнений в виновности подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.2 УК РФ, не имеется. Суд пришёл к твердому убеждению, что хищение принадлежащего потерпевшей имущества было совершено именно подсудимым и что данное хищение было совершено путем злоупотребления доверием потерпевшей, что следует из показаний подсудимого, потерпевшей, свидетелей, которые согласуются между собой и с другими доказательствами по делу.

Суд исключает самооговор подсудимого относительно умысла на хищение имущества потерпевшей путем злоупотребления её доверием. При этом, суд учитывает, что о наличии именно этого умысла свидетельствуют не только убедительные и последовательные в этой части показания подсудимого, но и показания потерпевшей и свидетелей, письменные материалы дела, которые в совокупности не противоречат показаниям подсудимого. Из указанной совокупности исследованных доказательств суд установил, что ФИО1 понимал противоправность своих действий, желал реализации преступного умысла, имея корыстный мотив в виде обращения в свою пользу чужого имущества, его умысел, направленный на хищение чужого имущества, возник до получения чужого имущества, а также, что им был использован способ хищения – путем злоупотребления доверием потерпевшей, поскольку был с ней знаком. Суд также учитывает, что у ФИО1 была возможность вернуть потерпевшей телефон, но он этого не сделал. Завладев имуществом потерпевшей, ФИО1 обратил его в свою пользу и реализовал, получив от реализации денежные средства, которые использовал. В указанном случае, как установил суд, данное преступление, совершенное ФИО1, является оконченным, поскольку имущество потерпевшей поступило в незаконное владение ФИО1 и он смог распорядиться им по своему усмотрению. Судом было установлено и то, что ФИО1, попросив у потерпевшей телефон для звонка, фактически реализовывал свой умысел, направленный на хищение, намерения возвратить телефон у него не было.

То обстоятельство, что ущерб, причиненный потерпевшей действиями ФИО1, является для нее значительным, также, по мнению суда, нашло свое подтверждение в судебном заседании, поскольку о значительности причиненного ущерба потерпевшая дала объективные и последовательные показания, уточнив, что ее доходы незначительны, на иждивении четверо малолетних детей, имеются кредитные обязательства.

Таким образом, при изложенных обстоятельствах, суд не находит оснований для квалификации действий подсудимого по какой-либо иной статье УК РФ, оснований для его оправдания, по мнению суда, также нет.

В связи с тем, что виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния доказана, квалификация его действий судом приведена, он подлежит уголовному наказанию в соответствии с нормами Уголовного кодекса РФ за совершение преступления, предусмотренного ст.159 ч.2 УК РФ.Начало формы

При решении вопроса о способности подсудимого нести ответственность за содеянное, суд исходит из следующего.

Согласно сведений, представленных ГКУЗ КО «"***"», ФИО1 состоял на учете в психоневрологическом диспансере с "ххх" с диагнозом: «"***"». В "ххх" снят с учета, как социально адаптированный, у врача-"***" на учете не значится (справка л.д.141 т.1).

Как следует из заключения комиссии экспертов Кемеровской областной клинической психиатрической больницы №*** от "ххх", у ФИО1 имеется "***" в форме "***" в связи со смешанными заболеваниями. Имеющиеся проявления "***" не лишают ФИО1 способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, ФИО1 в состоянии временного психического расстройства не находился и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Это подтверждается тем, что он был правильно ориентирован, совершал целенаправленные и последовательные действия, не обнаруживал психотических расстройств в виде галлюцинаций или бреда. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Такие проявления "***" ФИО1, как "***" делают его неспособным ко времени производства по уголовному делу понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения либо к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей. Как лицо с "***" он нуждается в обязательном участии защитника. "***" подозреваемого ФИО1 не связано с возможностью причинения им существенного вреда либо опасностью для себя или других лиц. По своему психическому состоянию ФИО1 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Согласно заключения психолога, при исследовании на первый план выступают "***" (л.д.109-111 т.1).

Кроме того, суд учитывает, что на психические расстройства подсудимый не жалуется, его поведение в суде адекватно ситуации и соответствует обстановке, его вменяемость не вызывает сомнений, а потому у суда нет оснований считать подсудимого лицом, лишенным способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, а потому суд признает подсудимого ФИО1 в отношении инкриминируемого ему деяния вменяемым.

При назначении вида и меры наказания подсудимому ФИО1 суд, в соответствии со ст. 60 ч.3 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Таким образом, судом учитывается, что как личность ФИО1 в целом характеризуется положительно, поскольку фактически имеет семью, работает в ООО «"***"» "***", где характеризуется положительно (характеристика л.д.154 т.1). По предыдущему месту работы в АО «"***"» был охарактеризован также с положительной стороны (характеристика л.д.152 т.1). По месту жительства в быту характеризуется удовлетворительно (характеристика УУП Межмуниципального Отдела МВД России «Ленинск-Кузнецкий» л.д. 148 т.1). На момент совершения преступления был юридически не судим.

В настоящее время, как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 имеет регистрацию по месту жительства по адресу: *** (адресная справка л.д.117 т.1), фактически проживающего по адресу: ***.

Согласно справки ОЗАГС г. Ленинска-Кузнецкого, сведений в отношении ФИО1 о государственной регистрации заключения, расторжения брака, перемены имени, рождения детей в архиве органа ЗАГС г. Ленинска-Кузнецкого нет (справка л.д.150 т.1).

К обстоятельствам, смягчающим наказание, в соответствии с требованиями ст.61 ч.1, ч.2 УК РФ суд относит и учитывает при назначении наказания, признание ФИО1 вины, его раскаяние в содеянном, состояние здоровья ФИО1, у которого установлено "***" (заключение экспертов л.д. 109-111 т.1), а также наличие на иждивении у ФИО1 малолетнего ребенка. Согласно справки МОСП по г. Ленинск-Кузнецкому, г. Полысаево и Ленинск-Кузнецкого района УФССП России по Кемеровской области, исполнительных документов в отношении ФИО1 о взыскании алиментов с "ххх" и по настоящее время на исполнение в МОСП не поступало и не находится (л.д.151 т.1).

Кроме того, к обстоятельству, смягчающему наказание в соответствии с требованиями ст. 61 ч.1 п. «и» УК РФ, суд относит и также учитывает при назначении наказания, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразились в том, что ФИО1 давал органам предварительного расследования правдивые и полные показания, при этом данные действия были совершены им добровольно, а не под давлением имеющихся в деле улик. Указанные обстоятельства нашли своё подтверждение в материалах уголовного дела.

Однако, наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления, учтённого судом при назначении наказания, не свидетельствует о том, что в отношении ФИО1 могут быть применимы правила, изложенные в ч.1 ст. 62 УК РФ, поскольку по делу суд установил и счел необходимым признать в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, предусмотренного ст. 63 ч.1.1 УК РФ, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. При этом, суд, придя к выводу о том, что совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, следует признать обстоятельством, отягчающим наказание, исходил из того, что в судебном заседании, бесспорно, было установлено, что именно состояние алкогольного опьянения явилось причиной, побудившей ФИО1 на совершение преступления. Указанные выводы основаны на пояснениях подсудимого, который уточнил, что в момент совершения преступления действительно был в алкогольном опьянении и это повлияло на то, что он совершил преступление, был бы трезвый, то преступление бы не совершил

При таких обстоятельствах, учитывая данные о личности подсудимого ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, наличие отягчающего обстоятельства по делу в виде совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, предусмотренного ст.63 ч.1.1 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что достижение цели наказания – исправления ФИО1 возможно только в условиях назначения ему наказания в виде лишения свободы и не находит достаточным для достижения цели наказания и предупреждения совершения ФИО1 других преступлений, иных видов наказания, предусмотренных санкцией инкриминируемого ему деяния, а именно: в виде штрафа, обязательных работ, исправительных работ либо принудительных работ.

Оснований для применения к ФИО1 положений ст. 53.1 УК РФ, как альтернативы лишению свободы, суд не находит, поскольку, по мнению суда, цель наказания - исправление ФИО1 не будет достигнута.

Наказание в виде лишения свободы суд находит достаточным и с учётом наличия смягчающих обстоятельств по делу не находит оснований для назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Вместе с тем, руководствуясь требованиями ст.73 ч.2 УК РФ, суд, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих обстоятельств по делу, включая состояние здоровья, приходит к выводу о том, что исправление ФИО1 возможно без реального отбывания наказания, с применением ст.73 УК РФ в виде условного осуждения, с возложением на него обязанностей, способствующих достижению цели его исправления в соответствии со ст.73 ч.5 УК РФ, а именно: в течение 10 дней с момента вступления приговора суда в законную силу, встать на учёт и проходить один раз в месяц регистрацию в органах, ведающих исполнением приговора, не менять постоянное место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, возместить материальный ущерб потерпевшей З.Е.В. в размере 7990 рублей.

Судом не установлено наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного преступления, дающих основание для применения ст.64 УК РФ с целью назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом за данный вид преступления, то есть оснований для применения ст.64 УК РФ не имеется.

Учитывая способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, мотив, цель совершенного деяния, характер и размер наступивших последствий, фактические обстоятельства совершенного преступления, суд считает, что они не свидетельствуют о меньшей степени общественной опасности содеянного. В связи с чем, не смотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд, учитывая вышеизложенное, а также наличие по делу обстоятельства, отягчающего наказание, приходит к выводу о том, что оснований для применения к ФИО1 ст.15 ч.6 УК РФ не имеется.

Учитывая требования ст. 6 ч.1 УК РФ о принципе справедливости назначаемого наказания, суд приходит к выводу о том, что именно это наказание будет соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Кроме того, по мнению суда, именно такое наказание в соответствии с требованиями ст.43 УК РФ позволит восстановить социальную справедливость, исправить ФИО1 и предупредить совершение им новых преступлений.

Основания для освобождения от уголовной ответственности на основании ст.76.2 УК РФ и ст.25.1 УПК РФ отсутствуют.

Правовые основания для применения ст. 62 ч.5 УК РФ, ст. 68 УК РФ, ст. 66 УК РФ отсутствуют.

Судом установлено, что ФИО1 был осужден 29.07.2019 года Ленинск-Кузнецким городским судом Кемеровской области по ст. 158 ч.3 п. «г» УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком один год шесть месяцев, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком два года. Однако, настоящее преступление ФИО1 совершено до вынесения данного приговора. В связи с тем, что по приговору от 29.07.2019 года было назначено наказание в виде условного осуждения, а также, что за совершение настоящего преступления суд также пришел к выводу о том, что наказание следует назначить с применением ст. 73 УК РФ, то наличие совокупности преступлений не дает оснований для применения ст. 69 ч.5 УК РФ. Приговор Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области от 29.07.2019 года следует исполнять самостоятельно.

Гражданский иск по делу, заявленный потерпевшей ФИО5, подлежит удовлетворению в полном объеме в соответствии с требованиями ст.1064 ГК РФ, поскольку является обоснованными и не оспаривается подсудимым, согласившимся с предъявленным обвинением в полном объеме, включая размер материального ущерба, причиненного преступлением потерпевшей З.Е.В. Кроме того, суд исходит из того, что наличие материального ущерба, его размер подтверждается материалами дела, в частности, имеющимся в деле исковым заявлением потерпевшей, где она обосновывает объем заявленных требований, и выражает свою волю на взыскание материального ущерба, и это обстоятельство принято подсудимым в виде согласия на удовлетворения иска в полном объеме. В связи с чем, оснований для передачи вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства не имеется и требования о взыскании материального ущерба суд считает необходимым разрешить в уголовном деле и взыскать с ФИО1 в пользу З.Е.В. 7990 рублей в счет возмещения материального ущерба.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется требованиями ст. 82 УПК РФ.

Вопрос о процессуальных издержках за осуществление адвокатом юридической помощи ФИО1 разрешён судом отдельным постановлением.

Руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.2 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком один год.

С применением ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание считать условным, с испытательным сроком восемь месяцев, обязав его в течение 10 дней с момента вступления приговора суда в законную силу, встать на учёт и проходить один раз в месяц регистрацию в органах, ведающих исполнением приговора, не менять постоянное место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, возместить материальный ущерб потерпевшей З.Е.В. в размере 7990 рублей. 

Испытательный срок ФИО1 исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу, зачесть в испытательный срок время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлении приговора суда в законную силу. 

Взыскать с ФИО1 в пользу З.Е.В. в счет возмещения материального ущерба 7990 рублей.

Вещественные доказательства по делу: детализация предоставленных услуг абонентского номера "***" и договор комиссии №*** от "ххх", хранящиеся в материалах уголовного дела, - хранить в материалах уголовного дела.

Вопрос о процессуальных издержках за осуществление адвокатом юридической помощи ФИО1 разрешён судом отдельным постановлением.

Приговор может быть обжалован в течение 10 суток со дня его провозглашения в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда.

В случае подачи апелляционной жалобы либо апелляционного представления осужденный ФИО1 имеет право заявить о своих возражениях и о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в тот же срок, заключить соглашение с защитником либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо отказаться от него, о чем должен указать в отдельном ходатайстве, либо в апелляционной жалобе, либо в возражении на апелляционное представление.

Судья Н.В. Долгих