Дело № 2-23/2021 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2021 года г. Биробиджан

Биробиджанский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего по делу - судьи Ананьева Д.С., при секретаре судебного заседания Пименовой Т.С., с участием: представителя истца командира войсковой части №_ 

<

данные изъяты> ФИО5 – 

<

данные изъяты> ФИО6 и ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению командира указанной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО5 к военнослужащему данной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО1 ФИО16 о взыскании денежных средств в счет возмещения материального ущерба, 

установил:

Командир войсковой части №_ (далее – в/ч №_) обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с военнослужащего указанной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО1 денежные средства в счет возмещения материального ущерба в размере 530 266,45 рублей.

В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано о том, что приказом 

<

данные изъяты> от 

<

дата> №_ ФИО1 назначен командиром взвода обеспечения гаубичного самоходного артиллерийского дивизиона в/ч №_ (далее – взвода ОГСАДН). В соответствии с указаниями 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО7 от 

<

дата> №_ «О введении в действие системы работы должностных лиц по обеспечению сохранности и законности расходования горюче-смазочных материалов» начальником службы горюче-смазочных материалов (далее - ГСМ) в/ч №_ 

<

данные изъяты> ФИО8 проведена проверка наличия горючего в баках вооружения и военной специальной техники (далее - ВВСТ) и автомобильных цистернах взвода ОГСАДН, в результате чего была выявлена недостача ГСМ: дизельного топлива (далее - ДТ) различных марок («А», «З», «З» - ЕВРО), в количестве 15267 килограмм в на общую сумму 530266,45 рублей. Фактическое наличие горючего проверялось в соответствии с требованиями приказов ЗМО ВС РФ от 2017 года № 700 «Об утверждении Инструкции о порядке оформления результатов снятия остатков горючего и смазочных материалов в Вооруженных Силах Российской Федерации» методом слива в мерные емкости. Сличение фактического наличия горючего в баках ВВСТ и автомобильных цистернах производилось с данными учета горючего войсковой части и бухгалтерского учета. 

По данному факту проведено административное расследование. 

Также в приложенных к исковому заявлению документах приведено о направлении административного расследования по факту выявленной недостачи ГСМ во взводе обеспечения гаубичного самоходного артиллерийского дивизиона войсковой части №_ для принятия решения в порядке ст. 144-145 УПК РФ, на что от следователя- криминалиста военного следственного отдела по Биробиджанскому гарнизону 

<

данные изъяты> ФИО9 был дан ответ о том, что указанные материалы служебного разбирательства направлены в военный следственный отдел по Биробиджанскому гарнизону необоснованно. 

Представитель истца ФИО6 просил исковое заявление удовлетворить, при этом пояснил, что других доказательств, кроме представленных в суд, обосновывающих вину ФИО1 в причинении указанного в иске материального ущерба, в том числе о том, где, когда, кем, при каких обстоятельствах причинен указанный в иске ущерб, о противоправности поведения ФИО1, о получении им под отчет приведенного в иске имущества, о наличии причинной связи между реальным ущербом и его противоправным поведением, о наличии его вины в действиях (бездействии) и степени вины, не имеется. 

Также ФИО6 добавил о том, что в ходе подготовки к судебному заседанию по настоящему гражданскому делу установлено, что: 

- в акте № 32 изъятия материальных ценностей от 02.03.2017 г. член комиссии военнослужащий по контракту 

<

данные изъяты> ФИО10 с ее слов не расписывалась, согласно выпискам из приказов командира войсковой части №_ от 27.02.2017 г. № 40и от 03.03.2017 г. № 45, она с 27.02.2017 г. убыла в служебную командировку, а с 03.02.2017 г. прибыла из служебной командировки;

- по акту № 32 изъятия материальных ценностей от 02.03.2017 г., материальные ценности по службе ГСМ передано командиру взвода ОГСАДн 

<

данные изъяты> ФИО1, то есть дизельного топлива «Зимнего» в количестве 11 987 килограмм с длительного хранения и оприходование его на текущее обеспечение, материально-ответственное лицо - командир взвода обеспечения ГСАДн 

<

данные изъяты> ФИО2, который в списки в/ч №_ никогда не зачислялся, в ходе изучения книг алфавитного учета военнослужащих по контракту указанной воинской части (далее – книг АУ) 

<

данные изъяты> ФИО2 не значиться, а значиться только 

<

данные изъяты> ФИО2, который согласно параграфа 2 приказа командира войсковой части №_ от 31.03.2016 г. № 29 с 03.03.2016 г. исключен из списков личного состава войсковой части в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы;

- согласно требованию - накладной от 01.03.2019 г. № 1396, командир противотанковой артиллерийской батареи ПТАДн 

<

данные изъяты> ФИО11 отпустил командиру взвода обеспечения ГСАДн 

<

данные изъяты> ФИО1 ДТ «Зимнее» в количестве 4 645 килограмм, однако согласно параграфа 2 приказа командира в/ч №_ от 07.06.2016 г. № 56 

<

данные изъяты> ФИО11 с 

<

дата> исключен из списков личного состава воинской части и убыл к новому месту военной службы;

- согласно требованию - накладной от 04.07.2019 г. № 291 

<

данные изъяты> ФИО17 отпустил командиру взвода обеспечения ГСАДн 

<

данные изъяты> ФИО1 ДТ «Зимнее» в количестве 374 килограмм и ДТ «Летнее - Евро» в количестве 860 килограмм, однако 

<

данные изъяты> ФИО18 в списки личного состава в/ч №_ никогда не зачислялся, в ходе изучения книг АУ установлено, что 

<

данные изъяты> ФИО19 не значиться, однако в ходе изучения книги алфавитного учета офицерского состава в/ч №_ установлено, что значиться 

<

данные изъяты> ФИО12, который согласно параграфу 1 приказа командира в/ч №_ от 09.04.2015 г. № 46 с 15.04.2015 г. исключен из списков личного состава указанной воинской части и убыл к новому месту военной службы. 

Ответчик ФИО1 исковые требования не признал, по факту выявленной недостачи ДТ в количестве 15 267 килограмм в судебном заседании дал объяснения о том, что не получал данное имущество под отчет и не расписывался в документах об этом, то есть подписи в представленных в обоснование исковых требований требованиях-накладных от 01 марта 2019 года № 1409 и № 1396, от 04 июля 2019 года № 291, а также в акте от 02 марта 2017 года № 32 (далее – акт № 32), ему не принадлежат, отличаются друг от друга. Акт № 32 не соответствует действительности также потому, что в нем содержаться недостоверные сведения о передаче ему материально-ответственным лицом военнослужащим ФИО13 11 987 кг. ДТ-«З», поскольку данный военнослужащий по состоянию на 02 марта 2017 года в в/ч №_ военную службу не проходил, а был осужден судом к наказанию в виде лишения свободы. 

Представитель истца ФИО6 не отрицал о вышеуказанных сообщенных ответчиком ФИО1 фактах, которые подтвердил. 

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, военный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона РФ от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

В ст. 5 этого же Закона приведен исчерпывающий перечень случаев, когда военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба, в том числе если ущерб причинен военнослужащим, которым имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

Статьёй 7 Закона предусмотрено, что командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба. В необходимых случаях этот срок может быть продлен вышестоящим в порядке подчиненности командиром (начальником), но не более чем на один месяц.

Порядок проведения такого расследования определен Наставлением по правовой работе в Вооруженных Силах РФ, утвержденным приказом Министра обороны РФ от 3 декабря 2015 года № 717 (далее – Наставления) пунктом 54 которого предусмотрено, что в случаях утраты или повреждения вооружения, военной техники, боеприпасов, горючего и смазочных материалов, продовольствия, вещевого имущества и иных видов военного имущества для проведения административного расследования командиром (начальником) воинской части создается комиссия.

В ходе административного расследования помимо того, имел ли в действительности место реальный ущерб воинской части, подлежат выяснению следующие вопросы:

- где, когда, кем, при каких обстоятельствах причинен ущерб;

- противоправность поведения (действия или бездействия) военнослужащего, нарушение каких нормативных правовых актов, конкретных правил, требований и норм, регулирующих порядок получения, выдачи, хранения и использования военного имущества, допущено;

- наличие причинной связи между реальным ущербом и противоправным поведением военнослужащего (военнослужащих);

- наличие вины в действиях (бездействии) военнослужащего, а также степень вины каждого в случае причинения ущерба несколькими лицами;

- обстоятельства, влияющие на размер материальной ответственности (наличие обстоятельств, отягчающих или смягчающих ответственность либо исключающих ее вовсе);

- размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности (для воинских частей, дислоцированных за пределами Российской Федерации, - в стране пребывания) на день обнаружения ущерба, с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества);

- причины и условия, способствовавшие причинению ущерба;

- истек ли трехлетний срок со дня обнаружения ущерба;

- иные обстоятельства, имеющие значение для принятия правильного решения по результатам административного расследования, что следует из п. 57 Наставления.

Посредством каких мероприятий проводится административное расследование определено в п. 58 Наставления. 

Допрошенная в качестве свидетеля 

<

данные изъяты> ФИО10 в судебном заседании показала, что проходит военную службу в в/ч №_ в должности начальника экспедиции батальона связи, воинском звании «

<

данные изъяты>». В предъявленном ей для обозрения акте № 32 роспись ей не принадлежит, данный документ она видит впервые, который не подписывала и не могла подписать в связи с нахождением в служебной командировке, факт о чем не противоречит сведениям в выписках из приказов командира в/ч №_ от 27 февраля 2017 года № 40 и от 03 марта 2017 года. 

Согласно копии вступившего 16 февраля 2016 года в законную силу приговора Биробиджанского гарнизонного военного суда от 04 февраля 2016 года, военнослужащий войсковой части №_ 

<

данные изъяты> ФИО2 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев без штрафа и ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. При этом 

<

данные изъяты> ФИО2 с 03 марта 2016 года исключен из списков личного состава в/ч №_, что следует из выписки из приказа командира в/ч №_ от 31 марта 2016 года № 29, а других военнослужащих с указанными в акте № 32 данными – 

<

данные изъяты> ФИО2 военной службы в указанной воинской части не проходило, о чем следует из объяснений представителя истца ФИО6 и представленной им на 4 листах копии книги алфавитного учета военнослужащих по контракту в/ч №_ (том 3). 

Как следует из выписок из приказов командира в/ч №_ от 07 июня 2016 года № 56, от 09 апреля 2015 года № 46, объяснений представителя истца ФИО6 и представленной им на 4 листах копии книги алфавитного учета офицерского состава в/ч №_, военнослужащие с фамилиями ФИО20 и ФИО21 не могли подписать требования-накладные от 01 марта 2019 года, соответственно, с номерами 1396 и 1409, поскольку в период их составления военную службу в в/ч №_ не проходили, а были исключены из списков личного состава указанной воинской части – ФИО11 с 15 июня 2016 года и ФИО12 с 15 апреля 2015 года. 

О том, что ФИО1 не получал дизельное топливо в количестве 15 267 кг, за которое не расписывался в требованиях-накладных с номерами 1396, 1403, 291 и акте № 32 указано в заключении по материалам административного расследования от 11 ноября 2020 года и его объяснении на имя командира в/ч №_ от 07 ноября 2020 года.

Также ФИО6 дал объяснение о том, что в период проведения административного расследования вышеприведенных указанных в заключение трех требований-накладных и акта № 32 не имелось, поскольку данные документы были изъяты в ходе оперативно-розыскных мероприятий 26 апреля 2019 года сотрудниками отдела ФСБ России – войсковой части №_, о чем следует из сообщения ведущего бухгалтера 6 отделения ФРП ФИО14 от 10 ноября 2020 г. 

Учитывая изложенные выше установленные в ходе судебного заседания обстоятельства составления требований-накладных от 01 марта 2019 года № 1396 и № 1409, от 04 июля 2019 года № 291 и акта № 32 на предмет их достоверности, проводя при этом простое визуальное сличение содержащихся в них подписей с подписью ФИО1 в исследованных его объяснении на имя командира в/ч №_ от 07 ноября 2020 года и ведомости замера горючего в баках машин № 5, подлинность которой он подтвердил, не установив схожесть его подписи в этих документах, суд считает достоверными объяснения ответчика о том, что в указанных четырех документах подпись ему не принадлежит, а требования-накладные от 01 марта 2019 года № 1396 и № 1409, от 04 июля 2019 года № 291 и акт № 32, напротив, недостоверными документами, и как следствие недопустимыми доказательствами по делу. Не проведение проверки подлинности в названных четырех документах подписи ФИО1 и других лиц, отсутствовавших в воинской части либо уже не проходивших военную службу в связи с исключением из списков личного состава части, о чем не могло быть не известно командиру в/ч №_, свидетельствует о неполноте и необъективности проведения административного расследования, которое проводится в несколько этапов, что следует из положений Наставления. 

При этом пунктом 55 Наставления предусмотрено, что для получения заключений по вопросам, требующим специальных познаний, командир (начальник) воинской части в установленном порядке обращается в соответствующие экспертные учреждения или к независимым экспертам за получением экспертного заключения. Эксперту предоставляются краткое описание обстоятельств, установленных административным расследованием, объект исследования и перечень вопросов, которые необходимо выяснить. По окончании экспертизы представляется заключение.

Вместе с тем, в качестве единственного основания для привлечения ФИО1 к материальной ответственности указано то, что недостача ГСМ обнаружилась после проверки наличия горючего в баках ВВСТ и автомобильных цистернах взвода ОГСАДН, командиром которого в период данной проверки являлся ответчик, о чем также пояснил представитель истца ФИО6 

Таким образом, следует прийти к выводу, что истцом не представлены сведения о том, при каких обстоятельствах произошла утрата перечисленных в иске и приложенных к нему материалах на сумму в 530 266,45 рублей ГСМ, образовалась эта недостача. Вопросы, которые подлежали выяснению в соответствии с п. 57 Наставления, в том числе противоправность поведения (действия или бездействия) военнослужащего, нарушение каких нормативных правовых актов, конкретных правил, требований и норм, регулирующих порядок получения, выдачи, хранения и использования военного имущества, допущено, в ходе административного расследования в полной мере не выяснены, подтверждающие вину в действиях (бездействии) ответчика достоверные материалы в суд не представлены.

Для подтверждения виновности ФИО1 и обоснования требования о привлечении его к полной материальной ответственности истцу в соответствии со ст. 56 ГПК РФ следовало доказать не только факт нахождения ответчика на указанной должности, но и наличие причинной связи между самоустранением, ненадлежащим исполнением им должностных обязанностей и образованием указанного в иске размера ущерба. 

Истцом не представлено в суд доказательств установления реального ущерба воинской части действиями либо бездействием ответчика ФИО1, а также доказательств приема им под отчет указанного имущества. 

Поскольку достоверных, допустимых и достаточных доказательств причинения ФИО1 ущерба (его действиями либо бездействием) в в/ч №_ указанного ГСМ в размере 530 266,45 рублей вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истцом не предоставлено, суд не находит оснований для привлечения его к материальной ответственности и удовлетворения искового заявления. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ военный суд

решил:

В удовлетворении искового заявления командира войсковой части №_ 

<

данные изъяты> ФИО5 к военнослужащему данной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО1 о взыскании денежных средств в счет возмещения материального ущерба в размере 530 266,45 рублей отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Восточный окружной военный суд через Биробиджанский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме, то есть с 

<

дата> 

Председательствующий по делу Д.С. Ананьев