Дело № 66RS0002-02-2020-000794-49 

Производство № 2-1377/2021

Мотивированное 

решение

 изготовлено 05 марта 2021 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 26 февраля 2021 года 

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Шириновской А.С., при секретаре судебного заседания Ожигановой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Тошматзода Фазлиддини Махмаджон о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование искового заявления указано, что 22.10.2019 в 09:30 по адресу: 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2, принадлежащего на праве собственности ФИО3, «Ниссан Х-Трэйл» государственный регистрационный знак № принадлежащего ФИО1 Виновником дорожно-транспортного происшествия явился ФИО2, который в нарушение п. 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации на регулируемом перекрестке при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся во встречном направлении прямо. Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии гражданская ответственность водителя ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «ВСК» (страховой полис №). Истец обратился в ГСК «Югория», где была застрахована его гражданская ответственность с заявлением о прямом возмещении убытков, на что ему был дан ответ, из которого следует, что по информации, полученной от САО «ВСК» договор ОСАГО причинителя вреда не действовал на момент дорожно-транспортного происшествия. В этой связи истцу было отказано в прямом возмещении убытков. 

В связи с изложенным, истец просит взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 311 300 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб., расходы, понесенные на проведение независимой технической экспертизы в размере 4 000 руб., почтовые расходы в размере 1 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6353 руб.

13.07.2020 в качестве соответчика был привлечен ФИО3 

04.08.2020 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4

Определением суда от 04.08.2020 судом принят отказ истца от исковых требований к ФИО2, гражданское дело в части требований к указанному ответчику прекращено. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом и в срок, воспользовался правом ведения дела с участием представителя.

Представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала заявленные требования по предмету и основаниям, настаивала на удовлетворении иска в полном объеме, дополнительно суду пояснила, что договор аренды транспортного средства, представленный ответчиком является ненадлежащим доказательством, поскольку административном материале по факту дорожно-транспортного происшествия не указано, что ФИО7 управлял транспортным средством на основании договора. Кроме того, в страховом полисе, оформленным ФИО3 не указано, что договор ОСАГО оформлен для целей сдачи в аренду. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом и в срок, воспользовался правом ведения дела с участием представителя.

Представитель ответчика ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указав, что ФИО3 является ненадлежащим ответчиком, поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак №, находилось во владении ФИО2 на основании договора аренды транспортного средства. Крое того, ФИО2 не признавал вину в дорожно-транспортном происшествии. Со слов третьего лица ФИО2 ему известно, что автобус ему уступал дорогу для проезда перекрестка, он начал пересечение перекрестка, в него въехал истец. 

Определением суда 03.02.2021 ФИО7 привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ФИО4, САО «ВСК», АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом и в срок, причины неявки суду не известны.

Также о времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации на интернет-сайте Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга.

При таких обстоятельствах и с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав письменные материалы гражданского дела, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела ФИО1 на праве собственности принадлежит автомобиль «Ниссан Х-Трейл» государственный регистрационный номер № (л.д. 16).

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 8.1 Правил дорожного движения, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу пункта 13.4 Правил дорожного движения при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Из материалов дела следует, что 22 октября 2019 года в 09 часов 30 минут водитель ФИО2, управляя транспортным средством «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак № на регулируемом перекрестке при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступил дорогу автомобилю «Ниссан Х-Трэйл» государственный регистрационный знак №, движущемуся во встречном направлении прямо, чем нарушил п. 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д. 90). 

По сведениям МБУ "Центр организации движения" от 08.02.2021 по состоянию на 22.10.2020 светофорный объект работал в четырехфазном режиме регулирования. Для участников столкновения светофорный объект работал в одинаковом режиме, при этом в режиме мигающего зеленого сигнала светофора - 3 с., в режиме желтого сигнала светофора - 3 с. Улица Щорса имеет по три полосы в каждом направлении.

Из объяснений водителя ФИО7, данных им сотрудникам ГИБДД следует, что 22.10.2019 он ехал по 

<

адрес>, при повороте на 

<

адрес> въехал на перекресток на красный свет. С правой стороны с большой скоростью в него въехал автомобиль «Ниссан Х-Трейл» (л.д. 92).

Согласно объяснениям ФИО1, управляя транспортным средством «Ниссан Х-Трейл», государственный регистрационный знак № двигался по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> сторону 

<

адрес> п среднему ряду со скоростью 50 км/ч. На Т-образном перекрестке с 

<

адрес> ехал на зеленый сигнал светофора. Внезапно на перекресток выехал автомобиль «Хундай Солярис», до столкновения за 4-5 метров. Истец принял экстренное торможение, но избежать столкновения транспортных средств не удалось. В ГИБДД представлена съемка камер видеонаблюдения ПАО «УБРиР».

Проанализировав и оценив имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились виновные действия водителя ФИО7, который в нарушение п. п. 1.3, 8.1, 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации допустил столкновение с автомобилем истца. При этом суд учитывает, что транспортное средство под управлением ФИО7 возникло перед транспортным средством истца внезапно, что следует из пояснений данных участниками дорожно-транспортного происшествия в ГИБДД.

Таким образом, причиной повреждения автомобиля «Ниссан Х-Трэйл» государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве собственности ФИО1, явились действия ФИО7 

Автомобиль истца получил повреждения, характер и локализация которых зафиксированы в административном материале, не доверять которому у суда оснований не имеется. Указанные повреждения находятся в причинно-следственной связи с действиями ФИО7

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах оговоренной договором суммы (страховой суммы).

В силу ст. 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может быть застраховано в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. Договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен. 

В судебном заседании установлено, что на момент ДТП гражданско-правовая ответственность виновника ДТП не была застрахована.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Как следует из разъяснений, данных в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). 

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности должна возлагаться на законного владельца источника повышенной опасности.

В силу п. 2.1.1 Постановления Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки: водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории; регистрационные документы на данное транспортное средство (кроме мопедов); страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.

Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак №, принадлежал на праве собственности ответчику ФИО3 (л.д. 95-96).

Доводы представителя ответчика о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство «»Хендэ Солярис государственный регистрационный знак №, был передан ФИО7 на основании договора аренды от 14.10.2019, в подтверждение чему представлен указанный договор аренды транспортного средства, акт приема-передачи автомобиля от 14.10.2019 суд не принимает во внимание, поскольку представленные документы не являются достаточными доказательствами, свидетельствующими, что указанное выше транспортное средство в момент дорожно-транспортного происшествия выбыло из владения ФИО3 на основании указанного договора поскольку суду не представлено каких-либо платежных документов либо расписок о передаче денежных средств, подтверждающих реальное исполнение договора аренды, а также не свидетельствует о невозможности использования автомобиля собственником транспортного средства. Представленные документы лишь подтверждают факт добровольной передачи ответчиком автомобиля ФИО2

Кроме того, как усматривается из страхового полиса серии №, оформленного собственником транспортного средства «Хундай Солярис», государственный регистрационный знак №, ФИО3 непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, договор страхования ОСАГО оформлен для личных целей использования транспортного средства. Вместе с тем, договором предусмотрена цель использования транспортного средства как краткосрочная аренда. При этом договор заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством (л.д. 155). 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что транспортное средство «Хундай Солярис», государственный регистрационный знак № передано ФИО3 ФИО7 добровольно без соблюдения требований, предусмотренных действующим законодательством по обязательному страхованию автогражданской ответственности. Факт отсутствия сведений о договорах ОСАГО, заключенных в отношении указанного транспортного средства также подтверждается ответом из РСА от 17.02.2021 №.

Поскольку, принадлежащий на праве собственности ФИО3 автомобиль, попал в ДТП, обязанность доказать обстоятельства нахождения данного автомобиля в законном либо незаконном владении и управлении другим лицом возлагается на собственника автомобиля. В связи с отсутствием доказательств того, что автомобиль выбыл из обладания его собственника в результате противоправных действий других лиц либо на основании гражданско-правовой сделки, бремя ответственности за вред, причиненный воздействием такого автомобиля, несет его титульный владелец.

Доказательств того, что транспортное средство - «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак № выбыло из обладания ФИО3 в результате противоправных действий третьих лиц либо на основании договора аренды, суду представлено не было, оснований, предусмотренных п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, для освобождения последнего от возмещения вреда по данному основанию не имеется.

Кроме того, судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца транспортного средства ответчиком ФИО3 не застрахована, поскольку страховой полис серии № был оформлен с 10 час. 38 мин 22.10.2019, то есть после дорожно-транспортного происшествия. 

Исходя из анализа представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что на момент ДТП ФИО2 не являлся владельцем транспортного средства с позиции ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Законом об ОСАГО в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами (преамбула), на владельцев этих транспортных средств, каковыми, согласно ст. 1 признаются их собственники, а также лица, владеющие транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления и тому подобное), с 01.07.2003 возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности (п. п. 1 и 2 ст. 4) путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (п. 1 ст. 15) при этом на территории Российской Федерации запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, в отношении указанных транспортных средств не проводятся государственный технический осмотр и регистрация (п. 3 ст. 32), а лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абз. 2 п. 6 ст. 4).

Введение института обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, суть которого состоит в распределении неблагоприятных последствий, связанных с риском наступления гражданской ответственности, на всех законных владельцев транспортных средств, с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Законом об ОСАГО (абз. 2 ст. 3) направлено на повышение уровня защиты права потерпевших на возмещение вреда. Возлагая на владельцев транспортных средств обязанность страховать риск своей гражданской ответственности в пользу лиц, которым может быть причинен вред, и закрепляя при этом возможность во всех случаях, независимо от материального положения причинителя вреда, обеспечить потерпевшему возмещение вреда в пределах, установленных законом, федеральный законодатель реализует одну из функций Российской Федерации как социального правового государства, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст. ст. 1 и 7 Конституции Российской Федерации), что было бы в недостаточной степени обеспечено при отсутствии адекватного механизма защиты прав потерпевших, отвечающего современному уровню развития количественных и технических показателей транспортных средств, многократно увеличивающих их общественную опасность.

Посредством введения обязательного страхования риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств - страхователей в договоре обязательного страхования потерпевшим, которые в силу п. 3 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации признаются выгодоприобретателями и в пользу которых считается заключенным данный договор, обеспечиваются право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, право на охрану здоровья, защита имущественных прав (ст. 37, ч. ч. 1 и 3; ст. 35, ч. 1; ст. 41, ч. 1, ст. 53 Конституции Российской Федерации).

Учитывая, что собственник транспортного средства не представил суду доказательств соответствующего юридического оформления передачи полномочий по владению транспортным средством ФИО2, а также принимая во внимание, что ФИО3 передал транспортное средство в отсутствие обязательного страхования гражданской ответственности, что предусмотрено Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в связи с чем, владение ФИО2 транспортным средством не может быть признано законным, и собственник транспортного средства также должен нести ответственность за данный источник повышенной опасности. 

Учитывая указанные обстоятельства, суд полагает необходимым определить степень вины ответчика ФИО3 в причинении истцу ущерба в размере 50%, ФИО7 - 50%. При этом, суд не находит оснований для полного освобождения ФИО7 от ответственности, поскольку он является непосредственным причинителем вреда, использовал транспортное средство без надлежащего оформления передачи полномочий по его использованию.

Согласно экспертному заключению № от 28.11.2019 (независимой экспертизы транспортного средства), выполненному ООО Росоценка, стоимость исправного транспортного средства «Ниссан Х-Треил» государственный регистрационный знак № с учетом округления может составить 375 600 руб., стоимость аварийного транспортного средства «Ниссан Х-Треил» государственный регистрационный знак № с учетом округления может составлять 64 300 руб. 

Исследовав материалы дела, суд полагает возможным при определении размера ущерба руководствоваться представленным истцом отчетом. Данное заключение суд находит обоснованным, полным, последовательным и подробным, сделанные в нем выводы согласуются с характером и степенью механических повреждений, причиненных автомобилю истца в результате дорожно-транспортного происшествия. Экспертное заключение соответствует требованиям законодательства, данных о заинтересованности оценщика в проведении оценки суду не представлено. Выводы, указанные в экспертном заключении ответчиком не опровергнуты.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Следовательно, в соответствии с вышеуказанными положениями ст. ст. 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, представленными суду доказательствами, суд приходит к выводу причинении истцу фактического ущерба в размере 311 300 руб., исходя из расчета истца 375 600 руб. – 64 300 руб.

В силу части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.

Таким образом, предмет, основание иска, круг ответчиков определяются истцом самостоятельно.

Истец в соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно реализовал свое право на отказ от исковых требований к ФИО7, который принят судом, о чем вынесено определение суда от 04.09.2020. Определение вступило в законную силу 26.09.2020.

При таких обстоятельствах, с учетом установленной вины в пользу истца подлежит взысканию сумма ущерба в размере 155 650 руб. (311 300*50%).

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В силу положений ст.ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Истцом понесены расходы по оплате услуг эксперта в сумме 4 000 руб., что подтверждается квитанцией №.

Согласно п. 100 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если потерпевший, не согласившись с результатами проведенной страховщиком независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), самостоятельно организовал проведение независимой экспертизы до обращения в суд, то ее стоимость относится к судебным расходам и подлежит возмещению по правилам части 1 статьи 98 ГПК РФ и части 1 статьи 110 АПК РФ независимо от факта проведения по аналогичным вопросам судебной экспертизы.

Исходя из требований добросовестности (часть 1 статьи 35 ГПК РФ) расходы на оплату независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), понесенные потерпевшим, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом со страховщика в разумных пределах, под которыми следует понимать расходы, обычно взимаемые за аналогичные услуги (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы на оплату услуг эксперта в размере 2 000 руб. (4 000 руб. *50%).

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из представленных договора на оказание юридических услуг от 18.11.2019 и расписки от той же даты, истец ФИО1 понес расходы на оплату юридических услуг в размере 20 000 руб. 

С учетом характера, сложности и объема рассмотренного дела, требований разумности и справедливости, суд находит необходимым определить сумму подлежащих компенсации ответчиком расходов по оплате услуг представителя пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 10 000 руб. (20 000 руб. *50%).

Истцом понесены расходы по отправке почтовой корреспонденции в размере 1 000 руб., что подтверждается материалами дела, в связи с чем, данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 500 руб. (1000*50%).

Истцом при подаче искового заявления была оплачена государственная пошлина в размере 6 353 руб., что подтверждается чек-ордером от 17.03.2020 (л.д. 6), которая подлежит взысканию с ФИО3 в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 3 176 руб. 50 коп (6 353 руб. *50 %).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 233-238 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Тошматзода Фазлиддини Махмаджон о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - удовлетворить частично.

Взыскать с Тошматзода Фазлиддини Махмаджон в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 155 650 руб., расходы по оплате экспертных услуг в размере 2 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб., расходы по отправке почтовой корреспонденции в размере 500 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 176 руб. 50 коп.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья А.С. Шириновская