Судья Тузовская Т.В. Дело № 33-152/2026

Дело № 2-879/2025 (33-1853/2025)

УИД 41RS0001-01-2024-011010-69

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Нечунаевой М.В.,

судей Гавриной Ю.В., Вербицкой Е.В.,

при секретаре Ткаченко А.В.,

с участием прокурора Ляховенко В.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возмещении вреда, причиненного преступлением, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 сентября 2025 года, которым постановлено:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО3 (

<

данные изъяты>) денежные средства в размере 1 000 000 руб. в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

В удовлетворении оставшейся части требований, отказать.

Взыскать с ФИО4 (

<

данные изъяты>) государственную пошлину в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа в размере 1 000 руб.

Заслушав доклад судьи Гавриной Ю.В., объяснения осужденного ФИО4, содержащегося в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Камчатскому краю, участвовавшего в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи и настаивавшего на удовлетворении апелляционной жалобы, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором просила взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 9 000 000 руб., расходы на погребение в размере 50 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что вступившим в законную силу 18 июня 2024 года приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 29 декабря 2023 года по уголовному делу № ответчик признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 и ч. 1 ст. 166 УК РФ. В результате преступных действий ответчика, она лишилась отца ФИО1, который был для нее защитой и опорой, осуществлял финансовую и моральную поддержку. ФИО4 с момента причинения смерти ее отцу и до настоящего времени не предпринял никаких мер для возмещения причиненного морального и материального ущерба и принесения извинений.

ФИО3, ФИО4 участия в судебном заседании не принимали.

В письменных возражениях на иск ФИО4 указывал на несогласие с предъявленным ему обвинением, поскольку не совершал преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, а также не согласен с квалификацией его действий по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Указал на наличие материальных трудностей.

Рассмотрев дело, суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО4, выражая несогласие с принятым решением, просит его отменить. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции при рассмотрении дела лишил ответчика права на участие в судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи, не смотря на наличие ходатайств. Судом не принято во внимание, что у ФИО1 не было финансовой возможности материально помогать ФИО3, поскольку денежные средства занимал у ответчика. Доказательств, подтверждающих наличие помощи со стороны ФИО3 отцу с 2011 по 2020 годы материалы дела также не содержат. ФИО3 потерпевшей по уголовному делу не признавалась, участия в процессах не принимала. Все денежные средства уходят на выплату компенсации морального вреда, взысканной приговором суда в пользу ФИО2 Заявленный ФИО3 размер денежной компенсации морального вреда не обоснован и чрезмерно завышен.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО4 поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям.

Прокурор дал заключение о законности судебного акта.

ФИО3 о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещена надлежащим образом, в судебном заседании участия не принимала, в связи с чем судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ признала возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Согласно абз. 1 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Заслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 12 ГК РФ способами защиты гражданских прав является возмещение убытков и компенсация морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 29 декабря 2023 года ФИО4 признан виновным в умышленном причинении смерти ФИО1

Истец ФИО3 является дочерью умершего ФИО1

Разрешая требование истца, суд первой инстанции, придя к выводу о причинении истцу нравственных страданий, вызванных смертью отца ФИО1, учитывая положения ст. 151, 1099 ГК РФ, признал законным заявленные ФИО3 требования в части взыскания денежной компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда, поскольку они основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана надлежащая оценка, являются законными и обоснованными.

В силу прямого указания закона (ч. 4 ст. 61 ГПК РФ) причинение ответчиком смерти ФИО1 является установленным и преюдициальным для настоящего дела. Обязанность ответчика возместить причиненный его противоправными действиями моральный вред дочери погибшего сомнений не вызывает.

При определении денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., суд первой инстанции учитывал принцип разумности и справедливости, степень физических и нравственных страданий истца.

Вместе с тем, судебная коллегия, принимая во внимание доводы апелляционной жалобы ответчика, не может согласиться с выводом суда в части размера взысканной в пользу ФИО3 суммы компенсации морального вреда в силу следующего.

Как разъяснено в п.п. 26-30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судебная коллегия учитывает, что страдания истца в связи со смертью отца ФИО1 являются безусловными.

Суд первой инстанции в обоснование присуждения компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. ограничился общей констатацией факта родства и ссылкой на доводы истицы о том, что отец был для нее «защитой и опорой».

Вместе с тем, в материалы дела стороной истца, в опровержение изложенных в апелляционной жалобе доводов, не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств наличия между ФИО3 и ее отцом тесных взаимоотношений, поддержания детско-родительской связи.

Представленные истцом суду апелляционной инстанции документы (фотографии без возможности идентификации даты и времени их выполнения, а также запечатленных на них лиц; ответ ПАО Сбербанк, скриншот отправленных ФИО3 сообщений в сентябре 2020 года) не подтверждают наличие тесного общения отца и дочери, взаимной заботы и помощи, наличие особо тесной детско-родительской связи между ФИО3 и ее отцом, ФИО1, на которую она ссылается как на основу глубоких нравственных страданий.

ФИО3 не представлено каких-либо доказательств, характеризующих действительные взаимоотношения с отцом (свидетельские показания, справка о составе семьи (форма №9) или выписка из домовой книги; банковские выписки, подтверждающие регулярные денежные переводы и финансовую поддержку; совместные фотографии с возможностью установления даты их выполнения и запечатленных лиц; надлежащим образом заверенные копии писем, личной переписки; выписки звонков и сообщений от оператора связи, или иные документы).

Из представленных в деле квитанций следует, что основные расходы на погребение понес брат истца – ФИО2, который был признан потерпевшим по уголовному делу и ранее взыскал с осужденного 1 000 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Доводы апеллянта о том, что у погибшего не было финансовой возможности оказывать материальную поддержку дочери, а также о длительных периодах, когда истица не проживала совместно с отцом и не поддерживала с ним регулярной связи, надлежаще не опровергнуты.

Таким образом, вывод суда о степени причиненных нравственных страданий, основанный исключительно на факте родства и собственных утверждениях истца, без оценки всей совокупности конкретных обстоятельств дела, является недостаточно мотивированным. При таких условиях взыскание компенсации в размере 1 000 000 руб. (равной сумме, взысканной с того же ответчика в пользу сына погибшего, осуществлявшего погребение) не может быть признано справедливым и соответствующим принципу соразмерности.

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы об отсутствии между истцом и погибшим отцом тесных родственных отношений.

Учитывая, что противоправные действия ответчика, повлекшие смерть человека, безусловно, причиняют глубокие страдания его близким родственникам, включая дочь, судебная коллегия считает необходимым снизить размер денежной компенсации морального вреда до 500 000 руб., изменив тем самым решение в данной части на основании п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ.

Указанная сумма в большей степени отражает конкретные обстоятельства данного дела и принципы разумности и справедливости.

Иных оснований для изменения или отмены решения суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327.1. – 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 сентября 2025 года в части размера денежной компенсации морального вреда изменить, апелляционную жалобу ФИО4 удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО3 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В остальной части решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 сентября 2025 года оставить без изменения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 февраля 2026 года.