РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Железногорск-Илимский 11 июля 2017г. 

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Чемодановой О.В., при секретаре Литвинцевой Т.И., с участием прокурора Филиппова В.И., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-628/2017 по исковым требованиям ФИО1 к ПАО «Коршуновский ГОК» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Нижнеилимский районный суд Иркутской области с иском к ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» (далее – ПАО «Коршуновский ГОК») о компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что в период с ***. состоял в трудовых отношениях с ПАО «Коршуновский ГОК», работая в должности ***.

В ***. ему было диагностировано заболевание: ***. ***. ответчиком составлен акт о случае профессионального заболевания, которым установлено, что названное заболевание является профессиональным, возникшим в результате длительного воздействия локальной и общей вибрации. Впоследствии в связи с названным профессиональным заболеванием ему установлена утрата профессиональной трудоспособности ***.

Считает, что обязанность по возмещению ему компенсации морального вреда должна быть возложена на ПАО «Коршуновский ГОК».

Просит суд взыскать с ПАО «Коршуновский ГОК» в его пользу компенсацию морального вреда в размере *** рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, в их обоснование привел аналогичные доводы, пояснив, что в связи с профессиональным заболеванием *** Кроме того, в связи с профессиональным заболеванием ему пришлось уволиться с комбината, *** 

Представитель ответчика ПАО «Коршуновский ГОК» ФИО2, действующий на основании доверенности от ***., выданной сроком до *** факт наличия профессионального заболевания у истца не оспаривал, однако исковые требования не признал, в обоснование своих возражений указал, что нормы трудового законодательства не содержат обязанности работодателя по компенсации морального вреда при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания. В указанных случаях работнику возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

Таким образом, считает, что в рассматриваемом случае необходимо руководствоваться нормами гражданского права о правилах компенсации морального вреда.

Со стороны работодателя на протяжении всего периода работы истца выполнялись все условия по обеспечению прав работника на безопасные условия труда, в том числе:

***

***

***

В соответствии с условиями Коллективного договора ОАО «Коршуновский ГОК» ФИО1 предоставлялись:

***

***

Таким образом, считает, что ПАО «Коршуновский ГОК» не только не допустил каких-либо действий (бездействий), посягающих на жизнь и здоровье истца, а напротив, всячески способствовал предотвращению воздействия на работника вредных производственных факторов, что свидетельствует об исключении умысла из состава признаков виновного поведения.

Считает также, что истцом не представлено каких-либо доказательств подтверждающих, что он перенес физические и нравственные страдания, их характер, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий. 

Кроме того, по общим основаниям ответственности за причинение вреда, предусмотренными ст. 1064 ГК РФ, в возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества (ч.3 ст. 1064 ГК РФ).

ФИО1 был принят на работу на основании личного заявления о приеме на работу, при этом, истец прекрасно понимал, что принимается на работу с вредными производственными факторами и риском возникновения профессионального заболевания.

Считает, что в связи с этим на момент установления профессионального заболевания вся ответственность лежала исключительно на истце.

В соответствии с абзацами 17 и 18 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества; под степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

По своей основной работе истец остался трудоспособен, но с определенными ограничениями.

Кроме того, считает, что заявленная истцом в качестве компенсации морального вреда денежная сумма не обоснована и не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Просит суд в удовлетворении требований отказать.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (статья 7).

Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. 

В силу ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Статья 151 ГК РФ устанавливает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом с достоверностью установлено и подтверждается представленными суду трудовой книжкой и трудовым договором, что с ***. ФИО1 работал ***; с ***. – ***; ***. уволен ***

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ, моральный вред подлежит возмещению причинителем вреда.

Судом установлено, что ***. по результатам обследования в *** ФИО1 был установлен диагноз: *** 

***. составлен акт о случае профессионального заболевания, которым установлено, что названное заболевание является профессиональным, возникшим в результате длительного воздействия комбинированной вибрации. 

Заключением *** в качестве основного заболевания ФИО1 установлена *** 

Из справки *** ***, выданной *** ***., следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, установленным актом расследования от ***. в размере *** на срок до ***. Датой очередного переосвидетельствования определена дата ***. 

Представитель ответчика не оспаривал достоверность данных документов.

Таким образом, судом с достоверностью установлено, что в результате длительной работы от воздействия локальной и общей вибрации, то есть вследствие прямой вины работодателя – ОАО «Коршуновский ГОК» у истца выявлено профессиональное заболевание, которое причиняет ему физические и нравственные страдания.

Из предоставленной суду медицинской документации усматривается, что ФИО1 обращался за медицинской помощью, проходил обследование и лечение.

Суд не может признать обоснованными доводы представителя ответчика о том, что работодателем были выполнены все условия, позволяющие работникам исполнять свои профессиональные обязанности без существенного вреда для своего здоровья, *** 

Статья 212 ТК РФ предусматривает среди прочих обязанностей работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда, обязанность обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Таким образом, работодатель не в полном объеме, исполнил свои обязанности по обеспечению соответствующих требований по охране труда, в связи с чем, ФИО1 было приобретено профессиональное заболевание, в результате чего истец испытывает нравственные и физические страдания. 

Суд критически оценивает доводы представителя ответчика о том, что поскольку ФИО1 добровольно устроился к ним на работу на основании своего личного заявления, был уведомлен о том, что в силу характера выполняемой им работы существует риск возникновения профессионального заболевания, однако, добровольно продолжил свою работу и не расторг трудовые отношения, то в соответствии с ч.3 ст.1064 ГК РФ они также не должны нести ответственности за полученное им в ходе исполнения своей трудовой функции профессиональное заболевание.

Действительно в силу ч.3 ст.1064 ГК РФ, в возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Между тем, как установлено судом, оформляя и продолжая свои трудовые отношения с ответчиком, ФИО1 лишь выразил свое желание на осуществление определенной трудовой функции, при этом, своего согласия на ее исполнение в условиях, не обеспечивающих исключение получения какого-либо вреда здоровью, в т.ч. получения профессионального заболевания, не выражал. Доказательств иного суду не представлено. Кроме того, суд также полагает, что необеспечение ответчиком безопасных условий труда, вследствие чего истцом и было приобретено профессиональное заболевание, нарушает также и основные принципы, установленные Конституцией РФ, в т.ч. установленные ст.7, об охране труда и здоровья людей.

Статья 1101 ГК РФ устанавливает способ и размер компенсации морального вреда.

В силу закона компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств установлен факт наличия у истца профессионального заболевания, в результате чего истцу ФИО1 причинен вред его здоровью, нарушено его личное неимущественное право на здоровье, причинены физические страдания, нравственные страдания (ухудшение качества его жизни и сильный стресс в связи с невозможностью продолжать активную жизнь), то есть, причинен моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда, следует учесть степень, глубину и характер физических и нравственных страданий истца, проработавшего у ответчика длительное время и вынужденного прекратить свою трудовую деятельность в связи с получением профессионального заболевания, длительность лечения, которое истец проходит до настоящего времени, необходимость в связи с получением профессионального заболевания ограничений деятельности в быту, степень вины ответчика, не исполнившего должным образом нормы об охране труда своего работника и не исключившего возможность получения профессионального заболевания. Исходя из принципов соразмерности, разумности и справедливости, учитывая также при этом обстоятельства того, что истцу в связи с профессиональным заболеванием группа инвалидности не устанавливалась, учитывая установленную истцу в настоящее время степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с получением профессионального заболевания в размере *** обстоятельство того, что в настоящее время истец все-таки не лишен возможности осуществлять трудовую деятельность в иных сферах, суд полагает, что требования истца о компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению в объеме *** рублей.

Поскольку согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации пропорционально удовлетворенной части исковых требований, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 к публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере *** рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в размере *** рублей ФИО1 отказать.

Взыскать с ПАО «Коршуновский ГОК» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере *** рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения – 17.07.2017 года.

Судья: О.В.Чемоданова