АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уфа 2 октября 2018 года

Верховный Суд Республики Башкортостан в составе: 

председательствующего судьи Крылова С.А.,

с участием:

осужденной ФИО1,

адвоката Кулагина К.М.,

прокурора Кархалева Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Загртдиновой Г.М., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Салаватского городского суда РБ от 10 августа 2018 года, которым 

ФИО1, ..., несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы сроком на 2 года с установлением определенных ограничений. На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ она освобождена от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу.

Заслушав выступления осужденной ФИО1, адвоката Кулагина К.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Кархалева Н.Н., полагавшего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 27 апреля 2016 года в период времени с 16 часов 50 минут до 16 часов 55 минут в городе Салават при изложенных в приговоре обстоятельствах. 

ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе осужденная выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить и вынести в отношении неё оправдательный приговор, ссылаясь на следующие обстоятельства. Осужденная утверждает, что в материалах дела и приговоре не содержится достоверных доказательств нарушений ею правил дорожного движения и нахождения потерпевшей в салоне автомобиля в момент столкновения. Полагает, что показания несовершеннолетней потерпевшей противоречат показаниям свидетелей Г.А.Р., Ф.Т.А. в части того, что они видели сидящего на переднем сидении ребенка. Далее, указывает, что поскольку Г.А.Р., Х.А.М., В.П.А.., Ф.Т.А., М.Е.С., К.Р.Р. очевидцами ДТП не являлись, их показания являются лишь предположениями и домыслами. Кроме того, ссылается на противоречие показаний свидетеля Г.А.Р. показаниям потерпевшей, поскольку она пояснила, что никакие повязки Г.А.Р. ей не накладывал. Критически относится к показаниям свидетеля Х.А.М., который по существу дела ничего не смог пояснить, считает его заинтересованным лицом, так как он находится в прямом подчинении у Г.А.Р. Таким образом, утверждает осужденная, ни один из свидетелей не смог в ходе допроса в судебном заседании вспомнить и повторить свои показания, данные дата на предварительном следствии, ответить на вопросы стороны защиты. В результате чего суд допустил оглашение государственным обвинителем показаний свидетелей Г.А.Р., Х.А.М., В.П.А. Ф.Т.А., М.Е.С., К.Р.Р., лишив всякого смысла их допроса в судебном заседании. Кроме того, указывает, что В.А.Р., указанная в приговоре как «свидетель» и не заявленная таковой в обвинительном заключении, давала в ходе следствия противоречивые показания относительно расстояния между автомобилями, однако в судебном заседании сказала, что расстояние составляло 40 метров. При данном расстоянии, считает осужденная, В.А.Р.. имела техническую возможность для предотвращения ДТП, однако автотехническая экспертиза ни в ходе следствия, ни судом проведена не была, мотивы отказа суда в её проведении не понятны. Кроме того, ходатайств о допросе В.А.Р.. в качестве свидетеля в судебном заседании заявлено не было. Утверждает, что протоколы осмотра места происшествия, протоколы осмотра и проверки технического состояния автомобилей от дата, вещественное доказательство – автомобиль ... не являются доказательствами её виновности, напротив, из содержания вышеуказанных документов следует, что автомобиль ... имеет множественные повреждения, не связанные со спорным ДТП, наслоения посторонней краски зеленого цвета; исходя из характера повреждений, имеющихся на автомобиле ..., данная машина в момент столкновения находилась в неподвижном состоянии, и контакт автомобилей произошел по касательной траектории. Таким образом, повреждения автомобиля ... не сопоставимы с повреждениями, которые имеются на автомобиля ... (на а/м ... имеются следы трения в правом углу переднего бампера (никаких вмятин, замятий, сколов), на а/м ... имеются следы внедрения иного транспортного средства внутрь а/м ..., две большие вмятины на левой передней и левой задней дверях (2 точки контакта), также имеются повреждения переднего бампера, которые отражены в протоколе осмотра транспортного средства, причем бампер поврежден полностью, как с левой, так и справой стороны, также имеются следы повреждения на переднем правом и заднем правом крыльях а/м ..., которые никак не могли быть причинены при ДТП, описанном в обжалуемом приговоре. Вышеуказанные обстоятельства подтверждают, что а/м ..., возможно, неоднократно являлся участником иных ДТП задолго до событий, описанных в приговоре суда. Проведение автотехнической экспертизы, считает осужденная, обусловлено необходимостью разграничения повреждений, возникших при данном ДТП, от повреждений которые возникли при иных обстоятельствах и имелись на а/м ... до событий, описанных в обжалуемом приговоре. Считает, что ДТП было совершено в результате преднамеренных действий В.А.Р. Кроме того, из заключения судебно-медицинской экспертизы №... от дата следует, что судебно-медицинским путем по имеющимся данным установить, характерны ли полученные В.А.Л.. телесные повреждения для ДТП не представилось возможным. При этом, будучи допрошенным в ходе судебного заседания, эксперт О.Д.С. пояснил, что характерных для ДТП в салоне автомобиля травм очень много и сказать, что полученная В.А.П. травма характерна для ДТП – невозможно; также пояснил, что получение потерпевшей указанных телесных повреждений при падении с высоты собственного роста полностью исключить нельзя. Также на вопрос защиты: «Может ли эксперт с уверенностью сказать, что на рентгеновском снимке, представленном на экспертизу отражены повреждения именно В.А.П..», эксперт сказал, что на снимке отражен только сустав и кому он принадлежит можно сказать только по надписи, сделанной на снимке. Учитывая, пояснения эксперта, а также сомнения в достоверности рентгеновского снимка, стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении комплексной судебной медицинской экспертизы, с обязательным включением вопроса о проведении рентгенологического обследования В.А.П. дата года рождения и установления наличия следов перелома хирургической шейки левой плечевой кости, а также определения характера перелома, механизма и давности образования перелома. Единственной возможностью получить ответы на поставленные вопросы, по мнению осужденной, было назначение комиссионной судебно-медицинской экспертизы для достижения истины по уголовному делу, установления фактических обстоятельств дела, а также причин получения В.А.П.. указанных повреждений. Однако в удовлетворении данного ходатайства судом было немотивированно отказано, в тексте обжалуемого приговора, данное ходатайство не нашло своего отражения. Таком образом, считает, что суд проигнорировал обоснованные доводы о её невиновности, не дав конкретной юридической оценки каждому из них, признал её виновной только исходя из показаний свидетелей, не являвшихся очевидцами ДТП. Называет приговор постановленным на сомнениях, предположениях, домыслах, приводит положение ст. 49 Конституции РФ о том, что все неустранимые сомнения в виновности должны толковаться в пользу подсудимого.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалобы, виновность ФИО1 в преступлении, за которое она осуждена, полностью установлена исследованными в судебном заседании доказательствами, которым в приговоре дана надлежащая оценка.

Так из показаний самой осужденной ФИО1, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в соответствии со ст. 276 УПК РФ в судебном заседании следует, что она 27.04.2016 года около 16 часов 55 минут на своём автомобиле двигалась по бульвару Матросова в сторону ул. Гафури г. Салават, перед знаком «движение без остановки запрещено» произвела остановку и убедившись в безопасности, начала движение, но в этот момент увидела, что по ул. Гафури справа налево по ходу её движения движется легковой автомобиль, она произвела остановку на пересечении с ул. Гафури, хотела сдать назад, но в этот момент произошло столкновение с автомобилем двигавшемся по ул. Гафури. После приезда сотрудников ГИБДД узнала о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия пострадала дочь второго участника ДТП. Саму пострадавшую не видела и полагает, что телесные повреждения, полученные В.А.П. не состоят в причинно-следственной связи с данным ДТП (том № 1, л.д. 244-248). 

Показания ФИО1, на которых основывается версия стороны защиты о невиновности осужденной в дорожно-транспортном происшествии, проверялись судом первой инстанции и опровергнуты путем анализа исследованных в судебном заседании доказательств, которые приведены в приговоре.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что выдвинутая подсудимой версия о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля ... В.А.Р. так как последняя не предотвратила столкновение, является несостоятельной и расценена судом как способ защиты, поскольку опровергается представленными стороной обвинения доказательствами. 

Делая вывод о виновности подсудимой в преступлении, суд обоснованно сослался в приговоре на показания потерпевшей, свидетелей, показания эксперта, письменные доказательства.

В.А.П. несовершеннолетняя потерпевшая, допрошенная в судебном заседании, в присутствии законного представителя и педагога показала, что она ехала с мамой в машине после занятий, была, пристегнула ремнем безопасности, после столкновения с машиной белого цвета ударилась плечом, её отвезли в больницу и наложили гипс.

Из показаний законного представителя В.А.Р. данными в судебном заседании следует, что она ехала с дочерью в машине, после ДТП с автомобилем ... у дочери заболело плечо, эта область покраснела, дочь забрал приехавший по её просьбе брат Г.А.Р., который увез её в больницу, где впоследствии ей наложили гипс.

Показаниями свидетеля Г.А.Р. допрошенного в судебном заседании было установлено, что он по просьбе сестры приехал на место ДТП, где осмотрев дочь сестры, принял решение самостоятельно транспортировать её в травмпункт, где ей была оказана медицинская помощь. 

Кроме того, виновность осужденной также подтверждается: показаниями свидетелей Х.А.М., В.П.А.., Ф.Т.А., М.Е.С., К.Р.Р. и И.Р.Р. об известных им обстоятельствах происшествия; протоколами очных ставок; протоколом осмотра места происшествия; протоколом осмотра и проверки технического состояния транспортных средств; справкой о дорожно-транспортном происшествии. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №... от дата у В.А.П. обнаружено телесное повреждение в виде перелома хирургической шейки левой плечевой кости без смещения, причиненное в результате воздействия тупых предметов, повлекшее тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 206-207).

Свои выводы, изложенные в заключении, судебно-медицинский эксперт О.Д.С. подтвердил при допросе в судебном заседании, указав, что получение указанного телесного повреждения потерпевшей, не исключено при дорожно-транспортном происшествии. 

Сомневаться в объективности и компетентности эксперта с учетом изложенных в заключениях выводов, полноты проведенных исследований в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Оснований для назначения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, а также автотехнической и трассологической экспертизы, о чем заявляла сторона защиты, у суда первой инстанции не имелось. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Суд, исследовав всесторонне и объективно обстоятельства дела, проанализировав и оценив в своей совокупности все представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшей и свидетелей, протоколы следственных действий, заключение судебной экспертизы, а также другие письменные материалы дела, существо и содержание которых изложены в приговоре.

Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей у суда не было, поскольку их показания последовательны, логичны, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами, не имеют существенных противоречий. 

Несмотря на доводы жалобы, каких-либо объективных данных, свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц в исходе дела и об оговоре ими осужденной, по делу не имеется.

Указанные доказательства получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и непосредственно исследованы в судебном заседании. Суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, проверил их, сопоставив между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Ссылок на доказательства, которые не были исследованы в судебном заседании, приговор не содержит.

Все противоречия, которые могли бы повлиять на правильное разрешение дела по существу, были устранены судом первой инстанции, а иные несоответствия между показаниями потерпевшей, свидетелей и другими исследованными в судебном заседании доказательствами и положенными судом в основу приговора являются несущественными, не влияют на доказанность или недоказанность вины осужденной в совершенном преступлении и на квалификацию её действий.

В своей апелляционной жалобе осужденная ФИО1, следуя избранной позиции защиты, приводит свою оценку исследованных доказательств, достоверности показаний одних свидетелей и недостоверности показаний потерпевшей и других свидетелей, которую нельзя признать объективной, поскольку она, по своей сути, сводится к отрицанию очевидного и не соответствует действительности. Оснований для переоценки исследованных судом доказательств, на чем фактически настаивает в апелляционной жалобе осужденная, суд апелляционной инстанции не находит.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, суд первой инстанции, проанализировав в совокупности все доказательства и установив фактические обстоятельства по делу, сделал обоснованный вывод, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушила требования конкретных пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, которые повлекли за собой дорожно-транспортное происшествие, в результате чего несовершеннолетнему пассажиру автомобиля второго участника дорожно-транспортного происшествия В.А.П. был причинен тяжкий вред здоровью и правильно квалифицировал действия осужденной по ч. 1 ст. 264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

При указанных обстоятельствах, оснований для оправдания осужденной по предъявленному ей обвинению, о чем ставится вопрос в жалобе осужденной, не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания, все представленные доказательства судом были исследованы всесторонне, полно и объективно, а заявленные ходатайства рассмотрены и по ним в установленном законом порядке судом вынесены соответствующие решения, которые могли иметь существенное значение для исхода дела.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела суд в соответствии со ст. 15 УПК РФ создал сторонам необходимые условия для исполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. 

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ. Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных судом в рамках предмета доказывания доказательств. 

Каких-либо нарушений закона, в том числе свидетельствовавших о нарушении прав ФИО1, ни в ходе следствия, ни в ходе судебного разбирательства допущено не было.

В соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности виновного, в том числе, обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как видно из приговора, суд учел эти требования закона и при назначении осужденной наказания в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории неосторожных преступлений небольшой тяжести, данные о личности виновной, отсутствие отягчающих и наличие смягчающих наказание обстоятельств, которыми признаны совершение преступления впервые, положительные характеристик по месту жительства и работы. 

В приговоре мотивирован вывод суда о том, что исправление осужденной возможно в условиях ограничения свободы без изоляции её от общества, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истек срок в два года после совершения преступления небольшой тяжести. При этом сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Поскольку преступление ФИО1 по настоящему делу совершила 27 апреля 2016 года, судом первой инстанции обоснованно принято решение об освобождении осужденной от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Салаватского городского суда РБ от 10 августа 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленным главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья: С.А. Крылов 

...