Судья Хузина Э.Х. УИД 16RS0047-01-2025-002773-91

Дело № 2-2960/2025

№ 33-3944/2026

Учет № 054г

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

26 февраля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Мелихова А.В.,

судей Абдуллина И.И. и Бикмухаметовой Е.С.,

при ведении протокола помощником судьи Кугергиной В.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Абдуллина И.И. гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Кировского районного суда города Казани от 19 ноября 2025 года, которым постановлено:

в удовлетворении искового заявления ФИО2 к акционерному обществу «Казанькомпрессормаш» о взыскании недополученной заработной платы, доплаты, об отмене приказов о применении дисциплинарных взысканий, компенсации морального вреда, отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ответчика акционерного общества «Казанькомпрессормаш» – ФИО3, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 (далее также – истец) обратился в суд с иском (уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) к акционерному обществу «Казанькомпрессормаш» (далее также – АО «Казанькомпрессормаш», АО «ККМ») о взыскании недополученной заработной платы, денежных средств, доплаты, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец ФИО2 указал, что в соответствии с трудовым договором от 9 января 2024 года № 3/01 и приказом от 10 января 2024 года № 6лс истец был принят на работу в АО «Казанькомпрессормаш». В период с 3 октября 2024 года по 13 октября 2024 года находился в командировке в ЯНАО, без перечисления командировочных расходов, без прохождения обучения и аттестации. Выходные часы в связи с переработкой, компенсация трудозатрат, истцу представлены не были.

На письменный запрос по вопросу переработки со стороны руководства службы сервиса ФИО7, ФИО8 и ФИО12 в адрес истца стали поступать требования о предоставлении объяснительных по фактам неисполнения поручения и нарушении трудовой дисциплины. После чего были составлены акты о выявлении факта неисполнения поручения от 5 декабря 2024 года, 11 декабря 2024 года, 12 декабря 2024 года. 18 декабря 2024 года в отношении истца вынесено дисциплинарное взыскание в виде предупреждения. В последующем начальник отдела экономической безопасности ФИО9 попросил истца уволиться с предприятия.

Истец полагает, что со стороны работодателя в отношении него имеет место дискриминация работника, необоснованно оформлены акты о неисполнении им должностных обязанностей от 27 февраля 2025 года, 5 марта 2025 года, 14 апреля 2025 года, а также он незаконно привлечен к дисциплинарной ответственности приказами от 14 марта 2025 года № 295, от 14 апреля 2025 года № 433, от 15 июня 2025 года № 671 и от 26 июня 2025 года № 750.

В соответствии с Положением о выплате доплаты за обеспечение ритмичности истцу производятся начисления исходя из расчета 250 рублей в сутки, а при использовании пропуска при оплате обеспечения ритмичности на АО «Казанькомпрессормаш» начисляется сумма в 300 рублей за сутки. При этом в ранее действовавшем Положении предусматривались иные условия выплаты. Полагает, что денежная компенсация доплаты и оплата по пропускам за обеспечение ритмичности должна быть равнозначной.

По изложенным основаниям, ФИО2 просил суд отменить приказы о применении дисциплинарных взысканий от 14 марта 2025 года № 295, от 14 апреля 2025 года № 433, от 15 июня 2025 года № 671 и от 26 июня 2025 года № 750; взыскать с ответчика АО «Казанькомпрессормаш» компенсацию недополученной заработной платы и расходованием личного времени в связи с необходимостью подачи искового заявления в суд и обеспечения сроков подачи и проведения судебных разбирательств в размере 3 649 360 рублей; компенсацию недополученной заработной платы в виде невыплаченной доплаты за обеспечение ритмичности в размере 28 151 рубль 33 копейки за период с января 2024 года по сентябрь 2025 года; компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 уточненные исковые требования поддержал.

Представитель ответчика АО «Казанькомпрессормаш» по доверенности ФИО4 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать. Представила письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому 10 января 2024 года истец был принят на работу в АО «Казанькомпрессормаш» в отдел по координации проектов службы сервиса (далее также – ОКП СС) ведущим специалистом по координации работ на объекте. ФИО2 установлена повременно-премиальная система оплаты труда. Доплата за обеспечение ритмичности выплачена истцу в полном объеме в соответствии с трудовым законодательством и «Положением о порядке доплаты работникам АО «Казанькомпрессормаш» за обеспечение ритмичности выпуска продукции и эффективное использование рабочего времени». ФИО2 выбрана денежная доплата за обеспечение ритмичности. Заработная плата истцу с января 2024 года по июнь 2025 года начислена и выплачена в полном объеме, выплата компенсации за расходование личного времени работника в связи с обращением в суд не предусмотрена трудовым законодательством. Истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт того, что ему причитается заработная плата в большем размере. Расчет истца недополученной заработной платы, начиная с января 2025 года по октябрь 2025 года является неверным и не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку дисциплинарное взыскание применено только в марте 2025 года, с которым истец был ознакомлен 17 марта 2025 года.

Дисциплинарные взыскания в виде замечаний применены в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неисполнением истцом своих должностных обязанностей и нарушением трудового распорядка. Истцом пропущен срок обращения в суд с требованиями об отмене приказов от 14 марта 2025 года № 295 и от 14 апреля 2025 года № 433, выплате денежной доплаты за обеспечение ритмичности за период с января 2024 года по май 2024 года. Правовые основания для взыскания компенсации морального вреда также отсутствуют. Расчет истца не соответствует фактическим обстоятельствам дела, истцом представлено 4 процессуальных документа, по делу состоялось 3 судебных заседания продолжительностью не более 2 часов.

Судом вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе истец ФИО2, выражая несогласие с состоявшимся по делу решением, просит его отменить, приняв решение об удовлетворении уточненных исковых требований. Полагает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, ссылаясь на выполнение порученных руководителем заданий. Отмечает отсутствие нормативного и документального закрепления на предприятии ведения журнала сменных заданий, отсутствие обязанности подчинения руководителю проектов. Полагает, что срок исковой давности по требованиям о признании незаконными приказов от 14 марта 2025 года № 295 и от 14 апреля 2025 года № 433 не пропущен, поскольку в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-1640/2025 истцом были уточнены исковые требования, что отражено в исковом заявлении от 27 мая 2025 года. Ссылается на добросовестное исполнение трудовых обязанностей, отсутствие вины в задержке выполнения заданий и их последствий. Полагает, что истцом не допущено нарушений законодательства, обязательств в рамках трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка и должностных инструкций.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика АО «Казанькомпрессормаш» по доверенности ФИО4 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика АО «Казанькомпрессормаш» – ФИО3, возражая против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить в силе решение суда первой инстанции.

Выслушав объяснения явившегося лица, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как закреплено в части второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии с частью первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно положениям части первой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании заключенного 9 января 2024 года между АО «Казанькомпрессормаш» и ФИО2 трудового договора и приказа от 9 января 2024 года № 6лс последний был принят на должность ведущего специалиста по координации работ на объекте.

Пунктом 3.1.3 трудового договора предусмотрено право работодателя направлять работника в служебные командировки с предоставлением гарантий, предусмотренных законодательством Российской Федерации и локальным нормативным актом, регулирующим порядок направления в командировки и оформления командировочных расходов работников.

В силу пункта 4.1.1 трудового договора ФИО2 установлена 40-часовая рабочая неделя. С понедельника по четверг начало работы: 8 часов 00 минут, окончание работы: 17 часов 00 минут. В пятницу начало работы: 8 часов 00 минут, окончание работы: 16 часов 00 минут. В течение рабочего дня работнику устанавливается перерыв для отдыха и питания, который в рабочее время не включается. Перерыв для отдыха и питания составляет 48 минут, - с 11 часов 30 минут до 12 часов 18 минут.

В силу пункта 5.2 трудового договора ФИО2 установлена повременно-премиальная система оплаты труда.

Согласно пункту 5.3 трудового договора работнику начисляются и выплачиваются все виды доплат, надбавок, компенсационных, стимулирующих и иных выплат, выплачиваемых в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, коллективным договором, локальными нормативными актами об оплате труда работников, премировании работников, иными локальными нормативными актами работодателя, а также настоящим договором.

В последующем между сторонами заключались дополнительные соглашения к трудовому договору от 9 января 2025 года и 1 февраля 2025 года, в которых изменялись существенные условия труда в части пункта 5.2 трудового договора, производилось изменение оклада (тарифной ставки).

Работодателем разработаны и утверждены: Положение об оплате труда и материальном стимулировании вспомогательных рабочих, не занятых в основном производстве, руководителей, специалистов и служащих структурных подразделений АО «Казанькомпрессормаш» от 3 октября 2022 года, введенное в действие 1 января 2023 года, Положение об отделе координации проектов службы сервиса от 15 июня 2022 года.

Должностной инструкцией ведущего специалиста по координации работ на объекте отдела координации проектов службы сервиса, утвержденной 18 августа 2022 года, закреплены должностные обязанности по указанной должности: своевременное и качественное выполнение им видов работ, закрепленных за ним настоящей Инструкцией, а также плановых и текущих заданий руководителя проектов ОКП СС; планирование, организация и контроль за своевременным и качественным выполнением работ по шефмонтажу, пуско-наладке компрессорного оборудования на объектах Заказчиков; выполнение требований нормативной документации интегрированной системы менеджмента, распространяющейся на данное должностное лицо (рабочее место); осуществление общего руководства работами специалистов Службы шефмонтажа и пуско-наладки на объектах Заказчиков; контроль выполнения специалистами условий договоров по шефмонтажу и пуско-наладке; оказание методической и практической помощи по шефмонтажу и пуско-наладки специалистам службы; проверка актов выполненных работ сотрудников службы, прибывших с объектов, дача замечаний в части оформления актов; контроль соблюдения специалистами службы требований проектно-конструкторской документации на оборудование, строительных норм и правил на монтажные и пусконаладочные работы; осуществление на объектах Потребителей координации работ по шефмонтажу, пуско-наладки и приемочным испытаниям опытных образцов оборудования с оформлением необходимых документов и актов; принятие технических отчетов от шефперсонала, прибывшего с объектов, выдача по ним заключений и предложений руководителю проектов ОКП СС на предмет повышения качества шеф-монтажных и пусконаладочных работ; своевременное принятие мер по устранению замечаний, выявленных в процессе шефмонтажа и пуско-наладки оборудования; ведение переговоров и переписки с Заказчиками и Исполнителями услуг по шефмонтажу и пуско-наладке; рассмотрение и дача заказчикам рекомендаций по оформлению Планов-графиков монтажных и пуско-наладочных работ; руководство разработкой инструкций и других руководящих материалов по ОКП CC; подготовка ответов на письма Заказчиков (конечных потребителей компрессорного оборудования), по вопросам шеф-монтажных и пуско-наладочных работ; подготовка и оформление необходимых документов для командирования специалистов СШМиПН на объекты заказчиков; вести учет и отчетность по закрепленным работам, планировать и контролировать работу работников СШМиПН; соблюдать установленный распорядок дня, правила внутреннего трудового распорядка, меры и правила охраны труда и противопожарной защиты.

С указанным положением и должностной инструкцией, согласно выписке из журнала ознакомления, истец ознакомлен 25 декабря 2023 года.

20 февраля 2025 года в системе электронного документооборота «Directum» истцу выдано служебное задание о получении необходимой информации от акционерного общества «НТК» (далее также – АО «НТК») по письму открытого акционерного общества «Ямал СПГ» (далее также – ОАО «Ямал СПГ») от 19 февраля 2025 года № МР-06-0215-Н и направлении заказчику ответного письма, со сроком исполнения до 24 февраля 2025 года. 20 февраля 2025 года истцом направлен запрос о предоставлении информации.

Согласно акту от 21 февраля 2025 года, руководителем проектов ОКП СС ФИО12 в присутствии специалиста по управлению проектами ФИО11 и ведущего специалиста по координации работ на проекте ФИО15, составлен акт о том, что 21 февраля 2025 года ФИО2 было выдано указанное служебное задание, ФИО2 с заданием ознакомился, от подписи в получении отказался.

В установленный срок данное задание истцом не исполнено, о чем руководителем проекта ОКП СС ФИО12, специалистами ФИО11 и ФИО15 составлен акт от 27 февраля 2025 года о неисполнении работником СС ФИО2 должностных обязанностей, с которым последний ознакомился 28 февраля 2025 года. Выразил несогласие, с указанием на приведение объяснений в объяснительной от 28 февраля 2025 года.

28 февраля 2025 года истец ознакомлен с требованием о предоставлении письменного объяснения по факту совершенного дисциплинарного проступка от 27 февраля 2025 года № 2. В объяснительной от 28 февраля 2025 года истец указал, что им была проведена проработка поставленного вопроса с главным инженером проекта акционерного общества «НИИТК» (далее также – АО «НИИТК»), специалистами отделов АО «НИИТК» и специалистами ДУП, которая завершена 27 февраля 2025 года. В соответствии с ответом специалиста АО «НИИТК» и по функциональным обязанностям данное письмо относится к компетенции дирекции управления (ДУП) и письмо должно быть отправлено от данной службы предприятия, что и было сделано.

20 февраля 2025 года в 7 часов 30 минут в системе электронного документооборота «Directum» истцу выдано задание о направлении ответа на письмо ОАО «Ямал СПГ» от 18 февраля 2025 года № МР-06-0205-Н, со сроками предоставления Программы производства пусконаладочных работ, получив необходимую информацию у профильных специалистов и потенциального подрядчика, со сроком исполнения определен до 16часов 00 минут 21 февраля 2025 года.

Согласно акту от 21 февраля 2025 года, руководителем проектов ОКП СС ФИО12 в присутствии специалиста по управлению проектами ФИО11 и ведущего специалиста по координации работ на проекте ФИО15, составлен акт о том, что 21 февраля 2025 года ФИО2 было выдано указанное служебное задание, ФИО2 с заданием ознакомился, от подписи в получении отказался.

В установленный срок данное задание истцом не выполнено, о чем руководителем проекта ОКП СС ФИО12, специалистами ФИО11 и ФИО15 составлен акт от 27 февраля 2025 года о неисполнении работником СС ФИО2 должностных обязанностей, с которым последний ознакомился 28 февраля 2025 года. Выразил несогласие, с указанием на приведение объяснений в объяснительной от 28 февраля 2025 года.

По указанному факту 27 февраля 2025 года у истца затребованы письменные объяснения требованием от 27 февраля 2025 года № 1.

В объяснительной по требованию от 27 февраля 2025 года № 1, подписанной истцом 28 февраля 2025 года, ФИО2 факт неисполнения должностных обязанностей не признал, указав, что им была проведена проработка поставленного вопроса с главным инженером проекта АО «НИИТК», и специалистами ДУП, которая завершена 25 февраля 2025 года. Исходя из ответа специалиста АО «НИИТК», истец пришел к выводу о том, что для решения данного вопроса истцу было выдано 30 часов, а ФИО12 не смог ее решить за полтора года.

21 февраля 2025 года в 13 часов 37 минут в системе электронного документооборота «Directum» истцу выдано задание в срок до 16 часов 00 минут 25 февраля 2025 года направить ответ с графиком устранения замечаний на письмо общества с ограниченной ответственностью «Новатэк-Таркосаленефтегаз» (далее также - ООО «Новатэк-Таркосаленефтегаз») от 19 февраля 2025 года № 814-УКС.

Согласно акту от 21 февраля 2025 года, руководителем проектов ОКП СС ФИО12 в присутствии специалиста по управлению проектами ФИО11 и ведущего специалиста по координации работ на проекте ФИО15, составлен акт о том, что 21 февраля 2025 года ФИО2 было выдано указанное служебное задание, ФИО2 с заданием ознакомился, от подписи в получении отказался.

Указанное задание в установленный срок не было выполнено, о чем руководителем проекта ОКП СС ФИО12, специалистами ФИО11 и ФИО15 составлен акт от 5 марта 2025 года о неисполнении работником СС ФИО2 должностных обязанностей. С указанным актом ФИО2 ознакомлен 5 марта 2025 года, выразил несогласие, с указанием на предоставление объяснений в объяснительной.

Требованием от 5 марта 2025 года № 3 у истца истребованы письменные объяснения. В объяснении от 5 марта 2025 года истец факт неисполнения должностных обязанностей не признал, указав, что под руководством ФИО12 ведутся работы, в том числе и на объекте ООО Новатек-Таркосаленефтегаз, который ведут специалисты ФИО13, ФИО14, ФИО15, которые находятся на рабочем месте и должны в силу своих должностных обязанностей решать данные вопросы, о чем было изложено ФИО12 в переписке в программе Директум.

Приказом Управляющего директора АО «Казанькомпрессормаш» от 14 марта 2025 года № 295 ФИО2 за нарушение, выявленное 27 февраля 2025 года, 5 марта 2025 года, а именно: нарушение правил внутреннего трудового распорядка и невыполнение должностных обязанностей, объявлено замечание.

Согласно выписке из приказа, с данным приказом истец ознакомлен 1 апреля 2025 года, выразил несогласие в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и объяснительной.

Согласно акту от 17 марта 2025 года № 1 истец выписку из приказа получил, от подписи в ознакомлении отказался.

Из графика начала и окончания работы, обеденных перерывов АО «Казанькомпрессормаш», пункта 3.1 распорядка рабочего дня, утвержденного приказом от 17 декабря 2024 № 1467, работникам при выполнении работ с незначительными и средними физическими нагрузками, умеренным среднем нервным напряжением дополнительно к перерыву для отдыха и питания, предоставляются два производственных перерыва по 10 минут в течение смены: через 2 часа после начала работы и за 1,5 часа до ее окончания.

Согласно распоряжению заместителя Управляющего директора – директора по сервису АО «Казанькомпрессормаш» от 18 декабря 2024 года № 15 установлено два производственных перерыва по 10 минут в течение рабочего дня: через 2 часа после начала работы и за 1,5 часа до её окончания. Курение допускается только во время обеденного перерыва и производственных перерывов в специально оборудованных для этой цели местах. Отделу координации проектов установлен режим работы с 8 часов до 17 часов. С данным распоряжением истец ознакомлен 20 декабря 2024 года.

Актом «О нарушении правил внутреннего трудового распорядка» от 9 апреля 2025 года и служебной запиской отдела экономической безопасности и обеспечения пропускного режима от 10 апреля 2025 года № ККМ/27607-4107 подтверждается отсутствие ФИО2 в 10 часов 23 минуты на рабочем месте в рабочее время; в 10 часов 26 минут истец курил в неустановленное для перерывов время.

9 апреля 2025 года у истца истребовано письменное объяснение, 14 апреля 2025 года составлен акт об отказе в предоставлении письменный пояснений, который подписан ФИО2 14 апреля 2025 года, выражено несогласие истца с указанным актом с указанием на написание объяснений.

В объяснении от 14 апреля 2025 года ФИО2 выразил несогласие с нарушением трудового распорядка, указал, что не представлены данные о времени и субъекте фиксации факта отсутствия истца на рабочем месте, курения в неположенном месте, с учетом системы доступа полагает, что находился на рабочем месте, время для курения не оговорено, документально перерывы для курения не предусмотрены, предусмотрено время для прогулок и занятия физкультурой.

Приказом Управляющего директора АО «Казанькомпрессормаш» от 14 апреля 2025 года № 433 за нарушение, выявленное 9 апреля 2025 года, а именно: нарушение правил внутреннего трудового распорядка, курение в непредусмотренное для перерыва время, истцу объявлено замечание. С указанным приказом ФИО2 ознакомлен 19 мая 2025 года, выразил несогласие в связи с противоречием приказа Трудовому кодексу Российской Федерации и внутренних документам системы менеджмента качества предприятия.

Согласно акту от 14 апреля 2025 года № 2 истец выписку из приказа получил, ознакомился, от подписи в ознакомлении отказался.

23 апреля 2025 года в 7 часов 01 минут в системе электронного документооборота «Directum» истцу выдано задание направить ответное письмо Заказчику с подтверждением прибытия специалистов Система Сервис на объект в последующий плановый останов, а также сообщить Заказчику сроки предоставления откорректированной РКД. Необходимую информацию получить в АО «НТК» и Системе Сервис (на письмо ОАО «Ямал СПГ» от 15 апреля 2025 года № МР-06-0526-Н), направленное ранее истцу для работы 18 апреля 2025 года). Срок исполнения определен 23 апреля 2025 года в 16 часов 00 минут.

В установленный срок данное задание истцом не исполнено, о чем руководителем проекта ОКП СС ФИО12, специалистами ФИО11 и ФИО16 составлен акт от 19 мая 2025 года о неисполнении работником СС ФИО2 должностных обязанностей.

Требованием от 19 мая 2025 года № 4 у истца по указанному факту истребованы письменные объяснения, с которым последний ознакомился 20 мая 2025 года с указанием на предоставление объяснительной.

В объяснительной от 19 мая 2025 года № 4 ФИО2 указал, что в связи с отсутствием ответа от ООО НПФ «Система Сервис» написать ответное письмо в эксплуатирующую организацию невозможно.

Приказом Управляющего директора АО «Казанькомпрессормаш» от 5 июня 2025 года № 671 за нарушение, выявленное 19 мая 2025 года, а именно: нарушение правил трудового распорядка, невыполнение должностных обязанностей и поручений руководителя истцу объявлено замечание. С указанным приказом истец ознакомлен, выразил несогласие в связи с несоответствием приказа Трудовому кодексу Российской Федерации и документам СМК предприятия.

28 мая 2025 года в 11 часов 11 минут в системе электронного документооборота «Directum» истцу выдано задание направить ответное письмо Заказчику по пункту 3 письма ОАО «Ямал СПГ» от 28 мая 2025 года № МР-06-0711-Н со сроком исполнения – 3 июня 2025 года.

В установленный срок данное задание истцом не исполнено, о чем руководителем проекта ОКП СС ФИО22, специалистами ФИО11 и ФИО16 составлен акт от 24 июня 2025 года о неисполнении работником СС ФИО2 должностных обязанностей., с которым последний ознакомлен 24 июня 2025 года с выражением несогласия и указания на ответ в объяснительной от 24 июня 2025 года № 5.

Требованием от 24 июня 2025 года № 5 у истца по указанному факту истребованы письменные объяснения, с которым последний ознакомился 24 июня 2025 года с указанием на предоставление объяснительной.

В объяснительной от 24 июня 2025 года № 5 ФИО2 указал, что в программе Директум создана подзадача руководителю проекта ДУП ФИО17, ответа не последовало. Данная подзадача не закрыта, представители заказчика указали на отсутствие данного перечня, который имеется у них и получен в рабочем порядке.

Приказом Управляющего директора АО «Казанькомпрессормаш» от 26 июня 2025 года № 750 за неисполнение должностных обязанностей (невыполнение служебного задания до 3 июня 2025 года) объявлено замечание. С указанным приказом истец ознакомлен 1 июля 2025 года, выразил несогласие в связи с противоречием Трудовому кодексу Российской Федерации и НТД предприятия, о чем указал в объяснительной.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований об отмене приказов о применении дисциплинарных взысканий, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, установив, что невыполнение истцом возложенных на него должностных обязанностей имело место быть, установленный законом порядок применения дисциплинарных взысканий ответчиком был соблюден, у истца перед применением дисциплинарных взысканий отобрано объяснение, сроки привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдены, пришел к выводу о том, что оснований для признания приказов от 14 марта 2025 года № 295, от 14 апреля 2025 года № 433, от 5 июня 2025 года № 671, от 26 июня 2025 года № 750 о применении в отношении истца дисциплинарных взысканий незаконными и их отмены не имеется.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, признавая доводы апелляционной жалобы истца несостоятельными по следующим основаниям.

Как уже было указано выше, порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности определен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из буквального толкования которой следует, что на работодателя императивно возложена обязанность по истребованию от работника письменного объяснения по факту совершения дисциплинарного проступка. Дисциплинарное взыскание, в том числе в виде замечания, может быть применено к работнику только после получения от него объяснения в письменной форме либо после непредставления работником такого объяснения (отказа предоставить объяснение) по истечении двух рабочих дней со дня затребования объяснения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Указанная процедура направлена на предотвращение возможности незаконного применения дисциплинарного взыскания без учета уважительности причин совершения проступка и наличия возможных оснований для освобождения работника от мер дисциплинарной ответственности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 35 постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что не исполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 53 указанного Пленума в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Приведенные правовые нормы судом при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции применены правильно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о доказанности ответчиком наличия оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности являются правильными.

Основанием для издания Управляющим директором АО «Казанькомпрессормаш» приказов от 14 марта 2025 года № 295, от 14 апреля 2025 года № 433, от 5 июня 2025 года № 671, от 26 июня 2025 года № 750, в соответствии с которыми ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания, послужили задания, выданные истцу в системе электронного документооборота «Directum», акты о неисполнении работником СС ФИО1 должностных обязанностей, требования об истребовании письменных объяснений по указанным фактам, объяснительные ФИО2

Наличие нарушения требований должностной инструкции, свидетельствует о факте ненадлежащего исполнения ФИО2 должностных обязанностей.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что истец подчиняется непосредственно заместителю директора по сервису, не руководителю проектов, отклоняются судебной коллегией за несостоятельностью, поскольку опровергаются Положением об отделе координации проектов службы сервиса, утвержденным управляющим директором ФИО18 15 июня 2022 года (Приложение А «Организационная структура отдела координации проектов службы сервиса»), а также должностной инструкцией ведущего специалиста по координации работ на объекте отдела координации проектов службы сервиса, утвержденной 18 августа 2022 года заместителем управляющего директора – директора по персоналу и социальным вопросам ФИО19, согласно которым ОКП СС взаимодействует со всеми подразделениями предприятия, по вопросам данного подразделения, ведущий специалист по координации работ ОКП СС подчиняется непосредственно начальнику ОКП СС.

Отказывая в удовлетворении требований истца о компенсации недополученной заработной платы в виде невыплаченной доплаты за обеспечение ритмичности в размере 28 151 рублей 33 копеек за период с января 2024 года по сентябрь 2025 года, суд исходил из того, что денежная доплата за обеспечение ритмичности начислена истцу согласно положениям локального нормативного акта, действующего в АО «ККМ», что соответствует закону и сама по себе не может рассматриваться как дискриминация и нарушение прав истца, а также отдельно отметил, что истцом.

Соглашаясь с данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия отмечает, что в соответствии с пунктами 8.2.1 и 8.2.6. Положения «Об оплате труда и материальном стимулировании вспомогательных рабочих, не занятых в основном производстве, руководителей, специалистов и служащих структурных подразделений АО «Казанькомпрессормаш» одной из доплат стимулирующего характера, выплачиваемых работникам, является доплата за обеспечение ритмичности выпуска продукции и эффективное использование рабочего времени, порядок, условия и размеры которых регламентируются Положением о порядке доплаты работникам АО «Казанькомпрессормаш» за обеспечение ритмичности выпуска продукции эффективное использование рабочего времени.

Пунктом 6.1 Положения о доплате за обеспечение ритмичности установлено, что работнику предприятия (по основному месту работы) предоставляется доплата за обеспечение ритмичности, для возмещения стоимости питания в Столовой, либо по желанию работника, денежная доплата за обеспечение ритмичности.

Как следует из пункта 6.3.5.2 Положения о доплате за обеспечение ритмичности денежная доплата за обеспечение ритмичности производится при условии осуществления трудовой деятельности по основному месту работы 4-е и более часов подряд в течении рабочего дня (смены), которая за каждый рабочий день или за каждую рабочую смену работника при пятидневной рабочей неделе составляла в 2024 году 200 рублей, с 1 января 2025 года - 250 рублей (пункт 6.3.4).

Указанная доплата не начисляется при нахождении работника в отпуске (очередном, дополнительном, учебном, по уходу за ребенком, по беременности и родам, без сохранения заработной платы), в период временной нетрудоспособности, выполнения государственных обязанностей и дней сдачи крови, в период нахождения в командировке или служебной поездке, на время использования административного отпуска более 4-х часов подряд (пункт 8.1.3).

Как следует из материалов дела, в период с января 2024 года по сентябрь 2025 года ФИО2 не осуществлял трудовую деятельность четыре и более часов подряд по причине ухода с работы в личных целях в течение рабочего дня: 18 и 19 сентября 2024 года, 1, 14, 15, 17, 21, с 22 по 25, 29, 30 и 31 октября 2024 года, 1, 18 и 26 ноября 2024 года, 31 марта 2025 года, 17, 28 и 29 апреля 2025 года, 5, 21 и 27 мая 2025 года, 30 июня 2025 года, 1 июля 2025 года, 8, 15 и 24 сентября 2025 года. 7, 8, 11, 12, 29 ноября 2024 года, 2 и 3 декабря 2024 года находился на обучении по промышленной безопасности. Также ФИО2 не осуществлял трудовую деятельность по причине временной нетрудоспособности 9, с 12 по 16 и 19 февраля 2024 года, находился в командировке с 3 по 4 октября и с 7 по 11 октября 2024 года, в ежегодном оплачиваемом отпуске с 5 по 9 августа, с 12 по 16 августа 2024 года, с 12 по 16 мая 2025 года, с 7 по 11 июля 2025 года, с 14 по 18 июля 2025 года и с 29 по 30 сентября 2025 года.

С учетом фактически отработанного истцом времени работодателем начислена и выплачена денежная доплата за обеспечение ритмичности в составе заработной платы за каждый отработанный день в 2024 году в размере 200 рублей, в 2025 году – 250 рублей, оснований для взыскания указанной доплаты в периоды невыполнения ФИО2 условий Положения о доплате за обеспечение ритмичности, как об этом ставился вопрос в поданном в суд исковом заявлении, у суда первой инстанции обоснованно не имелось.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ответчика о том, что истцом пропущен трехмесячный срок, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для обращения в суд с требованиями об отмене приказов от 14 марта 2025 года № 295 и от 14 апреля 2025 года № 433, которые были заявлены 15 июля 2025 года и о выплате денежной доплаты за обеспечение ритмичности за период с января 2024 года по апрель 2024 года, заявленными 28 мая 2025 года.

Согласно статье 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Судебная коллегия отмечает, что с выписками из приказов от 14 марта 2025 года № 295 и от 14 апреля 2025 года № 433 истец был ознакомлен 17 марта 2025 года 7 и 14 апреля 2025 года соответственно, что подтверждено составленными ответчиком актами, в связи с чем сроки для их обжалования истекли 17 июня 2025 года и 14 июля 2025 года, а сроки обращения истца в части требований о выплате денежной доплаты за обеспечение ритмичности, с учетом выплаты заработной платы каждого 10 числа месяца, истекли: за январь 2024 года – 10 февраля 2025 года, за февраль 2024 года – 10 марта 2025 года, за март 2024 года – 10 апреля 2025 года, за апрель 2024 года – 10 мая 2025 года, при этом течение срока не приостанавливается без обращения за защитой нарушенного права с заявлением соответствующих требований в установленном законом порядке.

Исходя из изложенного, доводы жалобы о соблюдении срока предъявления требований, ввиду уточнения исковых требований в рамках гражданского дела № 2-1640/2025, предоставления ответчику в рамках судебного разбирательства выписки из протокола от 14 марта 2025 года № 4, выписки из приказа Управляющего директора от 14 марта 2025 года № 295, выписки из протокола от 14 апреля 2025 года № 5, выписки из приказа Управляющего директора от 14 апреля 2025 года № 433 в ходе судебного заседания от 15 мая 2025 года в рамках рассмотрения указанного дела, основаны на неправильном толковании истцом норм процессуального права, с учетом принятия решения путем совокупного анализа всех материалов дела и оценки приведенных доказательств, а не лишь исходя из пропуска срока, правового значения, для принятого в целом в соответствии с действующим законодательством обоснованного решения, не имеют.

Несмотря на то, что апелляционная жалоба истца не содержит доводов в остальной части принятого решения, но оно обжалуется в целом, судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Учитывая, что судом первой инстанции в удовлетворении основных требований об отмене приказов о применении дисциплинарных взысканий и о взыскании компенсацию недополученной заработной платы в виде невыплаченной доплаты за обеспечение ритмичности отказано обосновано, то есть факт нарушения ответчиком трудовых прав истца не нашел своего подтверждения, судебная коллегия соглашается с решением в части отказа в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации недополученной заработной платы и расходованием личного времени в связи с необходимостью подачи искового заявления в суд и обеспечения сроков подачи и проведения судебных разбирательств в размере 3 649 360 рублей, суд первой инстанции обосновано не нашел оснований для их удовлетворения, поскольку согласно статье 128 Трудового кодекса Российской Федерации по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.

Таким образом законом предусмотрена право оформления работником отпуска любой продолжительностью, включая часы, по письменному заявлению по соглашению с работодателем, без сохранения заработной платы. При этом у работодателя отсутствует обязанность по оплате работнику времени отсутствия на работе.

В целом доводы апелляционной жалобы истца повторяют правовую позицию, изложенную в иске, не опровергают выводов суда и не могут служить основанием для отмены решения, постановленного в соответствии с требованиями закона.

Учитывая, что неправильного применения норм материального права или нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, оснований для отмены обжалуемых решения и дополнительного решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Кировского районного суда города Казани от 19 ноября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 13 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи