Дело № 10-5001/2025 судья Миронов Б.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Челябинск 22 сентября 2025 года

Челябинский областной суд в составе: 

председательствующего – судьи Бескосовой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Антонян А.Б.,

с участием прокурора Бочкаревой Г.В., представителя потерпевшего ФИО12,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Мангатовой О.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Мангатовой О.В., Станкевича А.А. в интересах осужденного ФИО1 с дополнением на приговор Центрального районного суда города Челябинска от 11 июня 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несудимый

осужден по ч. 2 ст. 167 УК РФ к лишению свободы на срок четыре года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей в качестве меры пресечения в период с 20 марта 2024 года по 21 марта 2024 года, с 11 июня 2024 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Этим же приговором оставлены без рассмотрения исковые требования 

<

данные изъяты> о возмещении ущерба, с сохранением права на обращение в порядке гражданского судопроизводства, разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и мере пресечения.

Заслушав доклад судьи Бескосовой О.А., выступления осужденного ФИО1, адвоката Мангатовой О.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя потерпевшего ФИО12, прокурора Бочкаревой Г.В., считавших приговор законным и обоснованным, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Преступление совершено 28 февраля 2024 года в Центральном районе города Челябинска при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Мангатова О.В., не соглашаясь с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, просит отменить, вынести оправдательный приговор.

По мнению адвоката, прямые доказательства виновности ФИО1 отсутствуют; имеющиеся противоречия оставлены судом без оценки; единственный свидетель ФИО5 причастность ФИО1 к совершенному преступлению не подтвердила, опровергла то обстоятельство, что именно ФИО1 поджег транспортное средство; следов осужденного на месте совершения преступления обнаружено не было; видеозапись не подтверждается иными материалами дела; не установлен мотив совершения преступления, цели и заинтересованность ФИО1 в поджоге транспортного средства.

Обращает внимание, что ФИО1 является многодетным отцом, женат, проживает в городе Магнитогорске, имеет стойкую привязанность к определенному месту, имеет регистрацию на территории России, ранее не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, был трудоустроен, получал доход от трудовой деятельности.

Считает, что суд назначил максимально суровое наказание и более строгий вид исправительного учреждения, поскольку ст. 128 УИК РФ позволяет назначить колонию-поселение лицам, впервые осужденным за совершение умышленных преступлений небольшой или средней тяжести, и зачесть срок содержания под стражей в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня в колонии-поселении.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Станкевич А.А., не соглашаясь с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, просит отменить и вынести оправдательный приговор, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, противоречат обстоятельствам, установленным в ходе судебного заседания; судом неверно применены нормы материального права при определении признаков состава преступления; неверно произведена оценка исследованных доказательств с нарушением норм процессуального права. 

По мнению адвоката, суд ошибочно пришел к выводу о том, что вред причинен 

<

данные изъяты>, необоснованно принял во внимание в качестве доказательств результаты оперативно-розыскных мероприятий, показания свидетеля ФИО7 и иные письменные материалы по делу; исказил результаты допроса свидетеля ФИО5; необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении почерковедческой экспертизы, исследовании подлинников процессуальных документов; по надуманным основаниям пришел к выводам о наличии события преступления и квалифицирующих признаков.

Не соглашается с выводами суда о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору в связи с тем, что судом не указано, какими доказательствами подтверждается наличие этого обстоятельства.

Обращает внимание, что товароведческая экспертиза, направленная на установление размера ущерба, на разрешение вопроса о частичном либо полном уничтожении имущества, не проводилась, вывод суда об уничтожении имущества основан на предположении; размер ущерба не установлен; сам автомобиль не осматривался в установленном законом порядке и в качестве вещественного доказательства не приобщался. 

Оспаривает общеопасный способ повреждения имущества, указывая, что какие-либо нормы пожарной безопасности не исследовались, специалисты не допрашивались, причина возгорания не установлена, не установлен факт поджога; предмет, который был помещен под автомобиль, не идентифицирован; был ли он источником возгорания, не установлено; не установлен сам факт закладки предмета в ночь возгорания, выводы суда о причастности ФИО1 к закладке предмета и наличии причинно-следственной связи между действиями по закладке предмета и возгоранием являются предположением.

Отмечает, что не проводилась идентификация ФИО1 и лица якобы заложившего под автомобиль неопознанный предмет в ночь возгорания в установленном законом порядке, так как не были проведены опознание и портретная экспертиза.

Полагает, что судом необоснованно приняты во внимание показания свидетеля ФИО7, который сообщил информацию, ставшую ему известной от свидетеля ФИО5; доводы свидетеля ФИО5 о том, что ее сутки без сна держали в отделе полиции, после чего она продиктовала следователю показания, которые ей сказали оперативные сотрудники, не опровергнуты; доводы свидетеля о неподтверждении своей подписи в протоколе показаний на месте оставлены без оценки. 

Указывает, что судом не были исследованы аудиозаписи разговоров; фоноскопические, лингвистические и филологические экспертизы для определения принадлежности голоса и предмета разговора не проводились; выводы суда о том, что разговоры велись ФИО1, и о содержании разговоров являются предположением; постановление судьи областного суда Вардугина И.Н. судом не исследовалось, поэтому ссылка на законность проведения оперативно-розыскных мероприятий необоснованна; источник возникновения записей камер наблюдения судом не устанавливался, подлинность записей не проверялась, сами записи не исследовались.

Оспаривает установленную причину возгорания, поскольку названная экспертом причина возгорания носит предположительный характер, не установлено, какой именно газ был в баллоне, мог ли он (газ) воспламениться без источника огня, версия возгорания от замыкания проводки вообще не исследовалась, материалами уголовного дела не исключена.

Полагает, что выводы суда противоречат результатам первоначальных осмотров места происшествия, в ходе которых никаких останков газового баллона на месте их якобы обнаружения не имелось; доводы защиты оставлены судом без оценки; судом нарушен принцип состязательности сторон.

Выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Анализ материалов дела показывает, что виновность осужденного в совершении умышленного уничтожения чужого имущества, с причинением значительного ущерба, путем поджога, установлена исследованными в судебном заседании доказательствами, получившими надлежащую оценку, содержание которых в полной мере отражено в приговоре. 

При этом в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ суд привел убедительные мотивы, по которым он признал достоверными положенные в основу приговора доказательства.

Суд первой инстанции обоснованно положил в основу обвинительного приговора показания:

- представителя потерпевшего ФИО12 об обстоятельствах приобретения 

<

данные изъяты> автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный номер №; об обстоятельствах, при которых ему стало известно о том, что указанный автомобиль, припаркованный у дома 28 по улице Академика Макеева в городе Челябинске, сгорел; об обстоятельствах, ставших ему известными при просмотре видеозаписей камер наблюдения; о размере материального ущерба, причиненного организации;

- свидетеля ФИО9, которая, работая юристом в 

<

данные изъяты>», сообщила об основаниях приобретения автомобиля «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный номер №; об обстоятельствах, при которых ей стало известно о том, что указанный автомобиль, припаркованный у дома 28 по улице Академика Макеева в городе Челябинске, сгорел; значительности причиненного ущерба для организации;

- свидетеля ФИО7, который, являясь начальником отдела уголовного розыска УМВД России по городу Челябинску, сообщил о проведенных оперативно-розыскных мероприятиях по факту поджога автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный номер № принадлежащего 

<

данные изъяты>», в ходе которых была установлена причастность ФИО1 к совершению поджога; 

- показания свидетеля ФИО5 об обстоятельствах, при которых она вместе с ФИО1 приехала из города Магнитогорска в город Челябинск, арендовала квартиру в доме 20 по улице Академика Макеева города Челябинска; 28 февраля 2024 года около 03:00 часов они с ФИО1 пошли гулять, проходили по улице Академика Макеева, около многоэтажных жилых домов, припаркованных около них автомобилей; в какой-то момент ФИО1 сказал ей остановиться; когда она остановилась, ФИО1 открыл ее рюкзак и достал из него какой-то предмет, подошел к стоящему на парковке автомобилю, наклонился около правого заднего колеса автомобиля, произвел какое-то движение предметом, потом поднялся, схватил ее за руку и побежал, после этого они уехали в город Магнитогорск. 

Помимо показаний свидетелей, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании: протоколами осмотров места происшествия, предметов, аудио- и видеозаписей, результатами оперативно-розыскных мероприятий, заключениями экспертов и иными документами.

Оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего, свидетелей ставить их под сомнение, у суда не имелось, какой-либо заинтересованности в исходе дела, оснований для оговора осужденного судом первой инстанции не усмотрено, не находит их и суд апелляционной инстанции.

Указанные показания последовательны и непротиворечивы, полностью согласуются между собой, были получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Доводы стороны защиты о недопустимости показаний свидетеля ФИО5, данных ею в ходе допроса в качестве свидетеля, проверки показаний на месте, проведенного с ее участием оперативно-розыскного мероприятия были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно им отвергнуты. Выводы суда, подробно изложенные в приговоре, разделяются и судом апелляционной инстанции.

Факт участия в производстве следственных действий и оперативно-розыскного мероприятия свидетель ФИО5 не отрицала, о применении в отношении нее каких-либо недозволенных приемов при производстве расследования не заявляла, с внесенными в протоколы показаниями была ознакомлена, подписала без замечаний. Допрошенный в судебном заседании следователь ФИО10 указанные обстоятельства подтвердил. Свидетелю разъяснялись процессуальные права и обязанности, ответственность за дачу заведомо ложных показаний.

Что касается заявлений ФИО5 о том, что некоторые подписи в протоколе проверки показаний на месте ей не принадлежат и показания она давала под давлением, то они обоснованно отвергнуты судом первой инстанции. Свои выводы суд убедительно мотивировал, обоснованно отметив, что, находясь в близких отношениях с ФИО1, свидетель заинтересована в исходе дела. Оснований для производства почерковедческой экспертизы подлинности подписи свидетеля в протоколе следственного действия, участие ФИО5 в котором очевидно и не оспаривается, у суда не имелось. Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы адвоката Станкевича А.А. об указанных обстоятельствах подлежат отклонению. 

Оснований для признания недопустимыми показаний свидетеля ФИО7, вопреки доводам адвоката Станкевича А.А., у суда первой инстанции не имелось, сообщение обстоятельств, ставших ему известными при производстве оперативно-розыскных мероприятий, не противоречит установленным уголовно-процессуальным законом требованиям о допустимости доказательств.

Исследованное судом заключения экспертов, положенные в основу обвинительного приговора, экспертизы по которым проведены в соответствии с требованиями, установленными гл. 27 УПК РФ, положениями Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», лицами, обладающими специальными познаниями, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, согласуются с другими доказательствами, не содержат противоречий и сомнений не вызывают.

Как следует из материалов дела, оперативно-розыскные мероприятия проводились в соответствии с требованиями Федерального закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности». 

Ход и результаты проведения мероприятий нашли свое отражение в соответствующих протоколах, рапортах должностных лиц, осуществлявших их проведение. Результаты оперативно-розыскной деятельности переданы следователю на основании соответствующих документов и в установленном порядке. В связи с прохождением необходимой процедуры, указанные результаты, по мнению суда апелляционной инстанции, обоснованно положены в основу приговора.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку приведенным доводам адвоката, в том числе, отраженным по тексту апелляционной жалобы. Оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и квалификации его действий, между перечисленными доказательствами не установлено. Оценивая каждое из представленных доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что они не содержат каких-либо данных, позволяющих поставить под сомнение то, что противоправные действия в отношении имущества 

<

данные изъяты>» совершены именно осужденным ФИО1

При решении вопроса о направленности умысла ФИО1 суд обоснованно исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного и учел, в частности, способ преступления.

Факт поджога транспортного средства подтвержден заключением эксперта №, согласно которому очаг пожара находился в задней правой части автомобиля, в месте расположения колесной арки заднего правого колеса; причиной пожара явилось воспламенение в очаге пожара зажигательного устройства. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, принадлежность уничтоженного автомобиля именно 

<

данные изъяты>», факт уничтожения автомобиля, размер причиненного ущерба и его значительность для юридического лица достоверно установлены исследованными в судебном заседании доказательствами: 

регистрационными документами транспортного средства, сведениями о заключении договора финансовой аренды, согласно которым собственником автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный номер №, является 

<

данные изъяты>»;

заказ-нарядом 

<

данные изъяты> согласно которому для восстановительного ремонта автомобиля марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный номер № необходимы работы и материалы общей стоимостью 6330192 рубля 10 копеек;

ответом главного специалиста по 

<

данные изъяты> ФИО16., согласно которому, в связи с тем, что стоимость восстановительного ремонта 6300192 рубля превысила страховую стоимость автомобиля 4550000 рублей проведение восстановительного ремонта было признано нецелесообразным;

сведениями о финансовом положении юридического лица.

Общеопасный способ совершения преступления установлен судом исходя из фактических обстоятельств: в момент поджога автомобиль находился в непосредственной близости от других автомобилей около жилого многоквартирного дома, существовала опасность взрыва топливного бака; пожар был замечен прохожим, то есть была возможность распространения огня на другие автомобили и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также имуществу.

Время, место и способ совершенного ФИО1 преступного деяния, описанного в приговоре, его вина в совершении данного деяния, а также конкретные действия осужденного, направленность умысла, все в своей совокупности позволило суду первой инстанции сделать однозначный вывод о том, что оснований для оправдания ФИО1 по настоящему делу не имеется. 

Таким образом, суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, обоснованно квалифицировал действия осужденного по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, совершенное путем поджога.

Согласно протоколу судебного заседания, отвечающему нормам УПК РФ, судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона: в соответствии со ст. 15 УПК РФ, судом были созданы все необходимые условия для реализации сторонами прав и исполнения процессуальных обязанностей; право на защиту осужденного обеспечено и реализовано, позиция стороны защиты, равно как и позиция стороны обвинения по делу, доведены до суда и учтены при оценке доказательств; судебное следствие проведено в объеме, заявленном сторонами, а ходатайства участников процесса разрешены судом, принцип состязательности сторон соблюден. Нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.

При назначении наказания в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ судом учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

С учетом обстоятельств уголовного дела и личности осужденного суд первой инстанции обоснованно признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, тот перечень данных, который нашел свое отражение в обжалуемом приговоре.

Сведений об обстоятельствах, которые в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ безусловно подлежали признанию в качестве смягчающих наказание осужденного, но не были признаны таковыми судом первой инстанции, или ставили под сомнение справедливость назначенного наказания, материалы уголовного дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание, обоснованно признано совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Несмотря на доводы стороны защиты об обратном, совершение ФИО1 преступления в составе группы лиц по предварительному сговору нашло свое подтверждение исследованными доказательствами, в том числе результатами оперативно-розыскной деятельности, сведениями, установленными при записи телефонных переговоров осужденного.

Исходя из степени и характера общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, с учетом наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о том, что цели наказания могут быть достигнуты только при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы и возможность исправления осужденного без реального отбывания наказания не усмотрел.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Мангатовой О.В., назначенное ФИО1 наказание суд апелляционной инстанции находит справедливым и соразмерным содеянному, поскольку только такое наказание может способствовать достижению его целей: восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. 

Принимая во внимание отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, правовых оснований, суд первой инстанции обоснованно не применил положения ст. 64, ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ, убедительно мотивируя свое решение в данной части.

Вид режима исправительного учреждения, предназначенного для отбывания наказания в виде лишения свободы, – исправительная колония общего режима – определен судом верно, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. При этом правильно учтены конкретные обстоятельства совершенного преступления и данные о личности осужденного.

Вместе с тем, уголовный закон не предусматривает возможность учитывать при определении вида исправительного учреждения поведение до и после совершения преступления, отрицание причастности к деянию, невозмещение вреда, в связи с чем ссылка суда на указанные обстоятельства должна быть исключена. При этом, оснований для изменения режима исправительного учреждения в связи с вносимыми изменениями суд апелляционной инстанции не находит, разделяя вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 должен отбывать лишение свободы в исправительной колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств разрешена правильно.

Выводы суда первой инстанции об оставлении без рассмотрения исковых требований потерпевшего 

<

данные изъяты>», гражданского истца 

<

данные изъяты>» основан на правильном применении закона, поскольку характер взаимоотношений организации потерпевшего и страховой компании, размер полученного возмещения каждым истцом, исходя из стоимости годных остатков транспортного средства, должны устанавливаться в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению, поскольку в вводной части приговора судом неверно указана дата рождения ФИО1 «ДД.ММ.ГГГГ» вместо «ДД.ММ.ГГГГ», что расценивается как техническая ошибка, подлежащая устранению.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора или внесение в него изменений, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

приговор Центрального районного суда города Челябинска от 11 июня 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

в вводной части правильно указать дату рождения ФИО1 «ДД.ММ.ГГГГ» вместо ошибочно указанного «ДД.ММ.ГГГГ»;

в описательно-мотивировочной части исключить ссылку суда при указании обстоятельств, учитываемых при определении вида исправительного учреждения, на поведение ФИО1 до и после совершения преступления, отрицание причастности к деянию, невозмещение вреда.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Мангатовой О.В., Станкевич А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий