Дело № 2-3394/2018 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июня 2018 года п. Емельяново

Емельяновский районный суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Ежелевой Е.А. при секретаре Витковской Н.А., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МУП Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочное время, взыскании среднего заработка при увольнении по сокращению штата за 3 месяца, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МУП Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочное время в размере 178 709 рублей 87 копеек, взыскании среднего заработка при увольнении по сокращению штата за 3 месяца в размере 58 080 рублей 07 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска указано, что ФИО1 был принят в МУП Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» на должность бригадира ремонтной бригады 6 разряда на основании трудового договора от 01 апреля 2004 года № 12; 17 июля 2017 года ему поступило уведомление о том, что по истечении двух месяцев со дня получения уведомления трудовой договор с ним будет расторгнут на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с сокращением численности работников; данное решение принято было на основании приказа от 29 июня 2017 года № 39-к; в данном уведомлении истцу был предложен перевод на вакантную ставку старшего диспетчера электрической службы, но истец отказался от нее и написал заявление о согласии увольнения по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ с 26 июля 2017 года; также истец написал обращение от 26 июля 2017 года, в котором просил компенсировать ему время дежурств, осуществляемых в соответствии с ежемесячными графиками дежурств за 2016-2017 гг., на что получил отказ; с данным отказом истец не согласен, поскольку согласно дополнительному соглашению № 13 от 01 апреля 2016 года к трудовому договору его должностной оклад составлял 13 677 рублей; также к заработной плате начислялись доплаты в размере 1000 рублей за разъездной характер работы и за выслугу лет 1 367 рублей 70 копеек, включая районный коэффициент (30%) и надбавку к заработной плате за работу в районах Крайнего Севера и приравненных в ним местностях (30%); итого заработная плата истца составляла 25 671 рубль 52 копейки; дежурства, исходя из условий вышеуказанного трудового договора, не являлись установленным режимом рабочего времени; несмотря на это истец привлекался к работе в соответствии с графиком дежурств сверхурочно; по данному графику истец один раз в месяц привлекался к суточному дежурству 1 неделю в месяц с понедельника по понедельник, то есть 7 суточных дежурств; при этом в рабочие дни с понедельника по пятницу истец с 08:00 до 17:00 кроме дежурств выполнял свои основные обязанности, а с 17:00 до 06:00 утра следующего дня непосредственно обязанности дежурного; в обязанности последнего входило в любое время быть готовым выехать на аварийные участки и происшествия; в выходные же дни в субботу и воскресенье ФИО1 дежурил круглые сутки с 06:00 утра субботы до 06:00 утра воскресенья и с 06:00 утра воскресенья до 06:00 утра понедельника; таким образом; согласно расчету истца в сентябре 2016 года отработано было 176 часов, из них сверхурочно – 128 часов, задолженность составила 19 818 рублей 60 копеек; в октябре 2016 года отработано 120 часов, из них сверхурочно 80 часов, размер задолженности составил 10 240 рублей 12 копеек; в ноябре 2016 года отработано 128 часов из них 65 часов сверхурочно, задолженность составила 15 016 рублей 31 копейка; в декабре 2016 года отработано 128 часов сверхурочно, задолженность составила 19 818 рублей 60 копеек в январе 2017 года отработано 128 часов сверхурочно, задолженность составила 25 645 рублей 36 копеек, в феврале 2017 года отработано 128 часов сверхурочно, задолженность составила 24 642 рубля 76 копеек; в марте 2017 года отработано 128 часов сверхурочно, задолженность составила 19 928 рублей 24 копейки, в апреле 2017 года отработано 128 часов сверхурочно, задолженность составила 21 799 рублей 94 копейки; в мае 2017 года отработано сверхурочно 128 часов, задолженность составила 21 799 рублей 94 копейки (том 1 л.д. 111); помимо этого, истец просит взыскать средний заработок при увольнении по сокращению штата за три месяца в период с августа 2016 года по июнь 2017 года в размере 58 080 рублей 07 копеек, исходя из того, что в период с августа 2016 года по июнь 2017 года отработано было 185 дней, начислено 365 488 рублей 28 копеек; в августе средний заработок составил 45 439 рублей 09 копеек за 23 рабочих дня, в сентябре – 41 264 рубля 81 копейка за 21 рабочий день, в октябре – 43 229 рублей 80 копеек за 22 рабочих дня, а всего 129 933 рубля 70 копеек, из них 71 853 рубля 63 копейки были выплачены (том 1 л.д. 111).

В судебном заседании истец иск и изложенные в нем доводы поддержал; дополнительно пояснил, что во всех случаях работы сверхурочно он работал в отсутствие приказа, руководствовался только графиком дежурств, утвержденным директором ФИО3; оплату в то время не требовал, так как вынужден был соглашаться с таким режимом работы; после того, как его уволили по сокращению штата, решил потребовать компенсации работы сверхурочно.

Представитель ответчика ФИО2 в удовлетворении иска просил отказать, представил письменные возражения, в которых указывается на то, что представленные истцом графики дежурств сами по себе не являются доказательством сверхурочной работы истца в том объеме, в каком взыскивается задолженность по заработной плате и не подтверждают расчеты истца; основным документом, подтверждающим факт исполнения трудовой функции и объема трудовых часов на предприятии, является табель учета рабочего времени; что касается графиков дежурств, то ведение таких документов на предприятии не предусмотрено; если такие графики и составлялись, то только в рамках деятельности технического персонала и только для целей оперативного оповещения персонала и руководства предприятия о наступлении нештатной ситуации (аварии); кроме того, весь состав электротехнической службы предприятия получает до 60 % премии от оклада за особые условия труда; к таким относится: устранение аварийных ситуаций на электрических сетях предприятия, а также разъездной характер работы, при том, что не имеет значение, имелись ли в каждом текущем месяце аварийные ситуации и осуществлялись ли выезды, премия начислялась в любом случае (том 1 л.д. 205-206); что касается требования о взыскании среднего заработка при увольнении по сокращению штата за 3 месяц, то оно не подлежит удовлетворению, так как основания к этому отсутствуют; ФИО1 не представил доказательства существования исключительных обстоятельств, при наличии которых за ним мог быть сохранен заработок в течение третьего месяца после увольнения, как того требует ст. 178 ТК РФ; кроме того, данный вопрос уже рассматривался судом в деле по иску МУП Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» к Краевому государственному казенному учреждению «Центр занятости населения Емельяновского района» о признании незаконным решения от 27 октября 2017 года о сохранении за ФИО1 среднего месячного заработка; кроме того, по мнению ответчика, истцом пропущен срок для обращения в суд, установленный ст. 392 ТК РФ.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Статьей 91 ТК РФ предусмотрено, что рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

В силу ст. 97 ТК РФ работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором для сверхурочной работы.

Статьей 99 ТК РФ предусмотрено, что сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период. Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия в случаях, предусмотренных указанной нормой.

По смыслу ст. 113 ТК РФ привлечение к сверхурочным работам и работам в выходные дни производится по письменному распоряжению работодателя, в соответствии со ст. 99 ТК РФ последний ведет точный учет продолжительности сверхурочных работ и работ в выходные дни с целью оплаты выполненных работ в точном соответствии с требованиями ст. ст. 152, 153 ТК РФ.

Согласно ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Как установлено в судебном заседании, 01 апреля 2004 года между Емельяновским районным муниципальным предприятием «Энергосбыт» и ФИО1 заключен был трудовой договор, по условиям которого ФИО1 принят был на работу на должность бригадира ремонтной бригады 6 разряда в порядке перевода с должности мастера Емельяновского РМП «Энергосбыт» с 01 апреля 2004 года на неопределенный срок, 17.05.2013 г был издан приказ о его приеме на работу. В соответствии с п. 4.1 истцу устанавливался ненормированный рабочий день и пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, а также дополнительные оплачиваемые отпуска за работу в районах, где установлен районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате – 8 календарных дней и за ненормированный рабочий день – 3 календарных дня. В соответствии с п.п. 3.1 – 3.10 истцу установлен был должностной оклад в размере 3 282 рубля в месяц, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 30 % в месяц, районный коэффициент к заработной плате – 30 % в месяц; ежемесячная доплата за ненормированный рабочий день в размере 30 % от его должностного оклада с учетом районного коэффициента и процентной надбавки; вознаграждение по итогам работы за год и вознаграждение за выслугу лет; ежемесячно выплачивалась премия в соответствии с Положением о премировании электротехнической службы, возмещались расходы по оплате электроэнергии в размере 50 % (том 1 л.д. 31-33); дополнительным соглашением к трудовому договору от 01 апреля 2016 года истцу установлен был оклад в размере 13 677 рублей (том 1 л.д. 34); соглашением 11 января 2008 года введен был пункт 3.11 статьи III трудового договора о том, что работнику устанавливалась ежемесячная доплата в размере 1000 рублей за разъездной характер (том 1 лд. 42).

Согласно должностной инструкции «Электромонтера по эксплуатации электрических сетей и подстанций 4 разряда» в должностные обязанности последнего входит: обслуживание оборудования распределительных пунктов (РП), трансформаторных подстанций (ТП), воздушных и кабельных линий электропередачи распределительных сетей; производство ремонта, монтажа, демонтажа и технического обслуживания линий электропередачи, проверка состояния механизмов и защитных средств во время проведения работ на высоте и под напряжением, ремонт оборудования РП, ТП и линий электропередачи, устранение неисправности, чистка оборудования РП и ТП; работа дежурным по предприятию для обеспечения бесперебойной работы и устранения последствий аварий согласно утвержденного графика дежурств на месяц; на период дежурства, работа в режиме «домашнее дежурство» (том 1 л.д. 46-48).

Согласно Положению «Об оплате труда работников Емельяновского районного муниципального предприятия «Энергосбыт», утвержденному директором ФИО4 28 октября 2009 года, в организации установлены следующие выплаты работникам за их труд (заработная плата): должностной оклад, компенсирующие, стимулирующие и поощрительные выплаты, производимые работникам в связи с выполнением трудовых обязанностей; пунктом 3.4 данного положения предусмотрено, что работа в выходной и нерабочий праздничный день оплачивается в размере одинарной дневной или часовой ставки сверх оклада, если работа в выходной и нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере двойной часовой или дневной ставки сверх оклада, если работа в выходной день производилась сверх месячной нормы; по желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха; в этом случае работа в нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит; п. 4.1 предусмотрено, что работникам предприятия ежемесячно выплачивается премия в соответствии с действующим на предприятии Положением о премировании работников (том 1 л.д. 53-54).

Положением о премировании работников электротехнической службы, утвержденным приказом директора Емельяновского РМП «Энергосбыт» ФИО4 28 октября 2009 года, предусмотрено, что премия выплачивается за следующие производственные показатели: за достижение в труде, своевременное и качественное выполнение трудовых обязанностей, повышение производительности труда, качественное и оперативное выполнение особо важных заданий и особо срочных работ; премирование производится ежемесячно в размере 60 % от должностного оклада работника, установленного штатным расписанием и трудовым договором (том 1 л.д. 52). 

Из объяснений истца следует, что во время дежурств он находился дома и принимал звонки от потребителей электроэнергии; в случае аварии передавал информацию работодателю, сам выезжал на место аварии либо направлял других специалистов для ее устранения.

Из расчетных листков за период с января 2016 года по июнь 2017 года видно, что истцу начислялась и выплачивалась заработная плата, включающая в себя, в том числе компенсации за работу в праздничные и выходные дни, за разъездной характер работы, ежемесячная премия (том 1 л.д. 81-92, 214-224).

Согласно приказу № 62-к истцу произведена выплата «возмещение величины среднего заработка за период с 27 июля 2017 года по 17 сентября 2017 года (ч. 3 ст. 180 ТК РФ), выходное пособие в сумме среднего заработка (ч. 1 ст. 178 ТК РФ), за 18 календарных дней денежная компенсация за неиспользованный отпуск (том 1 л.д. 208).

Согласно справке главного бухгалтера МУП ЕЭС задолженность перед ФИО1 у предприятия отсутствует, денежные средства перечислены своевременно и в полном объеме (том 1 л.д. 209).

Согласно табелям учета рабочего времени за период с августа 2016 года по июль 2017 года ФИО1 в указанный период работал в обычном режиме, продолжительность рабочего дня составляла 8 часов; сведений о выполнении им сверхурочной работы данные табели не содержат (том 1 л.д. 225-263).

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей бывшие директор МУП ЕЭС ФИО3 и главный инженер ФИО5 пояснили, что на предприятии действительно были введены дежурства по неделям, во время которых ФИО1 обязан был принимать телефонные звонки и в случае аварии выезжать на место для ее устранения; при этом ФИО1 мог находиться дома; рабочего места у него как такового не было; данные дежурства не оплачивались, так как не было средств; приказы о привлечении к сверхурочной работе не выносились. 

Таким образом, установлено, что истец работал у ответчика на основании трудового договора, по которому ему был установлен ненормированный рабочий день; за весь спорный период истцу начислялась и выплачивалась заработная плата, включающая в себя, в том числе компенсации за работу в праздничные и выходные дни, за разъездной характер работы, ежемесячная премия за качественное и оперативное выполнение особо важных заданий и особо срочных работ; к сверхурочной работе истец в установленном порядке не привлекался, приказы об этом не выносились, учет рабочего времени во время дежурств не велся; факт переработки не подтвержден, количество отработанных истцом часов определить не представляется возможным ввиду отсутствия подтверждающих документов.

Показания свидетелей ФИО3 и ФИО5 о круглосуточном дежурстве истца суд оставляет без внимания, поскольку данные свидетели не могли назвать точное количество часов отработанных истцом.

Согласно статье 100 ТК РФ режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором.

Кодекс не устанавливает максимальную продолжительность рабочей смены.

Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Согласно ст. 91 ТК РФ работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Работа, как указывалось выше, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период, признается сверхурочной. Сверхурочная работа компенсируется повышенной оплатой в соответствии со статьей 152 Кодекса либо по желанию работника предоставлением дополнительного времени отдыха.

В Письме Минтруда России от 05.03.2018 N 14-2/В-149 разъяснено, что работа сверх установленной продолжительности рабочего времени лиц с ненормированным рабочим днем не считается сверхурочной.

Основанием для привлечения к сверхурочной работе является приказ (распоряжение) работодателя. Если соответствующий приказ не издавался, но установлено, что устное распоряжение кого-либо из руководителей имелось, работу также следует считать сверхурочной.

В случае если работник по своей инициативе остается после работы, то такая работа, выполняемая по инициативе самого работника, сверхурочной не признается.

В силу вышеприведенных норм права и с учетом установленных по делу обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, так как отработанные истцом часы в период с августа 2016 г. по июнь 2017 г. оплачены работодателем в установленном порядке, то есть в соответствии с условиями трудового договора и действующим на предприятии положением об оплате труда.

Оснований для применения к спорным отношениям (период с августа 2016 года по июня 2017 год) положений ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется.

Доказательств, подтверждающих обоснованность предъявленных требований и нарушений прав истца на получение заработной платы в судебном заседании не добыто, а стороной истца не представлено.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам срока, установленного ч. 1 настоящей статьи, он может быть восстановлен судом (ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вопрос о пропуске истцом срока для обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 3 ст. 390 и ч. 3 ст. 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока для обращения в суд с иском о разрешении индивидуального трудового спора, будучи примерным, ориентирует суды на тщательное исследование всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд для разрешения спора об увольнении.

Соответственно, ч. 3 ст. 392 ТК РФ, наделяющая суд правом восстанавливать пропущенные сроки для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, во взаимосвязи с частью первой той же статьи предусматривает, что суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, действует не произвольно, а проверяет и учитывает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением трудового спора.

Как установлено судом, истец ежемесячно получал заработную плату и расчетные листы по заработной плате и таким образом знал о размере оплаты труда.

Следовательно, истец имел возможность обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании задолженности по заработной плате в трехмесячный срок, определенный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В суд с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате за период с августа 2016 года по июнь 2017 года истец обратился 06 сентября 2017 г., окончательные требования уточнены в заявлении от 16 мая 2018 года (том 1 лд. 110), в связи с чем им был пропущен срок, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, о применении которого было заявлено представителем ответчика.

С заявлением о восстановлении пропущенного срока, определенного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации для обращения в суд с иском о взыскании задолженности по заработной плате, истец не обращался.

Разъяснения, содержащиеся в п. 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в котором разъяснено, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, в данном случае к спорным отношениям не применимы, поскольку работодатель истцу денежные суммы в счет доплаты за сверхурочную работу не начислял и, следовательно, на работодателе не лежала обязанность по ее выплате, поэтому отсутствовал сам факт задолженности по выплате заработной платы.

Что касается требования о взыскании среднего заработка при увольнении по сокращению штата, то при его разрешении суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, истцу при увольнении выплачены были: заработная плата за период работы перед увольнением, включая премии, надбавки и иные выплаты, что соответствует требованиям ст.ст. 136, 140 ТК РФ, денежная компенсация за непредоставленный отпуск, что соответствует требованиям ст. 127 ТК РФ, выходное пособие в размере среднего месячного заработка, что соответствует требованиям ст. 178 ТК РФ, компенсация в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении, что соответствует требованиям ч. 3 ст. 180 ТК РФ (том 1 л.д. 10, 92). 

Решением Емельяновского районного суда от 07 мая 2018 года, вынесенному по делу по иску Муниципального унитарного предприятия Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» к Краевому государственному казенному учреждению «Центр занятости населения Емельяновского района» о признании решения незаконным (том 2 л.д. 7-9), установлено, что ФИО1 07.08.2017 года, то есть, в двухнедельный срок со дня увольнения, обратился в КГКУ «ЦЗН Емельяновского района» с заявлением о предоставлении государственной услуги содействия в поиске подходящей работы.

При обращении в КГКУ «ЦЗН Емельяновского района» ФИО1 указал о наличии у него среднего профессионального образования радиотехника (Электронная техника, радиотехника и связь), наличии профессий (специальностей) мастера со стажем работы 15 лет 10 месяцев 24 дня и электрика цеха со стажем работы 2 года 11 месяцев 20 дней.

Согласно листа учета посещения, 07.08.2017 года, при обращении ФИО1 в Центр, установлены даты посещений - 08.08.2017 года, 09.08.2017 года, 10.08.2017 года с целью подбора работы до признания безработным; 17.08.2017 года – признание безработным.

Выполнение запланированных мероприятий по явке ФИО1 в Центр подтверждено листами посещений; решением от 17.08.2017 года ФИО1 признан безработным.

Согласно листам учета посещений, с целью перерегистрации Померанцев являлся в Центр 28.08.2017 года, 11.09.2017 года, 25.09.2017 года, 09.10.2017 года, 23.10.2017 года.

По состоянию на 27.10.2017 года оценочный лист, в котором должны отражаться сведения о выполнении мероприятий за период с 17.08.2017 года по 17.10.2017 года, заполнен не был.

В дни посещений Центра Померанцевым получен перечень вариантов оплачиваемой работы, содержащихся в регистре получателей государственных услуг в сфере занятости населения, для самостоятельного посещения работодателей, вместе с тем, никаких данных, подтверждающих факт самостоятельного обращения соискателя к работодателям, в личном деле не содержится. 

28.08.2017 года ФИО1 предложено трудоустройство на должность мастера в ООО «Аэропорт Емельяново», от указанного предложения он отказался из-за несоответствия квалификации; 23.10.2017 года ФИО1 предложена работа электрика цеха в ГПКК «АП «Черемшанка» и в ООО «Завод современных материалов «Фортуна»; 23.10.2017 года зафиксирован отказ от предложенной вакансии электрика цеха в ООО «Завод современных материалов «Фортуна» по территориальным причинам; 11.09.2017 года ФИО1 была предложена работа в должности мастера в ОАО «МРСК Сибири», 25.09.2017 года и 09.10.2017 года - работа в должности мастера в ООО «Емельяновский коммунальный комплекс».

С данными предложениями, равно как и с предложением трудоустройства в ГПКК «АП «Черемшанка» от 23.10.2017 года соискатель ознакомлен, однако сведений о причинах не трудоустройства на указанные должности, возможном отказе от вакансий и причинах отказа личное дело безработного не содержит.

В соответствии с частью 1 статьи 178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен (часть 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм закона следует, что основанием для сохранения за указанным работником среднего месячного заработка в течение третьего месяца со дня увольнения является принятие органом службы занятости населения соответствующего решения, которое обусловлено наличием исключительного случая, касающегося уволенного работника.

Перечень исключительных случаев законодателем не установлен, тем самым в каждом конкретном случае отнесение тех или иных обстоятельств к таковым, находится в компетенции органа службы занятости населения и направлено на обеспечение работника средствами существования, которых он лишился в связи с утраченной возможностью трудиться по не зависящим от него причинам. Указанное положение предполагает, что именно служба занятости обладает всей информацией, связанной с трудоустройством уволенного работника, его профессиональными навыками, рынком труда в данной местности.

При этом законодательное закрепление такого основания предоставления соответствующей гарантии не предполагает, что орган службы занятости населения обладает в этой ситуации неограниченной свободой усмотрения.

Своевременное обращение уволенного работника в орган службы занятости населения и факт его нетрудоустройства этим органом являются предпосылкой для реализации права на сохранение за работником, уволенным в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата сотрудников организации, среднего месячного заработка за третий месяц со дня увольнения. 

Реализация же такого права связана с наличием исключительных случаев, подлежащих установлению соответствующим органом службы занятости населения при решении вопроса о сохранении за работником среднего месячного заработка за третий месяц с момента увольнения.

В судебном заседании каких-либо доказательств существования исключительных обстоятельств, в связи с которыми ФИО1 мог бы претендовать на сохранение за ним среднего заработка за третий месяц со дня увольнения, не установлено.

То, что ФИО1 явился в службу занятости в установленный срок, необоснованных отказов от подходящей работы не имел, на перерегистрацию являлся вовремя, к таковым не относятся. 

Таким образом, факт нарушения прав истца не нашел подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имеется. 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к МУП Емельяновского района «Емельяновские Электрические Сети» о взыскании задолженности по заработной плате за сверхурочное время в размере 178 709 рублей 87 копеек, взыскании среднего заработка при увольнении по сокращению штата за 3 месяца в размере 58 080 рублей 07 копеек, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Емельяновский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий: подпись

Копия верна:

Судья Емельяновского РС Е.А.Ежелева