Дело № 2-556/2021

УИД №10RS0017-01-2021-000854-55

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июля 2021 года г. Сортавала

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Ратомской Е.В.,

при секретаре Лифановой Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности совершить определенные действия и взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Иск заявлен по тем основаниям, что ФИО1, являясь автором стихов, имеет несколько рукописных тетрадей со своими произведениями, с 2019 года печатает стихи в сети Интернет, ранее читала свои стихи в различных культурных местах, в том числе, в 

<

Данные изъяты>. Истица полагает, что 30.06.2017 ее стихи была украдены ФИО2, которая в то время работала в 

<

Данные изъяты> и ее родственницей. На просьбы истицы вернуть произведения ответчик не реагирует. По факту кражи ФИО1 обращалась в правоохранительные органы. Истица указывает, что украденные произведения представляют для нее художественную ценность и являются творческой удачей. ФИО1 просит истребовать у ответчика рукописные тексты ее стихов, записанные в белую тетрадь, со всеми вложениями в эту тетрадь, а именно: детское стихотворение, ученическую тетрадь с произведениями, и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, выразившегося в тревоге, переживаниях, в сумме 5 000 000 руб. 

В судебном заседании истица ФИО1 доводы иска поддержала по основаниям, указанным в нем. Пояснила, что в 2017 году она пришла в 

<

Данные изъяты> чтобы почитать свои стихи, где незнакомая ей женщина попросила у нее тетрадь со стихами. Передав тетрадь, она отвлеклась, и в это время женщина убежала. Она её искала по всей библиотеке, но её не было. Гулевич, как заведующая 

<

Данные изъяты>, знакома с этой женщиной. Пояснила, что лично у Гулевич она своих стихов не видела, свидетелей, которые бы видели её стихи у Гулевич, также не имеется, в печатных изданиях принадлежащие ей стихи в напечатанном виде за подписью иных лиц истцу не попадались. Сумму морального вреда обосновала значимостью для нее похищенных стихов.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась. Пояснила, что с 1993 года работала 

<

Данные изъяты>. В 2017 г. вышла на пенсию по старости. 

<

Данные изъяты> несут материальную ответственность за всё, что находится на учёте в 

<

Данные изъяты>. За отработанный трудовой стаж не привлекалась к утрате, растрате или присвоению 

<

Данные изъяты> В период работы для привлечения населения поселка к чтению организовывала мероприятия, в том числе, дни поэзии. В 2000-х годах 

<

Данные изъяты> ФИО1, которая приходила на дни поэзии со своими стихами, занесенными на отдельные тетрадные листы и блокноты. Впоследствии ФИО1 пришла в 

<

Данные изъяты> встревоженная и сказала, что не может найти какие-то стихи. Претензий лично к ней о краже стихов от ФИО1 не поступало. В июне 2020 г. по данному факту у ФИО2 были взяты объяснения участковым. Полагает, что со стороны истицы заявление о краже стихов является клеветой. Указала, что произведения и рукописные тетради истицы не присваивала. Просила отказать в удовлетворении иска. 

Суд, заслушав участника процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является автором стихов, часть которых хранила в рукописных тетрадях. Истица утверждает, что рукописная тетрадь с ее произведениями с 30.06.2017 находится у ФИО2 и просит истребовать стихи от ответчика.

По факту пропажи произведений 23.11.2020 ФИО1 обращалась с заявлением в Прокуратуру города Сортавала, которое впоследствии было передано в ОМВД России по Сортавальскому району. 

Постановлением УУП отделения МВД России по Сортавальскому району от 29.06.2020 в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации было отказано на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления. 

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются произведения науки, литературы и искусства.

Согласно статье 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

На основании пунктов 1 и 2 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат. (п.1) Автору результата интеллектуальной деятельности принадлежит право авторства, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, право на имя и иные личные неимущественные права. (п.2)

В силу пункта 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1227 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Исходя из статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

На основании статьи 1251 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае нарушения личных неимущественных прав автора их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, компенсации морального вреда, публикации решения суда о допущенном нарушении.

Согласно положениям статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Пунктом 3 статьи 1227 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к интеллектуальным правам не применяются положения раздела II настоящего Кодекса, если иное не установлено правилами настоящего раздела.

Таким образом, иск ФИО1, основанный на положениях статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, удовлетворению не подлежит, так как истцом избран ненадлежащий способ защиты своего права. 

Кроме этого, на основании пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

В соответствии с пунктом 36 настоящего Постановления лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Виндикационный иск характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь или иного права на обладание вещью; утрата фактического владения вещью; возможность выделить вещь с помощью индивидуальных признаков из однородных вещей; фактическое нахождение (наличие) вещи в чужом незаконном владении ответчика. Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлены доказательства, что во владении ФИО2 находится принадлежащее истцу имущество –белая тетрадь с рукописными текстами стихов и вложениями, в связи с чем также отсутствуют предусмотренные положениями закона основания для удовлетворения заявленных требований. 

В силу статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Нарушение ответчиком личных неимущественных прав истца в суде установлено не было, в связи с чем в данной части исковые требования также удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности совершить определенные действия и взыскании компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Ратомская

Решение принято в окончательной форме 13.07.2021