Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ года город Кинель 

Кинельский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи БРИТВИНОЙ Н.С.

при секретаре ВАХТЁРОВОЙ О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кинеле

гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законных представителей, о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения в порядке ст.39 ГПК РФ) к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законных представителей, о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО2 и ФИО1

В судебном заседании истица ФИО1 исковые требования поддержала и пояснила суду, что она являлась собственником жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

адрес>. Ответчики являются близкими родственниками её знакомой ФИО6, в частности, ФИО3 является ее родным сыном. Некоторое время ответчики вместе со своими несовершеннолетними детьми проживали в её квартире по адресу: 

<

адрес> Вместе с ней по день смерти проживала и мать ФИО3 - ФИО6 Между ними существовали практические родственные отношения, они проживали одной семьей, вели общее хозяйство, она присматривала за несовершеннолетними детьми ответчиков, ухаживала за ними, кормила их, участвовала в их воспитании. В связи с тем, что её мужу, а затем ей принадлежали на праве собственности жилой дом и земельный участок в 

<

адрес>, она сначала с мужем, а после его смерти одна, начиная с весны, и до поздней осени проживала в этом доме, пользовалась приусадебным земельным участком. Кроме того, она постоянно высаживала на участке огородные культуры. Ответчики приезжали периодически к ней в деревню на выходные дни с детьми. В ДД.ММ.ГГГГ она находилась на своем земельном участке, когда к ней подошла ФИО2, которая с семьей была у неё в гостях на майские праздники, попросила помочь ей получить материнский капитал путем продажи ей чего-либо из её, ФИО1, недвижимого имущества. В ответ она предложила передать ей часть принадлежащего ей земельного участка, который она не использует, поскольку площадь земельного участка очень большая, и эта часть земельного участка распложена сзади земельного участка, которым она пользовалась и который она обрабатывала. Вскоре ответчики привезли её в 

<

адрес>, и дали ей подписать прямо на улице несколько пустых листов, заверив её при этом, что им необходима её подпись для оформления каких-то документов. Больше ни она, ни ответчики к вопросу об отчуждении принадлежащего ей, ФИО1, недвижимого имущества не возвращались. Она была уверена в том, что является собственником жилого дома и земельного участка, поскольку ничего с момента их поездки в 

<

адрес> не изменилось. Она по-прежнему проживала в доме с ранней весны и до поздней осени, пользовалась принадлежащим ей имуществом, находящимся в доме, которое она наживала вместе с покойным мужем, приобретала строительные материалы для ремонта дома, забора и надворных построек, обрабатывала земельный участок. Ответчики, как и прежде, периодически навещали её в деревне вместе с детьми. Она продолжала оплачивать все коммунальные платежи. В последние два года она стала замечать изменения в отношениях ответчиков к ней. Ей было непонятно, почему ответчики перестали уважительно относиться к ней, считаться с её мнением. Проанализировав все последние события, она стала подозревать, что в отношении неё и помимо её воли ответчики совершили какие-то неправомерные действия. Также у неё пропали документы на дом и на земельный участок. С помощью своего соседа ФИО9 она заказала в МФЦ документы для выяснения вопроса, кто является собственником жилого дома и земельного участка в 

<

адрес>. Получив документов, она узнала, что собственниками принадлежавших ей жилого дома и земельного участка являются ответчики и их несовершеннолетние дети. Чтобы получить более подробную информацию о сделке, она запросила дополнительные сведения по сделке. В ответ на её запрос ей выдали копию договора купли-продажи спорных жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, анализируя который она поняла, зачем ответчики предложили ей подписать несколько пустых листов, а также то, что она уже не является собственником жилого дома и земельного участка в 

<

адрес>. Она не имела намерение продавать жилой дом и весь земельный участок, а потому не подписала бы договор купли-продажи на условиях полного их отчуждения. В связи с этим ответчики обманули её, заставив подписать чистые листы. На основании изложенного, просит признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ней и ответчиками, применить последствия недействительности указанной сделки.

Представитель истца ФИО1 - ФИО7, действующая на основании доверенности, уточненные исковые требования поддержала и пояснила суду, что в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальные правовые последствия. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая такую сделку, стороны не имеют намерения ее исполнить либо требовать ее исполнения, установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания такой сделки ничтожной. Анализируя обстоятельства заключения договора купли-продажи спорных жилого дома и земельного участка, можно прийти к выводу о том, что целью ФИО8 и ФИО3 было не приобретение права собственности на спорные жилой дом и земельный участок для того, чтобы владеть, пользоваться и распоряжаться указанным недвижимым имуществом, а реализация права на получение материнского капитала, а также приобретение права собственности, то есть права владения, пользования и распоряжения спорным имуществом в будущем. Это обстоятельство подтверждается следующими доказательствами. Цена продаваемых объектов недвижимости - жилого дома и земельного участка, как указано в п. 4 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, составляет 

<

данные изъяты>., из которых 

<

данные изъяты> это сумма материнского капитала, а 

<

данные изъяты> - денежная сумма, которая должна быть указана в договоре в качестве части стоимости продаваемого недвижимого имущества. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что целью истцов было получение материнского капитала, сумма которого практически соответствует цене договора. Сумма материнского капитала в размере 

<

данные изъяты>. была зачислена на лицевой счет истицы ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ была снята. Однако, указанная денежная сумма истицей со счета не снималась, кто ее снял или куда она была переведена, ФИО1 неизвестно. Как следует из выписки лицевого счета истицы, она регулярно снимала со своего счета денежные средства, поступающие на ее счет из пенсионного фонда, в небольших суммах для приобретения продуктов питания, оплаты квартирной платы и коммунальных услуг, а также на другие бытовые нужды, в том числе и после зачисления на ее счет суммы материнского капитала и снятия ее со счета. В случае снятия со счета истицей денежной суммы в размере 

<

данные изъяты>., у нее отсутствовала бы необходимость производить банковские операции в пределах размера получаемой ею пенсии. Истица считает, что ответчица ФИО8, как работник банка, имея доступ к банковской документации, сняла указанную денежную сумму с лицевого счета истицы и распорядилась указанной суммой по своему усмотрению. По данному факту истицей подано заявление прокурору 

<

адрес> с просьбой о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ. Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму. В силу ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателю земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ). То обстоятельство, что договор купли-продажи спорного недвижимого имущества был заключен без намерения произвести реальную передачу имущества, то есть без намерения сторон исполнить эту сделку (договор купли-продажи) свидетельствуют следующие доказательства. ФИО1 с момента подписания договора купли-продажи спорных жилого дома и земельного участка продолжала пользоваться указанным недвижимым имуществом как своим, неся все расходы по его содержанию. Так, из справки ПАО «Самараэнерго» следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заключила договор с ПАО «Самараэнерго» на энергоснабжение жилого дома в 

<

адрес>, указанный договор действует и по настоящее время, задолженность по оплате за электроэнергию отсутствует. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ООО «Газпром Межрегионгаз Самара» был заключен договор поставки природного газа по адресу: 

<

адрес>. Из справок ООО «Уют» от ДД.ММ.ГГГГ года следует, что ФИО1 производит оплату по коммунальным услугам (водоснабжение/водоотведение) по адресу: 

<

адрес> задолженность отсутствует, а также, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ заключила договор о предоставлении коммунальных услуг по водоснабжению, который действует по настоящее время. Считает, что изложенные обстоятельства доказывают мнимый характер договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по указанному адресу. На основании изложенного, просит признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, в виду мнимости сделки и применить последствия недействительности сделки. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО9, действующий на основании доверенности, исковые требования ФИО1 поддержал по основаниям, указанным ФИО1 и представителем ФИО10, также просил признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, в виду мнимости сделки и применить последствия недействительности сделки. 

Ответчики ФИО2, ФИО3, являющиеся также законными представителя несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в судебное заседание не явились, хотя были надлежаще извещены о времени и месте рассмотрения дела.

Ранее в судебном заседании ФИО2, ФИО3, являющиеся также законными представителя несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, исковые требования ФИО1 не признали и пояснили суду, что в ДД.ММ.ГГГГ года встал вопрос о приобретении недвижимого имущества за городом за счет средств материнского капитала, и об этом они завели разговор с ФИО1. Через некоторое время ФИО1 предложила им купить у неё дом и земельный участок за счет материнского капитала. Они это обсудили и запланировали на ДД.ММ.ГГГГ сделку. В оговоренный день, они приехали в Кинель в Управление Росреестра, написали в трех экземплярах договор купли-продажи, подали документу регистратору, приемщица документов опросила всех участников сделки, спросила у всех, в том числе и ФИО1, понимали ли они суть сделки. Через 

<

данные изъяты> они забрали свои документы. Потом ФИО1 сказала им, что свой экземпляр документов она тоже получила. При совершении сделки они передали Абрамовой наличные денежные средства в размере 

<

данные изъяты>., остальное перевели средствами материнского капитала. Как она распорядилась потом полученными средствами, им неизвестно. Но им известно, что после этого она совершила дорогостоящие покупки - поменяла окна в квартире, купила себе шубу. Они же после приобретения имущества, стали приводить в порядок дом, как дом был в упадочном состоянии: в ДД.ММ.ГГГГ установили самостоятельно забор, посадили саженцы. Каждую весну и осень они приезжали. Весной ФИО3 включал газ в доме, устанавливал водонагреватель, осенью все снимал. Счета по оплате за коммунальные услуги они не переделывали на себя, так как не считали нужным, счета открыты были на умершего мужа ФИО1, и они жили с ФИО1 практически одной семьей. При этом часть коммунальных услуг они оплачивали сами, часть ФИО1, но они передавали деньги истице. Ничего плохого в том, что в доме проживает истица, они не видели, они сами приезжали по выходным, ключи были у них на руках от дома. Поэтому просят в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Представитель ответчиков ФИО2, ФИО3, являющихся также законными представителя несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - ФИО11, действующая на основании доверенности и ордера, исковые требования ФИО1 также не признала и пояснила суду, что в ДД.ММ.ГГГГ ответчики приняли решение приобрести в собственность за городом земельный участок с расположенным на нем жилым домом. Для этих целей решено было использовать средства материнского капитала, полученного ими при рождении второго ребенка. ФИО1, которая являлась близкой знакомой, предложила приобрести дом с земельным участком у нее. Ответчиков это устроило, так как они часто бывали в гостях у ФИО1, и данный дом, и 

<

адрес> были им хорошо знакомы. Перед сделкой они совместно с ФИО1 побывали в пенсионном фонде, уведомили сотрудников, что они планируют провести сделку купли-продажи недвижимого имущества с использованием средств материнского капитала, получили соответствующую консультацию. Впоследствии, сторонами в ПФР были предоставлены как Договор купли - продажи земельного участка с расположенным на нем домом, так и выписка из банка о реквизитах Продавца. Утверждение ФИО1 о том, что у нее имелись намерения продать только часть принадлежащего ей земельного участка, не соответствует действительности, так как, во-первых, работы по размежеванию и выделению части земельного участка истцом не проводились, а, во-вторых, покупка земельного участка за счет средств материнского капитала не предусмотрена действующим законодательством. На сделку в Управление Росреестра стороны явились совместно. Истец хорошо понимала значение своих действий по продаже указанных объектов недвижимого имущества, желала этого. Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ был подписан ею собственноручно при сотруднике росреестра и сдан для регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество, при чем подпись ФИО1 поставила как в конце текста договора купли продажи, так и внизу каждого листа договора. Кроме того, ей собственноручно было подписано заявление о переходе прав собственности на недвижимое имущество. При этом слова истца о том, что ответчики дали ей подписать прямо на улице несколько пустых листов, заверив ее при этом, что им необходима ее подпись для оформления каких - то документов, не соответствует действительности, так как государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета осуществляется по заявлению сторон договора, то есть для государственной регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи необходимо присутствие как покупателей, так и продавца. 

<

данные изъяты> были переданы продавцу непосредственно в день подписания договора купли - продажи, а оставшаяся сумма в размере 

<

данные изъяты>. передана продавцу на основании Государственного Сертификата на материнский капитал и зачислена на лицевой счет истца ДД.ММ.ГГГГ. Как впоследствии истец распорядилась данной денежной сумой ответчикам неизвестно. Как пояснила истец в судебном заседании, доверенность на снятие с ее расчетного счета денежных средств она никому не давала. Согласно п. 14 Договора купли-продажи, стороны настоящего договора подтвердили, что не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть настоящего договора, а также отсутствуют обязательства, вынуждающие заключить договор на крайне не выгодных для себя условиях. Данный договор имел силу акта приема-передачи (п. 15). В соответствии с п. 17 Договора купли - продажи, договор был составлен в трех экземплярах, один из которых хранится в архиве Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Самарской области, второй экземпляр выдается продавцу, а третий - покупателю. Примерно через две недели, после того, как регистрационные действия по переходу права собственности на данные объекты недвижимости были завершены, ФИО1 попросила ответчиков отвезти ее в ресреестр, где она лично получила свой экземпляр Договора купли-продажи. Так как у ответчиков с ФИО1 были хорошие отношения, она фактически являлась бабушкой для троих детей ответчиков, ответчики не возражали, чтобы ФИО1 продолжала приезжать в дом в 

<

адрес> в теплое время года. Сами же вступили в пользования приобретенными объектами недвижимости, существенно улучшили их: установили новый забор, снесли старые сараи и возвели новый хозблок, произвели косметический ремонт в доме, высадили плодово-ягодные деревья, оплачивали налоги за данную недвижимость, а также коммунальные услуги. Истец просит признать данную сделку недействительной как мнимую сделку. Однако основания для этого отсутствуют. В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается. Кроме того, просит применить срок исковой давности, так как истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям. Истец заявляет, что договор купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, является мнимой сделкой, поэтому эта сделка является ничтожной, срок исковой давности для которой составляет 

<

данные изъяты> со дня начала исполнения такой сделки. В соответствии с п.2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Поэтому просит в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области в судебное заседание не явился, хотя был надлежаще извещен о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав пояснения сторон, заслушав показания свидетелей, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Статьей 550 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

В силу пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Пунктом 1 статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.

Пунктом 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

При этом пунктом 8 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Исходя из требований указанного закона Договор купли-продажи жилого помещения не требует государственной регистрации, если он заключен после ДД.ММ.ГГГГ, то есть по договорам купли-продажи жилых помещений, заключенных после ДД.ММ.ГГГГ, требуется государственная регистрация перехода права собственности.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, с одной стороны как продавцом, и ФИО2, ФИО3, являющихся также законными представителями несовершеннолетних ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с другой стороны как покупателями, заключен договор купли-продажи, в соответствии с пунктом 1 которого ФИО1, как продавец, продала, а ответчики, как покупатели, купили в общую долевую собственность земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м. и объект индивидуального жилищного строительства (жилой дом) площадью 

<

данные изъяты>.м., расположенные по адресу: 

<

адрес> (л.д.46-49 т.1).

В соответствии с пунктом 4 Договора стоимость отчуждаемой недвижимости определена сторонами в 

<

данные изъяты>.

Из данного же пункта договора следует, что из указанной выше суммы сумма в размере 

<

данные изъяты>. была передана продавцу за счет собственных средств покупателей в день подписания данного договора, оставшаяся сумма в размере 

<

данные изъяты>. должна была быть передана продавцу на основании Государственного Сертификата на материнский (семейный) капитал № от ДД.ММ.ГГГГ, решения № Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (Государственное учреждение) в 

<

адрес> (л.д.50 т.1) и справки о состоянии финансовой части лицевого счета лица, имеющего право на дополнительные меры государственный поддержки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.51 т.1), путем перечисления денежных средств на лицевой счет ФИО1 №

Согласно выписке из лицевого счета ФИО1 №, сумма в размере 

<

данные изъяты>. была зачислена на указанный счет истца ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14 – оборотная сторона), и данное обстоятельство истец ФИО1 и её представители не оспаривали.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что расчет по сделке произведен в полном объёме.

При этом, в соответствии с условиями договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, по соглашению сторон, в соответствии с требованиями статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации, отчуждаемые жилой дом и земельный участок переданы покупателям с момента подписания договора купли-продажи, который, как установили стороны договора, является одновременно актом приема-передачи отчуждаемого недвижимого имущества (пункт 15 договора).

Право общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано за ответчиками ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в Едином государственном реестре прав на недвижимость и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается отметкой на договоре купли-продажи (л.д.49 т.1), а также подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права за ответчиками от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.99-106 т.1).

В обоснование требований о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительным ввиду мнимости данной сделки, истец ФИО1 и её представители ссылаются на то, что данная сделка совершена лишь для вида, направлена на обналичивание ответчиками средств материнского капитала и распоряжения ими по усмотрению ответчиков.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статьей 154 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы, у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально, выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена.

Из разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Вместе с тем, суд считает, что доводы истца ФИО1 и её представителей о мнимости сделки договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В Постановлении Европейского суда по правам человека от 26 июля 2007 года по делу «ФИО12 против Российской Федерации» указано, что «бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том кто его отрицает».

Суд считает, что в нарушение требований статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО1 не представлено относимых, допустимых и достаточных в своей совокупности и взаимосвязи доказательств, подтверждающих её доводы о мнимости сделки. 

Действия истца ФИО1 и ответчиков прямо свидетельствуют о том, что стороны произвели куплю-продажу жилого дома и земельного участка с использованием средств материнского (семейного) капитала. Доказательств возврата истцом ФИО1 ответчикам денежных средств, являющихся средствами материнского капитала в размере 

<

данные изъяты>, после заключения оспариваемой сделки, истцом не представлено.

При этом как следует из выписки из лицевого счета ФИО1, денежные средства в размере 

<

данные изъяты> (средства материнского капитала), которые поступили на её счет в счет оплаты по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, были сняты со счета ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

Утверждения ФИО1 и её представителей о том, что данные средства ФИО1 со счета не снимала, что деньги были сняты с её счета иными лицами не нашли своего подтверждения.

Из пояснений ФИО1 в ходе рассмотрения дела следует, что доверенность на получение денежных средств с лицевого счета ею никогда и никому не выдавалась.

Доказательства того, что данная сумма незаконно была снята со счета ФИО1 без её ведома, материалы дела также не содержат.

Доводы представителя ФИО1 – ФИО9 о том, что ФИО2, которая на тот период работала в банке, имела возможность снять денежные средства в размере 

<

данные изъяты>., перечисленные на счет ФИО1, без ведома ФИО1, являются голословными, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО2 никогда не являлась сотрудником ПАО «Сбербанк России», в котором находится счет ФИО1. Более того, виновность лица в совершении хищения денежных средств, может быть установлено только приговором суда, который на момент рассмотрения дела отсутствует.

Крое того, как следует из указанного выше договора, договор лично подписан сторонами, в том числе, и самой ФИО1. Данное обстоятельство подтверждается заключением почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.76 т.2), в ходе которой эксперт пришел к категорическому выводу о том, что рукописная запись «ФИО1 Н.А» и подпись от имени ФИО1 в полной буквенной транскрипции «ФИО1» в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ выполнены самой ФИО1 

Кроме того, как следует из дела правоустанавливающих документов, истец ФИО1 лично ДД.ММ.ГГГГ обратилась в регистрирующий орган с заявлением для регистрации права собственности и перехода права собственности на спорное имущество по договору купли-продажи, что подтверждается заявлением ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42-45 т.1)

При этом, из заключения почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что данное заявление также подписано лично ФИО1 (л.д.76 т.2).

Также в материалах дела правоустанавливающих документов имеется подпись ФИО1 о получении ею лично договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ после регистрации права собственности на спорное имущество за З-ными (л.д.52 т.1).

ФИО1 в ходе рассмотрения дела в обоснование своих требований указала на то, что она поставила несколько своих подписей в чистых листах, не предполагая, что подписывает договор купли-продажи.

Суд считает, что в нарушение требований статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО1 не представлено относимых, допустимых и достаточных в своей совокупности и взаимосвязи доказательств, подтверждающих её доводы. 

Также в обоснование мнимости сделки истец ФИО1 и её представители ссылаются на то, что после заключения договора купли-продажи спорное имущество из собственности ФИО1 не выходило, она продолжала им пользоваться как своим собственным, а также продолжает нести бремя содержания данного имущества.

Суд считает, что данные доводы истца также не являются достаточным основанием для признания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ мнимой сделкой ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Из пункта 15 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что передача вышеуказанного имущества, правоустанавливающих документов на него осуществлена при подписании договора, каждая из сторон подтверждает, что у сторон нет претензий по существу договора и состоянию переданного имущества, в связи с чем, стороны договора установили, что договор имеет силу акта приема-передачи (л.д.47 т.1).

В ходе рассмотрения дела установлено, что действительно после заключения договора купли-продажи ФИО1 каждый год в период с апреля по октябрь проживала в спорном жилом доме.

Данные обстоятельства подтвердили в ходе рассмотрения дела свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17.

Однако данное обстоятельство не может свидетельствовать о мнимости сделки, поскольку установлено, что ФИО1 и ответчики З-ны находились в очень близких отношениях, несмотря на то, что не являлись родственниками. Данное обстоятельство подтверждается также тем, что мать ответчика ФИО3 – ФИО6 проживала вместе с ФИО1 в принадлежащей истице квартире до своей смерти – до ДД.ММ.ГГГГ. О данных обстоятельствах истицей самой были даны пояснения в ходе рассмотрения дела.

Кроме того, из пояснений истицы ФИО1 следует, что в ДД.ММ.ГГГГ было оформлено завещание на имя ФИО3 на спорное имущество и на квартиру в 

<

адрес>, которое она отменила незадолго до обращения в суд.

При этом из самого договора купли-продажи и из пояснений сторон следует, что на момент заключения сделки ФИО1 и З-ны проживали совместно – в квартире, принадлежащей ФИО1 на праве собственности.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 имела намерение передать спорное имущество в собственность ФИО3.

То обстоятельство, что ФИО1 продолжала нести расходы по оплате коммунальных услуг, также не может свидетельствовать о мнимости сделки.

ФИО1 представлены в суд квитанции об уплате за коммунальные услуги за период с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.215-251 т.1).

Документы, подтверждающие несение ею расходов по оплате коммунальных услуг в период после заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в суд не представлены.

Доводы ФИО1 о том, что документы по оплате были у неё изъяты ответчиками, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания.

Также установлено, что после заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не несла расходы по оплате налогов за спорное имущество.

В подтверждение доводов о том, что ФИО1 после заключения сделки продолжала оплачивать земельный налог на спорный земельный участок, истцом и её представителями представлен ответ МИНФС № по Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ на обращение в инспекцию истца ФИО1 (л.д.214 т.1). Однако данный ответ дан ФИО1 по поводу налога, начисленного на земельный участок в ДД.ММ.ГГГГ, то есть за тот год, когда ФИО1 еще являлась собственником земельного участка. При этом, само налоговое уведомление о начислении земельного налога, из которого было бы видно за какой период ДД.ММ.ГГГГ истице был начислен земельный налог, в суд ни истцом, ни его представителями не представлено. 

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела установлено, что после заключения договора купли-продажи, З-ны произвели замену забора на участке, построили сарай.

ФИО1 пояснила в суде, что денежные средства на закупку стройматериалов были даны ФИО3 ею.

Свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО16 подтвердили данные показания ФИО1. Однако показали, что им это известно только со слов самой ФИО1.

При этом свидетель ФИО18 (являющийся собственником смежного земельного участка) показал в суде, что когда у него возникли претензии по поводу установленного забора, ФИО1 пообещала поговорить с З-ными, сославшись на то, что забор делали они.

Свидетель ФИО19 показал в суде, что ДД.ММ.ГГГГ он помогал ФИО3 менять забор на земельном участке в деревне, где он познакомился с истицей. Также им была подарена ФИО3 кованая скамейка в дом, который ФИО20 купил у ФИО1 – подруги его бабушки, о чем ему говорил сам ФИО20.

Таким образом, суд считает, что указанные выше обстоятельства не свидетельствуют о том, что стороны совершили сделку лишь для вида, не имея намерения её исполнить, а преследовали иные цели, чем те, которые были предусмотрены в договоре.

Также не может являться основанием для признания сделки недействительной доводы представителя истца ФИО1 – ФИО21 о том, что объекты проданы по заниженной цене, поскольку заключенный между ФИО1 и ответчиками З-ными договор соответствует требованиям пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

При этом следует учесть положения пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривающего, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора являются обязательными для сторон договора.

Как следует из условий договора, стороны пришли к соглашению о цене предмета договора, то есть по данному условию между ними было достигнуто соответствующее соглашение.

Учитывая вышеуказанные положения закона, а также представленные сторонами доказательства суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании сделки договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ничтожной в силу мнимости и применения последствий недействительности сделки, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать в полном объеме.

Кроме того, основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 является пропуск ею срока для обращения в суд с данным иском, о чем заявлено представителем ответчиков ФИО11

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», в том числе закрепленные в статьях 181, 181.4, пункте 2 статьи 196 и пункте 2 статьи 200 ГК РФ, применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Принимая во внимание, что срок предъявления иска по основанию, предусмотренному ст. 170 ГК РФ, не истек до ДД.ММ.ГГГГ года, срок исковой давности подлежит применению в соответствии с положениями ст. 181 ГК РФ в указанной выше редакции.

В пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Суд считает, что срок исковой давности для предъявления ФИО1 в суд вышеуказанных требований (о признании недействительной сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям, предусмотренным ст. 170 ГК РФ) истек ДД.ММ.ГГГГ - три года с момента государственной регистрации перехода права собственности на спорное имущество на ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поскольку именно с этого момента началось исполнение сделки. 

При этом, как уже было указано выше и установлено в ходе рассмотрения дела, З-ны произвели оплату по сделке, ФИО1 приняла данную оплату.

С настоящими требованиями, ФИО1 обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении срока исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При этом, судом не принимаются во внимание доводы истца ФИО1 о том, что о нарушенном праве, а именно о том, что она не является собственником спорного имущества, она узнала, когда получила выписку из Единого государственного реестра недвижимости в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку судом неоднократно выяснилось у истца, что побудило её получить выписку из ЕГРН в ДД.ММ.ГГГГ. В обоснование своих доводов истица сослалась на возникшее убеждение, что ответчики лишили её собственности. Однако истица не смогла пояснить, почему ею была запрошена выписка из ЕГРН только на недвижимое имущество, находящееся в 

<

адрес>, а не на всю недвижимость, которая у неё находится в собственности, учитывая, что истец имеет в собственности квартиру в 

<

адрес>.

При этом следует учесть, что срок исковой давности в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации начинает течь для стороны сделки не с момента, когда лицо узнало о нарушении своего права, а со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законных представителей, о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и о применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Кинельский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

председательствующий –