№ года

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики в составе: председательствующего судьи Н.В. Байгозина, 

при секретаре ФИО16, 

с участием представителя истца ФИО1 - ФИО6, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «

<

данные изъяты>» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 /далее по тексту Истцы/ обратились в суд с иском к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «

<

данные изъяты>» /далее по тексту Ответчик/ о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.

Иск мотивирован следующим.

По утверждению Истцов, ДД.ММ.ГГГГ в БУЗ УР 

<

данные изъяты>» для получения медицинской помощи и медицинских услуг обратилась ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Врачом-терапевтом, к которому она обратилась за помощью, была 

<

данные изъяты>. Находясь при исполнении своих должностных обязанностей, она небрежно отнеслась к их исполнению, и, не желая в полной мере выполнять возложенные на неё нормативно-правовыми актами задачи по оказанию медицинской помощи ФИО9, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своего бездействия в виде наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, не применила в полном объёме свои специальные познания и навыки в области медицины, не установила клинический диагноз ФИО9, назначила последней повторный приём на ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 была доставлена бригадой скорой помощи в приёмное отделение БУЗ «

<

данные изъяты>, после чего была переведена в реанимационное отделение данного медицинского учреждения, где и скончалась.

Приговором 

<

данные изъяты> районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, изменённым в части Апелляционным постановлением Верховного Суда УР от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ /причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей/.

Истцы являются близкими родственниками умершей ФИО9: ФИО3 – супруг; ФИО4 – мать; ФИО2 – дочь; ФИО1 – дочь.

В связи с погребением ФИО9 ФИО3 понёс материальные затраты, связанные с погребением и поминальными обедами умершей в размере 31 500 рублей; ФИО1 понесла расходы, связанные с изготовлением и установлением памятника в размере 99 850 рублей.

Преждевременной смертью близкого человека /на момент смерти ФИО9 было 45 лет/, её родственникам /Истцам по делу/ причинены моральные и нравственные страдания. Их семья при жизни ФИО9 была дружной, в данной семье всегда царило взаимопонимание и взаимовыручка, в семье заботились друг о друге, уважали друг друга. Основой данной семьи, которая объединяла собой несколько поколений, непосредственно являлась умершая ФИО10

Поэтому моральный вред, причинённый её смертью, все Истцы оценивают в размере по 500 000 рублей каждому.

В итоге, ФИО1 просит взыскать с Ответчика в её пользу: в счёт возмещения материального ущерба, связанного с изготовлением и установлением памятника 99 850 рублей; в счёт компенсации морального вреда 500 000 рублей.

ФИО11 просит взыскать с Ответчика в счёт возмещения материального ущерба, связанного с погребением и поминальными обедами 31 500 рублей; в счёт компенсации морального вреда 500 000 рублей.

ФИО4 и ФИО2 просят взыскать с Ответчика в их пользу в счёт компенсации морального вреда по 500 000 рублей каждой.

В судебном заседании ФИО3, ФИО4, ФИО1 и ФИО2 не участвовали. Направили в суд заявление с просьбой о рассмотрении дела в их отсутствие, исковые требования поддержали в полном объёме. /л.д. 54-58/.

Представитель истца ФИО1 ФИО6, действующая на основании доверенности 

<

адрес>7 от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержала полностью, сославшись на те же доводы, изложенные в исковом заявлении. Также дополнила, что виновность 

<

данные изъяты>., находящейся при исполнении своих должностных обязанностей в должности врача-терапевта БУЗ УР 

<

данные изъяты>», установлена приговором суда, вступившим в законную силу. Поэтому данный факт не требует дополнительных доказательств, и что именно Учреждение является надлежащим ответчиком по делу, а для Истцов не имеется препятствий для обращения в суд с указанным исковым заявлением.

Преждевременной смертью ФИО9 всем Истцам причинены неизгладимые моральные и нравственные страдания, каждый из них потерял дорогого им человека: дочь, мать, супруга, горе утраты ничем не восполнить. Поэтому, по мнению представителя, заявленные требования о компенсации морального вреда являются вполне обоснованными.

Представитель ответчика БУЗ УР «

<

данные изъяты>» ФИО7, действующая на основании постоянной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании не участвовала, хотя заранее и надлежащим образом под роспись была извещена о дате, месте и времени судебного заседания /л.д. 51/.

Представитель Министерства здравоохранения Удмуртской республики правом участия в судебном заседании не воспользовался, также заранее извещённый о дате, месте и времени рассмотрения дела /л.д. 53/. 

Привлечённая по делу в качестве третьего лица 

<

данные изъяты> в суд не явилась, о причинах неявки суд не известила, не просила о рассмотрении дела в её отсутствие. Извещена надлежащим образом /л.д. 52/.

Всем участникам судебного разбирательства под роспись вручены копии определения суда о назначении дела от ДД.ММ.ГГГГ, разъяснены их права и обязанности, распределено бремя доказывания между сторонами, затребованы некоторые документы. Никаких возражений по поводу заявленных исковых требований Ответчиками суду не представлено.

Проверив представленные материалы дела, выслушав объяснения представителя истца ФИО1 - ФИО6, суд считает возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам, в отсутствие Истцов и представителей Ответчиков, согласно ст. 167 ГПК РФ, не просивших об отложении дела и не сообщивших о причинах неявки. 

Необходимости истребования уголовного дела в отношении 

<

данные изъяты>. для подтверждения факта состояния её в трудовых отношениях с БУЗ 

<

данные изъяты>» не имеется. Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах гражданского дела копией приговора 

<

данные изъяты> районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ, и выпиской из апелляционного постановления Верховного Суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, изменившей приговор суда в части /л.д. 20-21/.

Установлено в ходе судебного разбирательства, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 была доставлена бригадой скорой помощи в приёмное отделение БУЗ 

<

данные изъяты>» МЗ УР, после чего была переведена в реанимационное отделение данного медицинского учреждения, где и скончалась, что подтверждается свидетельством о смерти /л.д. 13/.

Приговором 

<

данные изъяты> районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, изменённым в части Апелляционным постановлением Верховного Суда УР от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ /причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей/ л.д. 20-21/.

Таким образом, в смерти ФИО9, причинённой по неосторожности, признана врач-терапевт 

<

данные изъяты>., работающая в БУЗ «

<

данные изъяты>».

Истцы являются близкими родственниками умершей ФИО9: ФИО3 – супруг; ФИО4 – мать; ФИО2 – дочь; ФИО1 – дочь /л.д. 7-19/.

В связи с погребением ФИО9 ФИО3 понёс материальные затраты, связанные с погребением и поминальными обедами умершей в размере 31 500 рублей; ФИО1 понесла расходы, связанные с изготовлением и установлением памятника в размере 99 850 рублей /л.д. 22-24/.

Согласно ч.ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Суд приходит к выводу о том, что за вред, причиненный смертью ФИО9, должно нести ответственность БУЗ 

<

данные изъяты>», и взысканию подлежат лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению.

Судом установлено, что в день смерти ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 понесены расходы на приготовление поминального обеда на сумму 6 100 рублей, в день похорон ДД.ММ.ГГГГ им уплачено 8 560 рублей, а также ещё 5 340 рублей ДД.ММ.ГГГГ /40-ой день/, что подтверждается товарными чеками от 24 и ДД.ММ.ГГГГ, и от ДД.ММ.ГГГГ, выданными 

<

данные изъяты> столовой. Также ФИО12 понесены расходы, связанные непосредственно с похоронами ФИО9, что подтверждается квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ИП ФИО13 на сумму 37 310 рублей. В квитанции непосредственно указана фамилия имя отчество заказчика: ФИО3, его адрес: 

<

адрес>; указана фамилия умершей: ФИО5 /46 лет; свидетельство о смерти серии II-НИ № от ДД.ММ.ГГГГ/. Сомнений в её подлинности у суда не возникает.

Всего ФИО12 понесено расходов, согласно представленных им чеков и квитанции на общую сумму 57 310 рублей.

Учитывая, что действующим законодательством не предусмотрена обязанность лица, ответственного за вред, вызванный смертью потерпевшего, по возмещению расходов, не связанных непосредственно с погребением последнего, суд приходит к выводу о том, что расходы на поминальные обеды на 40-ой день /ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5 340 рублей/ в перечень необходимых расходов, связанных с погребением, не входят, поскольку обрядовыми действиями по непосредственному погребению тела умершего не являются и возмещению не подлежат.

Поэтому суд считает необходимым принять во внимание только расходы, понесенные им, согласно чеков от ДД.ММ.ГГГГ, как предварительный заказ на сумму 6 100 рублей, и от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 8 560 рублей, а также расходы согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ИП ФИО13 на сумму 37 310 рублей. Таким образом, ему всего полагалась взысканию сумма расходов в размере 51 970 рублей.

Однако ФИО12 заявлены требования о взыскании в общей сложности 31 500 рублей. Суд при разрешении его требований о возмещении расходов не вправе выйти за пределы исковых требований, поэтому считает необходимым взыскать заявленную им сумму в размере 31 500 рублей. Указанные понесенные истцом расходы на поминальный обед в день смерти и похорон ФИО9, ритуальные услуги в сумме 31 500 рублей не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, поэтому суд взыскивает с Ответчика в пользу истца ФИО3 указанную сумму.

Разрешая требование ФИО1 о взыскании с Ответчика расходов, связанных с установкой памятника в размере 99 850 руб., суд обоснованно приходит к выводу об удовлетворении данного требования в заявленном истцом размере, поскольку его установка относится к необходимым расходам на погребение человека после его смерти. Произведенные ею расходы на указанную сумму соответствуют сложившимся в регионе средним ценам на подобные услуги. К тому же иных возражений по стоимости указанной услуге Ответчиком не представлено. Квитанция № /ритуал/ от ДД.ММ.ГГГГ выписана на ФИО1, проживающую по адресу: 

<

адрес>, место установки памятника: 

<

адрес>, то есть, место захоронения ФИО9 /л.д. 24/.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ч. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", содержащего понятие "погребение" и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним, по смыслу которых во взаимосвязи с положениями абзаца первого ст. 1094 ГК РФ возмещению подлежат лишь понесенные на погребение необходимые расходы.

Вопрос о размере таких расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего (ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", ст. 1174 ГК РФ), и с учетом положений ст. 9 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", устанавливающей, что к гарантированному перечню услуг по погребению относятся оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). 

Частью 1 ст. 55 ГПК РФ установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно ст. 41 Конституции РФ каждый гражданин имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются одним из принадлежащих гражданину от рождения неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

В соответствии с абзацем 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, потеряла свою дочь ФИО5, которой на момент смерти было всего лишь 46 лет. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, потерял свою супругу, с которой прожил в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, то есть, более 28 лет. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, лишились матери. Преждевременной смертью ФИО9 всем Истцам причинены неизгладимые моральные и нравственные страдания, каждый из них потерял дорогого им человека: дочь, мать, супруга, горе утраты ничем не восполнить.

Поэтому суд считает достаточным в счёт компенсации морального вреда взыскать с БУЗ УР 

<

данные изъяты>»: в пользу ФИО4 - 250 000 рублей; в пользу ФИО3 - 150 000 рублей; в пользу ФИО1 и ФИО2 по 50 000 рублей, отказав в остальной части их требований.

Удовлетворяя требования Истцов и возлагая на БУЗ 

<

данные изъяты>» обязанность по компенсации морального вреда, причиненного смертью ФИО9, суд применяет положения ст. ст. 1064, 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, и исходит из того, что между ненадлежащим оказанием медицинской помощи и наступившей её смертью имеется прямая причинно-следственная связь.

При этом суд учёл степень вины лечебного учреждения, оценил то обстоятельство, что из-за ненадлежащим образом организованной медицинской помощи в лечебном учреждении, недобросовестного отношения к своим должностным обязанностям медицинского работника, не было своевременно выявлено заболевание у ФИО9, не было назначено адекватного лечения, что в конечном итоге усугубило течение заболевания, и привело к её смерти.

То обстоятельство, что БУЗ «

<

данные изъяты>» является бюджетным учреждением, само по себе не может являться законным основанием для снижения взыскиваемой компенсации морального вреда. Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает возможность уменьшения размера возмещения вреда с учетом имущественного положения причинителя вреда лишь тогда, когда такой вред причинен гражданином (п. 3 ст. 1083 ГК РФ), а не юридическим лицом.

Суд полагает, что с учётом степени родства и близости указанных Истцов к погибшей ФИО9 размер денежной компенсации морального вреда будет соответствовать принципу разумности и справедливости.

Суд, постановляя решение, принимает во внимание то, что в силу ч. 5 статьи 123.22 Гражданского Кодекса РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Из учредительных документов БУЗ 

<

данные изъяты>» следует, что учредителем (собственником имущества) больницы является Министерство здравоохранения Удмуртской Республики, как полномочный орган государственной власти Удмуртской Республики.

Таким образом, в случае неисполнения учреждением своих обязательств по возмещению причиненного Истцам вреда при недостаточности имущества субсидиарную ответственность несет Министерство здравоохранения Удмуртской Республики.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

ФИО12 при подаче искового заявления уплачена госпошлина в размере 1 145 рублей, его исковые требования удовлетворены в полном объёме. Поэтому в его пользу с Ответчика необходимо взыскать указанную сумму.

ФИО1 при подаче искового заявления по имущественным требованиям уплачена госпошлина в размере 3 195 рублей 50 копеек, исковые требования удовлетворены полностью. Соответственно госпошлина также подлежит возврату в полном размере.

Также ФИО1 при подаче искового заявления по неимущественным требованиям о компенсации морального вреда уплачена госпошлина в размере 300 рублей, которая также должна быть взыскана с Ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 15;151;1064; 1068;1083; 1099-1101 ГК РФ; статьями 98;103;194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «

<

данные изъяты>» и Министерству здравоохранения Удмуртской Республики о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «

<

данные изъяты>» в пользу ФИО4 в счёт компенсации морального вреда 250 000 рублей; в пользу ФИО3 в счёт возмещения материального ущерба 31 500 рублей; в счёт компенсации морального вреда 150 000 рублей; в пользу ФИО1 в счёт возмещения материального ущерба 99 850 рублей; в счёт компенсации морального вреда 50 000 рублей; в пользу ФИО2 в счёт компенсации морального вреда 50 000 рублей.

Взыскать с БУЗ УР 

<

данные изъяты>» госпошлину в пользу ФИО3 размере 1 145 рублей; в пользу ФИО1 в общей сложности 3 495 рублей 50 копеек /3 195 рублей 50 копеек+300 рублей/.

При недостаточности имущества Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской республики «

<

данные изъяты>» субсидиарную ответственность возложить на Министерство здравоохранения Удмуртской Республики.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики путём подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Сюмсинский районный суд УР.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Н.В. Байгозин

Копия верна: Судья Н.В. Байгозин

Секретарь судебного заседания: ФИО16