Дело № 2-2152/2023

УИД 29RS0018-01-2023-002575-22

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 августа 2023 г. г.Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска 

в составе председательствующего судьи Померанцевой А.А.,

при помощнике судьи Гуцал М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Авиакомпания Смартавиа» о взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Авиакомпания Смартавиа» (далее – АО «АК Смартавиа») о взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда.

Заявленные требования истец мотивировал тем, что 07 декабря 2020 г. обратился в территориальный отдел пенсионного органа с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.15 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», решением пенсионного органа в назначении пенсии было отказано со ссылкой на отсутствие у истца необходимого специального стажа работы – 20 лет. Пенсионным органом не были включены в специальный стаж следующие периоды: с 25 марта 1986 г. по 31 мая 1991 г. (период работы в Архангельском объединенном авиаотряде в должности авиамеханика по причине непредставления заявителем документов, подтверждающих занятость в течение полного рабочего дня на стоянках самолетов и на других открытых площадках аэродрома); с 01 июня 1991 г. по 03 августа 2000 г.; с 20 марта 2002 г. по 10 октября 2004 г. (периоды работы в авиакомпании «Архангельские воздушные линии» в должностях авиамеханика, авиатехника по причине непредставления документов, подтверждающих занятость в течение полного рабочего дня на стоянках для самолетов и на других открытых площадках аэродрома); с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г.; с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. (период работы в ЗАО «Нордавиа-РА» в должности авиатехника ввиду непредставления документов, подтверждающих занятость в течение полного рабочего дня на стоянках для самолетов и на других открытых площадках аэродрома). Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельской областного суда от 24 декабря 2021 г. решение Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 24 августа 2021 г. отменено в части, установлено, что требования о включении в специальный стаж периодов с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г., с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. необходимо предъявлять к АО «АК Смартавиа», остальные периоды были включены в специальный стаж; в назначении пенсии было отказано ввиду недостаточности специального стажа. Решением Октябрьского районного суда г. Архангельска от 14 декабря 2022 г. исковые требования истца к АО «АК Смартавиа» о возложении обязанности откорректировать сведения лицевого счета за период с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г. и с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. удовлетворены. С учетом включения всех оспариваемых периодов специальный стаж истца составил более 20 лет. В ходе рассмотрения дела ответчик пояснил, что за оспариваемые периоды сведения персонифицированного учета первоначально передавались на истца с кодировкой льготной работы на основании постановления Совмина РСФСР от 04 сентября 1991 г. №459, так как должность инженера являлась льготной. На основании уведомления пенсионного органа от 05 октября 2021 г. об устранении ошибок авиакомпанией была произведена корректировка сведений персонифицированного учета и код льготной работы был убран в связи с отсутствием подтверждающих документов. С 25 февраля 2022 г. истцу назначена страховая пенсия по старости, установлен размер страховой пенсии – 20 365 руб. 92 коп. По мнению истца, по вине ответчика размер недополученной им за период с 25 декабря 2020 г. по 24 февраля 2022 г. составляет 296 812 руб. 22 коп. Поскольку истец был лишен возможности начать своевременно получать пенсию по достижении им возраста 55 лет, т.е. с 25 декабря 2020 г., он полагает, что ему действиями ответчика причинен моральный вред, размер которого он оценивает в 100 000 руб. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика упущенную выгоду в размере 296 812 руб. 22 коп., компенсацию морального вреда – 100 000 руб. В последующем истец исковые требования в части взыскания упущенной выгоды уменьшил, попросив взыскать с ответчика 270 405 руб. 56 коп.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ОСФР по Архангельской области и НАО).

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о рассмотрении дела. В предварительном судебном заседании и предыдущем судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований. 

Представитель ответчика АО «АК Смартавиа» ФИО3 с исковыми требованиями не согласилась в полном объеме, указывала на отсутствие правовых оснований для взыскания указанных сумм с ответчика, полагала, что денежные средства не были дополучены истцом ввиду неправильного избрания представителем истца способа защиты права, а именно: первоначального обращения с иском к пенсионному органу, а не к работодателю; последующего незаявления ходатайства о приостановлении производства по делу по иску к пенсионному органу в связи с необходимостью обращения в суд с иском к работодателю. Кроме того, представитель ответчика указала на отсутствие вины АО «АК Смартавиа» в непредставлении в пенсионный орган сведений, подтверждающих код льготной кодировки работы истца в спорные периоды, ссылалась на то, что АО «АК Смартавиа» не является правопреемником работодателя истца, на отсутствие полной передачи всех документов от ЗАО «Нордавиа-Региональные авиалинии» (в последующем АО «Нордавиа-Региональные авиалинии»). Полагала, что в действиях истца имеются признаки злоупотребления правом.

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в судебное заседание не явился. В судебном заседании 12 июля 2023 г. представитель третьего лица ФИО4 полагала исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, поддерживала позицию представителя ответчика об отсутствии у АО «АК Смартавиа» объективной возможности не проводить корректировку сведений персонифицированного учета в отношении истца. Кроме того, указала, что произведенный истцом расчет упущенной выгоды является неверным, одновременно указала, что произвести полностью корректный расчет без удаления данных об истце в программе и внесения их на декабрь 2020 года, если ни невозможно, то крайне затруднительно.

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав письменные материалы настоящего дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (абзац первый пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред (убытки) являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 ГК РФ). На требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, далее - ТК РФ).

Пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В соответствии со ст. 381 ТК РФ индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Согласно ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника (далее - сведения о трудовой деятельности) и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

В случае выявления работником неверной или неполной информации в сведениях о трудовой деятельности, представленных работодателем для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, работодатель по письменному заявлению работника обязан исправить или дополнить сведения о трудовой деятельности и представить их в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

На основании исследованных письменных материалов, а также объяснений лиц, участвующих в деле, установлено следующее. 

17 декабря 2020 г. истец, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Архангельске Архангельской области (межрайонное) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 15 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях».

25 декабря 2020 г. истец достиг возраста 55 лет.

Решением пенсионного органа от 24 декабря 2020 г. № в назначении пенсии истцу отказано по причине отсутствия у него необходимой продолжительности стажа работы с особыми условиями труда, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Согласно указанному решению (с изменениями) страховой стаж истца определён продолжительностью 30 лет 07 месяцев 10 дней, стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости в соответствии с п. 13 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», - 02 года 03 месяца 13 дней, стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях (приведенный к стажу в районах Крайнего Севера) – 21 год 05 месяцев 11 дней.

Решением Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 24 августа 2021 г. исковые требования ФИО1 к ГУ-ОПФ РФ по АО и НАО о возложении обязанности включить периоды работы в стаж, назначить пенсию по старости, взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. На ГУ-ОПФ РФ по АО и НАО возложена обязанность включить в стаж работы ФИО1, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по п. 15 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», периоды работы с 25 марта 1986 г. по 31 мая 1991 г., с 1 июня 1991 г. по 3 августа 2000 г., с 20 марта 2002 г. по 10 октября 2004 г., с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г., с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г., с 5 февраля 2018 г. по 10 февраля 2018 г., с 17 октября 2018 г. по 18 октября 2018 г. и назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с 25 декабря 2020 г. С ГУ-ОПФ РФ по АО и НАО в пользу ФИО1 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГУ-ОПФ РФ по АО и НАО о возложении обязанности включить периоды работы в стаж в остальной части, взыскании компенсации морального вреда отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 24 декабря 2021 г. решение Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 24 августа 2021 г. отменено в части; ФИО1 отказано в удовлетворении иска к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о возложении обязанности включить периоды работы с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г., с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости.

При этом, принимая решение об отказе в удовлетворении иска в указанной части, суд апелляционной инстанции исходил из того, что в соответствии со ст. 28 Федерального закона «О страховых пенсиях» именно работодатели несут ответственность за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования, и только работодатель вправе определять, относятся ли работы, выполняемые работником, к льготным, или нет; следовательно, лишь страхователь вправе передавать сведения персонифицированного учета в отношении своего работника и корректировать их. В данном случае правопреемник работодателя истца АО «Нордавиа-РА» – АО «Авиакомпания Смартавиа» после проверки пенсионного органа и в 2020 г. откорректировало такие сведения в отношении истца, исключив за периоды с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г., с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. код льготной работы, такие действия по корректировке сведений персонифицированного учета в отношении истца расценены как подтверждение работодателем того, что истец полный рабочий день в особых условиях труда не работал. При этой действия работодателя по исключению кода льготной работы истцом в судебном порядке оспорены не были.

Таким образом, поскольку специальный стаж работы истца, требуемый для льготного пенсионного обеспечения по п. 15 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», определенный пенсионным органом при обращении истца за назначением пенсии (2 года 3 месяца 13 дней), с учетом периодов работы, включенных судом первой инстанции, с чем согласилась судебная коллегия (периоды работы с 25 марта 1986 г. по 31 мая 1991 г., с 01 июня 1991 г. по 03 августа 2000 г., с 20 марта 2002 г. по 10 октября 2004 г., с 05 февраля 2018 г. по 10 февраля 2018 г., с 17 октября 2018 г. по 18 октября 2018 г., всего 16 лет 11 месяцев 7 дней), такой стаж истца на момент обращения за назначением пенсии составил 19 лет 2 месяца 20 дней, что менее требуемых 20 лет, в назначении страховой пенсии по старости с 25 декабря 2020 г. ФИО1 было отказано.

С 25 февраля 2022 г. ФИО1 назначена страховая пенсия по старости на основании п. 15 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», и на основании ст.ст. 16,17 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» фиксированная выплата к страховой пенсии по старости с учетом повышений фиксированной выплаты к указанной страховой пенсии. Размер страховой пенсии истца составляет 20 365 руб. 92 коп.

Решением Октябрьского районного суда г. Архангельска от 14 декабря 2022 г., оставленным без изменения судебной коллегией по гражданским делам Архангельского областного суда от 27 апреля 2023 г., исковые требования ФИО1 о понуждении АО «АК Смартавиа» осуществить корректировку сведений индивидуального (персонифицированного) учёта удовлетворены. На АО «АК Смартавиа» возложена обязанность осуществить в отношении работника ФИО1 корректировку сведений персонифицированного учёта с указанием кода льготных условий по пункту 15 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» за периоды работы с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г., с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г. С АО «АК Смартавиа» в пользу ФИО1 взыскана госпошлина в возврат в размере 300 руб.

При этом при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции АО «АК Смартавиа» представило сертификаты соответствия, выданных закрытому акционерному обществу «Аэрофлот-Норд» и закрытому акционерному обществу «Нордавиа – региональные авиалинии» о соответствии требованиям законодательства Российской Федерации о гражданской авиации и наличии права производить как оперативное, так и периодическое техническое обслуживание авиатехники – самолётов Ан-24, Ан-26, ТУ-134А, ТУ-154Б, ТУ-154М, Як-40; штатные расписания закрытого акционерного общества «Аэрофлот-Норд» и закрытого акционерного общества «Нордавиа – региональные авиалинии»; карты аттестации рабочего места по условиям труда и карты специальной оценки условий труда работника, составленные в отношении профессий (должностей) инженера по техническому обслуживанию авиационной техники (планер и двигатели), авиационного техника по планеру и двигателям

При этом судом апелляционной инстанции установлено нарушение ответчиком прав истца при предоставлении сведений индивидуального (персонифицированного) учёта о периодах его трудовой деятельности, поскольку на день вынесения апелляционного определения (27 апреля 2023 г.) сведения о занятости истца на работах, дающих право на досрочное назначение пенсии по старости, работодателем в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации не переданы. Также судом апелляционной инстанции указано, что акт по результатам проверки, составленный территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации, на который ссылалось АО «АК Смартавиа», установленные по делу обстоятельства не опровергает, поскольку вышеуказанные документы работодателем на проверку пенсионному органу не предоставлялись.

Таким образом, вопреки доводам стороны ответчика вина АО «АК Смартавиа» в непредоставлении достоверных сведений в отношении ФИО1 установлена вступившим в законную силу судебным актом.

Решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 02 мая 2012 г. по гражданскому делу №2-2489/2012 по иску ФИО5 к ЗАО «Нордавиа-региональные авиалинии» о понуждении к выдаче справки о стаже работы и средней заработной плате, на которое ссылается представитель ответчика и представитель третьего лица как на обоснование невозможности предоставления АО «АК Смартавиа» документов, подтверждающих код льготной работы, преюдициального значения для дела не имеет, поскольку вынесено в отношении других лиц.

В заключении № от 05 октября 2020 г., на которое также ссылается представитель ответчика как на доказательство невозможности предоставления справки, подтверждающей код льготной работы ФИО1, следует, что 15 апреля 1991 г. Архангельский объединенный авиаотряд был реорганизован в аэропорт «Архангельск» и Авиакомпанию «Архангельские воздушные линии». Распоряжением Министерства транспорта РФ от 31 января 2002 г. №НА-40р государственное предприятие Авиакомпания «Архангельские воздушные авиалинии» переименовано в ФГУП «Авиакомпания «Архангельские воздушные линии». ЗАО «Аэрофлот-Норд» на основании договора купли-продажи приобрело у ФГУП «Авиакомпания « Архангельские воздушные линии» предприятие как имущественный комплекс с 11 октября 2004 г. На основании решения общего собрания акционеров от 23 октября 2009 г. ЗАО «Аэрофлот-Норд» переименовано в ЗАО «Нордавиа-РА» (л.д. 134). В последующем АО «Нордавиа-региональные авиалинии» переименовано в АО «АК Смартавиа».

В данном заключении прямо указано, что у ЗАО «Нордавиа-РА» отсутствует обязанность и правовая возможность выдавать справки в целях пенсионного обеспечения до 11 октября 2004 г., которые имели бы юридическую силу.

Вместе с тем спорные периоды, по которым АО «АК Смартавиа» не представило достоверную информацию – это периоды с 11 октября 2004 г. по 21 июня 2010 г.; с 24 марта 2015 г. по 13 декабря 2016 г.

Таким образом, вина ответчика в причинении истцу ущерба в виде упущенной выгоды доказана.

Довод представителя ответчика о неверном избрании стороной истца способа защиты своих пенсионных прав, что привело к возникновению и увеличению размера упущенной выгоды является несостоятельным, поскольку обязанность работодателя надлежащим образом передавать данные для их отражения в системе индивидуального персонифицированного учета предусмотрена законом. Право на своевременное получение страховой пенсии по старости не должно ставиться в зависимость от необходимости заявления работником в судебном порядке требований к работодателю с целью обязания его исполнить возложенную законом обязанность.

При этом материалами дела подтверждается, что истец обращался к ответчику в декабре 2021 года, октябре 2022 года с заявлением с просьбой произвести корректировку сведений индивидуального (персонифицированного) учета и предоставить в Пенсионный фонд Российской Федерации соответствующие сведения с указанием кода особых условий труда, ответчиком истцу отказано.

Из материалов дела, а также объяснений представителя третьего лица следует, что в случае наличия в системе персонифицированного учета полных сведений о специальном стаже истца, ему была бы назначена страховая пенсия по старости с 25 декабря 2020 г.

Оценив представленные доказательства по делу в их совокупности, на основании установленных в судебном заседании данных, суд приходит к выводу, что по вине ответчика, не исполнившего надлежащим образом обязанность по предоставлению достоверных сведений в систему индивидуального (персонифицированного) учета, истцу не была назначена пенсия по старости 25 декабря 2020 г., что повлекло для него наличие упущенной выгоды. Доказательств того, что ответчиком были предприняты исчерпывающие меры для исполнения своей обязанности, в частности о попытках подачи в пенсионный орган соответствующих сведений, их непринятие последним, не представлено. Напротив, из объяснений стороны ответчика и третьего лица следует, что в случае составления пенсионным органом проверки сведений индивидуального (персонифицированного) учета работодателю проще убрать данные сведения, нежели обжаловать постановление пенсионного органа в порядке арбитражного производства. 

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца упущенной выгоды, суд исходит из следующего.

Из разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно представленному стороной истца откорректированному расчету, размер упущенной выгоды составляет 270 405 руб. 56 руб.

При этом при расчетах стороной истца принят во внимание размер фиксированной выплаты за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера – 7 392 руб. 13 коп. в 2020 году и 7 857 руб. 82 коп. в 2021 году. Таким образом, размер страховой пенсии истца в 2020 году должен составлять 17 911 руб. 58 коп. (10519,45 + 7392,13), в 2021 году – 18 377 руб. 27 коп. (10519,45+7857,82). При этом недоплата за 7 дней 2020 года составляет 4 044 руб. 55 коп., за полные 13 месяцев с 01 января 2021 г. по 31 января 2022 г. – 238 904 руб. 51 коп. и 24 дня февраля 2022 г. – 17 456 руб. 50 коп. Также истцом не дополучена единовременная денежная выплата в размере 10 000 руб. согласно Указу Президента Российской Федерации от 24 августа 2021 г.№486 «О единовременной денежной выплате гражданам, получающим пенсию», в соответствии с которым гражданам, постоянно проживающим на территории Российской Федерации и являющимся по состоянию на 31 августа 2021 г. получателями пенсий, которые назначены в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. №166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», а также иных пенсий, выплата которых производится Пенсионным фондом Российской Федерации за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.

Стороной ответчика контррасчет не представлен, представителем третьего лица заявлено о крайней затруднительности предоставления точного расчета пенсии за спорный период, ввиду подсчета указанных выплат посредством специальной программы при внесении в нее всех необходимых исходных данных.

Судом представленный стороной истца расчет проверен, принят для определения размера упущенной выгоды.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию упущенная выгода в размере 270 405 руб. 56 коп.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд исходит из доказанности факта нарушения АО «АК Смартавиа» как работодателем прав ФИО1 на предоставление достоверной информации в систему индивидуального (персонифицированного) учета, что повлекло нарушение не только трудовых прав ФИО1, но и его права на справедливое социальное обеспечение.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает период нарушения прав истца, позицию ответчика, отказывавшегося предоставить необходимые сведения в пенсионный орган, непредоставления ответчиком доказательств, свидетельствующих о предпринятых попытках по предоставлению сведений, и определяет размер компенсации морального вреда равным 10 000 руб. Компенсация морального вреда в указанном размере будет отвечать принципам разумности и справедливости, обеспечит баланс интересов сторон.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 204 руб. 06 коп. (из расчета 5 904, 06 по имущественному требованию, подлежащему оценке, и 300 руб. по неимущественному требованию о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

иск ФИО1 к акционерному обществу «Авиакомпания Смартавиа» о взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Авиакомпания Смартавиа» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) упущенную выгоду в размере 270 405 руб. 56 коп., в счет компенсации морального вреда 10 000 руб.

Взыскать с акционерного общества «Авиакомпания Смартавиа» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 6 204 руб. 06 коп.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Архангельска. 

Мотивированное решение изготовлено 07 августа 2023 г.

Председательствующий А.А. Померанцева