Дело № 2 - 2335/2017 год

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 августа 2017 года гор. Пермь

Индустриальный районный суд г. Перми в составе:

Федерального судьи Толкушенковой Е.Ю.,

При секретаре Трушниковой Е.В.,

С участием представителя истца ФИО1

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора аренды заключенным, признании договора аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. В обоснование своих требований указала, что в летний период, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, обманным путём предоставляла в аренду различным предпринимателям, организациям за наличный расчёт, для использования под офисные помещения, выдавая жилое помещение за нежилое, несмотря на то, что перевода в нежилой жилищный фонд данного помещения не было произведено. Данное помещение находится в собственности ФИО3, расположенное по адресу: 

<

адрес>, 3-комнатная квартира на I этаже.

Собственник указанной квартиры ФИО3 незаконно, без разрешения соответствующих инстанций, без согласованной проёктно-сметной документации, без согласия, разрешения всех собственников помещений дома, произвела ее переустройство, демонтировав внутренние стены, самовольно обустроила 4 самостоятельных помещения внутри, вместо трех комнат по плану дома, также самовольно оборудовала отдельный выход, разрушив часть внешней (несущей) стены дома и самоуправно пристроила входную группу - закрытое крыльцо, ступени на общей придомовой территории, самовольно ее заняв. Не оформив никаких документов о переводе жилой квартиры в нежилое помещение. ФИО5 тем не менее, переоборудовав ее как нежилое, стала ее рекламировать с целью сдачи в аренду в качестве торгового помещения, под офисы и т. п.

По просьбе, устному поручению ФИО5, предположительно выдавшей рукописную, не заверенную надлежащим образом доверенность на сдачу квартиры и аренду, ФИО4 стала размещать объявления и рекламу об аренде переустроенной квартиры под видом офисного помещения, намеренно скрывая, что квартира не переоформлена в нежилое помещение и имеет обременение - ипотеку.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 от лица ФИО3 заключила с ФИО2 договор аренды всей квартиры, как якобы нежилого помещения, в размере 

<

данные изъяты> кв. М. с датой и вступавший в силу с ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ (п. 6.1), предусмотрев в нем арендную плату в 45 000 руб. ежемесячно, получив от истца ФИО6- 25 000 руб. в качестве аванса по аренде всего помещения за два месяца под расписку, где не указала ни суммы, ни основания получения, ни срока, ни данных о договоре.

Однако, еще до этого ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 от лица ФИО3 заключила с ООО «ЛАККИ» в лице учредителя и директора гр.А, договор аренды части этой же квартиры - одной из 4-х самовольно переустроенных комнат, как якобы нежилого помещения, в размере 15 кв. м., с датой и вступивший в силу ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ (п. 6.1), предусмотрев арендную плату в 13500 руб. ежемесячно, в порядке 100 % предоплаты в срок до 30 числа месяца, предшествующего оплачиваемому, наличным способом.

При его подписании ФИО4 получила от ООО «ЛАККИ» наличные денежные средства 27 000 руб. в качестве оплаты по договору аренды за два месяца под расписку, где указала прописью только сумму полученных денежных средств и не поставила своей подписи, не указав, от кого получила, за что и по каким основаниям.

В обоих договорах (с ФИО7 и гр.А, (ООО «Лакки») ФИО4 умышленно подделала подписи собственника квартиры ФИО8 

Сдача в аренду одного и того же помещения квартиры собственники ФИО3 одновременно двум разным лицам: истцу ФИО2 и третьему лицу ООО «ЛАККИ», самовольное переустройство квартиры, отнесение помещения к категории жилого, невозможность использования в иных целях (для предпринимательской деятельности) ФИО4, действовавшая в интересах ФИО5, от обоих арендаторов: ФИО2 и ООО «ЛАККИ» скрыла, тем самым умышленно введя их в заблуждение и используя обман относительно этих существенных условий договора аренды недвижимости.

Случайно встретившись в одновременно арендованном помещении, истец ФИО2 и директор ООО «ЛАККИ» гр.А, пытались выяснить причины, подробности ситуации у ФИО4, которая им ничего не пояснила, от разговоров уклонилась, встречаться отказывалась, полученные авансом за аренду денежные средства вернуть отказалась.

Никаких официальных извещений о расторжении договоров обоим арендаторам, лишенным возможности в таких обстоятельствах пользоваться уже оплаченными ими арендованными помещениями одной жилой квартиры, ФИО4 не посылала. Однако, полученные от истца денежные средства в размере 25 000 руб. ФИО4 присвоила. Истцу не известно передала или нет данные денежные средства ФИО4 собственнику помещения ФИО3

От возврата обманутым арендаторам неправомерно, обманным путем полученных денежных средств ФИО4 уклоняется, что в совокупности свидетельствует о ее недобросовестности, умышленном характере ее действиях по обману истца.

Поскольку ФИО4, действуя по предварительной договоренности с собственником жилого помещения - квартиры ФИО5 и неким «Николаем Геннадьевичем», обманным путем завладела денежными средствами истца ФИО7 (25 000 руб.) под предлогом сдачи им в аренду для предпринимательской деятельности квартиры ФИО5, не переведенной в категорию нежилого помещения, но под видом такового, подделав в договорах подписи от имени ФИО5 и внеся в текст недостоверные, заведомо ложные сведения об отнесении квартиры к категории нежилого помещения, одновременно сдала одно помещение в один период двум разным лицам, оформляя заведомо ничтожные договоры и недействительные расписки о получении средств от обманутых арендаторов, которые присвоила и распорядилась по своему усмотрению.

Данные действия ФИО4 и ФИО5 расцениваются как обман, в том числе намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, которая от нее требовалась по условиям оборота - ч. 2 ст. 179 ГК РФ, они не могут считаться действовавшими добросовестно, поскольку заведомо знали об основаниях недействительности обеих сделок.

О недобросовестности ФИО4 и использовании ею обмана в отношении истца свидетельствует также внесение в официальные документы - договор аренды квартиры ФИО5 (с ФИО7 - от ДД.ММ.ГГГГ) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений об отнесении предназначенной для жилья и не переоформленной в какую-либо иную категорию, сданной в аренду квартиры ФИО5 якобы к «нежилым помещениям», подделка в договоре подписи от имени собственника жилья ФИО5.

Об обмане и недобросовестности ответчиков в контексте норм ст. ст. 167 ч., 179 ч.ч. 2, 4 ГК РФ свидетельствуют также следующие неоспоримые факты, а именно, что:

ФИО4 присвоила денежные средства, полученные от истцов, не передала их собственнику квартиры и распорядилась ими по своему усмотрению;

в нарушение закона акт приема-передачи арендованного помещения не составлялся;

в договоры аренды ФИО4 и ФИО5 вносили заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения, якобы сдаваемое в аренду помещение не относится к категории нежилых помещений;

самовольное ее переустройство, обременение в виде ипотеки, отсутствие законных оснований для аренды в связи с отнесением к жилым помещениям от арендаторов скрывались,

- подписи в обоих договорах от имени собственника жилья ФИО5 ФИО4 умышленно подделала;

- в расписках, намеренно не оформив их надлежащим образом, ФИО4 не указала ни реально полученных от арендаторов сумм, ни оснований получения, этих денег, ни цели, ни самого договора, за какой срок аренды; в расписке нет суммы;

- от арендаторов скрывали факт сдачи в аренду другим арендаторам всей квартиры, никаких документов о расторжении договора, извещений не было направлено.

- полученные от обоих арендаторов по заведомо ничтожным, юридически недействительным договорам аренды квартиры (как якобы нежилого помещения, с подделанными подписями от имени собственника) денежные средства 27 000 и 25 000 руб. ФИО4 присвоила, отказываясь возвращать пострадавшим от ее действий.

Поскольку ФИО3 при совершении сделки по отчуждению арестованной недвижимости знала об основаниях ее недействительности (ничтожности) по причине того, что помещение не переведено в категорию нежилого, что надлежащей, нотариально удостоверенной доверенности на заключение, подписание договоров аренды Ларионова не выдавала, что одно и то же помещение передавалось ими одновременно двум разным лицам, о чем арендаторы заранее не уведомлялись, они и по этим причинам не могут считаться действовавшими добросовестно исходя из предписаний ч. 1 (абз. 2) ст. 167 ГК РФ.

Считает, что к данной ситуации подлежат применению и правила ст. 169 ГК РФ о ничтожности сделки, поскольку явные нарушения закона, допущенные при ее совершении, указывают на цель, противную основам правопорядка.

Поскольку сделка по передаче в аренду указанного объекта недвижимости как нежилого помещения, однако, не переведенного в эту категорию, произведено ответчиками с явными и неоспоримыми нарушениями закона, с использованием обмана истцов, с внесением заведомо ложных, недостоверных сведений в договор аренды, подделкой ФИО4 в нем подписей от имени арендодателя ФИО3, с целью, противной основам правопорядка, она с учетом всех вышеназванных обстоятельств, правил ст. ст. 166-169, 179 ч.ч. 2, 4 ГК РФ и применимых гражданско-правовых норм ничтожна и подлежит признанию таковой в судебном порядке.

С учетом совокупности всех указанны обстоятельств, при признании сделки недействительной, в данном деле подлежат применению и последствия ничтожности (недействительности) сделки по неправомерной в аренду передаче арендованной недвижимости, с возвращением истцу всех полученных ответчиками денежных средств по несостоявшейся сделке.

В дальнейшем истцом подано уточненное исковое заявление к ответчикам ФИО3, ФИО4, в котором указано, что осознавая, что ФИО4 действует без надлежаще оформленных полномочий от собственницы данной квартиры (согласно ст. 185-188 ГК РФ, подобного рода доверенности, какая имеется в материалах дела и на основании которой действовала ФИО4, подлежит нотариальному удостоверению. В ином случае, доверенность недействительна), в нарушение положений ГК РФ, действует недобросовестно, в нарушение п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ, гласящих, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно гражданскому законодательству, договор аренды и договор найма жилого помещения отличается как раз таки целевым назначением объекта временного пользования (владения) - аренда предназначена для использования нежилого помещения для производственных, предпринимательских целей, а найм жилого помещения исключительно для проживания граждан (671, 673 ГК РФ).

В ходе доследственной проверки было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 от лица ФИО3 заключила с представителем ООО «ЛАККИ» договор аренды на часть помещения по вышеуказанному адресу, получив за это денежные средства в размере 27 000 рублей - что составляет размер арендной платы за 2 месяца (первый и последний).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 от лица ФИО3 заключила с ФИО2 договор аренды всей площади указанного помещения и получила аванс в размере 25 000 рублей в счёт арендной платы.

ФИО2 были выполнены обязательства согласно договору Аренды от ДД.ММ.ГГГГ, а именно уплата денежных средств за аренду нежилого помещения согласно настоящему договору. Но ФИО4 в свою очередь недобросовестно выполнила свои обязательства согласно договору, поскольку Договор был заключен на всю площадь нежилого помещения, когда в момент заключения договора ФИО4 знала, что часть данного нежилого помещения уже сдана в аренду другому лицу.

Истец считает необходимым признать сделку состоявшейся, поскольку свои обязательства по оплате данного помещения ФИО2 были выполнены, а не добросовестность ФИО4 не может повлиять на несостоятельность сделки.

Таким образом, имеется два договора аренды на пересекающийся период с разными лицами, о чем они не были осведомлены, что подтверждается материалами КУСП.

По мнению истца, денежные средства путём обмана были похищены и обращены в собственность, введя добросовестных арендаторов в заблуждение относительно правомерности своих действий и наличию полномочий, оформленных надлежащим образом от собственника помещения.

В материалах КУСП подробно указаны обстоятельства, при которых данные события имели место.

гр.А, (представитель ООО «ЛАККИ») искала в аренду для своего бизнеса помещение, обнаружив на интернет-сайте «Авито» рекламу с арендой данного помещения, позвонила по указанному номеру и договорилась о встрече, с ФИО4 (представилась риэлтором, при встрече показала свидетельство о праве собственности и копию паспорта собственника - ФИО3), обговорив условия аренды, они сошлись на сумму 13 500 р. за одну часть помещения в месяц. Была выдана расписка ДД.ММ.ГГГГ от ФИО4, в которой отсутствовала подпись и дата, а сумма была указана 20 000 рублей, а не 27 000 р., как было передано фактически по договорённости между ними. Договор заключили от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (менее года). Ключи переданы в тот момент не были. гр.А, была вынуждена сделать дубликат ключей самостоятельно и за свой счёт с согласия ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 привезла договор, подписанный от имени ФИО5.

Вечером того же дня, в помещение зашла ФИО7 (также арендатор данного помещения), которая была удивлена ситуацией - она также арендовала данное помещение с ДД.ММ.ГГГГ, и у нее также имеется Договор от имени ФИО3 ФИО2 сообщила, что она также арендовала данное помещение с участием ФИО4. и она разрешила ФИО7, несмотря на дату договора, начать деятельность ранее, с ДД.ММ.ГГГГ.

Далее из объяснений ФИО3 следует, что она купила квартиру для цели сдачи её в аренду, и что в связи со своей занятостью, она нашла риэлтора - ФИО4, заключила с ней агентский договор (не оформив в нотариальном порядке, что уже косвенно свидетельствует о возможном умысле на противоправность действий в отношении добросовестных арендаторов), после этого они обговорили размер арендной платы - 50 000 р. ежемесячно за всё помещение.

Каким образом ФИО4 подыскивала клиентов ФИО3 не знает, не интересовалась, сама большую часть времени находится вне пределов г. Перми, поэтому лично ей некогда заниматься данными вопросами, и в конце ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 позвонила ФИО3 и сообщила, что у неё нашелся арендатор на все помещение. Через некоторое время ФИО4 перезвонила и сказала, что данный клиент желает арендовать только половину площади, а еще через некоторое время ФИО4 перезвонила и сообщила, что клиент готов арендовать лишь одну комнату из 4х всего помещения.

ФИО3 сказала ФИО4, чтобы она заключала договор от её имени на данную часть помещения, но при этом предупредила клиентов, что остальная площадь будет также сдаваться, поскольку у неё не было связи (электронной почты), то просмотреть подготовленный ФИО4 договор у неё не было возможности, поэтому она не могла знать содержание договора, и его условия. Таким образом, это также свидетельствует о не проявлении должной осмотрительности и внимательности, каким же образом действует агент, который, по сути, распоряжается частью правомочий собственника. В этом также усматривается основание привлечения ФИО5 к солидарной ответственности. К примеру, можно было приостановить процедуру сдачи в аренду, дав соответствующее указание ФИО4, пока ФИО3 не ознакомится с договором. Сколько точно ФИО4 получила денежных средств с клиента она не интересовалась, поскольку ей средства от аренды должны были поступать лишь со второго месяца аренды. На основании договорённости с ФИО4. арендная плата за первый месяц составляла её агентское вознаграждение, при этом она предполагала, что ФИО4 получена с клиента сумма оплаты двух месяцев аренды, то есть арендная плата за первый месяц и обеспечительный платеж (за последний месяц), который также, по условиям их договоренности, должен остаться у ФИО4

Таким образом, из материалов проверки следует, что ФИО3 не знала в полной мере, но вероятно предполагала (должна была предполагать) о противоправных намерениях ФИО4, но убедилась в её непорядочности спустя ряд событий, подтверждённых материалами КУСП, а именно, цитируя выдержки из КУСП: «После ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 больше не предпринимала попыток связаться с ФИО4, поскольку окончательно убедилась в её непорядочности, когда ДД.ММ.ГГГГ, приехав на встречу и находясь в помещении по адресу: 

<

адрес>, позвонила на телефон ФИО4, спросила, подъехала ли та, под предлогом, что якобы сама задерживается, хотя на тот момент лично убедилась в отсутствии ФИО4»

Судя по материалам КУСП, и материалам гражданского дела, основная вина в данной ситуации ложится на ФИО4, так как именно она, согласно материалам доследственной проверки, подписывала договоры с арендаторами (один из которых просят признать недействительным на основании первоначального искового заявления), не имея на то ни надлежащих полномочий, вводя в заблуждение потенциальных и реальных арендаторов, действуя недобросовестно и нарушая стабильность гражданского оборота, нарушая положения ст. 167, 168, 169, 179 ГК РФ, заключая сделки (в данном случае договоры аренды) в целях, противных основам правопорядка и нравственности, направленные на ущемление прав других лиц, злоупотребляя своими субъективными гражданскими правами, действуя, хотя и в нарушение установленного порядка от имени собственника помещения, согласно ст. 10 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

Добросовестность участников гражданского оборота предполагается. Знание законов презюмируется.

Выдавая доверенность, ФИО3 должна была знать о том, что действует недобросовестно, не удостоверяя нотариально (185-188 ГК РФ) свои полномочия. Таким образом, можно сделать обоснованный вывод о том, что ФИО3 также несёт ответственность за сложившуюся ситуацию со сдачей квартиры двум арендаторам одновременно, также учитывая те обстоятельства, что она сама лично не проверяла долгое время принадлежащую ей квартиру. В связи с этим, на основании ст. 325, 326 ГК РФ, ответчики отвечают солидарно за причинённый вред, когда невозможно установить степень вины каждого - в равных долях.

На основании изложенного просит признать сделку согласно договору аренды жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, под видом нежилого заключенному между ФИО3 и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ состоявшейся; признать договор аренды жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, под видом нежилого между ФИО3 и ФИО2 недействительным от ДД.ММ.ГГГГ; применить последствия недействительности сделки - обязать возвратить ответчиков денежные средства в сумме 25 000 рублей, а также проценты по статье 395 ГК РФ, как санкцию за неправомерное пользование данными денежными средствами за период от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 4 357,23 рубля солидарно; возложить на ответчиков обязанность возместить госпошлину.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, с участием представителя, на иске настаивает.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивает по доводам, изложенным в исковом и уточненном исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, просит рассмотреть дело в свое отсутствие. В письменных возражениях и дополнениях к возражениям на иск указала, что с исковыми требованиями ФИО2 полностью не согласна, считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Ей принадлежит помещение на праве собственности по адресу: 

<

адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор оказания услуг, согласно которому ФИО4 занималась поиском арендаторов для помещения по адресу: 

<

адрес>. В период конец ДД.ММ.ГГГГ. она (ФИО3) находилась за пределами г. Перми. Из материалов проверки ФИО4 утверждает, что получила от ФИО7 денежные средства в качестве комиссии, за аренду помещения ФИО7 (Истец) не платила. Кроме того, ФИО4 подписала договор аренды лично своей рукой в присутствии ФИО7 (из материалов проверки), подделав подпись ФИО3 на глазах у ФИО7. Из материалов проверки ФИО4 не отрицает факт получения денежных средств от ФИО7. В материалах дела имеется расписка ФИО4 в получении денежных средств. На основании вышеизложенного следует, что денежные средства ФИО3 не получала, договора аренды не подписывала, следовательно, не является надлежащим ответчиком. Просит в удовлетворении исковых требований истца к ФИО3 отказать полностью.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, просит рассмотреть дело в свое отсутствие. В письменном отзыве на иск указала, что с исковым заявлением не согласна. ФИО4 сдавала помещение по предоставленным ФИО3 документам, включая выданную рукописную доверенность. Документы о переводе в нежилое помещение со слов ФИО3 находились на оформлении. Возможности проверить подлинность данной информации у ФИО4 не было.

В ДД.ММ.ГГГГ по сдаче помещения к ФИО4 обратилась гр.А, для сдачи в аренду помещения принадлежащей на праве собственности ФИО3 на основании свидетельства № для продажи и реализации «зоотоваров» по адресу 

<

адрес>. ФИО4, предварительно показав помещение (которую устроило гр.А,), согласовала с ней договор аренды недвижимого имущества в электронном виде (пользуясь электронным почтовым ящиком), предоставила копии свидетельство о праве собственности, паспортные данные ФИО3 и доверенности, выданная от ФИО3 ФИО4 При подписании договора претензий и дополнительных вопросов у гр.А, не возникло, документы копии она получила лично при подписании договора аренды недвижимого имущества. После чего получила подтверждающую расписку об этом, где прописана сумма, за что приняты денежные средства, дата. При этом обманного пути подписания договора у ФИО4 не было. 

Договоры недвижимого имущества подписаны в разное время и в разные даты и встретиться там случайно ФИО2 и гр.А, не могли, т.к. гр.А, уже арендовала это помещение и занималась активными продажами своего товара. 

Обманного пути в подписании договора нет и быть не могло, т.к. все условия в договоре были предварительно прочитаны двумя Арендаторами, документы на собственность и паспорт собственника были им предоставлены. На момент подписания договора аренды недвижимого имущества с ФИО2 гр.А, сообщила на словах, что хочет съехать с данного помещения из-за отсутствия продаж ее товаров. В связи с чем, был принят ФИО4 аванс за аренду и подписан новый договор аренды недвижимого имущества с ФИО2

ФИО2 передавала задаток (аванс) ФИО4 в размере 5 000 (пять тысяч) рублей, а не 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей как указывает истица, после которого ФИО2 должна была внести оставшуюся оплату по договору и заехать с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был подписан основной договор аренды недвижимого имущества, с указанием конкретной суммы ежемесячной оплаты за пользование помещением. В данном договоре возврат денежных средств (аванса, задатка) не предусмотрен, по данному договору ФИО2 должна производить оплату полностью, чего ей сделано не было и говорить о подписании договора обманным путем признавая договор недействительным не имеет оснований. При подписании данного договора она была со всем согласна, настоятельно просила его подписать. Других договоров, подписанных ФИО4 по доверенности от ФИО3 и ФИО2, согласно которым по ст. 381 ГК с указанием пунктов о возврате переданных денежных средств (задатка), который по условиям договора подлежит возврату, в случае если арендатор передумал (найдя для себе более дешевое помещение), подписано не было. И противоречит полностью исковому заявлению.

На основании выше изложенного считает, что исковые требования о признании сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий ее недействительности поданы не надлежащим образом истцом с указанием на предоставлении заведомо-ложных, не подтвержденных ничем данных. Пытаясь усмотреть мошеннические действия со стороны ФИО3, ФИО4 и «Николаем Геннадьевичем» для получения себе в пользование денежных средств.

В письменном отзыве на уточненное исковое заявление гр.Б, указала, что в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 осознано ввела в заблуждение ФИО4, предложив ей сдавать ее нежилое помещение, которое по факту не имело документальных подтверждений о том, что жилая квартира имеет статус нежилого. И не предоставила законных документов, которые подтверждают факт переоформления данного помещения, где она имеет полное право реконструировать его как коммерческое помещение и сдавать данное помещение с целью получения прибыли. После чего она намерено предоставила ФИО4 документы, а именно свидетельство о собственности на данную квартиру, а не на нежилое помещение, без кадастрового паспорта с указанием перепланировки с пометкой о перепланировки и перевода в нежилое и умышленно выдала ей рукописную доверенность (без заверения нотариуса) от ДД.ММ.ГГГГ, уверив ФИО4, что такая доверенность имеет те же законные основания. Осознавая в полной мере, что данное помещение не имеет права сдаваться в аренду под любой вид коммерческой деятельности на законных основаниях с целью получения прибыли. Зная это и не смотря ни на что, она выслала договор аренды нежилого помещения ФИО4 на электронную почту и настоятельно попросила подписывать только ее договор с небольшими внесениями изменений. Все согласования по договору происходили с ней по телефону, в связи с постоянным отсутствием ее в городе. Истец в исковом заявлении приводит противоречивые доказательства для признания данной сделки недействительной. Доказательств в принятии денежных средств от ФИО2: принимались на основании расписки, в которой не указана сумма, на которую ссылается истец, что не является вещественным доказательствам о возврате данной денежной суммы. В свою очередь ФИО2 подписывала договор на сумму 40 000 рублей. Как утверждает истец оплата происходила по договору нежилого помещения, где в свою очередь ФИО3 не имеет возможности предоставить доказательства, что данное помещение является нежилым.

О том, что договоры подписаны обманным путем, являются домыслами истца. Из материалов дела КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ гр.А, подписала договор аренды нежилого помещения с ДД.ММ.ГГГГ и передала деньги ДД.ММ.ГГГГ в сумме 27 000 рублей (расписка выданная ФИО4) и в срок до ДД.ММ.ГГГГ ею была уже установлена маленькая вывеска магазину и заказала большую.

В свою очередь ФИО2, подписывая договор от ДД.ММ.ГГГГ и внеся аванс ДД.ММ.ГГГГ знала, что в данном помещении находится магазин зоотоваров. Не внесла оставшуюся сумму по договору и не подписала акт приема передачи помещения, на что ссылается ФИО3 в своих показаниях КУСП. Соответственно можно сделать вывод, что договор не имеет юридическую силу. В свою очередь ФИО3 уведомляла ее о прекращении договора.

Также обращает внимание, что договоры заключены и расторгнуты в ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем согласно статье 179 п.1 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

На основании изложенного считает, что уточненные исковые требования о признании сделки недействительной (ничтожной) не имеют оснований. Применяя последствия недействительности сделки с обязанностями вернуть денежные средства солидарно с ФИО3 неправомерно.

Третье лицо ООО «ЛАККИ» в судебное заседание представителя не направило, о месте и времени судебного разбирательства извещено надлежащим образом.

Заслушав представителя истца, изучив отказной материал КУСП №, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст.ст. 606, 607 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Согласно ст. 609 ГК РФ договор аренды на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме.

Судом установлено, что 3-комнатная квартира, общей площадью 58,2 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес>, зарегистрирована на праве собственности за ФИО3.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (Арендодатель) и ООО «ЛАККИ» в лице директора гр.А, (Арендатор) был заключен договор аренды недвижимого имущества, по условиям которого Арендодатель передает, а Арендатор принимает за определенную договором плату во временное пользование нежилое помещение, общей площадью 15 кв.м., находящееся по адресу: 

<

адрес>. Арендная плата за аренду Объекта составляет 13 500 руб. в месяц. Пунктом 6.1. Договора установлено, что договор вступает в силу с ДД.ММ.ГГГГ и действует до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (Арендодатель) и ФИО2 (Арендатор) был заключен договор аренды недвижимого имущества, по условиям которого Арендодатель передает, а Арендатор принимает за определенную договором плату во временное пользование нежилое помещение, общей площадью 70 кв.м., находящееся по адресу: 

<

адрес>. Арендная плата за аренду Объекта составляет 45 000 руб. в месяц. Пунктом 6.1. Договора установлено, что договор вступает в силу с ДД.ММ.ГГГГ и действует до ДД.ММ.ГГГГ.

Данные обстоятельства сторонами не оспариваются и подтверждаются свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, договором аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, договором аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ст. 209 ГК РФ собственник может совершать любые действия в отношении только того имущества, которое ему принадлежит.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделка, в данном случае договоры аренды, является соглашением двух сторон – арендатора и арендодателя. Обязательным условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку.

Согласно ст. 608 Гражданского кодекса Российской Федерации право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику, арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В силу абзаца четвертого статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 183 ГК РФ, при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Из пояснений сторон, данных в ходе судебного разбирательства и в ходе проверки по заявлению ФИО2 и представителя ООО «ЛАККИ», зарегистрированному ДД.ММ.ГГГГ в КУСП №, по факту хищения денежных средств, следует, что договоры аренды от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ заключала ФИО4 от лица ФИО3, подпись на договорах от имени собственника жилого помещения ставила также ФИО4

Постановлением дознавателя ОД ОП № Управления МВД России по г.Перми от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по заявлению гр.ФИО2 и гр.гр.А, отказано в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (Заказчик) и ФИО4 (Исполнитель) был заключен договор оказания услуг, по условиям которого Исполнитель обязуется по заданию Заказчика оказать услуги по управлению, пользованию, распоряжению принадлежащей ФИО3 на праве собственности 3-комнатной квартирой по адресу: 

<

адрес>. 

В силу положений статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.10.2000 года N 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что воля истца на заключение спорного договора аренды безусловно установлена, о чем свидетельствуют ее конклюдентные действия, выразившиеся в согласии на все существенные условия, содержащиеся в договоре, собственноручная подпись истца, личное присутствие при заключении договора. Кроме того, судом установлено, что ФИО3 также совершила конклюдентные действия, свидетельствующие о ее воле на заключение договора аренды, в том числе и с истцом ФИО2, а именно, она давала поручение ФИО4 по управлению жилым помещением по 

<

адрес> путем устной договоренности, а также путем заключения договора на оказание услуг, что подтверждается пояснениями сторон, материалом проверки КУСП № и договором на оказание услуг от ДД.ММ.ГГГГ, выдачей соответствующей доверенности действовать от ее имени при заключении договоров.

При этом, учитывая природу заключенной сделки, обстоятельства ее заключения: последовательность действий сторон, предшествующих заключению договора аренды, и действий, направленных на исполнение условий договора, осуществление выплаты арендной платы, условия самого договора от ДД.ММ.ГГГГ, принимая во внимание, что договор аренды был заключен от имени собственника недвижимого имущества, поскольку ФИО4 было предоставлено право на управление принадлежащим по праву собственности помещением по адресу: 

<

адрес> и подписан собственноручно истцом, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания договора аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ заключенным.

В то же время суд не находит оснований для признания договора аренды жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, под видом нежилого помещения между ФИО3 и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Заявляя требование о признании договора аренды жилого помещения под видом нежилого недействительным, истец ссылается на то, что спорный договор, заключенный между ФИО3 и ФИО2, противоречит основам правопорядка и нравственности, данная сделка совершена под влиянием обмана.

В силу ст. 169 ГК РФ, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как разъяснено в п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности включение в договор аренды заведомо ложных, недостоверных сведений, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

В обоснование довода о противоречии оспариваемого договора основам правопорядка и нравственности, ФИО2 указывала на то, что сделка по передаче в аренду объекта недвижимого имущества как нежилого помещения, однако не переведенного в эту категорию, произведена ответчиками с явными и неоспоримыми нарушениями закона, с использованием обмана, с внесением заведомо ложных, недостоверных сведений в договор аренды, что заведомо противно основам правопорядка и нравственности.

Во исполнение статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, ФИО2, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств изложенных доводов. Также доказательств того, что сделка – договор аренды от ДД.ММ.ГГГГ, заключена исключительно с целью причинить вред имущественным интересам истицы, в материалы дела не представлено.

То обстоятельство, что в договоре аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ подпись от имени арендодателя недвижимого имущества выполнена не собственником ФИО3, не свидетельствует о недействительности спорного договора, поскольку при заключении договора ФИО2 присутствовала лично, договор подписала собственноручно, на изложенных в нем условиях. О том, что ФИО4 не является собственником арендованного имущества в момент заключения договора истец знала, поскольку договор был заключен от имени ФИО3 При подписании договора ФИО2 могла сама проверить документы на сдаваемое в аренду помещение, также проверить наличие доверенности на право оформлять договоры от имени собственника помещения, осмотреть арендуемое помещение, прежде, чем подписывать договор аренды.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Такой умысел со стороны ответчиков истцом не доказан, а судом установлен не был.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договоров аренды ФИО4 действовала недобросовестно, истцом представлено не было.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, а в силу части 1 статьи 56 Кодекса каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, на истце и на ответчике в равной степени лежало бремя доказывания выдвигаемых ими доводов и возражений.

Вместе с тем, истцом доказательств, безусловно свидетельствующих о причинении ущерба интересам ФИО2 действиями ответчиков, суду не представлено.

Бремя доказывания данных обстоятельств возлагается на лицо, заявившее исковые требования.

Суд считает, что все доводы ФИО2 в обоснование иска не основаны на фактических обстоятельствах дела, установленных судом при рассмотрении спора по существу, связаны с неверным толкованием положений действующего законодательства, а также опровергаются собранными по делу доказательствами. Кроме того, общие правила, касающиеся формы и порядка заключения договора аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, в данном случае соблюдены в полном объеме. 

Каких-либо иных доказательств, отвечающих признакам относимости, достоверности, допустимости, подтверждающих нарушение прав и законных интересов истицы действиями ответчиков в материалы дела не представлено. 

Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения для признания спорного договора недействительным по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Судом не установлено наличия обстоятельств, которые в силу закона влекут недействительность договора аренды недвижимого имущества, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2, напротив, вышеизложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об отсутствии какого-либо влияния на волю истца при заключении сделки.

Доказательств, подтверждающих, что указанный договор был заключен в результате предоставления ответчиками истцу недостоверных сведений об обстоятельствах, имеющих значение для его заключения, под влиянием обмана и заблуждения, а также без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, истцом не представлено, в связи с чем, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения требований о признании договора аренды жилого помещения недействительным.

Кроме того, суду также не представлено доказательств отсутствия возможности пользоваться ФИО2 арендуемым помещением, поскольку договор аренды с ней был заключен на все помещение, общей площадью 70 кв.м, расположенное по адресу: 

<

адрес>, тогда как с ООО «ЛАККИ» договор аренды был заключен только на часть арендуемого помещения, а именно на 15 кв.м. 

При отсутствии оснований для признания договора недействительным суд не находит оснований и для удовлетворения требований о взыскании денежных средств, уплаченных по договору, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, в порядке применения последствий недействительности сделки.

Суд считает, что доводы ответчика ФИО4 о пропуске срока исковой давности являются ошибочными, поскольку ФИО2 в защиту своих прав первоначально исковое заявление в суд было направлено ДД.ММ.ГГГГ, то есть в установленный законом срок.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд, применительно к положениям ст.98 ГПК РФ, приходит к выводу о частичном удовлетворении данных требований пропорционально удовлетворенным судом исковым требованиям.

Поскольку, взыскание судебных расходов солидарно с ответчиков законом не предусмотрено, договором солидарная обязанность возмещения судебных расходов, понесенных по делу, также не определена, поэтому судебные расходы должны быть взысканы в долевом порядке, а именно в возмещение расходов на оплату госпошлины по 150 руб. с каждого из ответчиков (300 рублей : 2).

руководствуясь ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать договор аренды недвижимого имущества - помещения, общей площадью 70 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заключенным между ФИО3 и ФИО2.

В удовлетворении требований о признании договора аренды жилого помещения по адресу: 

<

адрес> под видом нежилого помещения между ФИО3 и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата денежных средств в размере 25 000 рублей, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами - отказать.

Взыскать в пользу ФИО2 с ФИО3, ФИО4 в возврат госпошлины по 150 рублей с каждой.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Ю.Толкушенкова