ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

<

адрес> 10 сентября 2024 года

Красногорский городской суд 

<

адрес> в составе: 

председательствующего судьи Андрейкиной М.А., 

при секретаре ФИО3,

с участием помощника Красногорского городского прокурора ФИО4, 

защитников: адвокатов ФИО5, представившего удостоверение № и ордер №, адвоката ФИО6, представившей удостоверение № и ордер №

подсудимых ФИО2 и ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца Грузинской ССР, лица без гражданства, без определенного места жительства, фактически проживающего по адресу: 

<

адрес>ёв, 

<

адрес>Б, имеющего среднее образование, холостого, малолетних детей на иждивении не имеющего, официально не трудоустроенного, военнообязанного, ранее не судимого, 

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, гражданки РФ, зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес>, имеющей высшее образование, не замужней, малолетних детей на иждивении не имеющей, официально не трудоустроенной, не военнообязанной, ранее не судимой, 

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

У с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО2 обвиняются в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении. 

В ходе судебного заседания адвокатами ФИО6 и ФИО5 заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, мотивированное тем, что в ходе предварительного следствия не установлена сумма ущерба и имеется необходимость проведения по делу строительно-технической экспертизы, а также в связи с тем, что в фабуле предъявленного ФИО2 обвинения, в соответствии с которым последней инкриминировано совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, не указано, какие конкретно действия были совершены ФИО2 во исполнение совместного преступного умысла, направленного на хищение денежных средств потерпевшего в соответствии с отведенной ей роли. 

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 поддержали заявленное их защитниками ходатайство. 

Государственный обвинитель против возвращения уголовного дела прокурору возражал, полагал, что обвинительное заключение составлено с соблюдением требований УПК РФ.

Выслушав мнения сторон, изучив материалы дела, суд находит настоящее уголовное дело подлежащим возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, предусмотренных п.п. 1-5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении указываются существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Из смысла закона следует, что в обвинительном заключении должно содержаться исчерпывающее и точное описание каждого вменяемого преступного деяния с указанием всех обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Согласно фабуле обвинения, ФИО1 и ФИО2 обвиняются в том, что они под видом выполнения ремонтных и отделочных работ, совершили хищение денежных средств ФИО7, причинив последнему имущественный ущерб в особо крупном размере.

Вместе с тем, в фабуле обвинения отсутствуют сведения об обстоятельствах инкриминируемого преступления.

Так, согласно обвинительному заключению, в неустановленное время, но не позднее мая 2018 года, ФИО1 и ФИО2 вступили между собой в преступный сговор и договорились путем обмана под видом выполнения ремонтных и отделочных работ в квартире, покупки строительных и отделочных материалов, не имея реальных намерений исполнить взятые на себя обязательства, похитить принадлежащие ФИО7 денежные средства в особо крупном размере, при этом роль ФИО1 заключалась в координации их с ФИО2 совместных действий с целью хищения путем обмана денежных средств, убеждении ФИО7 в том, что именно они с ФИО2 будут проводить ремонтные и отделочные работы в квартире, закупать строительные и отделочные материалы, в необходимости оплаты их приобретения, создании видимости выполнения работ и покупки материалов, а роль ФИО2 - в изготовлении, составлении и подписании договора на проведение ремонтных и отделочных работ в квартире, а также приложений к нему, предоставлении своей банковской карты для оплаты ФИО7 денежных средств за покупку материалов, убеждении последнего в необходимости производства этой оплаты.

Во исполнение преступного плана, согласно отведенной роли, ФИО1, обладая информацией о желании ФИО7 провести ремонтные работы в квартире, связался с ним посредством мобильной связи и убедил в своей готовности их провести, а также путем обмана сообщил о его и ФИО2 возможностях по реализации необходимого ФИО7 ремонта, тем самым, расположил последнего к себе, создав устойчивое представление последнего о реальности этих возможностей.

Далее, в точно неустановленное время, но не позднее мая 2018 года, ФИО1 во исполнение совместного с ФИО2 преступного умысла, направленного на хищение чужого имущества путем обмана из корыстных побуждений, предложил ФИО7 подписать договор с ФИО2 на выполнение ремонтных и отделочных работ.

Так, между ФИО7 и ФИО2 заключен договор, датированный ДД.ММ.ГГГГ, на выполнение ремонтных и отделочных работ в принадлежащей потерпевшему квартире в трехмесячный срок, а именно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также приложение № о поэтапной работе и приложение № - «перечень материалов, не входящих в стоимость черновых материалов» и «список черновых материалов».

Будучи введенным ФИО1 и ФИО2 в заблуждение, ФИО7, не осведомленный об их преступных намерениях, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ со счета своей банковской карты осуществил денежные переводы на счет банковской карты ФИО2, а также передал ФИО8 наличными ДД.ММ.ГГГГ 195 000 рублей и ДД.ММ.ГГГГ 248 000 рублей, а всего денежные средства в общей сумме 1 220 000 рублей.

Однако ФИО1 и ФИО2 взятые на себя обязательства, связанные с выполнением ремонтных и отделочных работ в квартире и покупку материалов за полученное ими от ФИО7 денежное вознаграждение не исполнили, изначально не имея для этого реальной возможности и намерений, таким образом, похитили путем обмана денежные средства в общей сумме 1 220 000 рублей, распорядившись ими впоследствии по своему усмотрению

Вместе с тем, в нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении отсутствуют сведения о том, какие конкретно действия были совершены ФИО2 во исполнение совместного преступного умысла, направленного на хищение принадлежащих протерпевшему ФИО7 денежных средств, в соответствии с отведенной ей ролью. 

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, каждый обвиняемый имеет право знать, в чем он обвиняется, и реализовать в полном объеме свои права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, в том числе право на защиту от предъявленного обвинения.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Суд не может самостоятельно устранить данные противоречия, поскольку вменение фактических обстоятельств преступления и установление пределов обвинения, в рамках которых суд в последующем, в соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ, рассматривает дело, относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия.

При этом суд отмечает, что устранение выявленных судом нарушений, не связано с восполнением неполноты предварительного следствия.

Кроме того, с учетом характера вменяемого в вину ФИО8 и ФИО2 преступления доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ подлежит, в том числе, наличие умысла на присвоение виновным путем обмана имущества потерпевшего, возникшего у него до получения указанного имущества, в данном случае, денежных средств.

Однако, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, органом предварительного следствия не дана оценка показаниям ФИО1, который в ходе предварительного следствия, заявляя о своей невиновности, показывал, что цели обманным путем завладеть деньгами потерпевшего он не преследовал, а также показывал о расходовании полученных от потерпевшего денежных средств по назначению в соответствии с условиями договора, выполнении практически всего объема оговоренных работ, наличии у него реальной возможности их закончить, его и потерпевшего ФИО7 показаниям о совместном приобретении ими строительной смеси «Бетонит», не предназначенной для ремонта квартиры в соответствии с условиями договора, а также показаниям ФИО2, о ее неосведомленности о наличии между ФИО1 и ФИО7 договоренности по совместному приобретению и перепродаже строительной смеси и в целом о ее участии в деятельности ФИО1, связанной с ремонтом квартир, помимо составления договоров с гражданами от ее имени ввиду отсутствия у ФИО1 паспорта и предоставления ФИО8 банковской карты. 

В силу ч. 2 ст. 14 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит па стороне обвинения. Данная уголовно-процессуальная обязанность свидетельствует о том, что органы предварительного следствия должны доказывать весь объем производства по уголовному делу, т.е. не только обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК, но и обстоятельства, опровергающие непричастность лица к совершению преступления, выдвинутые им в свою защиту.

Невыполнение этих положений закона свидетельствует о несоответствии обвинительного заключения требованиям ст. 220 УПК РФ. В силу разделения функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела в соответствии ст. 15 УПК РФ суд не наделен полномочиями проведения оперативно-розыскных мероприятий, что лишает его возможности в ходе судебного разбирательства проверить показания ФИО1 и ФИО2 и дать им надлежащую оценку.

На основании изложенного суд полагает, что уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

При решении вопрос относительно меры пресечения в отношении ФИО1 и ФИО2 суд исходит из следующего.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 обвиняются в совершении тяжкого преступления, наказание за которое предусмотрено в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Вместе с тем, основания, которые были положены в основу избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражей, по мнению суда, к настоящему моменту изменились. 

Так, оценивая расследуемые по делу обстоятельства, представленные материалы уголовного дела и вышеуказанные сведения в совокупности, а также принимая во внимание, что ФИО1 ранее к уголовной ответственности не привлекался, имеет на иждивении престарелую мать, страдает рядом тяжелых хронических заболеваний, а также учитывая представленные стороной защиты документы о возможности постоянного проживания ФИО1 на территории 

<

адрес>, суд считает, что беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу возможно посредством применения в отношении обвиняемого ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, а именно в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

С учетом изложенного в отношении ФИО1 следует изменить меру пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении. 

Оснований для избрания в отношении ФИО2 меры пресечения в настоящее время суд не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 110, 237, 255-256 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, возвратить Красногорскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО1 изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освободить ФИО1 из-под стражи в зале суда. 

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение 15 суток со дня его вынесения.

Судья М.А. Андрейкина