Дело № 12-101/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Северск 27 июля 2017 года

Судья Северского городского суда Томской области Затеев П.Е., рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 26 мая 2017 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), 

У С Т А Н О В И Л:

Обжалуемым постановлением ФИО1 привлечена к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев. 

В поданной в суд жалобе ФИО1 просит вынесенное постановление отменить, а производство по делу прекратить, так как судом ей не была предоставлена возможность представить доказательства совей невиновности, что нарушило ее права, при этом считает, что на основании имевшихся материалов по делу об административном правонарушении вынести обоснованное и законное судебное решение было невозможно. Указывает, что в постановлении мирового судьи неверно приведены ее пояснения в части того, что она признавала факт управления 19 января 2017 года транспортным средством Тойота **, хотя данный факт она не признавала, пояснив, что за руль автомобиля сел ее родственник Ш. Сотрудники ГИБДД могут ее оговаривать, поскольку вечером 18 января 2017 года у нее произошел с ними конфликт. Также указывает, что сотрудники ГИБДД обратились к ней, когда ее автомобиль уже был припаркован, а двигатель выключен, каких-либо доказательств, что именно она управляла транспортным средством ими не представлено. Считает, что отсутствовали правовые основания для направления ее на освидетельствование, а действия сотрудников ДПС по принуждению ее к отказу от проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения незаконными. Также указывает, что в нарушение законодательства, регулирующего порядок привлечения к административной ответственности сотрудники ГИБДД не объяснили причин приглашения в патрульную машину, не представились, не разъяснили права и порядок обжалования незаконных действий, игнорировали замечания о незаконности их действий, не дав внести их в составленные ими протоколы, в связи с чем был нарушен порядок привлечения ее к административной ответственности, от подписи протокола она отказалась, в связи с тем, что была не согласна с привлечением ее к административной ответственности, подписи же в протоколе об административном правонарушении были поставлены в тех местах, где указали сотрудник полиции, понятые не присутствовали, видеозапись не производилась, а сотрудники ДПС в суде пояснили, что права ей не разъяснили.

В судебном заседании ФИО1 жалобу поддержала, также пояснила, что в день составления в отношении нее протокола об административном правонарушении автомобилем она не управляла. Машиной Тойота ** управлял Ш. Забрав машину со стоянки отдела полиции, они вместе проехали до магазина, где Ш. пересел в свою машину, а она села в свою машину на водительское место, чтобы забрать документы из машины. В этот момент к ней подошел сотрудник ДПС, пригласил в патрульную машину. Алкоголь она не употребляла, пила только настойки валерьянки, пустырника на спирту, разведенные с водой.

Защитник Заплавнов О.Г. в судебном заседании жалобу поддержал в полном объеме, приведя аналогичные доводы, также указав, что время составления протокола об отстранении от управления транспортным средством указано неверно, поскольку он был составлен в то же время, в которое вменено событие правонарушения. В деле не имеется видеозаписи движения автомобиля ФИО1, а с результатами освидетельствования ФИО1 согласилась под давлением сотрудников ДПС. Пояснения ФИО1 в судебном заседании о том, что она забрала машину со стоянки отдела полиции как собственник, не означает то обстоятельства, что она ей управляла.

Заслушав ФИО1 и ее защитника, изучив доводы жалобы, проверив дело в полном объеме, судья приходит к следующим выводам.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (ст. 24.1 КоАП РФ).

Частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Согласно п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного).

Как усматривается из материалов дела 19 января 2017 года в 13 часов 10 минут на ул. Гагарина, 19 в с. Кожевниково Кожеквниковского района Томской области ФИО1 управляла автомобилем Тойота **, государственный регистрационный знак **, находясь в состоянии опьянения, чем нарушила п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Факт совершения ФИО1 указанного правонарушения подтверждается достаточной совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

- протоколом об административном правонарушении ** № ** от 19 января 2017 года, содержащим описание обстоятельств административного правонарушения (л.д. 2);

- протоколом ** № ** от 19 января 2017 года, согласно которому основанием для отстранения ФИО1 от управления транспортным средством послужило наличие достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения (запах алкоголя изо рта) (л.д. 3);

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 19 января 2017 года и бумажным носителем с записью результатов исследования, согласно которым по результатам проведенного при помощи прибора АКПЭ-01М освидетельствования у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения (показания прибора 0,255 мг/л), с результатами освидетельствования ФИО1 согласилась, о чем свидетельствует запись в соответствующей графе (л.д. 4-5);

- рапортом инспектора ДПС М. о том, что 19 января 2017 года в 13 часов 10 минут во время несения службы с У. по ул. Гагарина, 19 в с. Кожевниково был остановлен автомобиль Тойота **, государственный регистрационный знак **, под управлением ФИО1, от которой исходил запах алкоголя изо рта. Она согласилась пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения (л.д. 1).

Допрошенные мировым судьей в судебном заседании свидетели М. и У. подтвердили обстоятельства совершения Л.О.АБ. данного правонарушения, а также соблюдение требований КоАП РФ при применении мер административного принуждения.

Оценив приведенные доказательства в соответствии с положениями ст. 26.11 КоАП РФ, судья приходит к выводу о том, что они относимы, допустимы, достоверны, получены с соблюдением требований закона, согласуются между собой, достаточны для разрешения дела и в своей совокупности подтверждают виновность Л.О.АБ. в совершении административного правонарушения.

Доводы ФИО1 о том, что она автомобилем не управляла, опровергаются материалами дела. Так, допрошенные мировым судьей сотрудники ДПС М. и У. пояснили, что наблюдали, как с территории отдела полиции выехал автомобиль, который остановился возле магазина по ул. Гагарина, 19, водителем автомобиля была именно ФИО1, которой было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения в связи с наличием такого признака. Указанное обстоятельство также подтверждается рапортом инспектора ДПС М. об обстоятельствах выявленного нарушения.

При составлении протоколов о том, что она (ФИО1) не управляла транспортным средством, ею не заявлялось, хотя ФИО1 не была лишена возможности сделать соответствующее замечание, однако данным правом не воспользовалась, что свидетельствует о неправдоподобности ее доводов.

Поскольку из материалов дела следует, что именно ФИО1 управляла автомобилем Тойота **, довод защитника об отсутствии видеозаписи движения ее автомобиля правового значения в данном случае не имеет, а наличие такой видеозаписи обязательным доказательством по данному делу не является. По этим же основаниям не имеет правового значения довод о том, работал ли двигатель в момент, когда сотрудники ДПС обратились к ФИО1 как к водителю. 

Процедура освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и отстранение ее от управления транспортным средством в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ зафиксирована на видеозаписи, из которой следует, что ФИО1 прошла освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и отстранена от управления транспортным средством, в ее присутствии были составлены процессуальные документы, при этом каких-либо возражений от нее не поступило. 

Само по себе отсутствие звука на видеозаписи процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не может являться основанием для признания данного доказательства недопустимым, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что видеозапись по дате, времени, а также по действиям как сотрудников ГИБДД, так и ФИО1 соответствует обстоятельствам инкриминируемого ей административного правонарушения. Сомнений в том, что видеозапись сопровождает и фиксирует процессуальные действия сотрудников ГИБДД в отношении ФИО1, отраженных в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не имеется. 

Изменения в протокол об отстранении от управления транспортным средством относительно времени его составления и времени отстранения от управления транспортным средством внесены в присутствии ФИО1, от ознакомления с протоколом она отказалась, что подтверждается имеющейся видеозаписью и соответствующими отметками в этом протоколе. При этом время его составления не влияет на правильность установления обстоятельств совершения ФИО1 правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, поскольку целью составления данного процессуального документа является фиксация применения к лицу, в действиях которого усматриваются признаки правонарушения, данной меры обеспечения производства по делу. 

Не является основанием для отмены вынесенного судебного решения и довод жалобы о том, что у сотрудников ГИБДД имелись причины для ее оговора и незаконного привлечения к административной ответственности, учитывая, что процессуальные документы были составлены в соответствии с законом лицами, находящимися при исполнении своих служебных обязанностей. Исполнение инспектором ГИБДД своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не свидетельствует о его заинтересованности в исходе дела. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о заинтересованности инспекторов ГИБДД в исходе дела, судьей также не установлено. 

Ссылка в жалобе на то, что вечером 18 января 2017 года у нее с сотрудниками ГИБДД по Кожевниковскому району имел место конфликт в связи с привлечением к административной ответственности по аналогичным основаниям, поэтому они могли оговорить ее по данному делу и незаконно привлечь к ответственности, является несостоятельной, поскольку согласно представленной копии протокола об административном правонарушении, составленного в связи с управлением Л.О.АБ. данным автомобилем 18 января 2017 года в 23 часа, этот протокол и другие процессуальные документы составлены другим должностным лицом – инспектором ДПС А. (л.д. 57-61), не участвовавшим в производстве по данному делу.

Показания сотрудников ГИБДД М. и У., предупрежденных об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, являются допустимыми доказательствами и подлежат оценке наряду с другими доказательствами по делу, что и было сделано мировым судьей. Оценка показаниям инспекторов ДПС М. и У. дана в совокупности с другими доказательствами верно.

Довод ФИО1 о том, что был нарушен порядок привлечения к административной ответственности, а именно ей до проведения освидетельствования и отстранения от управления автомобилем не разъяснялись права, не может повлечь отмену обжалуемого постановления, так как данное обстоятельство не повлекло существенного нарушения ее прав, поскольку их разъяснение является дополнительной гарантией решения задач производства по делу об административном правонарушении.

Указанные меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении носят безотлагательный и кратковременный характер и не предполагают получение согласия лица, в отношении которого они применяются. При их применении физическое лицо не понуждается к свидетельствованию против себя по смыслу статьи 51 Конституции Российской Федерации: данное лицо не обязано делать какие-либо заявления о своей виновности и не обязано представлять доказательства, подтверждающие его причастность к совершению противоправного деяния.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит требований о разъяснении прав и обязанностей лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, при составлении каждого протокола о применении мер обеспечения производства по делу, в том числе при составлении протокола об отстранении от управления транспортным средством и акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

В соответствии со статьей 28.2 КоАП РФ о совершении административного правонарушения составляется протокол об административном правонарушении. При его составлении физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, о чем делается соответствующая запись в протоколе.

Факт разъяснения процессуальных прав ФИО1 подтверждается ее подписью в соответствующей графе протокола об административном правонарушении. О разъяснении ей прав, а также о соблюдении порядка привлечения Л.О.АБ. к административной ответственности также показали допрошенные мировым судьей инспекторы ДПС М. и У. Каких-либо ходатайств и заявлений от нее согласно материалам дела в тот момент не поступило.

Процессуальные документы о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении составлены в присутствии Л.О.АБ. в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ, содержат все данные, необходимые для правильного разрешения настоящего дела. Отсутствие понятых при этом правового значения в данном случае не имеет, поскольку при применении мер обеспечения производства по делу применялась видеозапись, что соответствует требованиям ч. 2, 6 ст. 25.7 КоАП РФ. При этом присутствие понятых либо использование видеозаписи при разъяснении лицу, в отношении которого ведется производство по делу, его прав нормами КоАП РФ не предусмотрено.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что она была не согласна с результатами освидетельствования, а от прохождения медицинского освидетельствования отказалась по принуждению сотрудников ДПС, являются необоснованными. Как следует из просмотренной видеозаписи, ФИО1 по собственной воле согласилась с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о чем собственноручно указала в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ** № ** от 19 января 2017 год без какого-либо принуждения, возражений, замечаний по ходу освидетельствования и его результатах не указала. Правовых оснований для ее направления на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения не имелось, более того, сотрудниками ГИБДД ей разъяснялась возможность проехать на медицинское освидетельствование в случае несогласия с результатами проведенного освидетельствования, что также следует из видеозаписи.

Сведений о том, что ФИО1 обращалась с жалобами на неправомерные действия сотрудников ГИБДД, заявителем не представлено, в связи с чем являются необоснованными и доводы жалобы о том, что сотрудники игнорировали замечания о незаконности их действий, не дав внести их в составленные ими протоколы. Из материалов дела эти обстоятельства также не следуют. Существенных нарушений Административного регламента МВД России исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, утвержденного Приказом МВД России от 02 марта 2009 года № 185, которые могли бы повлечь отмену вынесенного постановления, при рассмотрении дела не установлено.

Ссылка заявителя на то, что алкоголь она не употребляла, а пила только настойки валерьянки, пустырника на спирту, разведенные с водой, правового значения в рассматриваемой ситуации не имеет. Согласно Примечанию к статье 12.8 КоАП РФ употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается, а административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха. 

Достаточным основанием полагать, что водитель ФИО1 находилась в состоянии опьянения, явилось наличие у нее запаха алкоголя изо рта, что следует как из рапорта инспектора ДПС М., так и из протокола об отстранении от управления транспортным средством, и соответствует требованиям п. 3 «Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов…», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475. 

Наличие такого признака опьянения явилось законным основанием для проведения сотрудником ДПС освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, а показания прибора (0,255 мг/л) - основанием для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Из представленных материалов дела, вопреки доводам жалобы о том, что мировым судьей не предоставлена возможность представить доказательства своей невиновности, следует, что мировым судьей все ходатайства, заявленные Л.О.АБ. и защитником Заплавновым О.Г. были удовлетворены. В ходе судебного заседания 23 мая 2017 года ФИО1 указала, что ходатайств и иных доказательств по делу не имеет.

С учетом установленных обстоятельств действия Л.О.АБ. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Административное наказание назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы жалобы о том, что в постановлении мирового судьи неверно приведены пояснения Л.О.АБ. в части того, что она признавала факт управления 19 января 2017 года транспортным средством Тойота **, хотя данный факт она не признавала, пояснив, что за руль автомобиля сел ее родственник Ш.

Действительно, из протокола судебного заседания по делу (л.д. 78-94) не следует, что в судебном заседании 23 марта 2017 года ФИО1 признавала факт управления автомобилем, напротив она пояснила, что за руль автомобиля не садилась, все время был брат.

Таким образом, постановление мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 26 мая 2017 года подлежит изменению путем исключения из него указания на то, что ФИО1 изменила позицию по факту управления транспортным средством и в судебном заседании 23 марта 2017 года сама подтвердила факт управления транспортным средством, что не ухудшает положение лица, в отношении которого вынесено постановление.

Кроме того, изменение постановления мирового судьи не влияет на его законность и не является основанием для его отмены.

Существенных нарушений норм процессуального права, влекущих отмену обжалуемого постановления, неустранимых сомнений по делу судьей не установлено.

С учетом изложенного, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л:

Жалобу ФИО1 удовлетворить частично. 

Постановление мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 26 мая 2017 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, изменить, исключив из него указания на то, что ФИО1 изменила позицию по факту управления транспортным средством и в судебном заседании 23 марта 2017 года сама подтвердила факт управления транспортным средством.

В остальном судебное постановление оставить без изменения.