Дело №2-1258/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 апреля 2017 года г.Комсомольск-на-Амуре

Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в составе: председательствующего судьи О.О.Устьянцевой-Мишневой,

при секретаре В.Б.Самсоновой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Ростелеком – Розничные системы» о признании недействительными приказа об установлении неполного рабочего времени, соглашения об изменении условий трудового договора, взыскании материального ущерба, причиненного работодателем работнику, взыскании денежной компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на следующие обстоятельства. 20 апреля 2015 года истец устроилась на работу в ООО «Ростелеком – Розничные системы». Был заключён трудовой договор на неопределённый срок. Исходя из условий трудового договора (п.4.4) истцу был установлен нормированный рабочий день. В п.4.3 договора было указано, что режим рабочего времени и отдыха работника определяется трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными актами Российской Федерации, правилами внутреннего распорядка и трудовым договорам. Исходя из положений ст.91 ТК РФ, нормальная продолжительность времени не может превышать 40 часов в неделю. Пунктом 4.6 трудового договора истцу был установлен ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. Так как истец является (иные данные) работодателем был издан приказ (№) от 13 января 2017 года, со ссылкой на ст.93 ТК РФ об установлении истцу неполного рабочего времени, чем сократили истцу рабочее время наполовину. При этом в п.2 приказа было указано, что оплата труда истца будет производиться пропорционально отработанному времени. Этим приказом истцу была фактически уменьшена заработная плата на 50%. При этом план работы, который истец должна была выполнять, остался прежним. С этим приказом истец была ознакомлена 20 января 2017 года, одновременно с приказом истцу было предоставлено дополнительное соглашение к трудовому договору, которым устанавливалась 18-ти часовая рабочая неделя и оплата труда, пропорционально отработанному времени. На тексте вышеуказанного соглашения истец сделала отметку, что не согласна с этим соглашением, а значит, соглашение не было заключено. Согласно требованиям ст. 74 ТК РФ, «в случаях, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменение в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определённые сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением трудовой функции работника. В данном случае никаких изменений организационных или технологических не произошло и не происходит, а значит, работодатель прямо нарушает трудовое законодательство и ограничивает истца в ее трудовых правах, проявляя элементы дискриминации (ст.3 ТК РФ). Полагает, что издавая приказ (№) от 13 января 2017 года и соглашение об изменения условий трудового договора, ответчик дискриминировал истца по признакам (иные данные) Заработная плата истца - единственное, на что истец может рассчитывать. Истец вынуждена была обращаться за юридическими консультациями вместо того, чтобы отдыхать после работы. Истец оценивает причинённый моральный вред в 10 000 (десять тысяч) рублей. Просит суд отменить изданный ответчиком приказ (№) от 13.01.2017; - признать недействительным соглашение об изменении условий трудового договора от 20.04.2015 составленное 13.01.2017; - взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 увеличила исковые требования: просила суд признать приказ (№) от 13.01.2017 об установлении неполного рабочего времени неправомерным; - обязать работодателя на основании ст. 234 ТК РФ возместить ей материальный ущерб, причинённый в результате незаконного лишения истца возможности трудиться в сумме 12480 рублей. Так как оплата труда в ООО «Ростелеком - Розничные системы» повременно-премиальная, а премия по общепринятым нормам является выплатой на усмотрение работодателя, то материальный ущерб рассчитывает только как недополученный истцом заработок в виде оклада, а также северные и районные надбавки. Согласно производственному календарю на 2017 год норма часов в январе - 136, в феврале - 143. По данным расчётных листков истцом отработано в январе 78 часов, в феврале 105 часов. Согласно трудового договора оклад истца составляет 9390 руб., районный коэффициент 4695 руб., надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям 4695 руб. При нормальной продолжительности рабочего времени нормой является 144 ч/мес. Стоимость рабочего часа истца 130 рублей. Просит суд взыскать с ответчика недополученный истцом оклад в сумме 12 480 руб. 

Представитель ответчика в зал судебного разбирательства не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства уведомлен в установленном законом порядке. Представлен письменный отзыв, согласно которому просит в удовлетворении иска отказать, как не основанном на нормах закона.

Выслушав истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании трудового договора от 20.04.2015 между ООО «Ростелеком - Розничные системы» и ФИО1, последняя принята на работу в качестве оператора связи 4-го разряда.

Согласно трудовому договору работнику установлен полный рабочий день согласно графику сменности, основной отпуск 28 календарных дней и 16 дней дополнительный отпуск за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к нему местностям.

Согласно п.5 трудового договора работнику установлен оклад в размере 9390 рублей, а также районный и северный коэффициенты по 4695 рублей.

Как установлено в ходе судебного разбирательства ФИО1 является (иные данные)

Как следует из материалов дела 18.01.2010 ФИО1 выдана (иные данные)

При трудоустройстве ФИО1 не сообщила работодателю об (иные данные)

Согласно уведомлению (№) от 12.01.2017 ФИО1 уведомлена о внесении с 13.01.2017 изменений в ее трудовой договор в связи с (иные данные) в части увеличения основного отпуска на 2 календарных дня и снижении рабочего времени в соответствии с рекомендациями (№) до 18 часов пятидневной рабочей недели. С указанным уведомлением ФИО1 ознакомлена и получила копию 12.01.2017.

На основании указанной (№) работнику ФИО1 на основании Приказа от 13.01.2017 установлен не полный режим рабочего времени на основании служебной записки, (№) от 18.01.2010, справки (№) от 18.01.2010. С указанным приказом ФИО1 ознакомлена 20.01.2017.

Согласно соглашению от 13.01.2017 года работодатель внес изменения в режим рабочего времени, уменьшении продолжительности рабочего времени, выплате оклада в соответствии с отработанным временем. С указанным соглашением ФИО1 ознакомлена 20.01.2017, совершила собственноручно запись о несогласии с указанным соглашением.

Судом также установлено, что 14.02.2017 ФИО1 предоставила работодателю (№) от 13.02.2017, в соответствии с которой ограничений по условиям труда истице не установлено. В этой связи с 15.02.2017 работник ФИО1 была переведена на нормальный режим рабочего времени.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны возлагаются на работодателя на работодателя. При этом работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний. 

Положениями ст. 94 ТК РФ устанавливается, что продолжительность ежедневной работы (смены) не может превышать для инвалидов такой продолжительности, которая указывается в медицинском заключении, выданном в установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Исходя из содержания ст.ст.11, 23 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" рекомендуемая для работников-инвалидов продолжительность рабочего времени устанавливается в индивидуальной программе реабилитации инвалида.

Согласно ч.2 ст. 11 вышеуказанного закона Индивидуальная программа реабилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

В соответствии с ч. 5 ст. 11 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы могут при необходимости привлекать к разработке индивидуальных программ реабилитации или абилитации инвалидов организации, осуществляющие деятельность по реабилитации, абилитации инвалидов. Порядок разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида и ее форма определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения. (часть первая в ред. Федерального закона от 01.12.2014 № 419-ФЗ)

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности. 

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида содержит как реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, предоставляемые инвалиду с освобождением от платы в соответствии с федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, так и реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, в оплате которых принимают участие сам инвалид либо другие лица или организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности. 

Объем реабилитационных мероприятий, предусматриваемых индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида, не может быть меньше установленного федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду. 

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации имеет для инвалида рекомендательный характер, он вправе отказаться от того или иного вида, формы и объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом. Инвалид вправе самостоятельно решить вопрос об обеспечении себя конкретным техническим средством реабилитации или видом реабилитации, включая кресла-коляски, протезно-ортопедические изделия, печатные издания со специальным шрифтом, звукоусиливающую аппаратуру, сигнализаторы, видеоматериалы с субтитрами или сурдопереводом, другими аналогичными средствами. (в ред. Федеральных законов от 23.10.2003 № 132-ФЗ, от 22.08.2004 №122-ФЗ, от 01.12.2014 № 419-ФЗ).

Отказ инвалида (или лица, представляющего его интересы) от индивидуальной программы реабилитации или абилитации в целом или от реализации отдельных ее частей освобождает соответствующие органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности от ответственности за ее исполнение и не дает инвалиду права на получение компенсации в размере стоимости реабилитационных мероприятий, предоставляемых бесплатно.

Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы направляют выписки из индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида в соответствующие органы исполнительной власти, органы местного самоуправления, организации независимо от их организационно-правовых форм, на которые возложено проведение мероприятий, предусмотренных индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида. (часть восьмая введена Федеральным законом от 01.12.2014 № 419-ФЗ)

Указанные органы и организации предоставляют информацию об исполнении возложенных на них индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида мероприятий в федеральные учреждения медико-социальной экспертизы по форме и в порядке, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 24 ноября 1995 года №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» медико-социальная экспертиза осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, подведомственными уполномоченному органу, определяемому Правительством Российской Федерации. Решение учреждения медико-социальной экспертизы является обязательным для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Доводы истца о том, что индивидуальная программа реабилитации инвалида носит рекомендательный характер суд находит несостоятельными, поскольку согласно ст.11 Федерального закона от 24 ноября 1995 года №181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» индивидуальная программа реабилитации инвалида имеет рекомендательный характер для инвалида, но не для работодателя, для которого она является обязательной.

Суд также находит несостоятельными доводы истца о том, что впоследствии она прошла заочное освидетельствование и ей была выдана (№), (иные данные) поскольку это вновь возникшее обстоятельство, имеющее юридическое значение, и не может подменять (№) от 18.01.2010, которая не признавалась незаконной. Тот факт, что (№) от 14.02.2017 выдана на основании заочного освидетельствования также не имеет юридического значения. Более того, как следует из материалов дела (№) от 14.02.2017 была разработана с учетом характеристики места работы работодателя ответчика. При таких обстоятельствах, суд полагает, что ответчик не имел законных оснований для игнорирования условий (№).

Таким образом, действия работодателя соответствуют закону, оснований для признания приказа и соглашения незаконными не имеется.

Учитывая вышеизложенное у суда также нет законных оснований и для взыскания материального ущерба, поскольку факт виновного поведения работодателя по отношению к работнику не установлен.

Поскольку требование о компенсации морального вреда в соответствии со ст.237 ТК РФ является производным от требований о признании незаконными приказа и соглашения, а вины работодателя не усматривается, суд полагает в удовлетворении данного требования также отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Ростелеком – Розничные системы» о признании недействительными приказа об установлении неполного рабочего времени, соглашения об изменении условий трудового договора, взыскании материального ущерба, причиненного работодателем работнику, взыскании денежной компенсации морального вреда, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.О.Устьянцева-Мишнева