Дело №2-14/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Кемерово 16 октября 2020 года

Ленинский районный суд г. Кемерово Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Дугиной И.Н., 

при секретаре Зеленской В.А.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г. Кемерово Максимова Н.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер», автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнений т.2 л.д.71-74, 256-269) к ГБУЗ «Кузбасский клинический онкологический диспансер» (переименован в соответствии с распоряжением Правительства Кемеровской области-Кузбасса от 03.04.2020 № 161-р «О переименовании ряда подведомственных Министерству здравоохранения Кузбасса учреждений», до переименования ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер»), автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, убытков в размере 15484,00 рублей, штрафа в размере 507742 рубля, указывая в обоснование требований на ненадлежащее оказание ответчиками медицинской услуги при постановке диагноза «

<

данные изъяты>», что в свою очередь повлекло моральные и нравственные страдания, вред здоровью и убытки, связанные с многочисленными обследованиями, транспортными расходами для установления достоверного диагноза.

Исковые требования мотивирует тем, что в период с **.**,** по **.**,** она находилась на лечении в гинекологическом отделении ГАУЗ КО «Областная клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского», где ей было проведено оперативное лечение: 

<

данные изъяты>, и поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. При этом медицинским учреждением была сделана 

<

данные изъяты>. Ей выдали 

<

данные изъяты>, и направление в ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер». 

**.**,** в ходе приема у 

<

данные изъяты> ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» ОТН, предоставленный биоматериал был направлен на ИГХ – иммуногистохимическое исследование в Региональный Центр Высоких медицинских технологий в г. Новосибирск (далее АНО «РЦ ВМТ»). 

Согласно заключению иммуногистохимического исследования № ** от **.**,**, выполненного врачом Регионального центра ЮНВ: 

<

данные изъяты>

После этого, **.**,** врач-онколог ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» ОТВ провела осмотр истца и на основании заключения иммуногистохимического исследования № ** от **.**,**, выполненного АНО «РЦ ВМТ», онкологом рекомендовано обсуждение дальнейшей тактики лечения диагностированного заболевания на консилиуме специалистов учреждения (ЛКК) на **.**,**.

**.**,** она была представлена на ЛКК, где было принято решение ЛКК 

<

данные изъяты> и назначен день повторной операции- **.**,**.

Не согласившись с результатами исследования, истец самостоятельно приняла решение сделать повторное ИГХ в Томском НИМЦ. Согласно заключению Томского НИМЦ 

<

данные изъяты>. По рекомендации врача 

<

данные изъяты> Онкологической клиники Томского НИМЦ было проведено УЗИ ОМТ, MPT ОМТ с контрастированием. В результате исследования был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 

В связи с противоречивыми результатам заключений ИГХ, проведены дополнительные обследования, в результате которых врачом 

<

данные изъяты> Онкологической клиники Томского НИМЦ онкологии ВАБ был уточнен диагноз, а именно поставлен клинический диагноз: 

<

данные изъяты>. Дополнительно по диагнозу: 

<

данные изъяты>. Было рекомендовано: 

<

данные изъяты>. 

Поскольку истец усомнилась в правильности выбранной тактики лечения 

<

данные изъяты> Онкологической клиники Томского НИМЦ онкологии ВАБ, у которой она была на приеме **.**,**, с учетом уточненного диагноза, клинических рекомендаций и предыдущей консультацией заведующего 

<

данные изъяты> отделением ГБУЗ КО «Кемеровская городская клиническая больница № 4», она обратилась со всеми медицинскими документами в ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО2» г. Новосибирск, где заочно комиссией под председательством зав. НПО, к.м.н. ИОА ей был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Даны рекомендации: 

<

данные изъяты>. Заключение № ** от **.**,**.

Чтобы до конца устранить сомнения в правильности окончательно поставленного диагноза при двух противоречивых ИГХ при содействии ДОЗН КО она обратилась в поликлинику № 2 ГБУЗ КО ККДЦ за направлением на ПЭТ-КТ с глюкозой всего тела, как это было рекомендовано комиссией врачей в ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО2» из средств ОМС для более достоверного определения диагноза между злокачественным и доброкачественными процессами в организме с учетом поставленного ей после проведенной в **.**,** 

<

данные изъяты> (диагноз не перепроверялся). Она вынуждена была согласиться на облучение организма при проведении данного обследования, поскольку устранить противоречия можно было только таким методом. Данное направление ей было выдано в Центр ядерной медицины при Сибирском центре ФМБА России (..., стр. 10,11). **.**,** данное исследование было проведено. 

**.**,** был выдан протокол обследования ПЭТ/КТ, где было указано следующее: 

<

данные изъяты>. Заключение: 

<

данные изъяты>

При обращении **.**,** в поликлинику № 2 ГБУЗ КО ККДЦ за разъяснением данного заключения и возможного проведения какого-либо лечения, заведующей 

<

данные изъяты> данной поликлиники ЛТВ с предварительной консультацией у заведующего отделением лучевой терапии поликлиники при ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» был дан ответ, что на данный момент никакого лечения не требуется (в том числе оперативного вмешательства).

Также в **.**,** истцом в ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» был представлен на повторное патолого-анатомическое исследование биопсийный материал **.**,**, полученный при проведении 

<

данные изъяты>. Региональным Центром Высоких Медицинских Технологий г. Новосибирска было выдано заключение: 

<

данные изъяты>

Полагает, что проведенное по направлению врача 

<

данные изъяты> поликлиники при ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» ОГН, врачом Регионального центра высоких медицинских технологий г. Новосибирска ЮНВ ИГХ от **.**,**, на основании которого изначально врачами 

<

данные изъяты> поликлиники при ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» был поставлен неправильный диагноз. ей был причинен вред здоровью, который выразился в том, что в результате неточно поставленного онкологического диагноза и назначения повторной операции 

<

данные изъяты> а в дальнейшем - применения лучевой и химиотерапии обострились ее хронические заболевания:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Кроме этого в результате некачественного предоставления медицинских услуг, а именно неверно поставленного диагноза на основании проведенного Региональным центром высоких медицинских технологий в г. Новосибирске, а в результате этого неверно назначенной тактики лечения – назначение повторной операции 

<

данные изъяты> были причинены убытки в виде оплаты по договорам об оказании медицинских услуг, заключенным с Томским НИМЦ онкологии, а также оплаты транспортных расходов, в размере:

ИГХ Томского НИМЦ РАН - 5600 рублей (патолого-анатомическое исследование биопсийного (операционного) материала), 1500 рублей (пересмотр гистологического препарата (более 5 фрагментов)

УЗИ ОМТ Томского НИМЦ РАН -800 рублей;

Консультация 

<

данные изъяты> Томского НИМЦ РАН ВАБ -

1 000 рублей.

Транспортные расходы до г. Новосибирска и обратно за биоматериалом - 1 440 рублей;

Транспортные расходы до г. Томска и обратно за пересмотром биоматериала, консультацией 

<

данные изъяты>, УЗИ ОМТ- 2 161 рублей;

Транспортные расходы до г. Красноярска и обратно - 2 446рублей.

Кроме того, на распечатку претензии и приложений к ней и других медицинских документов, связанных с данными правоотношениями, возникшими в связи с ошибочно установленным диагнозом, искового заявления и приложений к нему истцом были потрачены расходные материалы - писчая бумага и картридж в принтер, которые являются убытками стоимостью: писчая бумага - 249 рублей; заправка картриджа принтера I IP LaserJet MFP- 288 рублей, итого: 537 рублей. 

Таким образом, в результате ошибочно установленного диагноза были причинены убытки в размере: 15 484 рублей.

Кроме того, в связи с назначением **.**,** по итогам предварительных слушаний повторного ИГХ в АНО «Региональный центр высоких технологий» транспортные расходы истца от г. Кемерово до г. Новосибирска и обратно составили 1 900 рублей. **.**,** для оценки своего состояния здоровья на сегодняшний день в связи с сомнениями со стороны участников процесса истец прошла дополнительные обследования, одно из которых не входит в оплату по ОМС, а именно, взятие крови и производство исследования опухолевого маркера, расходы на которые составили 960 рублей. 

Указанные расходы истец считает подлежащими взысканию в солидарном порядке с ответчиков.

Также указывает, что в результате некачественного предоставления медицинских услуг ей были причинены моральные и нравственные страдания, выразившиеся в том, что на нее члены ЛКК давили, пытаясь получить согласие на проведение повторной операции 

<

данные изъяты>, даже не пытаясь сопоставить клиническую картину с тем диагнозом, который был поставлен врачом 

<

данные изъяты> ОТН Истец плакала несколько дней после посещения поликлиники ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер», нервничала, переживала, тем более это было накануне её дня рождения **.**,**, которое она хотела провести, вместо это лежала, плакала, не зная как ей поступить, ее здоровье ухудшилось, обострилось 

<

данные изъяты>, и признаки еще одного хронического заболевания 

<

данные изъяты>, у нее 

<

данные изъяты>, ей пришлось принимать дополнительные лекарственные средства для того, чтобы улучшить свое состояние. Ввиду того, что биоматериал, который был отправлен в Региональный центр высоких медицинских технологий в г. Новосибирске должен был обратно вернуться только после **.**,**, ей пришлось самой съездить за ним в г. Новосибирск, что создавало неудобства в общественном транспорте, особенностях питания. Все это приносило моральные и нравственные страдания. Никакой поддержки от 

<

данные изъяты> в г. Кемерово, в том числе 

<

данные изъяты> ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» она не получала. Ей лишь говорили, что результаты ИГХ будут идентичными. Никто из врачей в г. Кемерово не пытался установить точный диагноз, назначить дополнительные обследования, подтверждающие или опровергающие поставленный первоначальный диагноз. Неопределенность за свое здоровье пугало истца. Вместо того чтобы проходить реабилитацию после перенесенной операции (

<

данные изъяты>) она вынуждена была сидеть за компьютером и читать, ездить но городам Сибири. Все это усугублялось минимальным количеством денег (

<

данные изъяты>), а в определенный период и вовсе полным их отсутствием. В связи с нахождением в подавленном состоянии по поводу неточно поставленного онкологического диагноза и назначенной повторной операции она не могла официально трудоустроиться. 

Таким образом, неправильной постановкой диагноза ей был причинен вред здоровью, который выразился в обострении хронических заболеваний, также ей причинены глубокие нравственные и физические страдания, связанные с прохождением дополнительных исследований, депрессивным состоянии, стрессовой ситуацией. 

Просит признать действия работников ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» и АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий» по оказанию ей медицинской помощи (предоставлению медицинской услуги) некачественными (дефектными); взыскать солидарно с ответчиков в свою пользу материальный ущерб в размере 15 484 рубля, транспортные расходы в размере 1 900 рублей, расходы на медицинские услуги в размере 960 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, штраф в размере 507 742 рубля.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить, уточнив размер транспортных расходов в сумме 18257 рублей.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Кузбасский клинический онкологический диспансер» ФИО3, действующий на основании доверенности (т. 2 л.д.131) в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что в ГБУЗ КО ОКОД ФИО1 обратилась **.**,** после проведения оперативного 

<

данные изъяты> в ГАУЗ КО «Областная клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского» по направлению из поликлинического учреждения. После предоставления истцом биологического материала врачом-онкологом ОТВ **.**,** назначено патологогистологическое исследование указанного материала, которое выполнялось в специализированном медицинском учреждении «Региональный центр высоких медицинских технологий» г. Новосибирск в соответствии с договором. **.**,** в ходе приема врач-онколог ОТВ на основании поступившего заключения по исследованному материалу, в котором отмечено соответствие 

<

данные изъяты>, установлен диагноз- 

<

данные изъяты>, онкологом рекомендовано обсуждение дальнейшей тактики лечения диагностированного заболевания на консилиуме специалистов учреждения (ЛКК). **.**,** на заседании ЛКК с учетом проведённых исследований и определенного заболевания (

<

данные изъяты>), осмотра, ФИО1 проинформирована о выявленном заболевании, характере его лечения, последствиях для организма пациента. Решением ЛКК истцу предложено хирургическое лечение заболевания и назначена дата операции на **.**,**. Позже, **.**,** ФИО1 обратилась на прием к врачу –онкологу ОТН, предоставив заключение специалистов Томского НИМЦ РАН НИИ онкологии. При таких обстоятельствах проведение повторного более обширного оперативного лечения явилось нецелесообразным, так как при 

<

данные изъяты> объем проведенного ФИО1 **.**,** хирургического вмешательства достаточен. Таким образом ФИО1 было предложено проведение дополнительного исследования с предоставлением полученного материала для наблюдения и оценки развития 

<

данные изъяты>, которое она проигнорировала. Наблюдение в ГБУЗ КО ОКОД, которое осуществлялось в отношении ФИО1 в течение **.**,** не причинило вред здоровью ФИО4, в том числе не привело и к утрате возможности 

<

данные изъяты>, так как действий по оперативному вмешательству специалистами учреждения не выполнялось, лечение не проводилось, соответственно причинно-следственной связи между действиями специалистов диспансера и указываемыми ФИО1 последствиями отсутствуют. Просил в удовлетворении исковых требований отказать, доводы, изложенные ФИО1 в исковом заявлении о нарушении сроков оказания медицинской помощи специалистами учреждения, некачественной диагностике заболевания, грубое обращение, что причинило ей нравственные страдания, и, по ее мнению, вред здоровью, считает несостоятельными. Диагноз ФИО1 был постановлен врачом-онкологом ГБУЗ КО ОКОД на основании имуногистологического исследования, проведенного в АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий», предоставив суду письменные возражения (т. 1 л.д.127-134, т. 2 л.д.172-176). 

Определением суда от **.**,** привлечен в качестве соответчика АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий» (т. 2 л.д.277-280).

Ответчик АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий» в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие (т.4 л.д. 149), представителем ответчика ФИО5 представлены суду возражения, из которых следует, что в соответствии с заключенным **.**,** между АНО «РЦ ВМТ» и ГБУЗ КО ОКОД договором на оказание лабораторных исследований № **, АНО «РЦ ВМТ» были проведены исследования материала, предоставленного ФИО1 Иммуногистохимическое исследование № ** от **.**,** было выполнено врачом-патологоанатомом ЮНВ, имеющей стаж работы по специальности 19 лет, дано заключение: 

<

данные изъяты>. Указывает на то, что пациентке ФИО1 в рамках договора услуги были оказаны качественно в полном объеме, на сертифицированном оборудовании, с использованием сертифицированных реагентов и расходных материалов, соблюдением технологии процесса приготовления препаратов, с привлечением сертифицированных специалистов для приготовления препаратов и оценки результата исследования, в оговоренный срок, с формулировкой заключения, соответствующего медицинским стандартам. В рамках рассмотрения дела для повторного исследования пациенткой ФИО1 **.**,** в АНО «РЦ ВМТ» был предоставлен акт медицинской документации, а также гистологический материал в стеклах и блоках, по итогам которого подготовлено заключение, что у ФИО1 имеет место 

<

данные изъяты>. На наличие трактовок гистологической картины ИГХ-исследования № **, изложенных в заключении при первичном исследовании материала пациентки ФИО1, и в заключении при повторном патоморфологическом исследовании операционно-биопсийного материала повлияло отсутствием в первичном направлении клинической информации о пациентке, объеме оперативного лечения и характере присланного материала (т. 1 л.д. 220-225, т. 2 л.д.2-7).

В соответствии с ч.4 ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Привлеченный судом в качестве третьего лица на стороне ответчика (т. 1 л.д. 196) АО «Альфа Страхование» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, Представитель третьего лица просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в суд предоставил письменные пояснения относительно исковых требований (т.1 л.д.228-232, т.2 л.д.132-136).

Определением мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского судебного района г. Кемерово от 08.04.2019 дело передано по подсудности в Ленинский районный суд г. Кемерово (т. 2 л.д. 98).

Суд, выслушав истца, представителя ответчика ГБУЗ «ККОД», свидетелей, эксперта, изучив письменные материалы дела, находит иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

По общему правилу, установленному в п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

По смыслу закона для наступления гражданско-правовой ответственности в общем случае необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, а также причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Согласно положениям Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона N 323-ФЗ).

В силу ч. ч. 1 и 2 ст. 19 Закона об охране здоровья граждан каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ч. 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (п. 2); получение консультаций врачей-специалистов (п. 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (п. 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (п. 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (п. 9).

В силу ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствие с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных) обязанностей.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что **.**,** ФИО1 обратилась на консультативный прием к врачу-онкологу ОТН по направлению ГАУЗ КО «Областная клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского» после проведения оперативного лечения, где ей был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты> ( т. 1 л.д. 65,66-эпикриз, т.1 л.д. 67 - протокол операции № ** от **.**,**, т.1 л.д. 68 - протокол операции № ** от **.**,**, т.1 л.д. 88-91 -данные листков нетрудоспособности). 

**.**,** в ходе приема у 

<

данные изъяты> ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» ОТН, биоматериал, предоставленный ФИО1 был направлен на ИГХ – иммуногистохимическое исследование в АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий» в г. Новосибирск в соответствии с договором с заключенным по результатам электронных торгов **.**,** между АНО «РЦ ВМТ» и ГБУЗ КО ОКОД договором на оказание лабораторных исследований № ** (т.1 л.д.72,73,т. 2 л.д. 121- выписки из амбулаторной карты ФИО1 из ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» (т.1 л.д.159-161,162-164 договор).

Согласно заключению иммуногистохимического исследования № ** от **.**,**, выполненного врачом АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий» ЮНВ, 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.76,166).

**.**,**, на основании результатов иммуногистохимического исследования АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий», врачом 

<

данные изъяты> ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» ОТН истцу установлен диагноз: 

<

данные изъяты> **.**,** (т.1 л.д.74, т.2 л.д.66). 

**.**,**, на основании положения о лечебно-контрольной комиссии ГБУЗ КО ОКОД (т.3 л.д.109-110), приказа от **.**,** № ** о работе лечебно-контрольной комиссии (т.3 л.д.108), журнала регистрации заседания лечебно-контрольной комиссии по онкологии (т.3 л.д.111-112), в отношении ФИО1 была проведена лечебно-контрольная комиссия, вынесено заключение о необходимости ее госпитализации в ГБУЗ КО ОКОД в отделение 004 для хирургического лечения заболевания, дата операции - **.**,** (т.3 л.д.113), ФИО1 было выдано направление на госпитализацию в ГБУЗ КО ОКОД (т.1 л.д.79).

Данные обстоятельства не оспариваются сторонами, подтверждаются указанными письменными материалами дела, а также показаниями свидетелей ВНЕ (т. 3 л.д.55-56), ОТН (т. 3 л.д.56-58), ЮНВ (т. 3 л.д.135-137).

Судом также установлено, что после того как ответчиками был установлен ФИО1 диагноз «

<

данные изъяты>» она, с целью устранения сомнений в установленном диагнозе, самостоятельно прошла обследование в Томском НИМЦ, ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО2» г. Новосибирск, Центре ядерной медицины при Сибирском центре ФМБА России. 

Согласно результатам патогистологического и иммуногистохимического исследования гистологических препаратов ФИО1 в Томском НИМЦ РАН от **.**,**, 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.77).

Как следует из выписки медицинской карты Онкологической клиники Томского НИМЦ онкологии, ФИО1, были проведены дополнительные обследования **.**,**, **.**,**, **.**,**, **.**,**, в результате которых врачом 

<

данные изъяты> ВАБ был уточнен диагноз, а именно поставлен клинический диагноз: 

<

данные изъяты>. Дополнительно по диагнозу: 

<

данные изъяты> от **.**,**. Было рекомендовано: 

<

данные изъяты> (т.1 82-86).

Согласно результатам заочной комиссии под председательством зав. НПО, к.м.н. ИОА ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО2» г. Новосибирск № ** от **.**,**, ФИО1 поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Даны рекомендации: 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.87).

Протоколом обследования ПЭТ-КТ **.**,** Центра ядерной медицины при Сибирском центре ФМБА России, установлено: 

<

данные изъяты>. Заключение: 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.78).

Повторным патоморфологическим исследованием АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий» от **.**,** установлено, что по совокупности представленных дополнительных данных, а именно: 

<

данные изъяты>. Ошибка в трактовке гистологической картины, результатов ИГХ-исследования. № ** и сформулированного в итоге заключения при первичном исследовании в АНО «РЦ ВМТ» операционного материала пациентки ФИО1, **.**,**, в данном случае связана с отсутствием в первичном направлении клинической информации о пациентке, объеме проведенного оперативного лечения к характере присланного материала, что было крайне важно в данном случае, поскольку привело к ошибочной трактовке 

<

данные изъяты> с захватом эндометрия. Крайней редкостью данного варианта 

<

данные изъяты>. В литературе описаны единичные случаи аденоматоидной 

<

данные изъяты> с локализацией 

<

данные изъяты>, а статистика по частоте встречаемости аденоматоидиой 

<

данные изъяты> не приводится ввиду редкости патологии. Патоморфологический диагноз в Томском НИМЦ РАН НИИ онкологии был выставлен с учётом консультации 

<

данные изъяты> и при наличии сопроводительных документов, что позволило правильно сориентироваться патоморфологам при дифференциальной диагностике 

<

данные изъяты>. Кроме того, имел значение больший опыт Томского НИМЦ РАН НИИ онкологии - ведущего онкологического учреждения Западно-Сибирского федерального округа, в котором концентрируется более редкая и сложная онкопатология, что позволило коллегам правильно трактовать данную редкую 

<

данные изъяты>. Данная ситуация могла бы быть разрешена на этапе первичной диагностики в случае обращения лечащего врача, владеющего полной клинической информацией о пациентке, для обсуждения полученного из АНО РЦ ВМТ заключения, несовпадающего с клинической ситуацией. Обращения пациентки ФИО1 в лабораторию АНО РЦ ВМТ. при получении не удовлетворившего ее и врача заключения (т.1 л.д.214-216, 223-225. т.2 л.д.5-9).

Проверяя утверждения истца о том, что при обращении к ответчикам ей был постановлен неверный диагноз заболевания в виде «

<

данные изъяты>», в результате чего ей был причинен вред здоровью

судом была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено поручить ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» (т. 3 л.д.139-144).

Из экспертного заключения ОГБУЗ «БСМЭТО» № ** от **.**,** следует, что в результате проведенного патоморфологического исследования на уровне ГАУЗ КО «Областная клиническая больница им. М.А. Подгорбунского» (забор материала был произведен во время проведения оперативного вмешательства -**.**,**) в биоматериале были обнаружены атипичные клетки, при этом обнаруженная 

<

данные изъяты> была наиболее похожа на ангиосаркому с невозможностью определения ее потенциала злокачественности. По результатам проведенного исследования маршрутизация пациентки ФИО1, для определения дальнейшей тактики, на уровне ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» была осуществлена корректно. С целью определения иммунофенотипа 

<

данные изъяты> врачом - онкологом ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» была избрана правильная тактика для уточнения характера новоообразования, в связи с чем материал и был направлен в АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий», где на основании исследования присланного стеклоблочного материала было установлено, что 

<

данные изъяты>. Данное морфологическое заключение 

<

данные изъяты> в ходе последующих исследований и пересмотров биологического материала, в том числе в ходе настоящей экспертизы, подтверждения не нашел. Ошибочное установление вышеобозначенного морфологического заключения (диагноза) на уровне АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий», могло быть обусловлено: недостатком представленной информации о клиническом течении заболевания, объеме оперативного вмешательства, характере присланного материала, которая абсолютно необходима для врача, проводившего уточняющую диагностику на основе иммуногистохимического теста; редкостью данного варианта 

<

данные изъяты>, сложностью дифференциальной диагностики между 

<

данные изъяты> и карциномой.

<

данные изъяты> представляет собой 

<

данные изъяты>. Классификация: 

<

данные изъяты>. Заболевание может длительное время протекать без клинических симптомов. 

<

данные изъяты>. По мере распространения патологического процесса 

<

данные изъяты>. Для установления точного диагноза проводится осмотр больной, назначаются лабораторные и инструментальные исследования. На основании результатов диагностики для каждой пациентки специалисты составляют индивидуальную программу лечения, которая может состоять из хирургического вмешательства, химиотерапии, лучевой терапии, гормонотерапии.

В период с **.**,** по **.**,** стандарты оказания медицинской помощи ФИО1 соблюдались, необходимый объем исследований проводился, согласно Приказа Минздрава России от 20.12.2012 № 1152н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при злокачественных новообразованиях тела матки 0-IV стадии (обследование в целях установления диагноза заболевания и подготовки к противоопухолевому лечению)». Однако имели место дефекты оказания медицинской помощи в виде затянутости обследования, не корректной логистики организации собственно медицинской помощи, неверно установленного диагноза «

<

данные изъяты>» по результатам ошибочного морфологического заключения, так же имели место неудовлетворительная информированность ФИО1 со стороны медицинского персонала о ее диагнозе и возможностях лечения.

Предлагаемая тактика лечения ФИО1 врачами ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» с учетом заключения специалиста АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий» (до комиссионного пересмотра) - «

<

данные изъяты>» была корректной - пациентке были предложены методы лечения, предусмотренные стандартами лечения и Клиническими рекомендациями ассоциации онкологов РФ «

<

данные изъяты>» (утвер.ФИО6 от 2018 г).

Согласно п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к приказу М3 и СР РФ от 24.04.2008 № 194н) с точки зрения причинения вреда здоровью рассматривается ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи. В рамках имеющейся медицинской документации данных об ухудшении состояния здоровья ФИО1, что должно подтверждаться данными приемов врачей и обследований, - нет. Перечисленные в исковом заявлении только жалобы на ухудшение здоровья являются субъективными и основаны на её психоэмоцианальном состоянии. По данным представленной медицинской документации гр. ФИО1 был выставлен диагноз «

<

данные изъяты>», при которой выполняется оперативное лечение 

<

данные изъяты> в зависимости от стадии процесса. Однако диагностическая ошибка в данном случае не повлекла за собой 

<

данные изъяты>.

Оценка психоэмоционального состояния ФИО1 и установление связи психического расстройства (в случае его установления) с неправильной диагностикой входит в компетенцию судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Как сказано выше 

<

данные изъяты>. Выполненное исследование ПЭТ-КТ: Позитронно-эмиссионная томография, совмещенная с компьютерной томографией (ПЭТ/КТ), является гибридным методом диагностики, в процессе которого применяются как радиоактивные вещества, так и рентгеновское излучение. Применяется небольшое количество радиоактивного препарата с коротким периодом полураспада, который выводится в течение 12 часов из организма с мочой полностью. ПЭТ комбинируется с низкодозной компьютерной томографией, поэтому лучевая нагрузка во время данного исследования не превышает допустимых норм. Специалисты причисляют ПЭТ/КТ к относительно безопасным методам диагностики. Точного подтверждения влияния ПЭТ/КТ на 

<

данные изъяты> не имеется ввиду относительной новизны метода и отсутствия доказательной базы его влияния на организм.

Учитывая выше изложенное, сущность вреда, причиненного здоровью ФИО1, экспертной комиссией не установлена (т.4 л.д.4-41).

В судебном заседании допрошен эксперт МЮГ, которая предупреждена судом об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Отвечая на вопросы суда и сторон, эксперт подтвердила выводы, изложенные в заключении экспертов № **, пояснив суду, что с точки зрения причинения вреда здоровью рассматривается ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи. В рамках имеющейся медицинской документации данных об ухудшении состояния здоровья ФИО1, нет. По данным представленной медицинской документации ФИО1 был выставлен диагноз «

<

данные изъяты>», при которой выполняется оперативное лечение по 

<

данные изъяты> в зависимости от стадии процесса. Однако диагностическая ошибка в данном случае не повлекла за собой органуносящую 

<

данные изъяты>. Вред здоровью ФИО1 не причинен.

Суд признает заключение экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» № ** от **.**,**, с учетом показаний эксперта МЮГ, допустимым доказательством, поскольку оно является полным, не содержит противоречий и неточностей, согласуется с исследованными в судебном заседании доказательствами, выполнено в соответствии с положениями Федерального закона "О государственной судебно - экспертной деятельности в Российской Федерации", лицами, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, имеют длительный стаж экспертной работы, они не заинтересованы в исходе дела и предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, методы, используемые при исследовании и сделанные выводы, научно обоснованы. Оснований подвергать сомнению выводы экспертов у суда отсутствуют, выводы не противоречивы, аргументированы, научно обоснованы, базируются на специальных познаниях, основаны на изучении материалов. 

Оснований не принимать сведения, указанные в приведенном заключении качества медицинской помощи в качестве доказательства у суда не имеется, поскольку оно соответствует требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ об относимости и допустимости доказательств в гражданском деле, свидетельствуют об обстоятельствах, имеющих правовое значение для дела, согласуются с другими доказательствами, в том числе с представленной истцом медицинской документацией. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение выводы, суду не представлено. Суд находит доводы представителей ответчика об ошибочности выводов экспертов несостоятельными, не подтверждёнными относимыми и допустимыми доказательствами, оснований для назначения дополнительной судебной экспертизы суд не усматривает, поскольку оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 87 ГПК РФ судом не установлено.

Таким образом, судом установлено, и не оспаривается ответчиками, что ФИО1 постановлен неверный диагноз онкологического заболевания в виде «

<

данные изъяты>», что подтверждается заключением экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» № ** от **.**,**, результатами исследований, проведенных по обращению ФИО1 в Томском НИМЦ, ФГБУ «НМИЦ им. ак. ФИО2» г. Новосибирск, Центре ядерной медицины при Сибирском центре ФМБА России, а также повторным исследованием в АНО «Региональный Центр Высоких Медицинских Технологий» от **.**,**, в соответствии с которым ФИО1 диагностирована 

<

данные изъяты>, то есть заболевание в соответствии с международной классификацией болезней (МКБ-10), которая применяется на территории Российской Федерации в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 27.05.1997 № 170, не является онкологическим заболеванием.

В соответствии с п.21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 31.07.2020) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата;

Таким образом, объем, качество и условия предоставления оказанной медицинской помощи ФИО1, ответчиками не соответствовали определению качества медицинской помощи в соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 31.07.2020) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" по признакам в виде затянутости обследования, не корректной логистики организации собственно медицинской помощи, неверно установленного диагноза «

<

данные изъяты>» по результатам ошибочного морфологического заключения, так же имели место неудовлетворительная информированность ФИО1 со стороны медицинского персонала о ее диагнозе и возможностях лечения, однако выявленные дефекты медицинской помощи не повлияли на состояние здоровья ФИО1 и не оказали негативных последствий на исход её заболевания.

Факт причинения истцу ФИО1 нравственных страданий сообщением ей о постановке диагноза «

<

данные изъяты>» является очевидным, привело к нарушению её прав как потребителя, причинило ей моральный вред в виде физических и нравственных страданий. 

Вместе с тем, нравственные страдания ФИО1 также подтверждаются показаниями свидетелей ГЕН (т. 3 л.д. 137-138), ВИВ, БАВ, ( т. 4 л.д.115-116), которые показали суду, что из-за неверно поставленного диагноза истица находилась в подавленном, угнетенном, нервозном состоянии, психодиагностическим заключением ГКУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница» от **.**,**, что у ФИО1 установлено 

<

данные изъяты> (т.3 л.д.41).

В силу п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Статьёй 151 ГК РФ устанавливается, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права (жизнь, здоровье, достоинство, личная неприкосновенность) либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда, осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» предусмотрено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Статья 123.21 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Как следует из Устава ГБУЗ ККОД, учреждение является юридическим лицом, находящимся Учредителем и собственником имущества Учреждения является Кемеровская область - Кузбасс. От имени Кемеровской области – Кузбасса функции и полномочия Учредителя Учреждения осуществляет Министерство здравоохранения Кузбасса. Полномочия в отношении государственного имущества Кемеровской области - Кузбасса, находящегося у Учреждения на праве оперативного управления, от имени Кемеровской области - Кузбасса, осуществляет Комитет по управлению государственным имуществом Кузбасса (т.4 л.д.185-200).

На основании изложенного, с учетом собранных по делу доказательств, судом установлено, что ответчиками медицинские услуги оказаны не в полном объеме, некачественно, нарушены права истца в сфере охраны здоровья, и причинением тем самым истцу морального вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и причинением морального вреда, суд приходит к выводу о том, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения иска ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер», автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» в части признания действий работников ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер» и АНО «Региональный центр высоких технологий» по оказанию истцу медицинской помощи (предоставлению медицинской услуги) некачественными (дефектными), привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности и взыскании компенсации морального вреда.

Вопреки доводам ответчиков, суду не представлено достаточных доказательств, которые позволили бы полностью исключить их вину в ошибочно постановленном диагнозе, а действия врачей квалифицировать как своевременные и высококачественные. 

При определении степени вины ГБУЗ «Кузбасский клинический онкологический диспансер», и АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий» суд исходит из установленных по делу обстоятельств, дефектов в оказании медицинской помощи ФИО1 каждым медицинским учреждением, и определяет степень вины в равных долях, по 50%.

Исходя из изложенного, определяя размер подлежащего возмещению ФИО1 морального вреда, суд, руководствуясь положениями ч. 2 ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, вышеуказанными разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, учитывает обстоятельства дела, при которых причинен моральный вред, принимает во внимание характер и объем некачественно оказанной медицинской помощи, не повлиявших на состояние здоровья истца, вместе с тем принимает во внимание установление потенциально смертельного онкологического заболевания, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 200000,00 рублей, и из расчета определённой судом степени вины каждого из ответчиков, суд взыскивает с ГБУЗ «Кузбасский клинический онкологический диспансер» и АНО «Региональный центр высоких медицинских технологий» компенсацию морального вреда в размере 100000,00 рублей, с каждого.

Также суд находит требование истца о возмещении убытков, связанных с дополнительными исследованиями, транспортных расходов, подлежащими удовлетворению.

Данные расходы истца являются необходимыми и направлены на восстановление нарушенного права.

В соответствии с п. 1, п. 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать нарушение права, вину причинителя вреда, причинную связь между нарушением права и возникшими у истца неблагоприятными последствиями в виде убытков, а также размер последних.

Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

При этом недоказанность истцом одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Так, подлежат взысканию в пользу истца с ответчиков, из расчета определенной судом степени вины каждого из ответчиков в равных долях, расходы, понесенные истцом в связи с дополнительным обследованием в Федеральном государственном бюджетном учреждении «Томский национальный исследовательский медицинский центр Российской академии наук» Научно-исследовательский институт в г.Томске онкологии, транспортные расходы.

Согласно представленным договорам, квитанциям копиям чеков (т.1 л.д.92-96), в рамкам указанного обследования в ИГХ Томского НИМЦ РАН истцом было оплачено: 5600 рублей (патолого-анатомическое исследование биопсийного (операционного) материала), 1500 рублей (пересмотр гистологического препарата (более 5 фрагментов); УЗИ ОМТ Томского НИМЦ РАН -800 рублей; консультация 

<

данные изъяты> Томского НИМЦ РАН ВАБ - 1 000 рублей, а также расходы на взятие крови и производство исследования опухолевого маркера **.**,** составили 960 рублей. (т.1 л.д.92-96, т. 3 л.д.77-79, т.4 л.д. 165,178-184 (подлинники документов), а всего 9860,00 рублей.

Согласно представленным пассажирским билетам и кассовым чекам к ним, транспортные расходы истца **.**,** за биоматериалом до г. Новосибирска и обратно составили 1 440 рублей; **.**,**, **.**,**, **.**,**, **.**,**, **.**,** до г. Томска и обратно за пересмотром биоматериала, консультацией 

<

данные изъяты>, УЗИ ОМТ составили 2 611 рублей; **.**,**, **.**,** до г. Красноярска 2446 рублей; **.**,** от г. Кемерово до г. Новосибирска транспортные расходы истца составили 1900 рублей (т. 1 л.д.97-100, т.4 л.д. 169-177). Всего транспортные расходы истца составили 8397 рублей.

Таким образом, убытки истца в размере 18257 рублей (8900+8397) подлежат распределению между ответчиками в равных долях, по 9128,50 рублей с каждого.

Требование истца о взыскании расходов на приобретение бумаги - 249 рублей; заправки картриджа принтера I IP LaserJet MFP- 288 рублей, не подлежит удовлетворению, поскольку доказательств несения истцом данных расходов суду не представлено.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" на правоотношения, возникающие из договора имущественного страхования, с участием потребителей распространяются положения Закона о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 46 Постановления от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснил, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

**.**,** ФИО7 обратилась с претензией к главному врачу ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер», в связи с некачественным оказанием медицинских услуг, требованиями о возмещении причиненного материального ущерба в размере 18384 рублей, морального вреда в размере 1000000 рублей (т.1 л.д.29-52).

В ответе на претензию от **.**,** ГБУЗ КО «Областной клинический онкологический диспансер», отказал в удовлетворении требований ФИО1 в связи с отсутствием оснований (т.1 л.д.53-58).

Поскольку факт нарушения прав потребителя со стороны ответчиков, не принявших в добровольном порядке меры по удовлетворению требований потребителя, судом установлен, взыскание штрафа по правилам ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" является обязательным.

В соответствии с п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Исходя из смысла указанной нормы, ее применение возможно при определении размера как неустойки, так и штрафа, предусмотренных Законом Российской Федерации «О Защите прав потребителей».

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей " применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ) размер штрафа может быть снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства, 

Снижение размера штрафа не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за просрочку исполнения обязательства и ответственности за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Ответчиками не было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ, в связи с чем суд не находит основания для применения положений ст. 333 ГПК РФ, и считает необходимым взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» в пользу ФИО1 штраф в размере 54564,25 рублей (100000+9128,50/2), взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» в пользу ФИО1 штраф в размере 54564,25 рублей (100000+9128,50/2).

Статья 98 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. 

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Определением Ленинского районного суда от 26.07.2019 года по делу назначена экспертиза (т.3 л.д.139-144), экспертиза проведена. Согласно счету ОГБУЗ «БСМЭТО» стоимость экспертизы составила 62697 рублей (т.4 л.д.2). 

Таким образом, на основании изложенного выше и с учетом, что расходы за проведение судебной экспертизы были возложены на ответчиков, основания для освобождения ответчиков от оплаты расходов за проведение судебной экспертизы отсутствуют, суду не представлено доказательств, что ответчики произвели оплату расходов на проведение судебной экспертизы, с учетом пропорциональности размера удовлетворенных судом исковых требований, суд считает необходимым взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 31348,50 рублей, взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 31348,50 рублей.

Согласно ст. 333.19 НК РФ по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска от 20 001 рубля до 100 000 рублей - 800 рублей плюс 3 процента суммы, превышающей 20 000 рублей. При подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц - 300 рублей.

Исходя из размера удовлетворенных судом требований, суд также полагает необходимым взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 515,14 рублей.

Взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 515,14 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер», автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за оказание некачественной медицинской помощи в размере 100 000 рублей, убытки в размере 9128,50 рублей, штраф в размере 54564,25 рублей, а всего 163692,75 рублей.

Взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за оказание некачественной медицинской помощи в размере 100 000 рублей, убытки в размере 9128,50 рублей, штраф в размере 54564,25 рублей, а всего 163692,75 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 31348,50 рублей.

Взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 31348,50 рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кузбасский клинический онкологический диспансер» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 515,14 рублей.

Взыскать с автономной некоммерческой организации «Региональный центр высоких медицинских технологий» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 515,14 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Ленинский районный суд г. Кемерово в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий И.Н. Дугина

Мотивированное решение изготовлено 23.10.2020.